Глава 4
9 июля 2025 г., 20:00
— Что происходит? — в недоумении спросил Нил.
— Кто-то проник к нам, — тревожно ответил Кевин.
Все начали суетиться. Рене вытащила кинжалы из ножен, надёжно закреплённых на ремне. Лезвия переливались тусклым светом, показывая свою убийственную остроту. Кевин крепко вцепился в пистолет, словно это была его единственная опора в эту минуту. Эндрю передал патроны Аарону, который быстро начал заправлять магазин автомата. Слаженно подготовившись к бою, все двинулись к главному выходу, следуя друг за другом, как хорошо отлаженный механизм.
Липкий страх и адреналин струились по венам Нила. Бежать некуда, прятаться бесполезно. Эти ребята достали оружие, чтобы дать отпор непрошеным гостям.
Решив делать то, что умел лучше всего — сливаться с толпой и не выделяться, Нил схватил со стола кухонный нож, очень надеясь, что не придётся его использовать, и последовал за остальными под рёв сирен. Замыкая строй, Нил двигался за Элисон, которая шла неспешно, немного отставая.
— Кухонный ножик, как мило, — на мгновение оглянувшись, она посмотрела на него с некоторой снисходительностью, словно на котёнка, который ещё не научился видеть, но упорно познаёт мир, тыкаясь во всё подряд.
Это не задело Нила. Он умел обращаться с оружием. Когда бежишь от правительства и Воронов, хладнокровие — вопрос жизни и смерти. План А — бежать, план Б — сражаться. Если бы у него была пушка, тем, кто направит на него ствол, несдобровать.
— Так… кто сюда пробрался? — спросил он, поравнявшись с ней.
— Вороны, кто же ещё, — она легко крутила в руках пистолет, будто это всего лишь безобидная игрушка. — За этот месяц уже третье проникновение!
— Значит, здесь небезопасно, — пробормотал Нил себе под нос.
— Нет, — ответила она, замедлив шаг. — Подземные сооружения огромны, размером чуть ли не с Вашингтон. Проходов и помещений так много, что мы сами знаем лишь их часть. Датчики засекли только один из контролируемых нами проходов. Это место под нашей властью. Зря эти ублюдки сунулись сюда, — в её голосе звучала суровая решимость, сильно контрастирующая с улыбкой на розовых губах.
Из-за разговора они прилично отстали от остальных, но было понятно, что Элисон знает, куда идёт, и потому шла неспешно.
Очередная встреча с Воронами не радовала Нила. Хотя о его существовании знала лишь узкая группа из них, надеяться на удачу в этом плане Нил не смел — уж слишком часто она показывала ему средний палец.
Со временем он перестал надеяться. Учился быть готовым ко всему — вот суровая истина его выживания.
Первый выстрел разорвал тишину, за ним последовал шквал непрерывного огня.
— Началось! — крикнула Элисон и рванула вперёд, оставив Нила одного под жёлтым светом в бесконечных коридорах.
Сжав рукоять ножа крепче, Нил бросился за ней, ориентируясь на звук. Но всё больше путался в одинаковых переходах.
Внезапно чья-то рука схватила его за шкирку и потащила в сторону. Извиваясь, он замахнулся ножом, но правую руку перехватили раньше, чем он успел ударить.
— Я тебе не салат, чтобы меня кромсать, — прозвучал знакомый голос, который развеял желание защищаться. — Я уже обыскался тебя. Пойдём, тут реально можно заблудиться. Это место хуже любого лабиринта.
Отпустив Нила, Ники показал следовать за ним. Они преодолели пару поворотов, выйдя в более широкий коридор.
Запах тёплой крови ударил в ноздри Нила, словно наковальня по голове. Запахи — самый сильный катализатор воспоминаний. И именно из-за этого он снова оказался в той забытой Богом лесополосе, у старого дуба, на коленях перед истекающей кровью матерью, глядя на растущее пятно на её животе.
Больше не было синего, только красный, красный, красный.
Тошнота подступала к горлу, пока толчок в стену не вернул его в реальность — мрачную катакомбу, усеянную телами, тонущими в собственных лужах крови. Воспоминания были не лучше реальности, и он оставил их в глубинах памяти. Пока.
Последующий удар головой о бетон заставил окончательно прийти в себя.
— Гордон, отпусти его! — строгий голос Ваймака прозвучал громко, словно очередной удар об стену.
Настоящие никогда так часто не ускользали от Нила, как сегодня. Нет, всё с самого начала пошло наперекосяк из-за этих Лисов.
— Тренер, он привёл с собой Воронов! Мы не можем ему доверять! — оскалился Сет.
Держа Нила за грудки, чтобы тот не упал, Сет встряхнул его несколько раз, словно тряпичную куклу, предназначенную для избиений. За сутки его уже достаточно потрепали, чтобы терпение лопнуло. Нил приставил нож к шее Сета, надавливая так, чтобы лезвие едва вошло, пустив немного крови. Хватка ослабла.
