Собиратель

- Встречай гостей, мастер. Сколько прошло прежде, чем Саурон вернулся, Тельпэринквар не мог сказать. Ход времени не чувствовался в тишине без смены дня и ночи, и размывался снами и вынужденным бездельем. Тельпэринквар старался меньше шевелиться - так боль почти не тревожила его, но когда Саурон отвёл в сторону занавесь, пропуская внутрь “гостей”, едва взглянув, он невольно приподнялся насколько позволяла цепь. Он не видел их много лет и даже не узнал в первый момент, - не оттого, что забыл облик, а оттого, что считал обоих давно умершими и встречу в Эндорэ - невозможной. Они смотрели на него с таким же изумлением. Тельпэринквар подумал - Саурон их не предупредил. Они не знали с кем встретятся, не ожидали увидеть его, и когда оба взглянули на Саурона, тот кивнул на их немой вопрос: - Да. Ваш племянник. Он подошёл к ложу, опустил руку за изголовье и Тельпэринквар почувствовал, что цепь ослабла. Он смог сесть, но тут же запоздало пожалел об этом. Покрывало сползло, открывая и цепь, и обруч на шее, и часть повязок и шрамов, а придержать его он не мог. И, даже понимая, что его положение в любом случае неизбежно стало бы известно “гостям”, он испытывал неудобство, представая перед родственниками в таком виде. С правителями Дортониона последний раз он виделся во времена Осады. Внешне оба почти не изменились, лишь чуть заострились черты, и волосы стали куда длиннее, но выражение их лиц казалось странно застывшим, лишь едва уловимое удивление мелькнуло и пропало, как рыба в зимней реке под коркой льда. С такой же едва заметной настороженностью они смотрели, как Саурон уселся позади Тельпэринквара, подогнув ногу и приобнял его одной рукой. - Он совсем несведущ, - сказал Саурон, укладывая другую руку на плечо Тельпэринквару и поглаживая пальцем ключицу. - И сначала только посмотрит. Братья так же молча скинули на пол плащи. Волчий мех двумя перекрывающимися кругами лег к их ногам, и Тельпэринквар окончательно потерял дар речи. Одежды на арфингах можно сказать не было - только россыпи украшений на почти обнажённых телах - золотых колец, браслетов, ожерелий с подвесками, цепочек, пряжек, усеянных гранёными кристаллами. Глядя, как они переступают босыми ногами с камня на мех и опускаются на колени, и чувствуя, как учащается биение сердца, Тельпэринквар пытался понять - что это? Сыновья Арафинвэ не сгинули в Браголлах, но стали пленниками, покорными умайе? Он не мог представить, чтобы эти двое - Арато Ангамайтэ и его младший брат, наводившие когда-то такой ужас на тварей Моргота, что орки и гауры бежали лишь от упоминания их имён - могли так внимательно ловить взгляды темного майа и смиренно подчиняться его жестам. Но что они тогда - иллюзия или занявшие тела братьев духи, подвластные Саурону? Он слышал о подобных. Если иллюзия, то сходство было полным - не отличить. Они выглядели так же, так же были сложены, за плавностью их движений угадывался опыт умелых воинов. Всё было дивно сходным - за исключением этого подчёркнутого послушания. Он едва не оглянулся и не спросил, кто это и для чего они здесь, но сдержался. Если бы Ангарато и Айканаро действительно были живы, Саурон мог бы попытаться заставить пленника расстаться с тайной, угрожая им. Почти все близкие кровные родственники Тельпэринквара давно погибли и были недосягаемы для Саурона, и мысль эта в какой-то мере приносила ему облегчение, когда он оказался в плену, и когда умайе после бесплодных уговоров взялся за уцелевших учеников и подмастерьев Дома. Утешение было слабым - многих мастеров Тельпэринквар знал слишком долго, слишком хорошо, слишком близко, некоторые из них за годы жизни в Эрегионе стали ему ближе иной родни. Но неужели Саурон возомнил, будто, принеся в жертву друзей, перед угрозой со-родственникам он сдастся? Не настолько умайе