Способы снятия стресса

Авантюрин со злостью захлопнул входную дверь, сотрясая, кажется, весь небоскрёб. Возможно, жители дома были от этого не в восторге, но мужчина даже не думал о них. Да и кто посмеет пожаловаться на неприятное соседство, если этот самый сосед — сам Авантюрин из КММ? Связка ключей со звоном упала на комод, стоящий в просторной, хорошо освещённой прихожей. Авантюрин небрежно скинул обувь, не позаботившись о том, чтобы поставить дорогие туфли в обувницу. С усталым вздохом Какавача поплёлся вглубь своей квартиры. Его кабинет находился в самом конце коридора, что сейчас определённо было совсем некстати. Первой комнатой, которую видел любой входивший, была кухня, соединённая со столовой. Когда-то давно, ещё в самой начале своей карьеры, Авантюрин готовил сам, пытаясь научиться новым рецептам, теснясь в своей тогда ещё крохотной каморке, благородно выданной ему Яшмой. Сейчас у него не было времени на такие долгие и энергозатратные дела: обычно приготовлением еды занимались нанятые им повара, а в крайнем случае можно было заказать уже готовое блюдо из ближайшего ресторана. Ну, так было до того, как Авантюрин вступил в отношения: Веритас категорически не одобрял его питание и всеми силами старался заставить своего партнёра потреблять более полезную пищу. Кстати, о Веритасе… Авантюрин заглянул в открытую дверь огромной гостиной, располагающейся по соседству с кухней. — Добрый вечер, Какавача. Конечно же, вот и он: расселся в простой домашней одежде на длинном диване, обитом белой кожей, с книгой в одной руке и полупустым бокалом некрепкого красного вина в другой. Веритас ещё не переехал к нему окончательно, но у Авантюрина создавалось впечатление, что это произошло ещё давно. Его бойфренд обжил эту квартиру и, кажется, бывал тут чаще, чем у себя. Полки в ванной комнате внезапно оказались заставлены десятками уходовых средств — обязательно с экологически чистыми ингредиентами! -, одежде Авантюрина в гардеробной внезапно пришлось потесниться, чтобы освободить место для чёрных боди и синих рубашек, на крючке в прихожей то и дело висело длинное, тёплое пальто, а на журнальном столике частенько лежали недочитанные книги. — Привет, Веритас. Рацио отложил толстый томик, устремляя взгляд на Авантюрина. — Ты ведь помнишь, что мы планировали провести вечер вместе? — Помню, но… — замялся Авантюрин. — «Но»? — скептически приподнял бровь мужчина. — …Но мне нужно закончить работу. Мы не успеваем до дедлайна, у меня нет выбора. Прости. Авантюрин развернулся и направился в ванную комнату. Краем уха он услышал звонкий стук стекла — видимо, Веритас поставил бокал на стол — и громкие, быстро приближающиеся шаги. — Авантюрин, — раздался низкий голос из-за спины, — это уже не первый раз. Ты не просто нарушаешь договоренности, но ещё и не даёшь самому себе ни минуты отдыха. Это не закончится ничем хорошим. Как врач, я советую отложить рабочие задачи, плотно поужинать, эмоционально и физически расслабиться и выспаться. Ты ведёшь самого себя к выгоранию. Авантюрин кинул мрачный взгляд в зеркало, в котором маячил недовольный Веритас, забавно сложивший руки на груди. Он резко развернулся, оттолкнув Рацио с прохода, и направился к кабинету. Шаги позади всё не замолкали. — Авантюрин, я знаю, что ты меня слышишь. Я понимаю, что тебе некомфортно и тревожно находиться в бездействии, но нужно прививать себе более здоровые привычки. Дверь тихо скрипнула, когда Какавача толкнул её рукой. Он бросил свой дипломат около рабочего стола и упал на кресло перед компьютером. Достав из ящика нужные бумаги, Авантюрин нажал на кнопку включения питания, и его лицо осветилось голубым оттенком от экрана. От искусственного, холодного света синяки под глазами мужчины, которые не получилось замазать даже самым плотным тональным кремом, что был в доме, стали выделяться на фоне бледной кожи ещё сильнее. Петли двери скрипнули во второй раз за вечер, оповещая хозяина о том, что в комнату