Секрет короля

      Это было странное утро. Пьюр Ванилла осторожно вынимал мелкие перья из волос перед зеркалом. И дело было ни в мирно спящем Шэдоу Милке, ни в птицах, что засуетились под крышей раньше обычного, ни в утренней тяжести в животе и головокружении. Дело было во сне.       Уже как неделю он видит один и тот же сон, или же воспоминание, когда он, будучи ребёнком, сорвался с обрыва и покатился в лес. Казалось, вот они вместе с старшим братом весело возвращаются из города домой, идут по лесной дорожке, обсуждая всё подряд, и внезапно на крутом повороте земля, под ногами Пьюр Ваниллы, обвалилась. Ребёнок кубарем скатился с обрыва, натыкаясь на острые ветки и камни. Боль прошибала всё тело. Из свежих царапин текла кровь. Мир продолжал вращаться, и вот, он наконец-то остановился, ударившись об ствол дерева. В глазах темнело, становилось ужасно холодно. Слышался крик брата.       Очнулся он в тёплой постели. В своей комнате. Всё его тело было обмотано бинтами. Ребёнок моргнул несколько раз. Голова болела, в глазах всё плыло. Послышался удивлённый вздох. В дверях стояла его сестра с широко раскрытыми глазами.       — Мама! Он проснулся! Пьюр Ванилла проснулся!       В комнату мгновенно вбежала уставшая женщина. Она бросилась к кровати и принялась осматривать своё дитя.       — Ты в порядке, малыш, — скорее пытаясь успокоить себя, говорила она. — Ты жив, ты цел.       Она крепко обняла и прижала сына к себе.       — Ты в порядке.       Сам же Ванилла был полностью сбит с толку происходящим. Последнее, что он помнил, как он упал. Неужели он так сильно поранился? Краем глаза ребёнок заметил движение в дверях. На него смотрел старший мальчик. Выражение его лица показывало чистый ужас.       Монарх вздохнул, опираясь на умывальник. После этого случая старший брат начал избегать его. Сестра, напротив, стала более опекающей. Мать с отцом же вели себя так, словно он просто сломал ногу. Словно произошло что-то страшное, но не непоправимое. Тем более у него даже шрамов не осталось. И всё же… Для Пьюр Ваниллы до сих пор поведение брата оставалось загадкой. Только увы, он теперь никогда не узнает ответ. Уже почти что как три сотни лет нет ни родителей, ни брата, ни сестры.       Руки зачерпнули холодную воду и плеснули её на лицо. Это давнее воспоминание. Почему оно беспокоит его именно сейчас? Связано ли это с повышенным количеством перьев? Пьюр Ванилла не знал. Он не мог вспомнить ни подобных снов, ни прошлых «перьевых лихорадок». Ванилла нахмурился. Почему он не помнил? Ведь, подобное уже было, верно? Наверное, если бы рядом не было Шэдоу Милка, который постоянно уделяет им внимания, то и в этот раз бы забыл. Только почему забыл бы?       Чёрные перья были выброшены, а сам Пьюр вернулся в спальню. Было раннее утро, тьма только-только уступала рассвету, а ночные звери не легли спать. Монарх тихо подошёл к кровати и лёг рядом со спящем Шэдоу Милком.       В голове было множество мыслей. Как он сегодня проведёт день, когда Уайнд Арчер раздобудет ингредиенты (Пьюр Ванилла всё ещё чувствовал себя виноватым, когда вновь попросил духа об одолжении. Тот лишь устало вздохнул и кивнул), стоит ли пытаться вновь выходить на связь с Молочным королевством и рассказывать своим друзьям о всей ситуации, когда всё, что у него было — слова Арчера? Он уткнулся лбом в спину Милка. И как он скажет ему о происходящем? Вечно скрывать не получиться.       Омега рядом издал недовольный стон и повернулся лицом в его сторону. Его рука обхватила плечи Ваниллы, сам Шэдоу Милк издал рваный вздох и продолжил спать. Сердце Пьюр Ваниллы быстро заколотилось. На секунду он испугался, что разбудил Милка, а сейчас грудь распирало незнакомое тепло и смущение. Это странное чувство. Пьюр Ванилла не был уверен, что испытывал его раньше.       В глаза бросился светлый объект на столике у кресла. Ваза. Там раньше стояли белые лилии. Возможно, он и чувствовал. Только эти чувства омрачали вина и горечь. Если бы они тогда с Белой Лилией жили не так близко друг к другу, если бы он стремился бы понять её куда сильнее, как бы всё обернулось? Во рту вновь появилось чувство горечи, едва в воспоминаниях всплыла та самая комнатка в общежитии, где они заперлись на неделю.       Нет. Это больше не важно. Они с Лилией никогда не смогли бы быть вместе, а сейчас жалеть об ушедших годах не надо и подавно. Она ушла из его жизни уже как столетие назад. Давно пора уже её отпустить.

