Никогда не

      Это было лишь вопросом времени.       Ксено с ужасом смотрит на дату в календаре, несколько раз обведённую красным кружком, а потом ещё целый десяток — перечёркнутую крестом. Он откладывал мысли об этом в дальний ящик, старался не вспоминать и не думать, нагружая себя работой. Моральных сил, чтобы адекватно реагировать на подобное — не было. Ксено поджимает губы, отворачивая от себя календарь и закрывает глаза. Рука сама собой сжимается в кулак.       Завтра Стэнли уходит в армию.       Они и глазом моргнуть не успели, как прошло два года, экзамены были сданы, а срок военного призыва уже их нагнал. Ксено с отличием закончил школу, как и планировал, а вот Стэнли… Ксено соврёт, если скажет, что не разозлился, когда увидел пришедшие результаты. Стэнли был не тупой, Ксено прекрасно осведомлён об умственных способностях своего парня. Да, не как у многих, но при большом желании Стэнли спокойно мог набрать проходной балл для поступления в какой-нибудь колледж или даже университет.       В конце концов, Ксено бы даже помог ему с этим. Ну в самом деле, неужели это было так сложно? А теперь, когда пути назад уже нет, когда все возможные официальные пересдачи прошли (Стэнли ни на одной не появился) — только и остаётся, что сидеть и глотать обиду. На самого себя, на дурацкого Стэнли, на весь чёртов мир.       Вся последняя неделя прошла в напряжении. У Ксено были вступительные на носу, а Стэнли просто не хотел его лишний раз дёргать. Никто из них не испытывал особое желание ссориться, тем более перед такой долгой разлукой. Но задания как на зло не решались и сконцентрироваться было невозможно, потому что все мысли забиты только одним.       Чёртов Снайдер. Угораздило же влюбиться именно в него…       Ксено смотрит на время и в этот же момент замечает непрочитанные сообщения. Стэнли писал что-то про погоду, желание поесть картошку фри и встретиться. На пару секунд Ксено показалось, что он перенёсся в самое начало их отношений, когда всё было также неловко и смущающе.       Вы, 13:38       Не понимаю, почему ты ещё не у меня.

Стэн, 13:40

Ну вот, доктор Ксено пишет с точками ((

Злишься?

      Вы, 13:42       Ты даже не представляешь, насколько.

