Ты - мой безумный мир

- Мне понравилась другая твоя сторона. Говоря об этом, у него даже не вспыхнул ожидаемый Мерцеллой огонек в глазах - не было в его взоре ни дерзости, ни хитрости - лишь спокойный, бескрайний тёмно-серый океан. - Это была не я.... Девушка ощутила, как кровь прилила к лицу - перед глазами возникли воспоминания о ночи, проведенной в её с Айеном спальне несколько дней назад. Кожу обдало жаром в тех местах, где её особо пылко касались руки. Их руки. - В таком состоянии я совсем себя не узнаю... Лайс, не обращая внимания на смущение девушки, придвинулся ближе к ней и аккуратно положил крупную ладонь на ее тонкую талию, а голову на плечо, где покоились белокурые локоны. Имплант на его скуле даже сквозь волосы ощутимо вдавливался в кожу прохладным металлом. Мерцелла в этом жесте не увидела ничего предосудительного, ведь они с Лайсом были довольно близки и все это знали. Но о том, что они были иногда слишком близки, разумеется не знал никто, кроме них самих и Айена. Изящная ладонь с массивным обручальным кольцом из талласита легла на твёрдую пластину боевого костюма, что покрывала вздымающуюся грудь парня. Сейчас они проводили свободное время в гостиной поместья Атрау, приземлившись на диван с бархатной темной обивкой. Члены семьи отсутствовали, как всегда занимаясь делами дома, лишь Эйнигель с Шаем беззаботно отправились на прогулку. Но всё же молодые люди были не одни - где-то там, в глубинах поместья занимались своими делами Нора и Тора. Кухарка ушла уже давно, наготовив семье еды на день. Повисла умиротворяющая тишина, каждый был в своих мыслях. Через какое-то время девушка обронила, с теплой улыбкой думая о супруге: - И всё же, Айену повезло со мной. Лайс согласился с ее словами, а Мерцелла перевела разговор в другое русло: - Я иногда думала о том, что если бы Айена не было... то политический брак у меня был бы с тобой. Подумать только! Она негромко рассмеялась, рассеивая в воздухе мрачного поместья звонкое эхо. Большой палец Лайса нежно поглаживал ее талию. - Почему сразу политический? А как же чувства? Мерцелла вновь свела всё к Айену, держась за его образ перед глазами так крепко, словно чувствовала, что вот-вот упадет. Но рука её, тем не менее, по-прежнему лежала на груди другого мужчины. - Изначально была договоренность наших семей с целью взаимовыгоды. Я об этом. А уже потом я поняла, что Айен тот самый, как и он понял, что я именно та. - Да, для вас всё сложилось как нельзя лучше. Рука Лайса с её талии спустилась чуть ниже, на бедро, шурша чешуйками серебристого платья. Лайс подхватил её мысль: - Но если бы Айена действительно не было... Девушка отстранилась, заглянув в глаза парню. Ей вдруг очень захотелось, чтобы он закончил свою фразу. - Что тогда? - Наверное, я бы тоже смог в тебя влюбиться. Он впервые говорил ей такие слова, но они не были для неё неожиданностью. Как любая девушка, она прекрасно чувствовала его отношение к ней, даже если не брать во внимание те их две ночи втроём, когда на удивление этот импульсивный дикарь касался её порой даже нежнее, чем Айен. Мерцелла устремила взгляд в каменный пол, задумываясь, что ответить. Лайс вернул ладонь выше, на талию девушки, и заинтересованно спросил: - И что же ты там думаешь? - Да ничего. Думаю, такой поворот событий мог быть возможным в параллельной вселенной. Её ответ был максимально нейтральным, даже отстраненным, учитывая что она говорила не об этой реальности. Она тщетно пытается закончить эту сомнительную тему, которую сама же и начала, но тепло его ладони, что ощущалось сквозь ткань платья, ей всё же хотелось чувствовать как можно дольше. Парень улыбнулся, неожиданно