Глава 1: Олухи и принцы
30 марта 2025 г., 19:15
Примечания:
счастлива рассказать историю этих смелых мальчиков
Правило №1: Мяч может быть брошен в любом направлении одной или двумя руками.
***
Чимин встретил Юнги задолго до их первого поцелуя. Так казалось в шестнадцать. В этом возрасте время растягивается разноцветной пружинкой Слинки. Потом ты отпускаешь один из концов и получаешь пластмасской прямо по лбу. Но до этого ещё нужно дошагать. В восемьдесят шестом Слинки только-только натянулась: Чимин закончил среднюю школу, переехал в Абердин. Начало их с мамой новой жизни в новом месте напоминало второсортное клише, но отец Пака не особо разбирался в фильмах, оттого и не особо задумывался о том, что его уход вынуждал сына стать главным героем дерьмового тинейджерского ромкома века, в который они ещё даже не успели вступить. Честно говоря, Чимин не совсем-то и уверен, что это ромком. В его жизни, очевидно, не предвиделся прекрасный принц в камзоле, с высокими скулами, прекрасной шевелюрой и пухлыми губами. Да и необходимости в этом не было. Пак ведь не девчонка. Сидя на пассажирском сидение старенькой машины, Чимин прислонился лбом к холодному стеклу, рассматривая пейзажи Шотландии, пока мама подпевала радио, делая вид, что воодушевлена переездом и новой работой. Хотелось бы почувствовать капельку даже искусственного предвкушения, но в голову лезли только монстры. И все они знали, что уже совсем скоро их хозяин забьётся в угол, утонув в чёрной толстовке. На Чимина не будут обращать внимание, он заработает какую-нибудь глупую кличку и будет прятаться в кабинете школьной медсестры, потому что это и есть новая должность его мамы. Чимин был готов смириться с тем, что ни ему, ни его придуркам-одноклассникам не будет дела до проблем друг друга, был готов заключить с этой школой двусторонний договор — ей всё равно на него, а ему — на неё. Почти так всё и будет. За исключением одного: кабинет школьной медсестры был слишком далеко от кампуса старшеклассников.***
В первый же день в Старшей Центральной Школе Абердина Чимин умудрился получить наказание после второго урока. Важное примечание: Чимин не хулиган. Просто опоздал, но учитель по статистике, мистер Скрепл, удивительно похожий на Сквидварда из «Спанч Боба», не поверил, что проблема заключалась лишь в попытках Пака разобраться с расписанием, и со словами «Если буду верить каждому второму, что он новенький, буду полным олухом!» преподаватель отправил парня в мастерскую начальной школы разбирать детские рисунки на сушилке. Олух. Отчего-то Чимину казалось, что Карл Пирсон, наблюдавший за этой картиной с портрета над доской, согласен с ним. Прозвенел звонок, и Пак уже собирался мчать в любом направлении, лишь бы не вляпаться ещё куда-нибудь. Все столпились в промежутках между партами. Разговаривали друг с другом, обсуждали последнюю игру в баскетбол, хвалили команду, планировали вечеринки, хотя учебный год начался меньше месяца назад. К середине перемены, когда одноклассники наконец-то тоже решили, что пора бы свалить на грёбанный урок, Чимину удалось подобраться ближе к двери. Тут его окликнул мистер Скрепл: — Пак Чимин! Так это вы… Меня попросили передать ваше расписание. Чимин вздохнул. Да, наверное, его жизнь была бы проще, если бы листок с названиями предметов и цифрами нужных кабинетов появился вовремя. Чимин провёл большим пальцем по дате в углу: «23 сентября 1986 г. Расписание учащегося в учебный 1986-1987». Отвлекшись на лист в руках, юноша не успел схватиться за ручку двери на свободных петлях. Вот-вот из носа хлынет кровь, он опоздает на второй урок, а мама в своём белом халате будет разочарованно смотреть на него, когда Пак распластается на кушетке и начнёт жаловаться на погоду дурацкого