Стэн, 13:43

Понял, приду с фисташковым мороженым

      Ксено решает ничего не отвечать, выдыхая. Откладывает телефон и мотает головой, чтобы успокоиться. Потом встаёт, открывает окно и дышит знойным летним воздухом, от которого в комнате образуется ещё большая духота.       Сегодня он последний раз увидит Стэнли. А потом целый год сообщения пару раз в неделю, реже — звонки. Никаких встреч, потому что Стэнли будет всего лишь рядовым солдатом, а Ксено даже не его девушка. Им просто-напросто не позволят увидеться, ещё и на смех поднимут… Если бы Ксено мог, то убил бы каждого, кто так или иначе высказывался против их отношений.       Дурацкое настроение продолжается ровно до момента, пока не приходит Стэнли. Ксено успевает позлиться, поплакать, покричать и расстроиться снова. Поэтому дверь он открывает в странно-уставшем состоянии, что Стэнли, конечно же, сразу замечает.       — Ксен, — грустная улыбка, — я тебе мороженое принёс.       — Дурак, — судорожный вздох, — лучше бы ты мне справку от армии принёс.       Стэнли тихо смеётся, а потом тут же обнимает Ксено, когда делает шаг вперёд. Они липнут друг к другу так близко, что кажется, будто с этого момента их больше никто не сможет разъединить. Ксено очень хочется, чтобы это оказалось правдой. Но к огромному сожалению у них есть чуть меньше суток. Чуть меньше суток, чтобы вдоволь насладиться близостью, нацеловаться, наобниматься и наговориться на год вперёд…       Чуть меньше суток. Это ничтожно мало.       Ксено целует первый. Только дверь за Стэнли закрывается, как их губы встречаются. Оба пытаются перехватить инициативу, углубить поцелуй, переплестись языками и обменяться как можно большим количеством слюны. Их словно поставили на счётчик. Ладони Ксено крепко цепляются за сильные плечи, пока Стэнли, освобождая обе руки, подхватывает его под бёдра и прижимает к стене. Зарываясь пальцами в блондинистые волосы, Ксено с ужасом понимает, что совсем скоро эту роскошную шевелюру отстригут под ноль.       — Какой же ужас эта твоя армия, — сбивчиво шепчет Ксено, прижимаясь своим лбом к чужому.       — Почему?       — Я просто подумал о том, что тебе надо будет постричься, — тяжёлый вздох, — а это же явно меньшее из зол.       — Ну ничего, не волнуйся, отрастут, — Стэнли улыбается, бодая его носом, — или куплю парик, хочешь?       — Да, сразу клоунский, — кивает Ксено, — и нос красный, чтобы полный комплект был.       — Не вредничай.       — Не уходи в армию.       — Ксен, ну ты же знаешь…       — Дай слезу, надо мороженое в морозилку убрать, а то растает.       Стэнли с большой неохотой отпускает его, Ксено видит, но губы предательски дрожат, а руки потряхивает от обиды. Забрав ведро с любимой сладостью, он идёт на кухню, стараясь успокоиться и взять себя в руки. Нельзя было тратить последний день на ссоры, но держать внутри свои переживания Ксено тоже не мог.       — Ксен, это ненадолго, вот увидишь, — Стэнли как всегда появляется рядом практически бесшумно, но Ксено уже не пугается, потому что давно привык, — время быстро пройдёт.       — Угу. Ты голодный?       — Ксен, посмотри на меня.       — Ну что?       Очередной поцелуй, но на этот раз мягче и аккуратнее, чем первый, который был в коридоре. Ксено замирает, потом медленно отвечает и поджимает губы, когда Стэнли побитой собакой смотрит на него в ответ. Они уже неоднократно обсуждали эту тему, но каждый раз Ксено готов задавать один и тот же вопрос:       — Ну почему именно армия?       — Ксено… Ты знаешь. Потому что мне больше нигде нет места.       — Со мной чем тебе не место?       — Пока ты будешь строить успешную карьеру учёного, я послужу стране другим способом, — ладонь Стэнли осторожно поглаживает Ксено по щеке, — но это всё ещё не отменяет тот факт, что мы вместе. Верно?       — Но я не готов к этой разлуке, Стэн, — голос звучит так надрывно, что взгляд Стэнли становится ещё печальнее, — мы же, считай, всю жизнь были вместе. Сам подумай: как я буду без тебя? Я не умею. Мне тяжело…       — Ксен, успокойся, иди ко мне.       — Не хочу!       Глаза на мокром месте, пока Стэнли через силу утягивает Ксено в крепкие объятия. Они стоят так какое-то время. Оба молчат, но тихие всхлипы со стороны Ксено говорят сами за себя. Нежные поглаживания по голове немного успокаивают, но желание не выпускать Стэнли из своей квартиры никуда не делось.       — Успокоился?       — Нет.       — Пошли смотреть «Доктора Кто»?       — Угу.       По правде говоря, Ксено не хочет ничего смотреть. Он не просто так надел те самые короткие шорты, которые так любил Стэнли. Сегодня хотелось чувствовать себя любимым и желанным, но у Стэнли были другие планы.       Лёжа на кровати вдвоём, Ксено прижался максимально близко. Они всё ещё не переставали целоваться каждые две минуты и ластились друг к другу, как настоящие влюблённые мартовские коты.       Ксено не хотелось думать, что сегодня они лежат вот так в последний раз. Дальше только одинокая холодная постель и нагло стащенная толстовка Стэнли, в которой Ксено и планирует спать весь год. Грустные мысли снова доводят его до слёз — Стэнли тут же вытирает их, как только замечает.       И почему-то теперь каждые поцелуи ощущаются с горьким привкусом разлуки. Ксено жмётся ближе и не представляет, что с ним будет завтра на официальных проводах.       — Ксен, я тебя очень сильно люблю, — вдруг начинает Стэнли, поглаживая его лицо двумя большими пальцами, — и ничего на это не сможет повлиять.       — Я тоже тебя люблю, Стэн, — Ксено прикрывает глаза и поджимает губы, — я просто правда не готов к этому. Я думал, что будет легче, если я проигнорирую этот факт. Но он так быстро наступил, а я… Прости за нытьё, за истерики, за всё…       — Не извиняйся. На самом деле, я тоже боюсь этой разлуки. Пока я буду на службе, кто знает, какие придурки будут лезть к тебе здесь.       Ксено смотрит огромными глазами, полными удивления, на раздражённого Стэнли. Это первая новая эмоция, которую он показал за последний час. Ксено даже перестаёт шмыгать носом, теряясь. Через какое-то время после продолжительной тишины, он забирается на Стэнли сверху и тянет в свои объятия, прижимая лицом к груди.       — Стэн, ты такой дурачок, — лепечет Ксено, поглаживая чужую макушку, — я ни на кого даже внимание не обращу, потому что всех ненавижу. Тебе ли не знать.       — Да, но есть же настырные. А я могу об этом даже не узнать, — недовольно шипит Стэнли, на что Ксено удивлённо вздыхает.       — Стэн, я дождусь тебя, чего бы мне это не стоило. Если надо будет, я сам с ними разберусь. Но тебе я останусь верен до конца.       — Даже если станет слишком тяжело?       Ксено смотрит Стэнли в глаза и кивает несколько раз, после чего прижимается губами ко лбу, к щекам и носу.       — Стэн, меня без тебя нет, понимаешь?       — Меня без тебя тоже.       Больше нет сил терпеть. Ксено утягивает Стэнли в нежный поцелуй, параллельно перемещая его руки на свои бёдра. Дальше всё схватывается на лету. Они целуются глубже, часто и шумно дышат, когда возбуждённые тела притираются друг к другу. Ксено впервые довольно улыбается за последнее время, когда чувствует руки Стэнли на своих ягодицах. Пальцы сжимали кожу через шорты, слегка пошлёпывая.       — Эти твои шорты, — Стэнли цыкает языком, — я тебя съем сегодня.       — Не скажу, что не готовился к этому.       Настроение явно поднимается (и не только оно), как и общая атмосфера, которая улучшается после этого небольшого диалога. Ксено призывно раздвигает ноги, стягивая со Стэнли майку (неоднократно проклятую самим Ксено, потому что: ну невозможно же уже, Стэн!) и припадая с поцелуями к накаченным мышцам груди.       