заинтересованный абстрактным ответом. - Правда? И как бы там всё могло происходить, по твоему мнению? Он упрямо смотрел в её лицо, а Мерцеллу неожиданно пробрал смех, едва она представила какой бы у них получился безбашенный тандем. Она взглянула в темные глаза с широкой улыбкой: - Мы бы навели суету на всей Церере и поставили бы всех на уши. А ты бы убил любого, кто посмел прикоснуться ко мне... Последняя фраза слетела с губ случайно, но тем не менее, она ярко характеризовала Лайса. - Что верно, то верно. Было бы весело. Взгляд упал на её губы и сердце девушки сделало кульбит. Она осторожно спросила: - Что такое? Про себя она молилась о том, чтобы не думать слишком "громко", чтобы Лайс не сумел прочитать её мысли. Её метания между необузданным желанием и словом " Нельзя". Его кадык дрогнул, а губы парня изогнулись в лукавой улыбке, той самой, что ей так нравилась, которой хотелось соблазниться. Лайс ответил: - Да так... Видишь же - на губы твои смотрю. Его рука едва ощутимо сжала талию, переместилась чуть вбок, на живот девушки. Его прямолинейность начинает сносить крышу и она не понимала - он ведет себя в привычной манере или намеренно провоцирует. У Мерцеллы не нашлось более глупого ответа, а заодно и более глупой улыбки: - Зачем? - Захотелось... Воздух накалялся, искрился между ними. Она вяло отбивалась своими нелепыми вопросами, а он с грацией хищника загонял в угол свою добычу. Когда горячая ладонь парня в излишне откровенном движении переместилась чуть ниже, на бедро, девушка приблизилась к его лицу, очертив глазами его губы, украшенные пирсингом из черного металла. В её взгляде не было желания, но был вызов - его игра начинала порядком раздражать. Мерцелла перешла почти на шёпот, но со стальными нотками: - Можно я дам тебе совет? Кажется, Лайсу пришлась по душе смена настроения Мерцеллы. Крупную мозолистую ладонь он фривольно положил на ее щеку, большим пальцем едва коснувшись краешка губ, и уверенно произнес: - Конечно. Давай. Она крепко перехватила его запястье, убирая руку с лица. Взгляды сцепились. Её - строгий, и его - наглый, игривый. - Никогда не забывай, чья я супруга. Он хмыкнул - то ли удивленно, то ли удовлетворенно - и медленно приблизился. Их губы в сантиметре друг от друга. Дыхание смешалось, став одним на двоих - он продолжал свою изощренную игру. Парень довольно быстро нашелся с ответом: - Я знаю чья. И я никому не позволю посягать на тебя. В его словах отсутствовала логика и Мерцелла вдруг растеряла всю свою напускную строгость. Отпустив его запястье, незаметно для самой себя начала нервно перебирать пальцы. - Но... Ведь... В этом моменте замешательства Лайс корпусом развернулся к ней, подобрав под себя одну ногу, а обе руки легли на её бедра, поглаживая выступающие бедренные косточки. Она вновь теряет голову, чувствуя напор его пальцев, шуршание ткани под ними... Парень, не дождавшись вразумительного ответа, с прищуром посмотрел ей в лицо и бросил короткое: - ...Что? Мерцелла мотнула головой. Отвернувшись, она отчаянно старалась вызвать в памяти образ Айена, старалась сосредоточиться только на нем, на его пронзительном взгляде. - Это забота Айена - следить, чтобы на меня никто не посягнул. Она не учла одного - отвернувшись, она будет чувствовать тяжелое дыхание Лайса на своем ухе, легкие касания губ и тихий шепот. - Никто не осмелится, зная кто твой муж. Она повернула лицо к нему, с укором улыбнувшись на пронесшееся в голове "Никто, кроме его младшего брата" и взгляд оказался в плену его антрацитовых радужек. Так близко, что она могла рассмотреть в них все крапинки. Будто звездное небо, но в его глазах небо было серым, а звезды - черными. Эти