вошёл ещё один посетитель. Авантюрин почувствовал, что спинка его кресла прогнулась, и обернулся. Веритас опирался одной рукой о кресло, а сам он выглядел как строгий учитель и грустный щенок одновременно. — Что тебе нужно? — Ты прекрасно знаешь, что мне нужно, Какавача, — с ноткой неприкрытого сарказма произнёс мужчина. Авантюрин закатил глаза и повернулся обратно к ноутбуку. — Я уже сказал, что занят. Чем быстрее я начну работать, тем быстрее закончу, так что не мешай. Разве у тебя нет работ студентов, требующих срочной проверки или чего-то такого? — Дело в том, что работы есть, — Веритас ещё сильнее навалился на спинку, всё приближаясь к Авантюрину, — но я закончил оценивание задолго до того, как ты вернулся. Ты прекрасно знаешь, что можешь отложить работу — сейчас вечер пятницы, а твой дедлайн уж точно не в понедельник. Так же ты мог легко делегировать эти задачи своим подчинённым, но не сделал этого. Прекращай обманывать себя. Авантюрин старательно продолжал игнорировать попытки уговоров. Не сводя глаз с экрана, он, подпирая голову рукой, то листал рабочие чаты, то писал заметки в открытых файлах, то на мгновение замирал, словно выпадая из реальности, и сразу снова вливался в процесс. Веритас разочаровано вздохнул. Да, саморазрушительные привычки Авантюрина не были для него в новинку, но вывести его из подобного состояния каждый раз было крайне проблематично. Он уже испробовал всё, но ни кнут, ни пряник не помогли вытащить упрямого бойфренда с его работы. Ладно. Оставался ещё один способ. Рацио не хотел прибегать к нему, но сейчас выбора у не оставалось. Авантюрин шокировано обернулся, когда Веритас нагло отодвинул кресло и встал между столом и ним. — Я попросил тебя не мешать. — Занимайся своей работой. Просто не обращай на меня внимания. Рацио внезапно упал на колени, садясь между ногами Авантюрина. Он положил ладони на бёдра своего бойфренда, раздвигая его ноги. Какавача же удивлённо наблюдал за происходящим. — Что ты творишь? — Говорю же, не обращай внимания, — пробормотал Веритас, расстёгивая ширинку его брюк, — у тебя ведь важные дела. Давай, приступай. Авантюрин отвёл взгляд от Рацио и с неохотой снова устремил его на экран. Мысли были в полном хаосе, сосредоточиться совершенно не получалось. Возможно, в этом был виноват Веритас, сжимающий ещё не вставший член прямо через тонкую белую ткань нижнего белья. Авантюрин потянулся к мышке и сжал её, закусив нижнюю губу, пока Рацио продолжал медленно снимать с него брюки, то и дело касаясь паха, казалось бы, совершенно случайно. Штаны с мягким шелестом упали на пол, и Какавача остался с голыми ногами, которые Веритас нежно поглаживал. Касания на голой коже ощущались гораздо лучше, чем с одеждой, но и чувствительность возросла, даруя постоянные волны мурашек, то и дело накрывающие Авантюрина с головой. На ткани нижнего белья появилась выпуклость, и Какавача прекрасно знал, что Рацио был невероятно доволен этим. Веритас ловко просунул палец под резинку и оттянул её вниз, обнажая пах. Заставляя Авантюрина приподнять ноги, он потащил нижнее бельё всё ниже, в конце концов оставляя его лежать на полу рядом со штанами. Какавача искренне старался снова вникнуть в работу, но внимание неизменно переключалось на Веритаса, наконец коснувшегося члена напрямую. Он аккуратно сжал твердеющий орган в ладони и, наклонившись ближе, лизнул его, оставляя на коже капли слюны. Рацио рукой размазал жидкость по всей длине и коснулся губами гладкой, покрасневшей головки, мягко целуя её, одновременно медленно поглаживая ствол. Свободной рукой он полез в карман домашних хлопковых штанов, и, покопавшись в нём, гордо вытащил свою находку — золотой, блестящий квадратик презерватива. Обычно Авантюрин покупал самые дорогие средства защиты, но после начала отношений Веритас провёл целое исследование и настоял на марке, которая, как он выяснил, была самой надёжной. Разорвав упаковку зубами, Веритас аккуратно надел защиту на вставший