наивен. И вид двух эльда смущал ум - зачем на них всё это? Пленников не наряжают, отправляя на пытки. Вожди подвластных Тьме племён порой без меры украшали жён и рабов, но ровно так же они обвешивали драгоценностями всё, что их окружало - чтоб показать богатство, что в их умах бывало отраженьем силы. Но Тельпэринквар - не дикий горец, чтобы пытаться зачаровать его блеском побрякушек, он и без того осведомлён - и о могуществе Саурона, и о том, что в грудах золота и самоцветов оно неизмеряемо. Противоречия путали мысли, но Тельпэринквар не задавал вопроса, чтоб не выдавать своей растерянности. Ответ он всё равно получит - это неизбежно, он будет заключён в самом развитии событий. Чуть раньше или чуть позже - есть ли разница. - Мы будем смотреть, - шепнул Саурон, прижимаясь к его спине. - Давай, Ангрод… На миг Тельпэринквар вообразил - Саурон заставит их мучить друг друга. Подобное уже бывало в Ост-ин-Эдиль: майа приказывал одним пленникам измываться над другими, угрожая расправой их семьям... Но Ангарато повернулся к брату, наклонился и поцеловал его. В губы. Поцелуй был лёгким. Когда-то Ангарато так же нежно целовал жену. Тельпэринквар однажды ещё в Валиноре видел их стоящими вдвоём среди усыпанных белыми цветами зарослей чубушника в пору смешения света. Ангарато точно так же наклонялся к губам Эльдалотэ. Айканаро схватил брата за руки, словно в попытке удержать, но не отклонился и не отвернулся. За одним поцелуем последовал другой… Пальцы Айканаро стискивали запястье Ангарато, но следующий поцелуй длился дольше и он начал отвечать. Вскоре руки его оказались на плечах брата, пальцы путались в его волосах. Ангарато опустил ладони ему на бёдра и притянул к себе. Айканаро развёл ноги усаживаясь верхом на колени брата и запрокинул голову, подставляя шею его губам. - Детям Арафинвэ золото к лицу, верно? - тихо спросил Саурон. - Это твой морок, - сказал Тельпэринквар, с трудом выходя из оцепенения. И услышал короткий смех. - Ангрод, Аэгнор, - окликнул Саурон. Братья замерли, обернувшись к нему, и лица, которые только что казались более живыми, вновь превратились с настороженные и отрешённые маски. - Идите сюда, - поманил их Саурон. Оба поднялись, подошли и встали рядом. - Можешь их потрогать, - сказал Саурон. Он взял Айканаро за руку и потянул к ложу. Тот оказался совсем рядом, даже прикованной рукой Тельпэринквар мог бы коснуться его бедра, но вместо этого он невольно впился пальцами в устилающее ложе покрывало. Теперь ему казалось - уж лучше бы это был морок. Иначе - придётся смиряться с мыслью, что перед ним действительно его дядья, и только что он видел, как они на самом деле одаривали друг друга тем, что уместно для возлюбленных, но не для братьев. - Не веришь? - спросил Саурон. - Не верю, - согласился Тельпэринквар. - Это твоя иллюзия или твои слуги, овладевшие их телами. Саурон рассмеялся. - Это Аэгнор, правитель Дортониона, - сказал он. - Просто он хорошо выучился послушанию и ныне мои желания способен понимать без приказаний. Он дёрнул Айканаро за запястье. Айканаро опустился на колено и когда Саурон большим пальцем коснулся его губ приподнял голову и приоткрыл рот с таким отсутствующим безвольным видом, что Тельпэринквар решил - он либо околдован, либо одурманен. Глаза Айканаро смотрели на Саурона неподвижно, и сам он не шевельнулся пока майа не велел ему жестом подняться. - А это Ангрод, - продолжал Саурон. - Он чуть менее понятлив, зато на всё готов беспрекословно. Вы, оба… Ангарато и Айканаро разом взглянули на него. - Слышите, - племянник в вас не верит, - с насмешкой сказал Саурон. - Может, стоит и ему уделить каплю внимания ради избавления его от сомнений. Айканаро немедленно наклонился к Тельпэринквару. Тельпэринквар отклонился назад насколько мог, почти касаясь плеча Саурона затылком. Дальше