Абердина. Но ничему из этого было не суждено случиться. Чужая ладонь схватилась чуть выше ручки, до которой Пак не успел дотянуться. Дверь замерла. И Чимин замер, а парень перед ним обернулся. Синяя баскетбольная майка открывала вид на худощавые руки, одна из которых прижимала к груди мяч, чёлка щекотала лоб. Чёрные глаза лишь мельком взглянули на Чимина. У него не было камзола и право на трон ему никто не давал, но, кажется, Чимину и без того было достаточно. Смазанное «Спасибо», которое Пак еле смог произнести, утонуло в трели звонка. Парень с мячом его не услышал. Его сутулая спина затерялась среди других учеников. Носком потёртых кед Чимин пнул камень, который отскочил аж до ограждения спортивного стадиона. Там разлеглись девочки, пребывая в своём пикник-состоянии. Дорога в здание начальной школы, где напротив небольшой столовой находился кабинет Ёнсу, шла почти через весь двор. Чимин достал наушники и поменял кассету в плеере. Кстати, мамин подарок на день рождения — синенький кассетный плеер Sony. В наушниках заиграла «Don`t give up» Питера Габриэля. В маленьком кабинете Ёнсу было мило. Чимину думалось, даже через много лет, пройдя через всё, что ему предстоит пройти, он будет вспоминать то жутко нарисованное солнышко на одном из шкафов. Он поморщился, переводя взгляд на маму. Она что-то рассказывала, и её губы чётко проговорили строчку: «Так много людей никому не нужно», звучащую в его ушах. Пак хихикнул, стягивая наушники на шею. — Что ты сказала? — О, счастье, ты издеваешься? Я уже жалею, что купила тебе эту штуку, — женщина вздохнула, указывая пальцем на плеер. Чимин пожал плечами, закидывая рюкзак на кушетку. — Как прошёл день? — Одни олухи. Хотя... тот парень не был прям олухом. Придержал дверь, в конце концов. — Поедем домой вместе? — Окей, — Чимин кивнул, доставая из бокового кармана жвачку. — Найдёшь, чем занять себя? У меня есть ещё пара дел. Чимин снова кивнул. Ему в то время не особо нравилось разговаривать. Не было в этом ничего привлекательного. Возможность провести дома несколько часов в одиночестве тоже не привлекала — делать нечего, да и первым вопросом мамы было бы: «Счастье, почему ты не разобрал оставшиеся коробки?» А коробок оставалось ещё прилично — все эти бокалы и остальная утварь, и это только то, что они решили не запихивать в кладовку. Устроившись на кушетке, Чимин достал из рюкзака книгу, которую всё никак не мог дочитать ещё до переезда — «Урок Анатомии» Филиппа Рот. Одним из главных убеждений Пак Чимина было то, что все книги должны попадать в руки своевременно. Порой нужно подождать, потому что книга, как вино. И именно поэтому школьная система преподавания литературы абсолютно бессмысленная. В общем и целом, оставалось надеяться, что «Урок Анатомии» настоялся и достаточно терпкий, чтобы приносить опьяняющее удовольствие и уносить от реальности как можно дальше. К двести семидесятому полёту книги по траектории: руки Чимина — низкий потолок кабинета школьной медсестры, и пятьсот сороковому вздоху Ёнсу, Пак наконец-то понял, что урок чего-бы-то-ни-было нужно отложить на потом. В тот день с уроками по расписанию явно не складывалось. Эта мысль напомнила о мистере Скрепле с его аннулированным наказанием. Но чем ещё Чимин мог себя занять? Уже и так потратил час на двенадцать предложений. Он вздохнул, дочитывая ещё одно, чтобы в итоге вышла чёртова дюжина. Символы — это круто. — Учитель по статистике попросил меня разобрать детские рисунки в этом корпусе. Пойду поразвлекаюсь, — предупредил Чимин маму. — Звучит как наказание, — она вопросительно выгнула бровь. — Изначально так и было, но потом он понял, что олух. Чимин вышел в коридор, напоследок постукивая по табличке «Доктор Ён» с наклейками Тома и Джери, которую