член Какавачи. — Почему ты вообще носишь в кармане презервативы? Рацио скучающе, с ноткой типичного для него высокомерия, пожал плечами. — Ты обещал провести со мной вечер. Думаешь, что я не знаю, чем это может закончиться? Я предусмотрительный человек, Какавача. Авантюрин зажал рот рукой, опуская голову вниз и пытаясь подавить стоны, уже рвущиеся из его горла, когда Веритас начал заглатывать головку, тщательно вылизывая её. Рацио почувствовал, как член возбуждённо дёрнулся, и принялся с удвоенной силой стимулировать напрягшегося Авантюрина. Он начал медленно заглатывать орган ещё глубже, стараясь сохранять ровное дыхание и не провоцировать рвотный рефлекс. Сантиметр за сантиметром он плавно насаживался на ствол, пока головка не проникла прямо в горло. Авантюрин сгорбился, опустив голову, и ещё крепче прижал руку ко рту, но это не помогло: тихие постанывания всё же были слышны Веритасу, наслаждающемуся результатами своей работы. Мужчина совершил последний рывок, полностью приняв в себя член, и уткнулся носом в пах, руками раздвигая чужие ноги ещё шире. Раскрасневшийся Авантюрин тяжело дышал, уже практически лёжа на поверхности стола, и этого было достаточно, чтобы понять: он наслаждался происходящим. Рацио почувствовал лёгкие приступы тошноты от давления в горле, но без труда подавил их, не отрываясь от процесса. Он выпустил изо рта половину длины и плавно насадился снова, параллельно сглатывая. Слюна текла по щекам при каждом движении, пачкая всё вокруг. Веритас продолжил двигаться, и когда его горло в очередной раз восхитительно сжалось, принося потрясающее удовольствие, Авантюрин решил: к чёрту. Он будет наслаждаться этим. Мужчина полностью поменял свою позу, выпрямив спину и расслабленно откинувшись на спинку кресла. Его пальцы вплелись в тёмные, густые волосы Рацио, нежно, но неумолимо надавливая на голову, заставляя заглатывать член всё глубже. Какавача откинул голову, прикрыл глаза и тихо выдохнул, погружаясь во всепоглощающее удовольствие. Он не толкался в приятное тепло, каким бы сильным не было желание, вместо этого отдав весь контроль Веритасу. Второй свободной рукой Авантюрин потянулся к груди, начиная по одной расстёгивать пуговицы на своей тёмно-зелёной рубашке — казалось, будто температура в комнате резко подскочила. Не поднимая головы, он бросил взгляд сверху на Рацио, слегка потянув его голову вверх. Выглядел он просто восхитительно: раскрасневшиеся губы, румянец на щеках и блестящие глаза, в которых плескалась бесконечная похоть, поглощающая всё, к чему бы она только не прикоснулась. Включая самого Авантюрина. И этот самый Авантюрин выглядел не лучше: чёлка, прилипшая к мокрому от пота лбу, обнажённая грудь со вставшими, потемневшими сосками и член, давно затвердевший до предела. Веритас, заметив направленный на него взгляд, поднял глаза и с громким причмокиванием сглотнул. Какавача издал громкий, резкий вскрик, полный удовольствия, и вцепился свободной рукой в подлокотник кресла. Рацио же, перестав удерживать ноги Авантюрина, переместил ладонь на основание его члена, несильно сжимая самый низ ствола, одновременно касаясь яиц. Какавача вздрогнул и подался освободившимися бёдрами вперёд, вжимаясь в лицо Веритаса. Чёрт, не прошло и десяти минут, а он уже готов кончить прямо в этот восхитительный, горячий рот, заполнить его полностью, чтобы семя стекало прямо с прекрасных, пухлых губ… Лишь бы только его бойфренд не настаивал на защите настолько упорно! Рацио, уже явно начинающий уставать, сделал особенно сильный толчок навстречу члену, и Авантюрин, сжав пряди волос в кулак, наконец испытал головокружительный оргазм, сопровождаемый протяжными, громкими стонами. Перед его глазами плясали яркие искры, а удовольствие в мгновение распространилось по телу, дотянувшись до каждой клеточки. Отдышавшись, Какавача отпустил Веритаса, сразу же отстранившегося от его паха. У бедняги явно затекла челюсть — неудивительно, он даже не делал