было некуда, но когда чуть приоткрытые губы Айканаро почти коснулись его собственных плотно стиснутых, Саурон сказал: - Остановись. Айканаро замер и медленно выпрямился. - Не хочешь, чтобы дядя тебя поцеловал? - с наигранным разочарованием сказал Саурон Тельпэринквару. - Ты хочешь знать мой ответ? - спросил Тельпэринквар. - Или просто играешь? Он постарался вновь сесть прямо. Губы Айканаро его не коснулись, но пальцами Айканаро дотрагивался до его лица, и в прикосновении не было ни иллюзорности морока, ни холода мертвенной тени, было - тепло живого тела. И нужно было справиться теперь с ужасом понимания: это может быть не обманом ради забавы. - Я надеялся, что встреча с близкими порадует тебя, - сказал Саурон. - А ты к ним холоден. - С близкими? Я вижу, ты превратно истолковал связь этого понятия со словом “близость”, - внимательно следя за арафинвионами медленно и отчётливо произнёс Тельпэринквар. - Не представляю, как возможно было бы заставить сыновей Арафинвэ так себя вести, а прикосновения любых твоих тварей мне неприятны, чей бы образ они ни приняли. Он надеялся увидеть какой-то признак чувств на лицах Айканаро и Ангарато и получить ещё какой-то знак того, они ли это. У Айканаро дрогнули опущенные ресницы. Ангарато словно не услышал. Саурон рассмеялся. - Вот, значит, в чём ошибка, - сказал он. - Следовало начинать с того - как, чем, куда и насколько глубоко возможно вбить науку послушания принцам нолдор. А я решил что будет лучше сразу представить результат воспитания и понадеялся, что тем тебя избавлю от перипетий их участи. Да, допускаю, знай ты - как, сомнений бы сейчас не испытал. Но я позволю им самим потом тебе поведать. Возможно, что-то даже дам испробовать и самому. Тельпэринквар заметил, как при этих словах Ангарато на миг сжал губы. - Если это правда, - сказал он, - чего ты намерен добиться, унижением моих родственников? - Возможно ли унизить поцелуем? - поинтересовался Саурон. - Не поцелуем, - возразил Тельпэринквар, - а принуждением к тому, что отражает порывы феа, и истинно лишь когда искренне. - Он думает, что вы неискренни в своей любви к друг другу и к нему, - насмешливо сказал Саурон стоящим перед ним. - Уж постарайтесь переубедить его… Тельпэринквару почудилась едва заметная угроза в последних его словах. Саурон поманил их и протянул вперёд руку ладонью вверх. Айканаро подошёл к нему первым. Он расстегнул крупную пряжку на поясе и уронил его на пол. Золото гулко ударилось о камень, а Айканаро возложил на ладонь Саурона то, что скрывала от взгляда бахрома из цепочек и подвесок. Пальцы умайе сомкнулись, и пока одной рукой он поглаживал набухающую и расправляющуюся плоть, другую опустил под покрывало. Тельпэринквар чувствовал лёгкое касание его пальцев - там же где Саурон касался тела Айканаро. До него он дотрагивался едва ощутимо, но и это прикосновение заставляло Тельпэринквара напрячься до дрожи. Айканаро оставался безучастным и лишь когда Саурон, сочтя свои усилия достаточными, взмахом руки отогнал его и взялся тем же образом за Ангарато, быстро взглянул на лицо племянника. Тельпэринквар тоже старался на него не смотреть. Он никогда не находил ничего особо смущающего или постыдного в уместной наготе, и возбуждённых мужчин ему конечно приходилось видеть, но сейчас вид Ангарато и Айканаро стоящих перед ним обнажёнными, только в блеске драгоценных камней и покрывалах собственных волос, казался непереносимым, и оба гладких, жемчужно-розовых кончика, выступивших из светлых складок кожи, казалось, указывали на него. Вожди подвластных Мелькору племён брали пленников в наложники, люди их на захваченных землях насилию предавались с таким же азартам, как грабежу, но сложно было представить, что до того же можно низвести и эльдар. Мысль об этом вызывала дурноту… Саурон снова