Пока стучит сердце

      Джуён провожает Хёнджуна испуганным взглядом до самой двери. Будто боясь, что тот может вернуться и увидеть его отчаяние, вампир натягивает на себя улыбку вплоть до момента, пока не слышит звук мотора уезжающей машины. Джуён сразу опадает в плечах, словно резко перерезали нити, держащие его мышцы.       - Вся спесь сразу спала, - спокойно замечает Хэвон.       Джуён не смотрит на первородных, в голове пытаясь понять, к чему ему стоит готовиться. Мысли роятся одна за одной, и с каждой секундой становится только страшнее.       - Джуён, ты когда ел? - прерывает тишину Чан.       Джуён с подозрением на него смотрит. Нет, не могут же они с такой напыщенностью заставить вновь его убивать животных.       - Дня два назад, - тихо отвечает вампир.       - Ты же в курсе, что с нами вчера ездил Чонин и мы привезли двух людей?       Если бы у Джуён мог дышать, то сейчас бы его дыхание перехватило. Он сжимается, чуть отклоняясь назад. Подозрение в глазах превратилось отчаянный ужас от осознания.       - Нет… - давится словами он.       - Джуён, тебе не кажется, что ты слишком нагло ведёшь себя? - спрашивает Чан. - Понимаем, это твой человек. Когда Феликс был живым, я вёл себя примерно так же. Но это не позволяет тебе перечить первородным.       - Я не буду никого убивать… - продолжает отрицать вампир.       - Нет, Джуён. Джисон начнёт их пить, а ты допьёшь.       - Пожалуйста, нет…       Джуён сжимается всё сильнее. Глаза его бешено бегают по поверхности стола, руки обнимают плечи, пальцами сдавливая кожу. Девушки, уже потеряв всякий интерес к провинившемуся, по их мнению, вампиру, обсуждают какие-то свои дела. Их тихий шёпот только сильнее давит на Джуёна. Он жмурится, но под веками всё равно предательски появляются слёзы страха и отчаяния.       В этот момент раздаётся щелчок двери. Джуён резко открывает глаза и смотрит на проходящих мимо кухни Минхо и Джисона. У второго из-под верхней виднеются клыки - он уже учуял человеческую кровь. Сам же Джисон бледен и слегка отстранён.       - Хо, - окликает их Чан. - Джуёна возьмите с собой.       Минхо хищно улыбается, осматривая Джуёна. Он точно знает, из-за кого его парень провёл в сарае на день дольше, и знает, кому можно за это отомстить.       - С радостью.       Глаза Джуёна округляются. Он знает, что Минхо может заставить его допить людей своим способом. Он на трясущихся ногах встаёт со стула, направляясь за детьми Чана.       С Хёнджуном он не сможет увидеться ещё неделю. Не сможет зарыться в его объятья, услышать стук сердца, почувствовать его тепло. Не сможет услышать его голос, посмотреть в его глаза. Сдаться под их внимательным взором и признаться в том, о чём он думает.       Ему придётся пережить эту неделю в одиночестве. А может и оставшуюся жизнь, ведь захочет ли его человек встречаться с убийцей?

***

      Яркий солнечный свет бьёт в окно аудитории, заставляя Хёнджуна морщиться и одной рукой прикрываться от него. Он сел на своё привычное место, когда небо пасмурным. Тучи расступились уже во время пары и возможности пересесть у парня нет. Поэтому ему остаётся только прятаться от света, слушать нудный голос преподавателя и гипнотизировать экран телефона, в надежде, что вышедшее из-за туч солнце - благой знак.       После той ночи Джуён почти не пишет. Он конечно отписался ему, что с ним всё в порядке, наказание было не смертельным, но даже сквозь экран Хёнджун чувствует, что вампир не договаривает. И когда пару дней назад полиция вновь нашла обескровленный труп, Джуён сказал, что этот вампир не из их общины. Но на вопрос Хёнджуна, приедет ли он, вампир так и не ответил.       Солнце медленно начинает садиться за горизонт, окрашивая небо в оранжевые оттенки. Хёнджун нервно отсчитывает минуты до конца пары. Хочется поскорее попасть домой и лечь спать. Каждый день, проведённый без Джуёна, ощущается невероятно пустым. Сил на выполнение учебных заданий нет, а раз сроки пока не горят, то можно позволить себе таким образом пропускать дни, ожидая чуда.       Со звонком Хёнджун вылетает из аудитории, на ходу надевая наушники. Автобус приезжает почти сразу, как только парень приходит на остановку. В нём душно, но чем ближе его дом, тем меньше людей. Ветер из окна чуть треплет его волосы, музыка защищает от остального мира. На мгновение она становится тише и Хёнджун уже по привычке проверяет уведомления ни на что не надеясь.       Я зайду?       Губы Хёнджуна непроизвольно складываются в нежную улыбку. Это было сообщение от Джуёна. И он хочет увидеться. Парень быстро набирает ответ, выключает телефон, закрывает глаза и выдыхает.       Впервые за неделю он не чувствует усталости и желания уснуть.