— Не перекладывай на меня чужие проблемы. Вороны не в первый раз приходят сюда, чтобы сделать меня козлом отпущения, — произнёс Нил холодным тоном.
Интересно, говорит ли отец таким же голосом, отдавая смертоносные приказы, погружая людей в пучину отчаяния и страха?
Гробовая тишина повисла в месте, усеянном трупами. Но Нилу было не до этого. Бедная голова опять раскалывалась, как грецкий орех под натиском боли. Может, его череп железный, раз он ещё не треснул с концами.
— А мне он нравится всё больше и больше! — весело воскликнул Ники, разрывая молчание.
— Именно так, Сет! Засунь свои обвинения себе в жопу, — добавила Дэн. — Не думаю, что Нил с этим связан.
К сожалению, он был связан гораздо больше, чем они могли себе представить.
И теперь это поняли четверо: Рене, проанализировавшая хватку на ноже; Кевин, который прочитал всё одним взглядом; Аарон, который наконец-то удостоил Нила своим почтенным вниманием; и Эндрю, чьи глаза выражали осторожность, любопытство и подозрение. Его взгляд говорил слишком много и одновременно ничего. Может, это просто его беспочвенная подозрительность играла с ним, но на мгновенье ему показалось, что там было что-то ещё. Более тёмное чувство.
Убрав нож от горла Сета, Нил оттолкнул его от себя, облокотившись о стену. Он не собирался его ранить, хотя руки так и чесались. Может, теперь они наконец-то отстанут от него и не рискнут лезть так близко. Он не нанимался быть мальчиком для битья.
— Без доказательств не хочу слышать обвинений, — наконец сказал Ваймак. — Ники и Сет, займитесь уборкой. Избавьтесь от тел.
— Тренер, — жалобно пролепетал Ники, — почему грязная работа опять на мне? И с этим… — оборвав предложение, парень решил не высказывать, за кого он считал Сета.
— Сет, за нападение на Нила, а ты — за хорошую компанию, — ответил Ваймак.
— Нечестно, — пробормотал Хэммик, но ответа не последовало. Все направились обратно в зал.
***
Дорога назад прошла в более молчаливой обстановке, никто не проронил ни слова. Гнетущее чувство проступало сквозь каждый шаг. Все думали о чём-то своём. И беспокойство начало нетерпеливо скрестись в душе Нила. — Через пару недель начнём операцию «Фемида», — тяжело объявил Дэвид, прервав тишину. — Но это раньше срока! — удивился Кевин. — Появились новые обстоятельства. Через неделю в Верховном суде приговорят к смертной казни три тысячи человек. Шок отразился на лицах. Нил не верил ушам. Три тысячи казнят сразу? Его отец хочет стереть страну с лица Земли? Пока рождаемость падает, смертность растёт в геометрической прогрессии. — Это невозможно. Почему так много? — воскликнула Дэн. — Митингующие, нарушившие закон третьей степени, и просто неугодные люди. Вот, кто лишится жизни, — ответил тренер с горечью. — Успеем ли мы подготовиться? — Мэтт задал вопрос, который волновал сейчас всех. — Выбора нет, — ответил Дэвид. Страна, закованная в цепи законов, дышала тяжело, как зверь в клетке. Три степени тяжести — три круга ада. Первая — штрафы, вторая — тюрьма, третья — смерть. И смерть здесь не была метафорой. Она приходила быстро, без церемоний. Один выстрел — и человека уже нет. Но три тысячи разом — это помешательство в чистом виде. — Полный план обсудим завтра утром, а сейчас все отдохните. Эндрю и Рене, в ночную смену, — дал указания лидер, после чего эти двое сразу ушли, не сказав ни слова. — Есть, тренер! — одновременно сказали Лисы, хотя в их голосах слышалась некая издёвка. Не успев сделать и шага за остальными, как его остановил голос Ваймака: — Нил, задержись. — Удачи, — похлопав его по плечу, сказал удаляющийся Мэтт. «К чему она мне?» — Что такое? — Поговорим в другом месте, — бросил тренер, направляясь в коридор бесчисленных комнат. Все эти железные двери скрывали не только спальни за своими стенами. Открыв одну из них ключом, что висел всё это время на лидере, Ваймак неспешно зашёл внутрь, проследовав за ним, Нил аккуратно прикрыл дверь. Пока она открыта и ничто не стоит между, он может не впадать в панику. — Присаживайся, — отодвинув скрипучий стул, Ваймак присел за стол, заваленный кипами бумаг и чертежей. Пододвинув свободный стул к столу, что занимал весь центр комнаты, Нил плюхнулся напротив Дэвида, чей облик выглядел сейчас более уставшим, чем пару минут назад. Вся эта ситуация до забавы напоминала приход непослушного ученика в кабинет к директору для воспитательной беседы. Взяв верхний листок из пирамиды бумаг, Ваймак зачитал его вслух: — Нил Джостен, восемнадцать лет, родился в Бруклине, в двенадцать лет переехал в Вашингтон. Отец погиб в аварии, когда тебе было пятнадцать, а через