Ёнсу всегда цепляла сверху предоставленных работодателями. Встретившийся по дороге охранник подсказал, что мастерская находилась в левом крыле на первом этаже. Когда Чимин распахнул дверь, поток воздуха ударил ему в лицо. Все окна были открыты нараспашку, и листы на партах подлетали вверх, желая вырваться на улицу. Чертыхаясь, он подошёл к окну, хватаясь за ручку, чтобы захлопнуть, но его взгляд зацепился за стадион, на котором больше не устраивали пикников. На нём разминалась команда по баскетболу. Чимин привстал на носочки, заглядывая за дерево. Тот парень, который придержал ему дверь, стоял чуть дальше остальных, поправляя свои длинные белые гольфы. Он выпрямился, расправляя плечи. Размял шею — Чимину казалось, он даже мог увидеть капельку пота на виске. На спине парня большими цифрами был выведен номер «17». Парень поднял руки над головой, вытягиваясь вверх, словно одуванчик к солнцу в тот момент, когда его вот-вот сорвут. Пальцами правой руки он взялся за локоть левой и пятнадцать раз наклонился в бок. Потом поменял руку и повторил то же упражнение, но в другую сторону. Потом он начал подпрыгивать на месте, ударяя раскрытыми ладонями по коленям, и вертеться вокруг своей оси. Он вдруг замер прямо напротив окна, в котором, должно быть, виднелся силуэт Чимина. Сердце Пака подпрыгнуло и осталось где-то в районе горла, поясница больно ударилась о парту, к которой он отступил.***
Следующим утром первым делом на повестке дня стояла проверка всех деталей. Чимин поцеловал маму в щёку, и сразу после того, как Ёнсу скрылась за дверями корпуса начальной школы, поскакал к баскетбольной площадке. Встал в точности, как стоял тот парень, повторил то, что он делал. И обернулся под тем же углом. Ни единого шанса — Чимина не было видно в окне. Тогда Пак перевёл взгляд чуть ниже. У корней дерева, за которым находилась смотровая площадка Чимина, лежало маленькое покрывальце, а на нём трёхцветная кошка с только-только родившимися котятами. Теперь ясно. Оставался ещё один вопрос: как его зовут? — Эй, новенький! Недалеко стояли несколько игроков из «Морских Волков», уперев руки в спортивные сумки, висевшие на их плечах. Тот, что окликнул Чимина, был высоким и рыжим. Впервые Пак видел рыжего без веснушек. Он мог даже сойти за милого паренька, если бы не выглядел, как полный упырь. — Ты чего тут дрыгаешься? — продолжил упырь, помахав кистями рук. Парни, стоявшие за ним, рассмеялись. Чимин нахмурился, уже схватившись за ободок наушников, висевший на шее. — Кэммерон, ты мог бы потратить свои амбиции на что-то более полезное, чем детские шутки, — раздался голос за спиной. — Никто не спрашивал тебя, Чон. О, это чудное время старшей школы и борьбы за место капитана в команде! Обернувшись, Чимин увидел парня с баскетбольным мячом в руках, но это был не тот парень с баскетбольным мячом, который уже был ему знаком. Они, что, все ходят с баскетбольными мячами? На пару секунд их с Чоном взгляды пересеклись, и тот улыбнулся уголком губ. Наверное, он был совестью и честью этой команды. Ну, по крайней мере, такая мысль посетила Чимина в то утро. Он кивнул Чону, безмолвно благодаря. Уже когда Пак подходил к калитке, служившей выходом и входом для стадиона, мимо него прошёл тот самый парень с баскетбольным мячом. Который не Чон. Он был в серой тонкой кофте и футболке с рисунком поверх, на шее болтались цепочки, синяя спортивная сумка телепалась наперевес. Он не заметил Чимина. А Чимин всё ещё не знал, как его зовут. Ещё давно Чимин дал себе слово — никаких оправданий, если только это не мама. Собственно, так, не задавая себе лишних вопросов, он и начал изучать. День за днём по крупицам. Ему просто было интересно, и на ум не пришло ни одной причины, которая остановила бы его.