Меняя позу, Стэнли осторожно укладывает Ксено на живот, вынуждая приподняться.       — Вот так, — Стэнли довольно улыбается, — как же мне нравятся эти шорты.       — Извращенец, — ухмыляется Ксено, — вытрахай из меня всю дурь сегодня.       — Как скажешь.       Ксено прячет лицо в подушке, пока Стэнли стягивает с него шорты с бельём. Громкий стон вырывается сам собой; Стэнли широким мазком языка проводит по ягодице в самую глубь, слегка касаясь входа. Ксено призывно подаётся назад, постанывая, когда Стэнли разводит половинки в сторону двумя руками и снова припадает языком к проходу.       Голова идёт кругом. Ксено теряется в пространстве, потому что Стэнли много и сразу везде. Жара не делает лучше, через открытое окно лишь немного дует ветерок, а в комнате по ощущениям воздух нагрет до всех сорока. Поэтому Ксено поспешил стянуть с себя футболку, продолжая кусать губы и стонать, пока язык Стэнли проталкивается всё глубже. Громкие хлюпанья возбуждали и без того напряжённое тело.       — Опять везде гладкий, — с довольством замечает Стэнли, целуя под ягодицей, — такой вкусный.       — Стэн, — Ксено хнычет, зачёсывая собственные волосы назад, — я хочу целоваться.       С тихим смешком, Стэнли снова переворачивает Ксено, и они целуются, прижимаясь вплотную. Два члена призывно сталкиваются друг с другом, от чего оба стонут. Ксено раздвигает ноги ещё шире, одной рукой ловко пробираясь между их телами и хватая возбуждение Стэнли. Низкий стон доводит до трясучки, поэтому Ксено спешит вставить в себя член Стэнли, второй ладонью крепко цепляясь за его плечо.       — Ну куда ты так быстро, Ксен, осторожнее, — Стэнли кое-как успевает вернуть себе контроль, перехватывая руку Ксено, — больно же будет.       — Времени нет, Стэн, понимаешь? Я хочу тебя, я люблю тебя… Глубже, умоляю, войди глубже… Ах!       Ксено довольно стонет, когда Стэнли спустя пару минут выполняет его просьбу. Поцелуи снова становятся глубокие и влажные, а тела, уже давно изучившие друг друга, двигаются в унисон, доставляя двоим сразу неимоверное удовольствие.       — Я так тебя люблю, Стэн, так люблю, — бессвязно бормочет Ксено, когда Стэнли буквально накрывает его собой, — так сильно люблю. Ты у меня самый лучший, слышишь?       — Слышу, Ксен, ты у меня тоже. Иди ко мне.       Ксено протяжно стонет в поцелуй, когда чувствует приближение оргазма. Он словно в отчаянии цепляется за Стэнли сильнее, прижимается ближе и почти что плачет от переизбытка эмоций и ощущений. А когда кончает, то дрожит всем телом и ищет спасение в Стэнли.       — Я буду скучать, Стэн, — первый начинает разговор Ксено спустя десять минут, когда они лежат друг у друга в объятиях, — очень-очень сильно. И если у тебя будет возможность позвонить, то делай это сразу, не важно когда и в какое время. Я отвечу всегда, понял?       — Понял, — Стэнли кивает, целуя Ксено в висок, — ты самый главный командующий в моей жизни.       — Но всё-таки одну просьбу ты не выполнил, — с тяжёлым вздохом Ксено закрывает глаза, — ладно, может быть я действительно слишком драматизирую и в этом ничего страшного нет.       — Жизнь продолжит идти своим чередом, даже если мы какое-то время не будем вместе. Зато потом при встрече в очередной раз поймём, насколько крепкие наши чувства, согласен?       — Красиво говоришь, — Ксено вздыхает, — жаль только частично то, что я хотел бы услышать.       — Давай просто насладимся оставшимся временем друг с другом, что скажешь?       — Скажу, что согласен. А ещё сразу предупреждаю, что завтра я за себя не ручаюсь.       — Не думай о завтра, — Стэнли снова нависает сверху, — думай обо мне прямо сейчас.       Ксено кивает и отдаётся в новый поцелуй, закрывая глаза.

