Игрушки богов: Маги

      «Давным давно жили Алле и Ялле, брат и сестра. Их отец — великий бог Тотне создал мир, чтобы Алле и Ялле могли им играть. Мир очень понравился брату и сестре. Он был красивый. В мире плескались моря, и шумели леса, снежные шапки венчали горы, а трава устилала долины. По земле мчались звери, а в небе летали птицы. Но Алле и Ялле тоже были боги и тоже хотели что-нибудь создать.       И вот Ялле взяла плоть от плоти своей, слепила людей и поселила их в зелёной долине у большой реки. Алле посмотрел на это и тоже взял плоть от плоти своей, слепил эльфов и поселил их в лесу неподалёку от людей. Очень понравилось Алле и Ялле, как получилось, и они взяли ещё по куску своей плоти. Алле слепил гномов, а Ялле орков. Так на всём континенте появились жители. Только небольшой район на северо-западе оставался пуст. Были там изумрудные озёра, колючие деревья и крутые склоны гор. Брат и сестра взяли по куску плоти, соединили вместе и начали лепить.       — Они должны быть большими и сильными, чтобы строить из камня в этих горах, — сказал Алле и принялся лепить громадного эльфа.       — Им нужны крылья, иначе не спуститься с таких крутых гор, — Ялле забрала у брата заготовку, сделала её поменьше, а из остатков плоти слепила крылья.       — Глупости! — заявил Алле. — Они будут владеть магией ветра и летать просто так.       Он хотел оторвать крылья, но Ялле не отдала заготовку.       — Посмотри как холодно бывает в этих горах, им нужна магия огня, чтобы не замерзнуть, — сказала Ялле и вложила немного огня в грудь нового существа       Но Алле отнял его у сестры.       — Мы сделаем им толстую шкуру, прочную как камень, чтобы никакой холод был им не страшен, — заявил Алле и покрыл существо чешуёй.       — Ты сделал его уродом! — закричала Ялле. — Ты не умеешь делать существ!       — Это ты не умеешь делать существ, они у тебя слабые!       Брат и сестра кинулись друг на друга с кулаками. На шум пришёл их отец — великий бог Тотне. Он отобрал у детей мир и забросил его подальше в космос.»       Ник Лантерс отодвинул книгу к стопке ей подобных, провёл рукой над столом, чтобы появилась карта и принялся распределять по ней свои заметки.       Это базовый миф, он лишь немного отличается у разных народов.       Все кланы лесных эльфов от реки Соны на юге, до предгорий хребта Дракона на севере рассказывали, что Алле (или Алу) первый придумал делать существ и начал, конечно, с них, с эльфов. Только один клан эльфов-кочевников, живущих восточнее Соны, считает, что Алу первыми сделал гномов, но они ему не понравились, и он создал эльфов лучше.       Гномы не любят делиться с остальными подробностями своей культуры, но известно, что и они верят в брата и сестру. Только по их мнению, гномов создала Янсе, а её брат Ансе попытался повторить за ней, и получились эльфы. (По их мнению, эльфы получились не очень) Потом она создала людей, а он сумел только орков.       Орки же считают, что Ярута была матерью Антура, а не сестрой. И она создала первыми орков, чтобы показать сыну, как делать существ. А он сделал эльфов. По мнению орков, эльфы не очень удались. Пришлось повторить урок, так появились люди и гномы. А потом Антур попытался создать самых лучших существ и с руками, и с крыльями, и с чешуёй, и с кожей, и теплых, и холодных, но ничего у него не получалось, он в гневе отбросил инструмент и случайно (или у некоторых кланов намеренно) убил мать. Орки верят, что капля её крови упала в мир и превратилась в бога Джагру, которого они и почитают. У других народов почему-то нет ничего подобного.       Драконы говорят, что, когда Ашу и Яшу начали драться, пришёл их отец, увидел недоделанное существо и закончил его сам, прежде чем спрятать мир в бескрайнем космосе. Таким образом драконы считают своим создателем самого великого бога Тот-ару.       Выделяются из этой картины племена людей с северного архипелага Нову. У них был только один бог Алтее, который создал людей, а потом драконов. Но когда он сажал новорожденного дракона в мир, тот выпустил огонь и обжег Алтее пальцы. От неожиданности бог выронил мир, и тот укатился в бескрайний космос.       Ник разместил пометку над архипелагом и задумался. Скорее всего дело в том, что люди на Нову жили изолированно и не встречались с эльфами, гномами и орками. Только поэтому в легенде их нет.       Ник свернул карту в шарик и подбросил на ладони. Зато у всех без исключения в легендах упоминалось, что мир уронили, потеряли или спрятали. Это было даже у удивительного лишенного магии племени людей Ниэл, которые считали, что произошли от какого-то животного. Ник, снова расстелил карту и отметил на ней точку, где раньше жило необычное племя. К сожалению, все ниэлу умерли, а их странная легенда так и осталась загадкой. Мысль скользнула к недописанной диссертации, но Ник вернул её на место. Сейчас надо думать не об этом.       — Морна, — тихо позвал он. Даже когда ты — преподаватель, кричать в библиотеке не следует.       Гномиха высунулась из-за ближайшего стеллажа и посмотрела вопросительно.       — Может, сделаем игру с кубиками и фишками? — предложил Ник.       — Это было в прошлом году, — ответила гномиха. Стул склонил ножки, чтобы подхватить её под задницу и вознести к столу. — Ты сам предлагал чередовать программу минимум раз в три года. Это разумно.       Нику пришлось кивнуть. Действительно, идея была его. И даже этот квиз предложил он. Только дальше дело никак не шло. Лишь всё больше злило, что они который год вынуждены делать программу для самых маленьких. Как будто на кафедре мироведения преподают не настоящие волшебники, а какие-то ярмарочные фокусники.       Морна посмотрела на коллегу снисходительно и покачала головой. Её борода, заплетённая в десяток косичек, приобрела особенно недовольный вид.       — Да-да, я знаю, — кивнул Ник. Да, он мог преподавать магические исследования. И ректор предлагал уже два раза. Ник сам отказывался. Это был его выбор. — Но я не могу придумать вопросы! Нужно ведь что-то нейтральное, чтобы ни орочьи, ни эльфийские дети не обиделись.       — И поменьше спецэффектов, — Морна кивнула на светящуюся карту. — Наверняка кто-нибудь притащит человеческих девчонок, которые захотят стать волшебниками и устроят скандал на полдня.       — Никогда не любил работать с детьми, — буркнул Ник.       Морна положила руку на живот. Вопрос сам прыгнул на язык, но Ник лишь подавился им, потому что услышал протяжный отчаянный крик.       Рядом мгновенно материализовался библиотекарь, но Морна только испуганно отмахнулась:       — Это не мы.       Ник уже мчался к двери.       Библиотека находилась в центре здания. Некоторые даже говорили, что она стояла тут с сотворения мира, а сам Магический Университет позже построили вокруг неё. И хоть все знали, как было на самом деле, легенда многим казалась интереснее и привлекательнее. От дверей библиотеки можно было увидеть практически всё хитросплетение коридоров Университета. Лучше вид был только от кабинета ректора.       Выскочив из библиотечных дверей, Ник легко сориентировался, потому что увидел, как возле кафедры языковедения собирается толпа студентов. Каждый новый присоединившийся вскрикивал, создавая небывалый шум в этом обычно безлюдном уголке. Всё же языки — не самый популярный предмет среди изучающих магию.       Меньше чем через минуту Ник уже расталкивал студентов, чтобы пробиться в центр. И сам едва удержался от крика.       На полу лицом вниз лежала женщина. Проверять жива ли она, не было большого смысла: проломленный череп не оставлял шансов. Лужа крови ширилась, подбираясь к ногам зрителей.       Ник вытянул руки, чтобы считать магический след. Краем глаза он заметил, что кто-то из студентов сделал то же самое.        — Она была магом! — выкрикнул этот кто-то удивлённо.       — А у людей есть слово для женщины-мага? — спросил какой-то наивный гномский голос.       — Конечно, нет! — зашипели со всех сторон. — Человеческих женщин-магов не бывает!       — Разве что травницы, — робко вставил кто-то       — Она не похожа на травницу.       Ник пошевелил руками, чтобы развернуть барьер и оттеснить студентов от тела.       На травницу убитая действительно была не похожа. Да и вообще выглядела слишком необычно. Широкая блуза с вышивкой напоминала что-то из прошлого века, но была слишком проста для дворянки и слишком неудобна для простолюдинки. Травницы много времени проводят в лесу и действительно носят брюки из плотной ткани, чтобы защитить ноги. Но на этой девушке штаны были столь короткие, что почти не имели практического смысла. Однако она точно была человеком. И не просто одарённой, она действительно владела магией.       Морна добежала позже. Ник надеялся, что коллега организует студентов, но вид трупа вызвал у неё тошноту. Гномиха умчалась в туалет, а Нику пришлось прервать сканирование, чтобы заняться насущными вопросами. Он выделил из толпы старосту группы и отправил с вестью к ректору. Другого на вид ответственного студента послал к завхозу с приказом срочно закрывать ворота. Была надежда, что убийца не успел уйти. По крайней мере, он не открыл портал прямо здесь, значит потратил время на побег обычным немагическим способом, мог не успеть. Сам же Ник сосредоточился на самом важном — сообщении в Бюро магических расследований. На миг пришло сомнение: девушку убили ударом тяжелого предмета, это вроде как не магическое преступление. Но убийца — точно волшебник, в здании Магического Университета просто нет не волшебников.       