прибнял его, уложив ладонь на грудь, словно участившееся биение сердца привлекло его. - Не бойся, мастер, эти клинки наточены не для тебя, - пообещал он почти шёпотом, - и они не будут тебя трогать. Пока… Он кивнул арафинвионам и велел: - Приласкайте-ка друг друга. В чашу на столике у ложа первым опустил пальцы Ангарато, Айканаро сделал то же следом, но он остался неподвижно стоять, держа руку на весу, пока Ангарато, стоя на коленях, оглаживал его промежность. Плоть маслянно заблестела, когда ладони скользнули по ней взад-вперёд. Тельпэринквар старался смотреть не на его движения, а на Айканаро, даже не на лицо, а на капающее с чуть согнутых пальцев в подставленную ладонь густую жидкость. Под покрывалом пальцы Саурона двигались в такт рукам Ангарато, и Тельпэринквар не смог удержаться от мысли о том, что ощущает Айканаро. Его самого Саурон едва касался, а пальцы Ангарато смыкались кольцом, движения вверх-вниз были плавными и казались привычными, как движения гончара, в бессчётный раз разглаживающего глину. Сколько лет он их оттачивал, эти умения?... - Давайте вместе, - скомандовал Саурон и Ангарато поднялся. Братья приблизились друг к другу, сомкнув ладони на соприкоснувшихся частях. Пальцы и то, что они охватывали, лоснились от масла. В гранях кристаллов в такт их движениям завораживающе вспыхивали и гасли блики и оба арфинга казались бесконечно сосредоточенными. Наконец Саурон щёлкнул пальцами, чтобы привлечь их внимание и когда они оглянулись на звук сказал: - Айканаро… Жест его был Тельпэринквару незнаком и непонятен, но Ангарато повернулся к брату спиной, положил ладони на свои ягодицы и развёл. Рука Айканаро легла на ложбинку между ними. Он провёл по ней раз-другой вверх-вниз, вновь обмакнул руку в чашу и продолжил. Пальцы его двигались, как если бы он втирал мазь или разминал уставшую мышцу…. - Понимаешь, что он делает? - шепнул Саурон, когда средний палец Айканаро наполовину исчез в отверстии посреди ложбинки. - Понимаю, что ты ещё хуже, чем я успел узнать, - прошипел Телпэринквар. Он не хотел бы такого видеть никогда - даже если бы всё происходящее было лишь виденьем. - И что же плохого в том, что я позволяю одному братцу помочь другому принять его богатство? - издевательски спросил Саурон. Он вновь подозвал братьев поближе, и протянул руку, подхватывая тяжёлую плоть Айканаро. - Эру ничем эльдар не обделил, - сказал он, и, бесцеремонно развернув Ангарато к себе спиной, провёл между ягодицами, остановившись посередине и вдавив слегка кончики собственных пальцев туда, где только что был палец Айканаро. - Терпением и здоровьем тоже, - добавил он, разводя пальцы и растягивая отверстие. - Как-нибудь, они тебе покажут, насколько сложнее вставлять насухую. Покажут и расскажут об ощущениях - расспроси их потом. Не сегодня, а когда-нибудь, когда я буду не в духе или они провинятся. Ангрод наклонись, Тье плохо видно. Ангарато нагнулся и ещё сильнее раздвинул ягодицы. Саурон кивнул Айканаро: - Продолжай. Айканаро послушно вновь протолкнул внутрь палец и чуть вытянул назад. Движения его были ритмичными и плавными и с каждым разом палец погружался в тело Ангарато, чуть больше: сначала наполовину, потом всё глубже и глубже. Потом к одному добавился второй… К горлу Тельпэринквара подкатила дурнота, когда он угадал в этих движениях ритм совокупления. Саурон следил за действиями Айканаро внимательно и не давал отворачиваться Тельпэринквару. - Ему не плохо, - шептал он, наклонившись к его уху. - Сейчас, когда плоть жаждет утоления. Ангарато, хочешь себя потрогать? - Да, - хрипло ответил Ангарато. - Нет! - не позволил Саурон. - Пока - нет. Наклонись ещё немного. Ангарато нагнулся ещё– так, что голова его оказалась ниже поясницы, а кончики волос упали на пол, и теперь Тельпэринквар мог видеть его лицо с