глаза гипнотизировали. Девушка не знала сколько времени прошло, пока не услышала его тихое: - Ты красивая... Будто очнувшись от наваждения, Мерцелла смутилась. Всё то время, пока она разглядывала его, он разглядывал её. Фраза прозвучала легко, такая простая, открытая , как и сам Лайс - он всегда прямо говорил, что думает. Всё еще не отводя глаз, она улыбнулась: - Спасибо... Ты тоже. Губы парня едва коснулись пылающей щеки девушки, он скользнул ими к шее, лаская острым металлом пирсинга. Он победил. Ее стойкость была бесцеремонно повержена этим неопытным, но необузданным зверем. И уже не в первый раз. Длинные ресницы дрогнули, глаза прикрылись и вместе с судорожным выдохом его имя камнем сорвалось с губ. - Лайс... Ей казалось, было еще не поздно. Если бы он услышал её, если бы только остановился... Ведь сюда в любой момент может спуститься прислуга или Эйни с сыном вернетсядомой... Но он лишь сгреб её в охапку, сжимая ткань платья на тонких лопатках девушки и она в ответном порыве перекинула ногу через его бедра, сев на него. Лайс откинулся на спинку дивана, вытянув обе ноги на пол, а руки Мерцеллы гуляли по его мощным плечам. Она вдыхала его запах - пьянящий, одурманивающий. Ощущала между ног его твердый пах, а парень ласкал языком ее ключицы, двигаясь выше по шее к подбородку. Мерцелла приподняла его лицо ладонью и он, не думая, провел влажным языком вдоль ее губ и она впустила его в свой рот. Она наслаждалась тем, как язык проникал в её рот всё глубже, играясь с её языком, как его крепкая, но такая бережная сейчас ладонь, легла на её волосы на затылке. Поцелуй перешёл в лёгкие покусывания, а Мерцелла увлеклась его пирсингом, цепляясь за него зубами. Распалившийся Лайс, ловко подхватив ее под спину, уложил на лопатки, устроившись между её ног. Он нетерпеливо вдавливал её в обивку дивана, с бесцеремонной наглостью упирался в неё затвердевшей плотью сквозь ткань брюк и нежно кусал её губы, тем самым показывая, что единственное, чего он сейчас хочет - это Мерцелла. От резкой смены положения у девушки в голове будто прояснилось и, прерывая Лайса, она прошептала ему в губы: - Лайс, что же мы делаем? Он чуть повернул голову в сторону - прислушивался, убеждаясь в том, что они в гостиной одни и никто к ним не направляется. А может быть, в этот момент читал сумбурные мысли девушки. От движений черные импланты на скулах поблескивали, отражая свет. Парень тихо шепнул: - Не знаю. Но сейчас я хочу быть с тобой. Он провел по её носу своим, затем оставил лёгкие поцелуи на её щеке, перешедшие на висок. С его беспокойных губ срывались откровения: - Я много думал о тебе... Много раз, много ночей... О твоей красоте, о твоих губах... О тоненьких пальчиках и золотистых глазах... Она вспомнила последний раз, когда Лайс так касался её. - Но... Тебе недостаточно того, что мы делаем... втроём с Айеном? Ты хочешь, чтобы я была только твоей? Её лицо вновь залила краска, но она должна была задать эти вопросы. Лайс приподнялся и они посмотрели друг другу в глаза. Его взгляд сделался серьёзным. - Сейчас я хочу быть только с тобой. Он не ответил на её вопросы и у неё закралась мысль, что его начинает нервировать эта тема с их нездоровым треугольником. "Но ведь до этого момента всё было... Нормально?" Конечно же, это нельзя было назвать нормальным, но всех всё относительно устраивало. Относительно. Ведь Мерцелла часто ловила себя за тем, что сгорает со стыда, думая о том, что происходило между ними за закрытыми дверями супружеской спальни. Как ее нежную кожу на бедрах и груди ласкали в четыре руки, как она, зажатая между двумя сильными, вспотевшими телами, кричала, получая разрядку - одну за другой. Как их два крепких члена двигались внутри нее, даря неземное, но извращенное удовольствие. Вспоминала их хищные ухмылки, горящие глаза, пожирающие каждый сантиметр обнаженной девичьей кожи, жесткую ладонь Лайса, что в исступлении сжимала ее подбородок. Вспоминала слова Айена, которые он сдавленно произносил на грани вспышки эйфории: "Наша девочка..." Однако, кроме неизбежно следовавшего за этим утреннего стыда, приходило понимание, что именно в те моменты удовольствие, получаемое от двух братьев, заставляло продолжать это безумие и ей это нравилось. Причиной тому, видимо, были бьющие в голову от возбуждения гормоны и под их же влиянием на это был готов пойти и Лайс. Из размышлений её выдернул шёпот парня: - Ты будешь моей только до вечера. Мерцелла с печалью в голосе добавила: - Пока не вернётся Айен... Лайс нежно провёл ладонью по её лицу, не прерывая взгляда глаза в глаза. Затем добавил: - Да. У нас есть время. А потом всё забудется... В темно-серых глазах мелькнули искорки сожаления. Первым её порывом было желание возразить, но она быстро поняла, что Лайс обманывается. Ничего не забудется. Иначе он бы не лежал сейчас на ней на этом злосчастном диване в гостиной поместья Атрау в двусмысленной позе. Не фантазировал бы, что могло бы быть между ними, не будь Айена. Не говорил бы, что мог бы влюбиться внее. После того, как они буквально под носом у Айена вдвоём переспали, а Лайс сказал ей, что это всё не имеет никакого значения для него... Тогда он ранил её чувства и она долго корила себя за тот необдуманный поступок, за то, что сама пришла к нему ночью в покои, как овечка на убой. Ведь младший Атрау всегда нравился ей...едва ли не больше Айена. И вот, теперь он говорил ей все эти слова после той постыдной для неë ночи... Губ Мерцеллы коснулась легкая, уверенная улыбка: - Надолго ли? Он в своей особой, хищной манере улыбнулся: - До следующего раза, когда мы окажемся вдвоем. Его ладонь с лица перешла на грудь девушки. Она вдруг возразила: - Это неправильно, Лайс! Но головой она четко понимала, что лицемерит. Что это не более неправильно, чем их аморальные соития втроём. Она попыталась встать, неловко поерзав под его телом. Лайс не шелохнулся, лишь с насмешкой спросил: - Куда собралась? - Дай руку. Парень привстал, молча протянул широкую ладонь. Освобождаясь из-под него, она увлекла Лайса за собой, но вскоре он перехватил инициативу, подняв её на руки, и понес в направлении своей спальни. На миг подумалось, что он похож на охотника, который забирает свой трофей. Мерцелла хотела было машинально ухватиться за его волосы, но вспомнив, что это не Айен, просто положила ладонь ему чуть выше шеи, огладив его почти наголо бритую голову. Лайс не заметил этого жеста, либо же не придал ему значения. Рука Мерцеллы едва задела еще один пирсинг в его ухе - длинный и тонкий, напоминающий острую иглу. Несмотря на сходство с охотником, одновременно он напоминал еще и дикого зверя - был весь колючий и острый в буквальном смысле. Вся эта его внешняя мишура будто ярко сигнализировала, что к нему опасно прикасаться - уколешься или порежешься. То как он её нес, напоминало его манеру вождения джета. Он передвигался быстро, чтобы скрыться от возможного появления служанок или же от внезапного возвращения Эйни и Шая. И неаккуратно, едва вписываясь в повороты - Мерцелла несколько раз задевала ногами стены и откосы. В комнате, так похожей на ее с мужем спальню, он уложил её на кровать. Затем отошел к двери, чтобы закрыть ее на замок. Девушка рискнула снова спросить Лайса, садясь на край постели: - И всё-таки... тебе этого недостаточно? Если у нас иногда будет так, как было несколько дней назад? Чуть задумавшись, он вздохнул, садясь рядом с девушкой. - Знаешь, надо признать, это было потрясающе... Взгляд его мазнул по смятому постельному белью. В его комнате всегда царил беспорядок. В это же время в глазах мелькнуло что-то темное, глубокое. То, чего он никогда не покажет другим, лишь ей. Лайс продолжил: - ...