несколько лет ещё и мать скончалась от болезни. Верно? С каждым сказанным словом настроение Джостена мрачнело всё сильнее, но сохранял бесстрастное лицо. Нил чувствовал, как температура в комнате поднимается выше. Ведь Нил Джостен — человек, которого никогда не существовало, чья история — случайный набор фактов и лжи. Человек, чей смысл существования был в том, чтобы забрать деньги и исчезнуть навсегда. — Верно. У Вас даже есть информация на меня. Как вижу, Лисы зря время не теряют, — лёгкая усмешка скрывала за собой тревогу. — Когда ты был без сознания, мы пробили тебя в базе данных по ID из твоей сумки. Безопасность превыше всего, — откинув листок подальше, Ваймак спокойно взглянул на него. — Но кое-что меня всё ещё смущает. Зачем ты хотел снять пять тысяч долларов? — Я собирался покинуть город. В столице сейчас неспокойно, хотел уехать в более тихое место, кто же знал, что при ограблении меня завербуют, — с упрёком кинул Нил. — На самом деле это было не ограбление. В центральном банке в архивах главного компьютера хранятся финансовые документы. Ради них была вся эта операция. — Что за финансовые документы? — История теневых расходов Натана Веснински. Все краски пропали с лица Нила. Имя этого человека, как удар молнии, пригвоздило его к стулу, а сердце предательски сжалось, не решаясь издавать признаки жизни. Человек напротив не мог знать, что эта фамилия принадлежит и ему по крови — самой что ни на есть чёрной крови. Нил отвёл взгляд, пытаясь собраться. Казалось, в комнате стало нечем дышать — не от жары, а от слов, разрезающих воздух. — Веснински? — переспросил Нил, делая вид, что эта фамилия ему ни о чём не говорит. Он заставил себя усмехнуться. — Вы, похоже, не слишком дорожите жизнями. — Мы здесь не для того, чтобы играть в безопасность, — отозвался Ваймак, глядя прямо. — Мы не безумцы. Мы просто впервые за долгое время перешли в атаку. И нашли то, что нужно: переводы с госбюджета, финансирование Воронов, закупки оборудования, медикаментов, оружия — за десять лет накопилась целая сеть. Он придвинул одну из папок ближе к себе, но не открыл. Просто положил ладонь сверху, как будто под ней лежало нечто, способное изменить историю всей страны. — Эти документы ещё не расшифрованы полностью, но если мы раскроем их общественности… — он прищурился, глядя на Нила. — Это может стать началом конца. Нил молчал. Его руки сжались на коленях, ногти вонзились в ткань брюк. «Мы». Ваймак говорил «мы», как будто Нил Джостен был частью всего этого, как будто он не был сыном того самого человека, чьи теневые расходы сейчас лежали у него на столе. — Вы считаете, что этого достаточно для начала конца? — тихо спросил Нил. — Это — кирпич. Один из многих. Но он способен вытащить из-под Веснински фундамент. Мы не можем победить танки — но мы можем лишить их топлива, — Ваймак пристально на него посмотрел. — Если ты с нами, тебе придётся принять одно: мы не герои, играющие в спасателей. Мы разбираем башню по кирпичику, изнутри. Для этого нужна команда — люди, которым можно доверять, которые не просто сбежали от собственного прошлого, а пришли за будущим. — И Вы хотите, чтобы я стал одним из них? — спросил Нил. — Хочу, чтобы ты осознал, во что вляпался, — спокойно ответил Ваймак. — Другого выхода нет. Ты уже здесь. Видел слишком многое. Мы не собираемся держать тебя взаперти, но назад пути нет — та жизнь для тебя закончена. Ваймак слегка усмехнулся, но в его взгляде читалась серьёзность. — Вижу, ты многое понимаешь без лишних слов. Это важно, особенно для того, кто оказался здесь почти случайно, – он сложил бумаги в папку и посмотрел Нилу в глаза. — Но знай: теперь ты часть Лисов. Просто так исчезнуть не получится. Нил почувствовал, как внутри всё сжалось — не от угрозы, а от непредвзятой истины. — Я и не собирался уходить, — тихо ответил он. — Мне просто нужно было понять, что это. — Это война, — коротко сказал Ваймак. — И в ней нет обратного билета. Нил опустил взгляд, затем резко поднялся — словно человек, который не хочет слушать больше ни слова. — Если это всё… я пойду. — Хорошо, — Ваймак не остановил его. Только сказал напоследок: — Перевари это. И хорошенько выспись, впереди нас ожидает ещё больше трудностей. Нил коротко кивнул и вышел. Когда дверь закрылась за ним, он прижался к холодной стене коридора, пытаясь не задохнуться. В голове стучали обрывки разговора. Война. Веснински. Мы. Он провёл ладонью по лицу, будто мог стереть с себя эти слова. Паника могла подождать. Теперь он — Лис. Один из многих. И до тех пор, пока никто не усомнится, Нил Джостен останется в живых!