***

      Он делает глубокий вдох.       Белая фуражка, военная форма, праздничные ленты и громкая музыка. Всё кружится цветастым калейдоскопом: куда ни глянь, везде снуют зеваки, которые останавливаются, чтобы поглядеть на будущих военных. А полюбоваться и правда есть на что. Молодые парни, крепкие и сильные, красивые, с широкими улыбками на лице и уверенностью, пышущей через край. Все, как один, поют гимн Америки и смотрят только вперёд, ожидая начала торжественной части проводов.       Ксено чувствует себя лишним на этом празднике жизни. Но сердце не на месте — слишком часто бьётся, стоит только печальному взгляду найти в толпе Стэнли. Тогда губы сразу поджимались, а руки потели, сжимаясь в кулаки. Ксено стоял дальше, чем родители Стэнли, потому что не являлся родственником. А для официальных фотографий пускали только семью и близких людей. Но Ксено особо и не рвался вперёд. Еле сдерживал слёзы и старался привлекать к себе как можно меньше внимания.       Часы показывали ровно полдень. Загремела торжественная музыка, раздались аплодисменты и зазвучал чей-то мощный голос в микрофон. Ксено не слушал эти пустые и бесполезные разговоры. Краем уха до него доносились такие слова, как «честь», «доблесть», «патриотизм» и прочие, отчего становилось тошно. Белый халат, в котором он сбежал из лаборатории, привлекал к себе внимание, отчего Ксено становилось не по себе.       Через час они со Стэнли расстанутся как минимум на два года. Ксено до этого не знал точный срок службы, а Стэнли не хотел об этом говорить. Ситуация могла бы послужить новым поводом для ссоры, но у Ксено просто не осталось сил.       Он усталым взглядом наблюдал за тем, как родители обнимают сыновей, провожают их; матери вытирали слёзы, отцы гордо пожимали руки. Ксено хотелось вывернуть себя наизнанку. Он специально не показывался на глаза семье Стэнли, потому что боялся кучи вопросов. И ни в коем случае не хотел проговориться о переполняющих его сердце чувствах.       Если только им повезёт. Если только у Ксено получится пробиться сквозь эту огромную толпу, найти Стэнли и снова прижаться к нему в последний раз…       Морская пехота. Ксено читал об этом в Интернете и книгах, перерыл всю возможную информацию и даже зарегистрировался на каком-то форуме, где через фейк узнавал у бывших военных, как проходит такая служба. Надежды и спокойствия не прибавлялось, потому что Ксено на каждый более-менее положительный факт находил кучу отрицательных опровержений.       Но как бы он не думал и что бы он не говорил — Стэнли в военной форме смотрелся идеально. Он становился ещё привлекательнее и желаннее. Правда почему-то оставался не рядом с Ксено…       У Ксено будто открывается второе дыхание, когда музыка перестаёт играть. Он с волнением оглядывается по сторонам, а когда понимает, что торжественная часть закончилась, тут же начинает искать Стэнли в расходящейся толпе. У Ксено есть всего пара минут, если не меньше. Поезд совсем скоро уйдёт и увезёт от него Стэнли. Куда-то очень далеко и надолго.       Как только в толпе мелькает знакомая блондинистая макушка, Ксено срывается с места и бежит, безжалостно расталкивая всех в разные стороны. И прямо сейчас ему плевать, что подумают люди. Абсолютно без разницы, какая реакция будет на его странный внешний вид. Он пришёл на эту моральную пытку ради одного человека. И поэтому имеет полное право отдаться эмоциям.       В голове набатом крутится одно: поскорее добежать, побыстрее добраться, подобраться и обнять так крепко, чтобы у Стэнли хрустнули разом все рёбра. Ксено начинает чаще дышать, пульс ускоряется, а давление повышается. Здесь спокойно можно потерять сознание от давки, духоты и жары, но он стойко держится и продолжает прокладывать себе дорогу.       Становится легче, когда Стэнли замечает его. Тогда и он начинает двигаться вперёд, разгоняя людей, чтобы создать своеобразный коридор, по которому Ксено сможет до него добежать.       Ровно секунда. Ксено задерживает дыхание, а потом падает в чужие крепкие объятия. И сразу на душе становится так спокойно, будто всё происходящее до этого было страшным сном. Долгим, невыносимо болезненным и таким неприятным, что хочется счесть руки в кровь.       — Ксен, тише, — голос Стэнли звучит успокаивающе, — дыши, я рядом.       — Не уезжай, пожалуйста, не уезжай, — бормочет Ксено, зарываясь носом в военную форму, — Стэн, останься со мной. Я тебя прошу, нет, умоляю. Хочешь, на колени встану?       — Нет, Ксен, не надо. Ты прекрасно знаешь, что я не могу.       — Стэн, — Ксено поднимает на него свои печальные глаза, — я не справлюсь один.       На них никто не обращает внимание и обоим это даже на руку. Отчасти потому что вокруг ещё целая куча таких же пар. И всё-таки от этого Ксено чуть спокойнее.       Стэнли вздыхает. По его уставшему взгляду можно понять, что ему тоже не нравится вся ситуация. Ксено поджимает губы, когда ладони Стэнли осторожно обхватывают его щёки.       — Ксен, посмотри на меня и послушай очень внимательно. Ты у меня самый лучший, самый умный, самый сильный и самый-самый. Ты как никто другой умеешь справляться с трудностями, я знаю это, потому что наблюдал все последние годы. Я прекрасно понимаю, что тебе будет трудно. Мне тоже, потому что наша жизнь меняется и радикально поворачивается на все сто восемьдесят градусов. Но это наш шанс проверить свои силы, самих себя и наши чувства, а ещё доказать, что мы любим друг друга несмотря ни на что. Правда?       — Стэн, я готов говорить тебе об этом каждый день, — губы Ксено дрожат, — что угодно. Только не уходи, пожалуйста, я так этого не хочу. Я боюсь, что что-то произойдёт или пойдёт не так, а тебя не будет рядом, понимаешь?       — Ксен, я в тебя верю, — Стэнли выдыхает, — потерпи два года. Это не так много, как кажется.       — Я тебя ненавижу, Снайдер, — Ксено с трудом давит в себе громкий всхлип, — ненавижу, ненавижу, ненавижу…       Их последний поцелуй выходит горько-сладким. Ксено чувствует солёные слёзы и кривится, чем вызывает у Стэнли тихий смех.       Стоя на перроне, Ксено с такой тоской смотрит в след уходящему поезду, что кто-то рядом не выдерживает и шепчет что-то типа «ох, бедный мальчик». Грустная усмешка, прикрытые глаза. И правда.       — Ксено, я люблю тебя!       Резкий крик заставляет Ксено вздрогнуть. Взгляд тут же цепляет высунувшегося в окно поезда Стэнли, который размахивал руками. Ксено полностью заливается краской и смущённо кашляет, крутя пальцем у виска. Улыбка Стэнли широкая, а смех такой яркий, что сердце щемит.       Когда поезд исчезает из поля видимости, Ксено чувствует себя настолько опустошённым внутри, что даже не понимает, куда надо идти и просто следует за толпой.       В лаборатории приходится возвращаться к работе. Фиолетовый след от помады Стэнли на белом воротнике Ксено отстирывать не собирается.