полуприкрытыми глазами; сквозь бесстрастность на нём проступало мучительное ожидание. Когда Айканаро впихнул в брата три пальца сразу, губы Ангарато приоткрылись, а Тельпэринквар невольно вздрогнул. Саурон его немедленно приобнял чуть крепче. - Не переживай так сильно, - сказал он, - туда и вся рука поместится. Аэгнор, хватит. Возьми его. Ангарато немедленно опустился на пол возле ложа, на четвереньки, упираясь в пол ладонями, Айканаро встал на колени позади него, прижимаясь к бёдрам, уложив то, чем “Эру его богато одарил” на крестец Ангарато - блестящее, прямое и туго налитое. Теперь Айканаро взялся за ягодицы брата сам, раздвинул их и чуть откинулся назад, так что кончик его “богатства” упёрся прямо в тёмно-розовый венчик отверстия. Он чуть подался вперёд, проталкивая его внутрь. И, когда головка почти скрылась внутри, взглянул на Саурона. - Как ему это сделать? - спросил Саурон у Тельпэринквара, поглаживая его живот. - Медленно или быстро? Тельпэринквар ответил сквозь зубы: - Избавь меня от любого… - Быстро! - приказал Саурон. Айканаро дёрнул брата за бёдра на себя, рывком погружаясь в его тело полностью. У Ангарато вырвался вздох, у Тельпэринквара - тоже. Саурон сделал Айканаро знак и тот замер. - Это не больнее сломанной кости, и ущерба куда меньше, - сказал Саурон, поглаживая ключицу Тельпэринквара. - Хотя может быть неприятно. Кое-кто здесь предпочитает и так, но не Ангарато. Давай Аэгнор. Айканаро сделал движение бёдрами вперёд и вверх. Выглядело это непристойно. Ещё непристойнее было то, как Ангарато прогнулся навстречу этому движению… Тельпэринквар, всё больше каменея, смотрел, как Айканаро сильными толчками входит и почти выскальзывает, - поначалу с явным усилием, каждый раз притягивая брата к себе за бёдра, а потом всё более ровно… Затем по слову Саурона Ангарато, по-прежнему стоя подле ложа на коленях, наклонился, укладывая локти на пол, а Айканаро замедлил темп. Потом Айканаро уложил брата грудью на край ложа, в изножье и брал его торопливыми, короткими движениями. Потом Саурон велел Ангарато перевернуться на спину, и ноги Ангарато были закинуты на плечи Айканаро, Тельпэринквар ступнями теперь невольно упирался Ангарато в плечо. Ангарато лежал на его цепи, и он не мог подтянуть ноги ближе, - и ощущал каждый толчок. Саурон зрелищем наслаждался и не позволял отвернуться ему. - Хочешь помочь дяде? - спросил он. Тельпэринквар отшатнулся в сторону, услышав это. Саурон рассмеялся. - Тогда спасай себя сам, - сказал он Ангарато. У Тельпэринквара голова пошла кругом, когда он увидел скользящие по собственному члену пальцы Ангарато. Движения бёдер Айканаро и его руки сложились в какой-то дикий танец, Братья слились в его неровном ритме, а потом Ангарато дёрнулся и закрыл глаза одной рукой. Другую он сомкнул на головке, но по пальцам и животу обильно текли белые полупрозрачные струйки… Саурон поднялся и погладил по голове остановившегося Айканаро. - Ты тоже хочешь? - спросил он участливо. Айканаро поднял на него умоляющий взгляд и кивнул. - Встань, - велел Саурон, усаживаясь возле всё ещё лежащего на спине Ангарато. Айканаро, осторожно опустив ноги брата с собственных плеч на пол, поднялся и Саурон беззастенчиво сунул руку ему между ног. Он быстро двигал рукой у него меж бёдер и лицо Айканаро становилось всё более отрешённым, пока он наконец не согнулся, прикусив на миг зубами нижнюю губу. Выплеснувшееся семя попало на покрывало, брызги долетели и до лица Тельпэринквара, он почувствовал влагу на груди. Лицо увидевшего это Айканаро на миг изменилось, глаза расширились, но Саурон толкнул его на колени и выражение Айканаро снова стало безразличным. - Твоё присутствие смущает их так же, как их невинные развлечения - тебя, - сказал Саурон, оборачиваясь к Тельпэринквару. - Обычно они не такие скованные. Влажно