*****

      Дитя было отрадой. Пьюр Ванилла поднял кружку чая, наблюдая, как ребёнок старательно пытается не стукать ложкой об стенки ёмкости, пока перемешивал сахар. Улыбку было трудно избежать. Монарх любил эти чаепития в каждое последнее воскресенье месяца.       Он уже и не помнил с кого началась эта традиция, когда он и её потомки сидят в саду за столиком и пьют чаи с булочками. Ванилла посмотрел на Кустарда, что маленькими глотками пил из чашки. Все они с таким энтузиазмом приходят сюда, когда ещё дети. Исчезают, едва достигают совершеннолетия. И возвращаются, когда старики. Но, возможно с Кустардом III будет иначе. Пьюр Ванилла планировал передать корону и наконец-то уйти на покой. Лучшей роли быть не могло. Он помнит, как предлагал это ещё его деду, а потом отцу, но оба стыдливо отводили взгляд и благоговейно говорили, что верят в своего правителя. Этот же мальчик был иным. Чист сердцем, но с желанием править. Ребёнок думал, что, именно став королём, он сможет помочь всем. Пьюр Ванилла же вежливо улыбался и направлял.       Он научит быть Кустарда мудрым правителем. Всегда будет его опорой. Всегда будет рядом. Будет наблюдать, как это маленькое солнышко растёт и крепчает, становиться старше, мудрее и смекалистее.       Пьюр Ванилла уже всем сердцем любил и гордился этим дитя. Он поможет стать ему хорошим королём.       Кустард III нахмурился и смешно надулся, когда не смог поставить плавно чашку, и чай расплескался. Как же сильно он напоминал этим свою давно почившую далёкую пра-пра- пра…бабку. Какая печальная ирония, столько лет прошло, а её черты всё ещё прослеживаются в потомках. Пьюр Ванилла не смог удержать себя от желания взъерошить светлые кудри. Хмурость ребёнка тут же исчезла, и он разразился весёлым смехом. В груди монарха что-то защемило, и он прижал Кустарда к себя, чувствуя, как маленькие ручки обнимают его в ответ. Почему-то в этот момент Пьюр почувствовал себя одиноким. Мальчик продолжал смеяться, а целитель мог лишь натягивать улыбку, совершенно не понимая почему так сильно хочется плакать.       Дело во снах? Что они напомнили брата и сестру? Пьюр Ванилла уткнулся в блондинистую макушку. Одна слеза всё-таки сорвалась. Этот ребёнок тоже вырастет, состариться и умрёт. Как и его дети, и их дети, и… Так пока однажды род не прервётся.