перерывов. — Ты справился просто восхитительно, Веритас, — прошептал Авантюрин, снимая презерватив, — хочешь продолжить? — Я бы хотел, но ты ведь занят неотложной работой. Не судьба. — Веритас! — обречённо простонал Какавача, — мне жаль, что я тебя подвёл, но прошу, снизь количество сарказма. Можешь обижаться и заставлять меня молить о твоём прощении ещё хоть неделю, только не делай этого сейчас! — Заставить тебя молить о прощении? Заманчиво. — ухмыльнулся Рацио, — продолжай. Авантюрин без замешательств встал с кресла, поднимая за собой Веритаса. Обхватив талию мужчины, он вжал его в свой стол, начиная горячий, глубокий поцелуй. Рацио, присев на край поверхности, охотно ответил, закрыв глаза и положив руки на голову своего бойфренда, поглаживая гладкие, светлые волосы и притягивая его к себе. Авантюрин выглядел божественно в одной только расстёгнутой рубашке, небрежно сползающей с одного плеча — идеальное сочетание наготы с закрытостью, если слово «закрытый» вообще можно было применить к человеку, стоящему перед ним без белья. В то же время ловкие руки Авантюрина смяли края простой однотонной футболки Веритаса, незаметно проникая под неё. Оставив влажный поцелуй на шее Рацио, мужчина потянул ткань вверх, снимая одежду со своего партнёра. Футболка, к большому неудовольствию Веритаса, полетела куда-то на пол, присоединяясь к брюкам, валявшимся под столом. Авантюрин оторвался от поцелуев и оглядел прекрасное тело своего бойфренда. У него был всё такой же идеальный пресс, которому могли позавидовать все модели, а под накачанной грудью пролегали два практически незаметных тонких шрама — если не знать о них, то найти их будет просто невозможно. Авантюрин надавил на грудь Веритаса, заставляя его немного опуститься, и прильнул к его соскам, старательно стимулируя их. Сначала он несильно прикусил правый, из-за чего Рацио хрипло застонал, а потом облизнул левый, аккуратно надавливая на чувствительное место кончиком языка. Пальцами он массировал правый сосок, разминая напряжённые мышцы груди, пока старательно вылизывал второй. Свободной рукой, не прекращая доставлять удовольствие Веритасу, Авантюрин скользнул под пояс штанов. Под громкие, жаркие вздохи он начал тянуть ткань всё ниже, открывая всё больше и больше голой кожи. Когда Какавача особенно сильно сжал губы на чувствительной точке, Веритас ахнул, вздрогнув. — Авантюрин… — М-м? — Не здесь. Пойдём в спальню. — Как пожелаешь. Авантюрин наконец оторвался его от груди, помогая Веритасу окончательно избавиться от штанов. Рацио, аккуратно переступив кучу одежды, накинулся на Какавачу, придавив его к стене и снова жадно поцеловав, держа мужчину за бёдра. Авантюрин выгнулся навстречу прикосновениям и, не прекращая поцелуй, отстранил от себя своего парня, направляя его в сторону спальни. Выйдя в коридор, Веритас схватил рубашку Авантюрина за воротник обеими руками, начав снимать её. Мужчина не сопротивлялся, помогая процессу, и, когда вещь была снята, отпустил её одновременно с Веритасом. Рубашка упала на пол, но никто даже не обратил на это внимания. Авантюрин, наклонившись к заманчивой, чистой шее Рацио, прижался к ней губами, оставляя яркий красный засос — такой точно не скрыть. Переступив порог спальни, Веритас резко перехватил контроль над ситуацией. Он развернул своего бойфренда в сторону кровати и грубо толкнул его, заставив упасть на мягкий матрас. Авантюрин быстро скоординировался и отполз на середину кровати, наблюдая, как Веритас вытаскивал презервативы и смазку без запаха из верхнего ящика прикроватной тумбочки. Он кинул предметы на матрас и залез туда сам, садясь на колени над Авантюрином. Какавача потянулся к тюбику, с щелчком открыв крышку и выдавив несколько капель прозрачной жидкости себе на пальцы. Веритас встал на четвереньки, подползая ближе, и опустился ниже, касаясь губами его губ. Авантюрин просунул руку между его ног и нежно коснулся дырочки, нанося на неё смазку со своих пальцев. Когда он размазал