блестящие пальцы он обтёр о волосы Айканаро, согнал всё это время так лежавшего на краю ложа, Ангарато, и опустил руку за изножье. Цепь натянулась на миг и ослабла, Саурон, сдёрнув с Тельпэринквара покрывало, забрался на ложе, и, раздвинув ноги пленника коленом, уселся между ними. - Я не успел научить тебя всему, чему хотел, - сказал он, пальцем подцепив подбородок Тельпэринквара. - Мастер, готов ли ты познать новое? - К чему мне такие знания? - сказал Тельпэринквар. - О них я не просил. Лицо Саурона оказалось слишком близко, и ему хотелось отодвинуться, но он сдержался. - Значит это будет мой дар, - сказал Саурон тихо, наклоняясь к его уху. - В Ост-ин-Идиль мастеру одержимому созданием невиданных чудес, он бы лишь вредил и отвлекал. А здесь - пригодится… Посмотрим, насколько велика твоя одарённость... Тельпэринквар смотрел на насмешливо изгибающиеся губы, чувствуя, как рука Саурона легла ему на живот, ладонь скользнула вниз, пальцы охватили естество у основания. Прикосновение отдалось внутри, в глубине тела тягучим ни на что не похожим ощущением, более всего похожим на страх падения с высоты, но менее острым. Напряжение и тяжесть в паху не были собственным его желанием - Саурон что-то сделал, то же, что прежде с Ангарато и Айканаро, но возбуждение вызывало в нём стыд. Он старался не смотреть ни на двоюродных братьев отца, вернувшихся на плащи, и терпеливо ждущих новых приказов, ни вниз, но чувствовал, как Саурон гладит его такими же движениями, как и братья прежде - друг друга. Только ладонь у Саурона была сухой и горячей и он едва её сжимал. - Как долго я мечтал увидеть внука Феанора во всей его красе, - сказал Саурон, наконец остановившийся, но не отпустивший его. - Насколько, интересно, ты подобен в этом своему предку? Он рассматривал лежащее у него на ладони естество с таким видом, будто это был слиток мифрила особой чистоты. Тельпэринквар, глядя в стык стены и свода потолка, подумал, что дед, услышь он такое, точно бы удавил умайе. И эти цепи бы его не удержали. Он дёрнул было руками, но тут же их опустил. Сил не хватит. - Чего ты добиваешься? - спросил он у Саурона. - Взаимности, - ответил Саурон с лукавой улыбкой. - Но для начала - мне хватит и покорности. Он убрал руку и чуть отодвинулся назад, ведя пальцами по внутренней стороне бёдер пленника, потом одна рука его сомкнулась на лодыжке и он ещё раз оглядел Тельпэринквара долгим многообещающим взглядом, а тот вспомнил братьев арфингов: лежащие на плечах Айканаро ноги Ангарато… Саурон собирается сделать то же самое? Сердце, глухо стукнув, успело подскочить на мгновение к горлу, но умайе просто поднялся на колени и спустился с ложа. Он дёрнул последнюю сдерживавшую пленника цепь, и где-то под ложем звякнули рассоединившиеся концы. - Иди к ним, - сказал Саурон, указывая на арфингов, - пусть они тебя приласкают, а я полюбуюсь. Тельпэринквар не пошевелился. Глядя на Саурона он в этот момент думал только, успеет ли дотянуться до его горла. Хватит ли сил? Нет, не хватит. Он и с оружием в руках не смог против него выстоять, пусть и для Саурона их схватка оказалась непростой. Однако, если тёмный майа настолько беспечен, что освободил его от оков, то он может хотя бы показать, что и на покорность Саурон надеется напрасно. Но умайе стоял в нескольких шагах, и Тельпэринквар медлил. - Уговори своего племянника Ангрод, - сказал Саурон видя его замешательство и неверно истолковав причину. Ангарато плавно поднялся с пола, откинув назад длинные волосы, и подошёл, протягивая руку ладонью вверх. Тельпэринквар не пошевелился. - Я отказываюсь, - сказал он. - Иди, - сказал Саурон. - Или они сделают то же самое, только на тебе снова будут цепи, кровь и следы побоев. - Принуждать меня ты можешь, заставить подчиняться добровольно - нет - Значит, придётся вновь