но иногда я хочу быть лишь с тобой. Как сейчас. Его рука нежно коснулась ладони девушки, что покоилась на кровати между ними. Она оглядела их руки. Кольцо на ее безымянном пальце мягко поблескивало, беспрестанно напоминая об Айене. Словно он всё равно незримо был здесь с ними, сверлил сталью своих ледяных глаз. Словно желал испепелить взглядом двух самых близких ему людей и одновременно двух самых страшных предателей. Она тряхнула головой, прогоняя наваждение, и мягко высвободила руку. Сняла кольцо и, подойдя к прикроватной тумбе, оставила его там. Взглянула на Лайса и не увидела в его глазах ничего. Он лишь спокойно, даже отстраненно следил за её движениями. И, кажется, понимал, почему она это сделала. Он встал и подошел к ней сзади, взяв ее за плечи. Мерцелла прервала тишину: - Айену очень сильно не понравится то, что сейчас происходит между нами. Ведь это совсем другое... За его спиной... Лайс развернул девушку к себе, взял хрупкую ладонь в свою, переплел пальцы. Твердо и решительно отчеканил, перебивая ее: - Он не должен узнать. - Конечно, он не узнает. Я обещаю. Эти слова стали спусковым механизмом, позволяя слиться двум телам, что так тянулись друг к другу. Её верность Айену была принесена в жертву первобытным инстинктам. Платиновые волосы путались между его пальцев, губы горели от глубоких, животных поцелуев. Её руки потянулись к брюкам, но не успела она расстегнуть молнию, как Лайс, легко перехватив ее запястьяодной рукой, второй развернул её к стене возле тумбы. Он мог бы впечатать её в холодный мрамор, повинуясь импульсам, зову своей горячей крови, что бежала по его венам. Но он слишком филигранно владел своими натренированными руками и слишком трепетно относился к девушке, потому хрупкое тело Мерцеллы мягко и легко коснулось холодной стены грудью и животом. Она ахнула, изо рта вырвалось шутливое: - Варвар! Не успела она придти в себя, как Лайс, бережно убрав волосы с ее плеча, коснулся горячим языком её кожи на шее, а затем слегка прикусил её. Она застонала, но прохлада стены, которой касался ее висок, не давала потерять рассудок. - Будешь теперь меня варваром называть? Или всё же дикарем? Шепот раздавался в самое ухо, которого касались нетерпеливые губы. - А какая разница? Оставляя ее вопрос без ответа, Лайс резко задрал её платье и обхватив ее округлые бедра, потянул их на себя, врезаясь в них пахом. У Мерцеллы перехватило дыхание. Сейчас он вел себя иначе, не как в тот их раз. Сейчас она четко понимала - он действительно хотел её. Не только её тело, но и её саму- полностью. И твердость его намерений чётко прослеживалась под тканью его брюк. Она податливо упиралась в неё ягодицами, желая чтобы между их телами исчезли эти его проклятые штаны и ее трусики. Мужские губы нашли мочку уха, обхватили её, нежно посасывая. Его острые зубы вскользь прошлись по ушной раковине. Одна рука с девичьих бедер скользила вперед, пока не оказалась между её ног, забравшись в трусики. Мерцелла позволила себе свободные, громкие стоны, хотя, учитывая толщину стен и хорошую звукоизоляцию, вряд ли их кто-то смог бы услышать. Если только возле самой двери спальни. Эйни вряд ли будет проходить мимо комнаты Лайса - ей просто не по пути, а если допустить, что лишнее услышала бы прислуга, они бы держали рот на за замке. Ведь в этом поместье всем