жидкость, два пальца бережно толкнулись внутрь, медленно входя первыми фалангами в узкий проход. Веритас застонал и начал аккуратно опускать бёдра вниз, самостоятельно насаживаясь на них. Когда пальцы вошли в горячие внутренности полностью, Авантюрин вытащил их и быстро вставил обратно, одновременно слегка надавливая на чувствительные стенки влагалища. Комнату заполнили тихие звуки шлепков, издаваемых рукой Какавачи, и тихими постанываниями низкого голоса. Веритас расставил ноги шире, всё охотнее встречая каждый толчок. К двум пальцам присоединился третий, и Авантюрин снова начал в быстром темпе трахать своего парня, разводя пальцы, когда те оказывались внутри. Натуральная смазка смешивалась с лубрикантом, каплями стекая по ладони. Веритас наклонил голову, уткнувшись в плечо Авантюрина, и аккуратно прикусил его, не оставляя раны — лишь бледный, маленький синяк, что исчезнет уже на следующий день. Какавача громко выдохнул и, слегка сдвинувшись вниз, оставил в ответ на теле любовника ещё несколько ярких засосов, выделявшихся на светлой, чистой коже мужчины. Когда Авантюрин уже приступал к пятой метке, Веритас внезапно вывернулся из его хватки и сел прямо над пахом своего бойфренда на колени, выпрямив спину и поправив чёлку. Какавача сразу понял намёк, легко читаемый в глазах мужчины, и взял в руку свой член, уже успевший снова встать во время прелюдии, направляя его вверх. Отрегулировав своё положение, Рацио начал опускаться вниз. Когда Авантюрин приставил кончик члена к отверстию, Веритас медленно развёл колени, насаживаясь на головку. Левой рукой Какавача взял мужчину за талию, придерживая его, но тот, видимо, не оценил нежного жеста: через несколько мгновений он одним резким движением сел прям на бёдра Авантюрина, принимая весь длинный член за раз. Его глаза закатились в удовольствии, а ноги задрожали от напряжения. Авантюрин издал резкий, громкий стон от неожиданности. Несмотря на длительную подготовку, его дырочка всё ещё была невероятно узкой, и Какаваче приходилось всеми силами сдерживать невыносимое желание начать грубо толкаться прямо в восхитительное, плотное тепло. Но торопиться было нельзя: поспешное начало движений могло навредить его партнёру, всё ещё задыхающемуся, сидя на твёрдом члене. Авантюрин потянулся к флакону со смазкой, валяющемуся рядом, и выдавил на подушечки пальцев ещё несколько капель жидкости. Откинув лубрикант, он потянулся к набухшему, возбуждённому клитору, словно просящему о прикосновении. Авантюрин начал плавно массировать бугорок, иногда нежно, почти невесомо нажимая на него. Веритас, ещё не успевший прийти в себя после проникновения, начал несильно отводить бёдра и толкаться ими снова, при каждом движении натыкаясь на ловкие, умелые пальцы, совершенно идеально стимулирующие его чувствительное место. Не сдержав возбуждение, Авантюрин сделал попытку толкнуться бёдрами вверх, но Рацио, заметив это, мгновенно среагировал и грубо прижал его тело к матрасу. — Не смей. Сейчас главный здесь я. Сильная, большая ладонь крепко, но аккуратно, не перекрывая дыхание, сжала горло. — Если тебе станет некомфортно, используй наше стоп-слово. А пока что просто наслаждайся. Тебе понятно? — Да, док, — прохрипел Авантюрин, — я весь твой. Вперёд, красавчик. Веритас не стал медлить и поднялся с члена, только чтобы упасть на него снова. Его движения были не слишком быстрыми, но сильными и уверенными. Член проникал в самую глубь его тела, касаясь даже тех точек, что лежали практически возле шейки матки. Рука на шее оставалась неподвижной, и Авантюрин мог легко дышать, но не шевелиться. Веритас легко принимал его член, не напрягаясь и не испытывая дискомфорта — всё же они не раз занимались сексом, и у него было время научиться этому. Мокрые, громкие шлепки разносились по квартире. Авантюрину казалось, что от удовольствия он безвольно растекается по кровати. Теперь он понял, почему Веритасу так нравилось, когда он брал над ним контроль. Это