тебя заковать, - спокойно сказал Саурон. - Тар Майрон, подожди, - вмешался Ангарато. Это были первые слова, которые он произнёс и Тельпэринквар вздрогнул, услышав в знакомом голосе незнакомые умоляющие интонации. Лицо Ангарато утратило восковую неподвижность, когда он обернулся к Тельпэринквару. - Тельпэ, пожалуйста, - произнёс Ангарато, и позвал. - Айканаро... Майрон с усмешкой отошёл в сторону, Айканаро подошёл и присел на ложе рядом с Тельпэринкваром. Когда Ангарато взял племянника за руки, а Айканаро обнял, Тельпэринквар замер, не в силах поверить в происходящее и решиться вырваться. Он хотел просить их остановиться, но Айканаро прошептал ему: - Не надо. Ангарато рассматривал руки Тельпэринквара, осторожно касаясь пальцами ссадин. - Всем будет хуже, - еле слышно предостерёг Айканаро, пока его брат внимательно разглядывал повязки на теле Тельпэринквара. - Просто не двигайся, не сопротивляйся. Мы знаем, чего он хочет, и сами всё сделаем Ангарато обернулся к Саурону. - Тар Майрон, он ранен, - сказал он. - Не лучше ли выждать? - Уже достаточно оправился для ваших объятий, - возразил Саурон. - Он крепкий. Его и сейчас могли бы поиметь дюжины две озабоченных истерлингов - и он бы пережил. Будьте осторожны насколько требуется. Ангарато кивнул. Он обменялся взглядами с братом, Айканаро приподнял Тельпэринквара за бёдра, Ангарато подхватил под колени и они пересадили его на колени Айканаро. - Прислонись ко мне, - шепнул Айканаро, обнимая его. - Держи меня за руку… Уложенной племяннику на грудь ладонью, осторожно, не касаясь ран и повязок, он притянул Тельпэринквара к себе. Оттолкнуть Саурона было легко. Айканаро и Ангарато - куда сложнее. Тельпэринквара приводила в замешательство нелепость и низменность происходящего и всё же в то, что рядом с ним оказались неведомо как выжившие сыновья Арафинвэ он уже верил. И та осторожность, с которой они с ним обходились, мешала им сопротивляться. Когда Ангарато вернулся от столика с влажной от масла рукой Тельпэринквар всё же попытался его остановить. Пальцы одной руки уже оказались сцепленными в надёжный замок с пальцами Айканаро, но свободной он упёрся Ангарато в живот, требуя: - Остановитесь! Не подчиняйтесь ему… Ангарато наклонился к нему и не дал договорить, прижавшись губами к губам. Тельпэринквар вздохнул от возмущения, неосмотрительно приоткрыв рот и тут же внутрь проник чужой язык. Умайе, решись он на подобное, тут же бы остался без самой опасной части своего тела, но Ангарато даже сейчас Тельпэринквар не хотел ни вредить, ни даже причинять боль, а потому он просто замер. - Молчи, - тихо сказал Айканаро. - Лучше ничего не говорить. Понимаешь? Тельпэринквар чуть кивнул - и Ангарато тут же выпустил его, и опустился перед ними наземь, разводя колени - и брата и сидящего на нём племянника. Тельпэринквар увидел, как он наклоняется и почувствовал прикосновение - сначала пальцев, потом - губ. Этого он даже не понял сразу, и только когда Ангарато приподнял голову и он сопоставил то, что было перед глазами и собственные ощущения - осознал, что именно обхватывает его плоть. - Закрой глаза, - прошептал Айканаро. - Лучше закрой… так будет быстрее. Глаза Тельпэринквар закрыл, но чтобы не видеть, как часть его тела погружается в рот Ангарато. Он знал, что такое случается бывает принято у людей, видел даже в Ост-ин-Эдиль после падения города, но никогда бы даже не предположил, что сам будет, как дикий истерлинг, участвовать в чём-то подобном, тем более - с дядей. Но зажмурился он слишком поздно и увидеть успел достаточно. И, даже закрыв глаза, чувствуя касания губ и языка, теперь он мог легко представить Ангарато - как тот склоняет и приподнимает голову у него между бёдер. Он попытался наощупь найти и оттолкнуть дядю ещё раз, но как только коснулся его волос - оказался