известен горячий нрав младшего Атрау и его способность убивать даже не моргнув глазом. Лайс до появления Мерцеллы в его семье был совсем невинным, не имевшим опыта, поэтому ладонь девушки нырнула следом за его пальцами, помогая ему найти заветную влажную точку. Она раздвинула ножки шире и он, обхватив ее бедро второй рукой, приподнял его, слегка отведя в сторону, давая им больше пространства. Жёсткие нагрудные пластины на его костюме крепко прижимали девушку к стене. Но вскоре он почувствовал сопротивление и слегка отстранился. Мерцелла развернулась к нему раскрасневшимся лицом. Ее губы были припухшие от грубых поцелуев. Прильнув к нему, девушка надрывно прошептала: - Ты... Ты - мой безумный мир... Лайс... Ей хотелось повторять его имя, как знак высшего доверия и уверенности в нем. Даже если она вдруг ошибется, ей этого все равно отчаянно хотелось. В ответ она услышала, как с губ Лайса сорвалось и её имя. - Мерцелла... Для неё не было ничего более интимного, чем произносить имя партнера во время близости. Неожиданно взгляд Лайса расфокусировался, хаотично забегал. Не успела девушка понять, что с ним происходит, как он снова посмотрел на неё вполне осознанно. Уголки его губ поползли вверх, глаза снова горели. Она поинтересовалась: - Слишком громко думаю? Он ответил лишь коротким "Снова" и сильными ладонями притянул к себе её лицо, сливаясь в бурном, даже яростном поцелуе. Настойчивый язык вновь беззастенчиво заставлял её терять самообладание, разжигал дикое пламя, в котором она словно сгорала дотла. Он самозабвенно отдавал ей тот огонь, что живёт в нём - огонь, который был самой его сущностью. Едва он отпустил её, как девушка опустилась на одно колено перед ним, затем на второе, одаривая его хищным взглядом. Лайс закусил губу, глядя на нее сверху вниз. В его потемневших глазах читалось предвкушение, жесткие, шершавые ладони легли на её плечи, сжимая их. Девушка завершила начатое ранее - расстегнула его брюки, которые с шелестом упали на пол и аккуратными движениями отправила туда же с его крепкого тела нижнее белье, освобождая налитый кровью довольно большой член. На нем причудливо переплетались вены, а багровая головка блестела от влаги, от его собственной смазки. Заботливо придерживая её заплечи, он слегка потянул ее вперед на себя, сделав шаг назад - так, чтобы Мерцелла встала не на твердый пол, а на его одежду. Устроив колени удобнее на его вещах, девушка мягко обхватила его напряженный орган рукой, слегка сжав его. Вторая рука легла на ягодицу Лайса, едва впиваясь в нее ноготками. Не желая дразнить его, Мерцелла, облизнув гладкую головку, взяла его член в рот, продвигаясь губами к основанию. Парень тем временем освободил свой торс от одежды. Наслаждаясь ее нежным ртом, Лайс издал протяжный стон и запрокинул голову, Ласково положив ладонь на ее скулу, вскоре перешел в копну белых волос. Её губы двигались по крепкому стволу вверх-вниз, у основания члена она помогала себе рукой. Рука с ягодиц переместилась на его сухой пресс, нежно поглаживая его. Темп был неспешный, но она почувствовала, как грубые пальцы начинают сжиматься в её волосах, требуя большего. Требуя быстрее, глубже, резче. Лайс снова тихо стонет, но держит себя в руках, получая удовольствие от процесса. Сглотнув слюну, он опустил голову, глазами ловя каждое ее движение губами, каждое трепетание ресниц. Его дыхание участилось. Взглянув наверх, Мерцелла увидела на его лице такую желанную печать вожделения. Это мгновенно заставило её трусики еще раз намокнуть. Продолжая ласкать член языком, она сжимает губы крепче и немного быстрее двигает ими, стараясь держать большую амплитуду. Его стоны становятся