действительно завораживало: было потрясающе отдать своё тело в руки опытному партнёру, которому ты полностью доверяешь, и позволить ему делать всё, что он захочет, а самому расслабиться и сосредоточиться лишь на получении удовольствия. Вся усталость словно испарилась, а мозг считывал только наслаждение, смешанное с любовью. Казалось, сейчас Авантюрин был просто секс-игрушкой для своего бойфренда, и ему это нравилось. Эта ситуация не имела ничего общего с тем, как им пытались обладать, словно вещью, раньше, когда он был ещё лишь измученным подростком — нет, сейчас мужчина добровольно отдал своё тело в пользование человеку, который действительно любил его, и чувствовать эту всепоглощающую любовь было невероятно. Веритас покрепче перехватил горло Авантюрина и стал с новой силой насаживаться на член. Он всегда ускорялся, когда был на грани оргазма, нуждаясь в особенно сильной стимуляции, чтобы перейти через грань — за многие дни, проведённые вместе, они успели выучить привычки друг друга наизусть. Какавача тоже приближался к пику. Ещё немного, лишь несколько толчков, и, и, и… Рацио выгнул спину и замер, кончая с криком на губах. Каждая мышца в его теле напряглась от абсолютного наслаждения, а Авантюрин под ним корчился от возбуждения. — Нет, нет! — практически взвыл мужчина, — Веритас! Только не останавливайся, прошу! Рацио проигнорировал мольбы, пытаясь отдышаться. После крышесносного оргазма у него не было сил ни двигаться, ни думать. Поняв, что просьбы проходят мимо ушей Веритаса, Авантюрин потерял все остатки самоконтроля, беря ситуацию в свои руки. Мужчина ловко вывернулся из ослабшего захвата и с неожиданной силой грубо перевернул своего партнёра, оказываясь сверху в положении на коленях. — Что ты творишь? — Я?! — практически прорычал Авантюрин, — ты не дал мне кончить, и теперь я беру всё на себя. Встань на четвереньки. Рацио послушно выполнил указание, переворачиваясь на живот и вставая на локти. — Ты ведь знаешь, что можешь попросить меня остановиться в любой момент? — смягчил тон Какавача, — но если ты этого не сделаешь, я буду продолжать. Ты понял? Мужчина молча кивнул. Авантюрин расплылся в довольной улыбке. — Вот так. Выгни спину. Ладонь с силой надавила на талию, заставляя Веритаса прогнуться под нажатием. Авантюрин грубо сжал его мощные бёдра, оставляя на коже красные следы. Подставив свой член к растянутой, использованной дырочке, Какавача одним сильным толчком вошёл до упора. Он не подождал ни секунды, сразу же начав жёстко вбиваться в блаженное тепло. При каждом толчке он подтягивал тело Веритаса навстречу. — Какавача! Ах, о боги… Добавь ещё смазки, прошу! Авантюрин, не прекращая толчков, плеснул лубрикант прямо на свой член. Веритас вцепился в простыни, ткань натянулась под его сильной хваткой — удивительно, что она не порвалась. Его колени разъехались, но Авантюрин, крепко держащий его за бёдра, не позволил своему бойфренду упасть, удерживая его в нужном положении. Веритас откровенно устал от первого раунда, и сейчас его тело постепенно сдавалось, не желая удерживать свой же вес. А вот у Авантюрина, кажется, открылось второе дыхание — он лишь с большим энтузиазмом трахал его сзади, издавая громкие стоны в унисон с Рацио и периодически несильно шлёпая его по выставленным напоказ ягодицам. Удары оставляли красные следы, расползающиеся пятнами по коже. Простыни смялись и испачкались в смазке, а одеяло давно упало на пол, но обоих мужчин это не волновало. За огромным панорамным окном медленно загорались огни ночного города — хорошо, что снаружи через стекло нельзя было посмотреть из-за специальной защитной плёнки. Когда Авантюрин в очередной раз грубо шлёпнул Веритаса, у того окончательно ослабли руки и мужчина упал головой на большую, мягкую подушку, лежавшую прямо под ним. Он обнял её, цепляясь за предмет, как за якорь. Авантюрин ещё более грубо навалился на тело мужчины, а его ритм его движений стал слегка сбиваться. — Веритас… Я