пойманным окончательно: Ангарато сплёл свои пальцы с его, так же как Айканаро, и отвёл руку в сторону. Когда влажная от масла ладонь Ангарато коснулась Тельпэринквара снизу, он стиснул пальцы. - Он будет очень осторожен, - тут же успокаивающе прошептал Айканаро. - И не причинит боли. Тельпэринквара заверение не успокоило. Ему известна была боль от ран, от порванных мышц, от огня и железа - и ничего сопоставимого он и не ждал. Но движение скользкой от масла ладони вдоль ягодиц заставляло его напряжённо выгнуться в попытке этого прикосновения избежать. Рука Айканаро прижалась к его груди, а кончика уха коснулись губы Айканаро. - Представь, что мы здесь одни, - шептал он. - Попробуй представить, что всё по любви, и тебе нравится. Тельпэринквар задохнулся от этих слов. Нравится?! Только Саурону здесь что-то и нравится. Он не сомневался, что для братьев всё это - тоже весьма сомнительное удовольствие. Людям бывает присуща возможность получать удовлетворение от единений тел, без единений феар. Случается ли такое с эльдар - он не слышал. Как вообще возможно единение с другим мужчиной - не очень представлял, хотя в том, что само по себе возможно - только что убедился. Глаза он закрыл и не открывал, теперь уже - больше чтобы не видеть самодовольного лица и жмурящихся глаз Саурона, развалившегося на волчьих шкурах напротив них. С закрытыми глазами отчётливее и ярче стало то, на что до этого он совершенно не обращал внимания. Он чувствовал обнажённой спиной нагревшиеся от теплоты тел украшения, почти сплошь покрывающие грудь Айканаро, и камни в перстнях и кольцах на руках братьев - под пальцами, волосы Ангарато задевали его разведённые бёдра и низ живота, рука Айканаро лежала у него на груди и только сейчас он понял, что один сосок зажат у Айканаро между пальцами. - Позволь себе расслабиться, - шептал Айканаро, чуть сжимая и разжимая их, - и излиться… Тельпэринквар лишь с огромным усилием заставил себя разжать стиснутые зубы и откинуться на Айканаро. В плечах, мышцах рук и живота, начала пробиваться мелкая дрожь, как бывало от крайний усталости, или когда уже и так измученное тело сталкивалось с новой пыткой. Прикосновения Ангарато с закрытыми глазами тоже воспринимались отчётливее. Никаких попыток проникновения Ангарато не предпринимал, только гладил, растягивал, чуть вдавливал подушечку пальца в сомкнутое отверстие. От того, что он делал, глубоко внизу скапливалась тяжесть, от неё перехватывало горло и мутилось в голове, и мучительно хотелось от всего этого избавиться. Руки и рот Ангарато одновременно словно и заставляли эту тяжесть расти и приближали освобождение. В рассыпающихся золотым песком мыслях Тельпэринквара мелькнула одна - о том, что вот за что это зовут “вожделением, maile”. Оно как жажда. Он хочет - чтобы это прекратилось. Но не знает, чем эту жажду унимать…. Закончилось всё внезапно, когда терпеть стало невыносимо, и пришлось почти уже сдерживать стон, будто действительно под пыткой. Судорогой в теле, спазмами внизу, потоком семени - жгучую потребность неведомо в чём вынесло и Тельпэринквар открыл глаза. И тут же закрыл, пожалев, что так же невозможно по желанию лишить себя возможности слышать. Под смех Саурона Ангарато, по-прежнему стоя на коленях, нежно касался губами естества племянника. По груди и животу Ангарато медленно стекали опаловые капли. Тельпэринквар откинулся на Айканаро, чувствуя себя вконец обессиленным и пока Саурон смеялся, последовательно проклинал его всеми известными ему проклятиями. - Заберите его и отмойте, - приказал Саурон, отсмеявшись. - Ходить не позволяйте - кости ещё не окрепли. Голова у Тэльперинквара закружилась, когда Айканаро поднялся, подхватив его на руки, а внутри всё вновь свело, и на бедро пролилось ещё немного жидкости. Глаз он предпочёл не открывать…