Дом на пепелище

      Встретить этого человека сейчас, было все равно, что столкнуться с призраком средь бела дня. С призраком своего прошлого, болезненно и неожиданно. Что-то в груди резко кольнуло, когда он сделал шаг в аудиторию и прошел к профессорскому столу. Первой в Николь загорелась надежда, что она ошибается: может быть этот преподаватель просто очень похож на человека, чей образ мгновенно всплыл в голове? Но этой надежде не суждено было оправдаться. Молодой мужчина встал перед аудиторией, опираясь бедрами о рабочий стол, сложил руки на груди и обвел взглядом студентов. Зацепившись за глаза Николь, он на секунду замер, прежде чем начал говорить.       — Всем добрый день. Меня зовут Киллиан Сандерс, я старший детектив полиции Эванстона и, по совместительству, ваш новый преподаватель криминальной журналистики.       Вот так просто. Николь видела, как зашептались девушки с её курса, обрывки сказанного долетали до её ушей, но сама она словно оказалась в вакууме. Грудная клетка продолжала болезненно сжиматься, пока она смотрела на нового преподавателя, на человека, которому ей было слишком много, что сказать. Девушка подняла руку, обратив на себя внимание.       — Могу я выйти?       — Занятие только началось, вы уверены, что не дождетесь его окончания, мисс, — медленно произнес мужчина.       «Неужели не помнит», — проскочило в голове Николь. Как бы не так. Взгляд выдавал его с потрохами, он точно её узнал. Нарочито оборванная реплика. Как будто он не знает ее фамилию. Как будто он не знает о ней всё, даже то, что не следовало бы.       — Боюсь, что нет, — произнесла девушка, подхватив свой рюкзак и направившись к выходу из аудитории.       Когда дверь за её спиной захлопнулась и осталась в двадцати шагах за спиной, дышать стало несомненно легче. Сделав еще несколько глубоких вдохов, девушка чертыхнулась и широкими шагами направилась к выходу во двор. Погода в начале января не располагала к прогулкам, но Николь сейчас катастрофически нужно было пространство. Выдыхая облачко пара в морозный утренний воздух, девушка спрятала руки в карманы куртки и наблюдала как снежинки оседают на ее пепельно-русых прядях. Взгляд пополз по заснеженным лужайкам и окнам кампуса, она искала решение сложившейся ситуации, при котором не окажется проигравшей. Что он вообще здесь делает? Преподаватель? Смешно! Она понимала, что лучшим из вариантов будет отказаться от его дисциплины. Подумаешь, не так уж сильно ей нужна криминальная журналистика. Всегда можно устроиться в какую-нибудь желтую газетенку и копаться в грязном белье знаменитостей.       — Притворяешься снеговиком? — раздался веселый голос из—за плеча.       — Эйден, твою мать, — выдохнула девушка.       — Ну-ну, не упоминай богородицу в суе.       Эйден был её кузеном, сейчас они жили вместе, в доме который им арендовали его родители.       — Не хочу прерывать твой глубокий мысленный поток, но ты так замёрзнешь насмерть.       Николь хмыкнула и зашагала обратно ко входу в здание.       — Так что случилось? — догнав её, парень снова заговорил.       — Всё в полном порядке, просто нужно было подышать, — ответила Николь, сворачивая в сторону офиса.       — Вижу, на разговор ты не настроена, тогда увидимся дома.       — Ага, — кивнула девушка.       Эйден развернулся чтобы отправиться на следующее занятие, а Николь уверенно шагала к своему академическому консультанту.       Миссис Доусон сидела за своим столом перебирая стопки документов, столько работы в начале нового семестра. Заметив движение она подняла взгляд: перед её столом стояла Николь Граймс, студентка последнего курса направления криминальной журналистики и нервно перебирала лямку рюкзака.       — Добрый день, мисс Граймс, — доброжелательно улыбнулась Карен Доусон. — Вы что-то хотели?       — Могу я отказаться от предмета криминальная журналистика в этом семестре? — выпалила девушка.       — Хм, — консультант нахмурилась, прежде чем продолжить, — мисс Граймс, как называется ваша специальность?       — Криминальная журналистика, — ответила Николь.       — Как думаете, можете ли вы отказаться от основного курса?       — Я знаю, но у меня был высший балл все прошлые года, перевыполнение по курсовым и проектам, неужели оглядываясь на эти факторы нельзя ничего сделать? — попытка убедить.       — Я так не думаю, — ответила миссис Доусон. — Если только мистер Сандерс сможет вам подсказать возможный вариант.       — Да, уж он подскажет, — сквозь зубы едва слышно прошептала студентка. — Спасибо, миссис Доусон.       В этот день Николь вернулась домой в состоянии полной безысходности. Четырежды в неделю, ровно столько ей придется видеть лицо Киллиана Сандерса, и, по—видимому, притворяться, что она не знает его. Разве не просто? Просто выкинуть к чертям из памяти события пятилетней давности, всё что с ним связано, каждое слово по буквам, каждое движение по кадрам, каждую деталь этого безумного пазла. Притвориться что всё в порядке, снова.       С этими мыслями она погрузилась в беспокойный сон и вот тогда среди ночи вернулись кошмары. Их не было уже долгих два года, но в эту ночь, погрузившись в сон она снова попала в день похорон:в городе лил ужасный ливень, священник провожал в последний путь двух самых важных людей в её жизни. Ее родителей. Люди подходили и выражали соболезнования, но Николь их не слышала, как если бы была под толщей воды. Капли отбивали ритм по крышкам двух гробов, она захотела подойти и прикоснуться, но тело не слушалось. Тогда она попыталась закричать, но не вышло издать ни звука. Она пыталась снова и снова, поглощаемая тишиной.       И тогда, она наконец проснулась от собственного крика. Девушка дрожащими руками нащупала лампу и включила её, дыхание было сбитым а по телу бежали капельки холодного пота. Она успела отвыкнуть от этих снов и вот опять. Дверь в комнату распахнулась и в неё ввалился испуганный Эйден.       — Нико, что... — но вопрос так и остался невысказанным, он знал, что случилось. — Снова?       Девушка кивнула, пытаясь выровнять дыхание. Получалось паршиво. Кузен подошел к комоду и открыл первый ящик, покопался в аптечке и достал оттуда успокоительное. Протянул таблетки ей и сообщил что принесёт воды. Спустя двадцать долгих минут, которые Эйден сидел с Николь, обнимая её за плечи, он наконец подал голос:       — Ты хочешь поговорить?       — Нет, Эйд. Иди спать и я попробую, — прошептала девушка, а затем добавила, — Спасибо.       Кузен потрепал её по волосам и убедившись, что успокоительное подействовало, ушёл. Но когда Николь снова смогла заснуть, все сны включали в себя взгляд холодных синих глаз и безразличное «Мисс...".