чуть громче, ей безумно нравилось слышать их, слышать то, как ему хорошо с ней. Постепенно руки в волосах Мерцеллы начинают крепче держать её голову, забирают у неё инициативу, его вдохи делаются прерывистыми. Девушка понимает, что такими темпами он скоро кончит и останавливается. Лайс смотрит на неё, но не вопрошающе, а с азартом, куда большим, чем до этого плескался в его глазах. Она освобождает рот, продолжая потихоньку ласкать его член рукой. Ласково произносит: - Не торопись... Слегка улыбнувшись и прикусив губу, он уверенно поднимает ее за плечи вверх. Резко притянул к себе, спросив: - Боишься остаться неудовлетворенной? - Я всё же не настолько трусиха, как ты привык думать. Под его лукавым взглядом она медленно снимает с себя платье, затем трусики, и остается перед ним полностью обнаженной. Тонкие пальцы Мерцеллы медленно прошлись по его стальному прессу, словно пересчитывая кубики мышц. Оглаживали его многочисленные татуировки, чуть задерживаясь на каждой. На ее лице сияла самодовольная ухмылка и Лайсу внезапно так захотелось стереть ее. Глаза парня сверкнули безумием и оно было пугающе похоже на то самое безумие, когда в первую их вылазку в лес он убивал шипохвоста. Ему страстно захотелось увидеть её под своим сильным телом, кричащую до одури на всё поместье, извивающуюся от удовольствия, кусающую его руки, невменяемую от приближающейся кульминации. Он аккуратно, насколько мог в своем возбужденном состоянии, близком к состоянию самого настоящего аффекта, обхватил ее предплечье и, слегка подтолкнув, уложил её поперек кровати на краю так, чтобы бедра свободно свисали, чуть касаясь пола. Снова она практически стоит на коленях перед Лайсом... Она выдохнула, положив голову на бок, слегка сползла на пол и как кошка прогнулась в пояснице, приподнимая ягодицы. В заднюю поверхность бедер впечаталось его мускулистое тело. Грубоватая, слегка шершавая ладонь с ласковым нажимом прошлась по ее спине к шее, обойдя след давно зажившего ожога, и убрала в сторону от лица ее растрепавшиеся волосы. Она заметила, что Лайс намеренно игнорировал ритуальные руны, которые ей выжгли еще перед бракосочетанием с Айеном. Её муж во время близости уделял им особое внимание - для него это было прямое воплощение таких понятий, как их любовь, доверие друг к другу и союзничество. Айен любил эти руны. Как подтверждение всего, что было между ними. Лайс же их тихо ненавидел, предпочитая игнорировать, ведь они напоминали ему о том, что Мерцелла принадлежит другому мужчине. Его старшему брату. Обжигающе горячие пальцы вскользь прошлись по ее приоткрытому рту. Она призывно простонала, когда Лайс провел членом по влажным складкам между её ног. Лёгким касанием, чтобыраздразнить её. Но сам, не сдержавшись, тут же вошёл в нее. Резко толкнулся вперед, пригвоздив ее к краю постели, так что она вскрикнула от неожиданности, сжала темные простыни до побелевших костяшек. Простыни, которые пахнут Лайсом... Он был безудержным, движения резкие, отрывистые, безбашенные. Мерцелла кричала, и стоны Лайса, переходящие в утробное рычание, тонули в этих криках. В таком положении она почти не могла двигаться, лишь руки беспомощно цеплялись за постельное белье. Краем зрения она видела лицо Лайса, нависающего нед ней. Затем он наклонился, не прекращая двигаться внутри нее и прошептал: - Ты только моя, Мерцелла... Такая красивая... Горячая... Безумная... Его язык размашисто, медленно прошелся по её скуле. Она с трудом улавливала действительность, теряясь в ощущениях, находясь полностью во власти этого молодого, дерзкого парня, который сейчас отчаянно брал её, брал всё, что она только могла отдать ему. Её