***

      Звонок в дверь раздаётся в час ночи. Хёнджун тут же открывает дверь, тихо приглашая вампира внутрь. И как только звучит тихий щелчок щеколды, парень ловит вампира в объятья. Плечо Хёнджуна становится убежищем для лица Джуёна. Холодным лбом он утыкается в горячую кожу, чуть сминая чужую футболку. Хёнджун же аккуратно ерошит мягкие волосы вампира, тут же расчёсывая их. Объятья их долгие, нежные, передающие друг другу главные слова. Я скучал по тебе. Я тоже.       - Пойдём в комнату? - тихо спрашивает Хёнджун.       Джуён чуть кивает, нехотя отстраняясь от Хёнджуна. Он не поднимает лица, прячет его и отворачивается каждый раз, когда парень пытается заглянуть в его глаза. Даже от ладошек, которые Хёнджун пытается положить на его щёки, он уворачивается, заставляя сердце парня неприятно сжаться.       - Джуён?       Хёнджун видит грустную улыбку на губах вампира. Джуён игнорирует его обращение, за руку нежно уводя в сторону комнаты, будто он хозяин квартиры.       - Джуён, что случилось? - делает ещё одну попытку Хёнджун.       Джуён продолжает молчать и тянуть на себя Хёнджуна, садясь на кровать. Парень падает, нависая над Джуёном. Вампир даже сейчас успевает закрыть глаза и потянуться за поцелуем, но Хёнджун слегка давит на его грудь, пытаясь остановить.       - Джуён, - уже настаивает Хёнджун.       Джуён открывает глаза и наконец-то встречается взглядом с Хёнджуном. Глаза вампира пусты и лишены того живого огонька, что был раньше. Он хмурится, обнимает парня за талию и тянет себя, заставляя руки Хёнджуна подкоситься. Он ложится своей грудью на грудь вампира и выжидательно смотрит в его глаза       - Завтра за тобой приедет Гониль-хён, - сдаётся Джуён, отводя взгляд. - Он хотел сегодня, но у тебя пары завтра, я попросил не забирать. И вообще, я хочу побыть с тобой там, где спокойно тебе.       - И всё? - уточняет Хёнджун.       - И всё, - говорит Джуён, так и не поднимая глаз.       - Не ври.       Хёнджун видит буквально секундное замешательство на лице вампира. Тот жмурится и отворачивает голову.       - Ты не захочешь меня видеть, - глухо произносит он.       - Давай ты сначала расскажешь? - настаивает Хёнджун.       - Я уверен.       - Раз ты уверен, не значит ли это, что мне действительно нужно знать?       Джуён молчит. Он жмурится, кусает губу и молчит. Хёнджун аккуратно протягивает руку, кладя ладонь на щёку вампира. Лицо его морщится, но парень аккуратно ведёт большим пальцем по его скуле, пытаясь его успокоить.       - Джуён, что бы ты мне сейчас не сказал, я всё равно буду на твоей стороне, - тихо произносит он.       - Даже если я скажу, что убил человека.       Палец Хёнджуна замирает. Он протягивает вторую руку, поворачивая вампира к себе. Его глаза сканируют каждую клеточку лица, потерявшего всякие эмоции. Пустой взгляд направлен в потолок. Хёнджуна пробирает дрожь: он никогда не видел Джуёна настолько мёртвым.       - Тебя заставили?       Джуён зажмуривается, хоть как-то оживляя своё лицо. Он сильнее сжимает талию Хёнджуна, но парень продолжает внимательно всматриваться в него.       - Кто тебя заставил?       Голос Хёнджуна твёрд. Он не сдавливает лицо Джуёна, но каждая частичка его тела пылала злостью. Он не понимает, почему вампиры в общине не могут просто не трогать Джуёна. Его Джуёна, который при жизни ничего плохого не сделал и вообще не хотел становиться вампиром. Его Джуёна, который беспокоится даже за жизнь птиц и может плакать. Его Джуёна, в котором человеческого больше, чем в некоторых людях.       - Ты не сможешь ничего им сделать, - сухо говорит Джуён.       - Им нужна моя кровь. Я могу просто не поехать.       - Хёнджун, нет, - Джуён как будто резко приходит в сознание, распахивая глаза и перемещая свои руки с талии на лицо Хёнджуна. - У них Чонин, который может контролировать сознание, Минхо, который одним взглядом заставляет человека чувствовать боль. Они убьют тебя и не расстроятся. Так что не лезь к ним.       - Почему они лезут к тебе? - срывается Хёнджун. - Разве ты не можешь спокойно разделять с кем-то животное? Почему им обязательно нужно, чтобы ты кого-то убил?       Джуён сжимает зубы и зажмуривается. Он весь опадает. Руки с щёк соскальзывают на плечи, повисая на них бездушными тряпками. Запал и агрессия Хёнджуна медленно начинают исчезать. Под грудью неприятно колется вина за то, что он сорвался на Джуёна.       - Я не знаю, Хёнджун, - тихо говорит Джуён, пока из зажмуренных глаз катятся слёзы. - Я не знаю, почему они такие жестокие. Они считают себя борцами за справедливость. Думают, что убивают ненужных. Но разве нам это решать?       Хёнджун глубоко вздыхает и аккуратно наклоняется лицом ближе к Джуёну, соединяя их лбы, в надежде согреть его холодные и остудить свои пылкие мысли.       - Конечно нет, - тихо говорит парень.       - Пожалуйста, не подставляйся из-за меня.       - Но…       - Они меня не убьют, пока Гониль-хён не позволит. И мы с Сынмином столько косячили, но он никогда не позволял. А тебя они убьют. А ты мне обещал.       Хёнджун чуть кивает и немного наклоняет голову, сцеловывая слёзы со скул вампира, как будто прося прощения. Он наклоняется и к другой щеке, игнорируя то, как мило Джуён морщится, но не отстраняется от него. Разобравшись со скулами, Хёнджун нежно касается чужих губ, утягивая вампира в нежный поцелуй. И слишком сильно радуется, когда чувствуют, что ему отвечают.