***

      Стэн, 23:34

Ксен, я приехал!

Всё хорошо, правда связь тут ужасная.

Но командир разрешил звонить несколько раз в неделю, поэтому жди!

Потом скину фотки, как постригут))

Люблю тебя

      Ксено вытирает очередную слезу за этот день, правда теперь в них виноват совсем не Стэнли. Зачёркнутый красным титульный лист его проекта заставляет чувствовать себя полным ничтожеством. Ксено отодвигает бумаги, берёт телефон в руки и слабо улыбается. Нужно ответить так, чтобы Стэнли ничего не понял и не стал волноваться.       Вы, 23:36       Отлично, я рад!       Боже, мне всё ещё очень жалко твои волосы…       Надеюсь, они отрастут такими же красивыми!       Но фотки жду.       И потом скинь расписание, когда примерно сможешь звонить.       Я тебя тоже люблю!       Ксено не думает, что умалчивать о произошедшем правильно, но на сегодня у них и так было слишком много потрясений. Тем более вполне может быть и так, что Ксено себе просто надумал проблему, а на самом деле её нет. Может, это всё происходит из-за того, что сегодня он эмоционально-нестабилен. Такое тоже бывает, ему обязательно нужно будет отдохнуть.       А проект, который не приняли, просто надо переделать. Он не мог быть гением с самого начала. В конце концов, великие учёные тоже ошибались и их долго не принимали. Путь в науке тернист и полон различных проблем. Ксено должен преодолеть их сам, даже если кажется, что тяжело и невозможно. Стэнли всегда говорил, что верит в него, поэтому Ксено просто не может облажаться.       Пока Стэнли будет работать по другую сторону, Ксено попытается поднять научное сообщество с колен и заявить о себе на весь мир. Ради себя и Стэнли, ради их успешного совместного будущего. Пока судьба подготовила им трудные испытания, которые нужно пройти, делать это следует с пользой.       Выдыхая, Ксено откладывает телефон, понимая, что сегодня Стэнли ему уже вряд ли ответит. На душе становится чуть легче и спокойнее, потому что переживать о том, добрался ли его парень, больше не нужно. Останется только привыкнуть к отсутствию связи. Но на этот счёт у Ксено уже есть план.       Вы, 00:00       Первые сутки, которые начинаются без тебя       Непривычно       Но я обещаю тебе, что буду стараться       Ты будешь мной гордиться       Как и я тобой       Обещаю