чувства, разум, тело, ее страсть к нему... - Да... Твоя, Лайс!.. Я твоя... Сдавленные фразы сменились чувственными стонами. Казалось, она уже близка к финалу, хотя даже не помогает себе пальцами, настолько её внезапно возбудила собственная беспомощность. Его стоны стали интенсивнее и он приостановился, давая себе короткую передышку. Затем и вовсе вышел из нее, потянувшись к девушке. Судорожно прошептал ей в губы: - Привстань... Она послушалась и он приподнял ее, помогая встать на кровати на четвереньки. Теперь Лайс, пристроившись сзади, явно планировал закончить начатое. Сходу схватил её за волосы и потянул на себя - так, чтобы она прогнулась в пояснице. Он резко и с остервенением вдалбливался в неё, второй рукой сжав ее бесстыдно колыхавшуюся грудь. Мерцелла подмахивала ему, насаживаясь всё глубже на член, пальцем стимулируя клитор, пытаясь успеть до того, как его поглотит экстаз, ведь это всегда случалось довольно быстро. Она уже не замечала боли от того, как сильно его кулак натянул волосы, не понимала что именно он шепчет возле её уха, но заметила, как Лайс замедлился, с сокрушительной силой делая несколько толчков внутри. Через несколько секунд оргазм накрыл и её, накрыл с такой силой, что она бы упала, если бы не сильная рука парня, которой он обхватил её грудь. Его стоны стихли, а её в свою очередь изменились, стали более редкими, громкими. Влагалище сокращалось с бешеной силой, сжимая член, который еще оставался внутри. Она судорожно хватала воздух губами, смутно улавливая ласковый тихий голос Лайса. - Моя хорошая... Да... Вот так... Дыши... Рука отпустила волосы и теперь трепетно гладила её лицо до самого последнего выдоха... На котором она улыбнулась. Он поцеловал её в висок и осторожно лег на спину, утягивая ее за собой. Даже после он не хотел отпускать её разгоряченное, вспотевшее тело, крепко его обнимая. - А сегодня я всё же разбудила в тебе дикаря, да? Они улыбались. Лайс ответил: - Ну... немного. Значит, я всё-таки дикарь? Вновь его хитрый взгляд с безуминкой встретился с её янтарными глазами. Мерцелла отрезала: - Да! Высвобождаясь из его рук, она повернулась на бок. Положила голову на ладонь, опираясь на локоть. Её взгляд вернулся к прикроватной тумбе, на которой лежало её кольцо. Глупо было спрашивать у Лайса, что им делать дальше. Она лишь печально констатировала, тяжело вздохнув: - Так и будем. Сможем не прятаться лишь тогда, когда мы с Айеном будем приглашать тебя третьим в нашу постель... В ответ озорной тон Лайса тут же потускнел: - Другого выхода нет... Не представляю, как мне нужно будет сдерживаться, чтобы однажды не наброситься на тебя прямо при нем... Она удивленно взглянула на него. - Нет, Лайс. Ты с ума сошёл? Он вдруг улыбнулся. Посмеявшись произнес: - Это шутка! Мерцелла толкнула его в мускулистое плечо: - Не смешно! Вопреки этим словам, на ее губах расцвела улыбка. Он тоже игриво толкнул её, легонько, стараясь не прилагать слишком много сил. Всё это переросло в веселую возню в мятой постели, чуть ли не в бой подушками. Лайс отчасти вел себя как ребенок и в какой-то мере ее это и привлекало - его взбалмошность, мальчишеское озорство, эмоциональность. В этом они с Айеном разительно отличались. С Лайсом можно было дурачиться и открыто веселиться, не думая ни о чем. Он всегда находил время для шуток, даже когда было совсем не до них. Сегодняшний день многое прояснил между ними, но сделал их существование в разы сложнее. Немного погодя Мерцелла вернула обручальное кольцо на палец и молодые люди приняли душ. Лайс чтобы освежиться, а Мерцелла, конечно же, чтобы скрыть следы неверности, которая день ото дня будет тяготить её только сильнее...