сейчас… Сейчас… — простонал он через сжатые зубы. Рацио вскрикнул, когда пальцы снова нашли его клитор, массируя его. Он зарылся лицом в подушку, издавая удивительно высокие для его голоса вопли, приглушаемые тканью. Перевозбуждение заставляло мозг кипеть, а оргазм всё подступал и подступал с каждым шлепком, с каждым надавливанием, с каждым толчком… И когда Авантюрин в последний раз насадил его на свой член, мужчина потерялся в тумане наслаждения. Все чувства словно исчезли, оставляя лишь наслаждение, заполняющее весь разум и всё тело до краёв. Краем уха Веритас услышал, как Авантюрин выстанывает его имя. Когда Рацио наконец очнулся от своего транса, он с удивлением осознал, что уже лежал рядом с Авантюрином, уткнувшись лицом прямо туда, где вечное клеймо шрамом пересекало его шею. Какавача лежал в его объятиях, такой же уставший, но расслабленный, как и он сам. Заметив, что его партнёр пришёл в себя, мужчина обеспокоенно посмотрел на него. — Веритас, ты… плачешь? Рацио прикоснулся пальцами к своей щеке. Действительно: они были мокрыми от слёз. — Веритас, если это из-за меня, то… — Ты не виноват, — прервал Рацио своего бойфренда, — и я чувствую себя просто прекрасно. Просто… Всего было слишком много, и эта разрядка слишком резко ударила по мне. Как ты сам себя чувствуешь? Авантюрин шумно выдохнул. — Гораздо лучше. Я нуждался в этом. Прости, что оттолкнул тебя. Ты был прав, и спасибо, что переубедил меня. Веритас мягко улыбнулся. — Я люблю тебя. — Я тоже, любимый мой. У тебя ничего не болит? Рацио сосредоточился на своих ощущениях. — Ноги совершенно без сил, и спина побаливает. В целом ничего выходящего за рамки нормы. Но я весь потный и испачканный… Помоги мне дойти до ванной комнаты. — Как прикажешь, красавчик, — Авантюрин притянул мужчину ближе к себе, — я помогу тебе отмыться, а потом мы вместе отдохнём в ванне. Давай, садись. С поддержкой Какавачи Веритас с горем пополам смог добрести до нужного места. Авантюрин залез в огромную ванну вместе с ним и, включив тёплую воду, принялся отмывать тело своего любовника. Он начал с волос, промокших и запутавшихся во время их секса. Приятно пахнущий какими-то неизвестными травами шампунь легко отмыл кожу головы, а бальзам смягчил волнистые волосы, придавая им приятную гладкость. Далее ловкие руки Авантюрина перебрались на тело: с помощью геля он начал чистить каждый сантиметр доступной кожи, пройдясь сначала по груди, рукам и шее, а потом перейдя на живот, пах и ноги. Смыв пену, Какавача заткнул пробку ванны и начал набирать воду. Он лёг на грудь расслабленного заботой Веритаса, сплетя их пальцы вместе. — Давай как-нибудь займемся сексом прямо тут. — Ни за что. По статистике именно в ванной комнате люди получают наибольшее количество травм. Было бы опасно совершать такие действия здесь. — Мы бы не подвергали друг друга риску, — обольстительно промурчал Авантюрин, мы бы набрали воду и сидели бы, как сейчас — только поменялись бы положением. Ты бы согревал мой член, а я бы мог обнимать тебя и держать в своих руках, сколько захочу, пока ты не… —…Ладно. Возможно, я рассмотрю это предложение в будущем. — Буду ждать твоего вердикта, док. После того, как Авантюрин насухо вытер Веритаса и на руках перенёс его в кровать, где уже поменял грязное постельное бельё на свежее — и когда он успел? — они вдвоём легли под одеяло, обнимая друг друга. Луна уже взошла над городом, освещая его своими белыми лучами, но мужчины не видели этого, ведь окна были плотно задёрнуты длинными шторами. Оба были полностью расслаблены и спокойны. Удивительное умиротворение чувствовалось в атмосфере комнаты. — Ты был прав, — сонно пробормотал Авантюрин, — нам нужно чаще снимать стресс таким образом. — Согласен. Я давно не чувствовал себя настолько спокойно. Но теперь нам нужно отдохнуть. Спокойной ночи, Авантюрин. — Спокойной ночи, Веритас. Щелкнула кнопка ночника, и две фигуры затерялись в ночной темноте, погружаясь в крепкий, длинный сон.