Инсульт

— Инсульт. Джон Уотсон и так знал диагноз. Сам поставил его, когда увидел перекошенную улыбку Холмса, надеясь, что ошибся, но нет. Теперь только ждать. И молиться, чтобы последствия не были фатальными… но они были. Уотсон очень тихо вошёл в палату, где разместили Холмса. Его чёрные кудряшки на фоне белой наволочки смотрелись так трогательно, так беззащитно, что защипало в глазах. И смотрел величайший детектив современности не на пришедшего навестить его друга, а в окно. Хотя кроме ветки клёна на фоне далёких зданий разглядывать было нечего. Но это для Уотсона нечего, а сыщик, наверняка уже всё выяснил о каждом жильце. — Добрый день, — тихо сказал Уотсон. — Я здесь вам вкусного разного принёс. Не то чтобы вы когда интересовались деликатесами, но я очень старался, чтобы вас порадовать. — Вы даже не будете меня ругать, Уотсон? — спросил Холмс, не оборачиваясь. — Ругать? — Говорить «Я же вас предупреждал, вы сами себя довели, работали на износ, не спали нормально». — Всё это правда, — Уотсон поставил принесённые гостинцы на тумбочку, — но какой в этом смысл? Вы и сами всё прекрасно понимаете. Но я безумно рад, что вы живы! Ваш лечащий врач сказал, что подвижность тела сохранена, вы будете в порядке. — Да… Что-то такое было в этом «да», что Уотсон стремительно обогнул постель Холмса и почти силой развернул его лицом к себе, хотя прежде себе такого фамильярного обращения не позволял. По щекам Холмса текли слёзы. Он даже не пытался их вытирать. И больше не пытался скрыть их от Уотсона. — Я… я потерял свою дедукцию, Уотсон, — проговорил сыщик. — Ко мне ходят врачи, медсёстры, медбратья… а я ничего не могу сказать о них. Я… я больше ничего не могу… Мои Чертоги разума… пропали. — Холмс, вы несколько дней как очнулись! Дайте себе время. Люди не восстанавливаются так быстро! Всё будет хорошо. Уотсон очень хотел бы в это верить. Чтобы подбодрить друга, на следующее посещение он принёс скрипку. И сыщик действительно чуть не залучился счастьем. Взял инструмент. Долго пристраивался и… выдал что-то настолько ужасное, что доктор помимо воли скривился. Сыщик пробовал снова и снова, но на третьем пассаже положил инструмент на одеяло. — Заберите её. — Холмс, на это тоже нужно… Словом, не отбрасывайте так сразу. Нужно разрабатывать руки. Сыщик отвёл глаза от клёна за окном. Теперь на его лице был неприкрытый страх. — Дело не в руках, Уотсон. Я… совершенно забыл ноты. — Ох… Холмс, но их же можно выучить снова. — Прошу. Заберите её. — Хорошо. Но вы не сдавайтесь. Вот увидите, всё наладится! Но ничего не наладилось. Холмса выписали, и он вернулся домой. В их с Уотсоном квартиру. Обошёл её, касаясь разных предметов тут и там, а потом повернулся к другу. — Мне… мне придётся съехать, Уотсон. — Что? Почему?! — У меня больше нет работы. Я не могу расследовать дела, а больше ничего делать не умею. — Но, Холмс… — Мне нечем платить за квартиру. Надо думать, чем теперь зарабатывать на жизнь. И где эту жизнь проживать. — Какие глупости вы говорите! — Уотсон даже шагнул вперёд и схватил друга за руки. — Холмс, ну конечно я буду платить за вас! У меня есть сбережения! И вы восстановитесь, обязательно! Иначе просто не может быть! Ведь вы же Шерлок Холмс! Кем ещё вы можете быть? Уотсон старался говорить как можно более эмоционально и убедительно, но по убитому виду сыщика понимал — всё бесполезно. — Я не могу принять от вас такую жертву. Я ценю, но… кто знает, когда мой мозг восстановится. А что, если никогда? — Холмс… прошу… — Вам придётся найти нового соседа. А я даже не смогу проследить и понять, чтобы человек был хороший. Простите меня, Уотсон. — Холмс… Уотсон решил пока ничего больше не говорить, видя, что это бесполезно. Дать другу время. Но детектив, видимо, понял это по-своему. Через два дня квартира опустела. Сыщик собрал свои вещи и ушёл, когда врач был на работе. Уотсон нашёл только записку на таком голом теперь столе, где больше не теснились мензурки, реторты и колбы. «Спасибо за всё. Уотсон, вы лучший. Я не знаю, куда поеду, и что буду делать, но я не вправе ломать вашу жизнь, как поломал свою. Надеюсь, когда-нибудь ещё увидеть вас. Используйте свои навыки дедукции, когда будете искать себе нового соседа. Искренне ваш, Ш.Х.» Едва дочитав, Уотсон схватил куртку и помчался к двери. Да, он собирался использовать все навыки для поиска соседа. Только не нового, а прежнего. Уотсон знал, не будет ему покоя, пока он не вернёт Холмса назад.