*****

      Шэдоу Милк скучающе наблюдал за потугами Кэнди Эпл перевоплотиться. Скоро будет два месяца, как они с Ваниллой вместе начали разрабатывать антидот. И пока всё в пустую… Они смогли разработать снадобье, что не вредит, но то, что эффективно…       Пьюр Ванилла всё равно утверждал, что зоны «черной дыры» для маны становятся с каждым приёмом всё меньше и меньше… Только Шэдоу Милка это не радовало. Он должен был ожидать, что мгновенного лекарства не будет, но чтобы процесс восстановления был на столько долог… Бывший учёный раздражённо выдохнул.       — Хватит! — он раздражённо прикрикнул на заистерившую девушку. — Мы же не хотим, чтобы тот «узлоносец» тратил больше времени, восстанавливая твои каналы? По-моему, ты этого прям жаждешь, раз так стремительно пытаешься их повредить.       Лицо Кэнди Эпл тут же исказила гримаса ужаса и отвращения.       — Ой! Господин Шэдоу Милк, — бета тут же засуетилась. — Вы же знаете, что я сделаю всё ради вас! Но н-не стоит вовлекать в это его…       Омега хмыкнул и перевёл взгляд на старшего слугу. Блэк Сапфир же был полностью погружён в свои мысли. Голова была наклонена, а руки выставлены ладонями вверх. Но взгляд проходил сквозь них.       — Узлоносец? — тихо повторил он.       Шэдоу Милк усмехнулся. Сапфир умный и наблюдательный мальчик. Должно быть он начал подозревать Пьюр Ваниллу. Чего и стоило ожидать от ученика самого умного и великолепного человека во всё мире!       Омега повернулся обратно к столу. Взгляд упал на жидкость в склянке. Как он ни пытался, увеличить эффективность не получалось. Шэдоу Милк хмыкнул. Что же такого его дорогие сограждане и люди одного предателя намешали, что яд действует мгновенно, сам не рассасывается, так и подобрать антидот сложно? Мужчина раздражённо вздохнул.       Досада ощущалась роем тысячи муравьёв под кожей. Хотелось чесаться, расцарапывать кожу до крови, лишь прекратить этот зуд. Скоро будет полгода, как они лишены магии. Шэдоу Милк цокнул. Но стоило заметить в отражении склянок светлое пятно, его настроение тут же сменилось.       — Нилли! — он тут же обернулся. — Сегодня ты явно не спешишь!       Пьюр Ванилла выглядел поникшим. Он опустил голову, нервно сжимая посох.       — Шэдоу Милк… Можем мы обсудить это наедине?       Старший омега поднял бровь, но жестом указал своим слугам покинуть комнату. Кэнди Эпл скривилась, будто съела что-то очень кислое, и демонстративно запрокинула голову и с призрением бросила взгляд в сторону Ваниллы, но подчинилась. Блэк Сапфир последовал вслед за ней. У самой двери он задержался, бросив задумчивый взгляд на целителя. Вобрал воздух в лёгкие и покинул комнату.       — Что же моя куколка хотела со мной обсудить?       Пьюр Ванилла открыл глаза и посмотрел на него. Рот открылся, но тут же захлопнулся.       — Ну? — тоном преподавателя, заставшего ученика за каким-то грешком, спросил Милк. — Что же ты хочешь мне рассказать?       Пьюр Ванилла застыл, явно подбирая слова.       — Шэдоу Милк… Скажи, возможно ли, что кто-то был заинтересован в разрушении Молочного королевства?       — Что? — Нервный лающий смех вырвался из глотки старшего мужчины.       Пьюр Ванилла ещё сильнее сжал посох.       — Просто, с этой революцией что-то не так… И… как мы выяснили, в ней участвовали не только милконианцы. Были третьи лица, заинтере…       Шэдоу Милк скучающе откинулся на спинку стула, совершенно не скрывая скуку.       — Ты это знал, не так ли? — Монарх нахмурился и сделал шаг вперёд. — Может, расскажешь тогда свою сторону событий?       Шэдоу Милк хмыкнул.       — Зачем? Ты ведь знаешь, историю пишут победители! Я всего лишь злой шут тирана, омежка с милым лицом, что влюбилась в того придурка!       Пьюр Ванилла нахмурился.       — Но это же не правда…       Шэдоу Милк вновь разразился взрывным смехом.       — Для них да! Это их правда! А кто я такой, чтобы не подыграть их заблуждению?       Пьюр Ванилла сделал ещё один шаг и наклонился, мгновенно врываясь в личное пространство Милка.       — Ты избегаешь темы. Что действительно произошло во время революции? Шэдоу Милк хмыкнул и обхватил руками шею Ваниллы, притягивая его ещё ближе.       — Ты не готов это услышать.       — Почему? Что такого страшного произошло, с чем я не смогу справиться? Шэдоу Милк, ты же понимаешь, что твоя родина может постра…       — Ой, глупый Ванилка! Ты слишком большого обо мне мнения! С чего мне интересоваться о судьбе страны, что со мной так обошлась! — он театрально отпихнул короля от себя. — Ну раз так, то скажу!       Шэдоу Милк рывком поднялся со стула и зашёл за спину Ваниллы. Он прижался к нему и зловещем шёпотом произнёс над ухом:       — Ты ведь знаешь, что Молочное королевство было основано бессмертными и долгожителями. Что если я скажу, что кое-кто решил вернуть времена, когда смертных там не было.       Ванилла недоверчиво обернулся.       — Это… не правда…       — Может быть! Ты ведь знаешь этих бессмертных, что никогда не знали простой жизни! Вечно скучают, вечно пытаются обвинить в своих бедах кого-то менее значимого!       Мужчина ещё сильнее вжался в тело младшего омеги.       — Но зачем им самостоятельно марать руки? Легче же этих смертных стравить! А мешающего короля убить!       Ванилла долго молчал.       — Значит, у аристократии и у каких-то третьих лиц были свои планы, а покойный король им сильно мешал? Поэтому они начали раскачивать лодку недовольства народа?       Шэдоу Милк вновь рассмеялся, заставив этим зажмуриться Пьюра. Уж слишком сильно ударил громкий голос по ушам.       — Да! Да! Да! Ты такой смышлёный дурачок! И как ты думаешь, что было дальше?       Пьюр Ванилла нахмурился из-за противоречивой характеристики.       — Народ не заботился о жертвах. Вернее, им говорили, что цель стоит жертв. Возможно, сама аристократия была ответственена за крупные трагедии, но скидывала всё на тиранию короля… Но они самостоятельно не могли одолеть его свиту, поэтому вмешалась третья сторона.       Улыбка Шэдоу Милка чуть дрогнула.       — Воу! Надо же! Сразу видно выпускника моей академии! Ты очень, очень близко к правде. Но всё равно кое-что упустил.       — Так расскажи, что именно.       Бывший учёный задорно толкнул Ваниллу вперёд. Совершенно не ожидавший этого младший мужчина упал на пол, успев лишь выставить вперёд руки.       — Какое от этого веселье? — Он присел рядом. — Ты способный ученик. Я с радостью посмотрю, как ты распутываешь этот клубок сам.

*****

      Концентрация. Жжение в кончиках пальцев. Пустота. Концентрация. Жжение в кончиках пальцев…       Раздался звук битого стекла. Шэдоу Милк открыл глаза и уставился на разбитую вазу. Дверь из ванной тут же открылась. К кровати тут же бросились и обхватили лицо Шэдоу Милка.       — С тобой всё в порядке? — Ванилла нервно чуть сжимал его щёки, пытаясь что-то увидеть своими полуслепыми глазами.       Как только первый шок прошёл, Шэдоу разразился счастливым смехом. Он обхватил Пьюр Ваниллу за шею и повалил обоих на кровать.       — Она возвращается! — Шэдоу Милк вновь вытянул одну руку, вторая же осталась на шее целителя. — Она возвращается!       Концентрация, жжение в пальцах, подушка была запущена в воздух. Шэдоу засмеялся с ещё большей силой. Он был счастлив. Прогресс разработки антидота спустя полтора месяца явно был близок к завершению. Магия возвращалась. Но он так же был уверен, что дело не только в антидоте. В порыве эмоций он поцеловал притихшего Пьюр Ваниллу. Без их лечебных вечеров, он явно бы не праздновал эту маленькую победу.       — Как же я тебя обожаю, — отстранился Милк на мгновение, прежде чем вновь поцеловать.       Он не знал, была ли это чистая эйфория или действительно любовь. Но как же он сейчас обожал этого милого короля. Поцелуи продолжались, пальцы вцепились в светлые локоны.       — Может стоит тебя наградить? — Шэдоу Милк отстранился и расстегнул одной рукой верхние пуговицы.              Пьюр Ванилла растерянно смотрел на старшего омегу. Он, что? Пытается использовать своё тело как награду? Пьюр тут же отстранился и испуганно посмотрел на Милка.       — Ну же, Нилли, откуда такое лицо? — Шэдоу Милк сладко пропел. — Такое чувство будто перед тобой не прекрасный омега, а ужасающий монстр.       — Почему ты… — Ванилла нервно вздохнул. — Откуда у тебя потребность выражать благодарность через секс?       — Ах, серьёзно? — настроение Шэдоу Милка тут же было испорчено. — Любишь же ты побыть скучным идиотом.       — Сколько раз ты это проделывал? — голос Ваниллы был тих и строг.       — Как будто это важно, — старший пренебрежительно махнул рукой и удобно развалился на кровати.       — Никто не заслуживает подобного, — Пьюр Ванилла нежно положил руку на чужую щёку. — Тебе больше не надо жертвовать своим телом ради достижения цели или брагодарности.       — Хах, какой наивный идиот. Омеги вынуждены подкладывать себя под а…       — Тебе больше не нужно этого делать. Не здесь. Не со мной.       Он осторожно вжался в тело Шэдоу Милка, обнимая его.       — И я рад, что ты можешь вновь контролировать магию. В следующий раз, когда захочешь поблагодарить меня, будет достаточно лишь «спасибо».             — Ты действительно идиот. Полный идиот. С таким мышлением тебя сожрут. Тебе повезло, что люди принимают тебя за альфу.       Пьюр Ванилла хмыкнул и лёг рядом. Их глаза встретились.       — Ты далеко не первый, кто мне это говорит.       — Хах? — недоверчивый взгляд сменился озорвством. — Неужели это была не твоя идея быть лживым альфой?              Пьюр Ванилла покачал головой.       — Это… и не было идеей вовсе. Во время путешествия, среди пяти было только две омеги: я и Уайт Лили. Только… Везде, куда бы мы ни приходили, часто окружающие думали, что омега только она, — он грустно отвёл взгляд. — Возможно, дело было в сильном запахе лилий. На его фоне, мой собственный чувствуется иначе.       Глаза Шэдоу Милка сузились. Поэтому тут так много лилий? Чтобы замаскировать и так слабый запах Ваниллы, или потому что он скучает по подружке?       — Тогда мы все решили, что будет лучше для всех, если меня будут принимать за альфу. Увы, в этом мире есть не самые благоразумные люди. Так что, нападений на группу, где одна омега, три альфы и бета будут куда реже, чем если их две.       Шэдоу Милк долго на него смотрел. Рука легла не щёку Ваниллу.       — Так мы не так уж сильно и отличаемся друг от друга! — он нежно гладил её.       Он захихикал и смазано поцеловал Ваниллу в губы.              — Ты такой же лжец, как и я! Ты такой же…              Шэдоу Милк вжался в Пьюр Ваниллу, руки обхватили худое тело. Затихшие чувство эйфории вновь вернулось. Собственническое обожание захлестнуло его с головой. Ванилла не хочет благодарности в виде его тела? Хорошо. Он ведь не грязный альфа. Так зачем ему потакать как к альфе? Он омега. Милый добрый омега, что тоже вынужден плясать под правила этого мира. Такой же как он. Такой же…       — Тише… — Пьюр Ванилла тоже коснулся чужой щеки. — Ты должен успокоиться, если хочешь уснуть.       Шэдоу Милк же звонко рассмеялся, отказываясь сдвинуться хоть на дюйм. Он так долго не чувствовал себя на столько счастливым. И отпускать это счастье не хотелось от слова совсем. Шэдоу ещё сильнее сжал тельце. Он готов так и уснуть, совсем не заботясь с какой болью проснётся завтра.