Ник создал посланника (у него это заклинание обычно обретало форму бумажной птички, хотя в классическом варианте было больше похоже на синеватого воробья) и отправил его с сообщением в Бюро как раз в тот момент, когда подошёл ректор в сопровождении пары других преподавателей.       Под взглядом ректора — великого магистра Хаш-Рамира студенты сами без лишних слов освободили коридор и только подглядывали из дверей ближайшей аудитории. Открывшаяся картина великому магистру не понравилась, Ник успел заметить тень эмоций на его лице. Раздражение, отвращение, может даже страх. Но ректор лучше всех умел сохранять бесстрастность, так что и теперь реакцию сдержал. Лишь движением брови велел Нику вернуться к исследованию.       Впрочем, магические следы тот уже изучил, их было не много. Теперь Ник выпустил ещё пару заклинаний, пытаясь понять, кем была эта девушка. Но всё говорило только о том, что она не местная.       — Отойдите от тела, — приказной тон громыхнул раньше, чем ветерок от портала долетел до Ника. Но этот голос заставил Ника не подчиниться, а удивлённо замереть на месте. Уж очень хорошо он был знаком.       — Я требую, чтобы профессор Лантерс участвовал в расследовании, — заявил ректор, пока Ник вспоминал, где он находится, и что надо делать.       — Это недопу… — начал инспектор и резко повернулся к Нику. — Профессор? Лантерс? Ладно… Отлично, без проблем.       Их взгляды встретились, но Ник первым отвёл глаза и отступил. Не ожидал, что этот эльф окажется в Бюро Расследований. Он же должен был… Впрочем, сейчас не важно.       — Инспектор эээ… — Ник вынужден был всё же посмотреть на эльфа снова. Изменился, но так же красив, как и раньше. Хоть и одет в простой однотонный костюм без вычурных эльфийских деталей. Волосы острижены по человеческому образцу, но всё равно кажется, что светятся. Ник попытался на этом великолепии найти значок с именем. Оно должно было измениться.       — Виллоугроу, — обворожительно, как свойственно всем эльфам, улыбнулся инспектор. — Так проще произносить, чем Лайнел из клана Ивовой Рощи.       Теперь уже Ник уставился на эльфа во все глаза. То же самое имя! Но как? Когда они виделись в последний раз, у Лайнела подходило время ритуала. После этого жизнь эльфа полностью меняется: другое имя, другое место, и ничего кроме долга перед кланом на ближайшие пятьдесят лет. Что могло случиться? Ник уже было открыл рот, чтобы задать вопрос, но вспомнил, из-за чего они здесь собрались. Он махнул рукой, предлагая эльфу самому всё просканировать.       — Университет заинтересован в скорейшем выяснении обстоятельств преступления, — с нажимом произнёс ректор, глядя на Ника.       Тот даже растерялся и глянул на инспектора. Вроде бы дело Бюро разбираться в таких вещах, а Ник просто преподаватель с немагической по сути кафедры мироведения. Конечно, у него хватало знаний для такой работы, и кое какой опыт имелся, о чём Хаш-Рамир прекрасно знал, но и у инспектора всё это было. Однако взгляд ректора говорил, что дело ответственное, и вся его тяжесть ложится на Ника. И нет бы послал нормальный мыслеобраз с пояснениями, а не просто драконьими глазами сверкать. Он ведь умел!       Но тут Морна осторожно высунулась из туалета, и Ник вспомнил о празднике, к которому они готовились. И о тех переменах, которые он с собой нёс. Действительно Магический Университет, лично его ректор и в какой-то мере сам Ник очень заинтересованы в скорейшем расследовании этого вопиющего случая.       Пришлось напускать на себя самый профессиональный в мире вид и пытаться не бежать, сломя голову, подальше от Лайнела. Ничего страшного, они ведь уже делали подобное вместе. Правда, это было давно, до того как…       — Кто-нибудь из вас видел эту девушку раньше? — спросил эльф, присев на корточки рядом с лужей крови.       — Такую одежду я бы точно запомнил, — недовольно фыркнул профессор Страммор — весьма пожилой орк, преподаватель южных языков. Его кабинет был рядом с местом убийства, но пришёл он вместе с ректором. — Полное безобразие!       Ник поспешил сделать магический слепок лица и показал его преподавателям. Чтобы не пытались опознать девушку только по голым ногам. Ожидаемо, никто из присутствующих её не вспомнил.       — Студенты, — магистр Котис — заместитель ректора и большой специалист по порталам, начал каким-то необычно высоким голосом, схватился за горло и несколько раз сглотнул. — Извините. Студенты кафедры преобразований сейчас репетируют спектакль к празднику. Они могли придумать что-то необычное. В плане костюмов.       — Среди них нет человеческих женщин, милейший, — напомнил Страммор.       — Если это не иллюзия… — тихо отметил Котис, но со Страммором спорить не стал. Этого все старались избегать.       — Несколько женщин есть в кафе нижнего двора, — снисходительно напомнил ректор. — Но им затруднительно было бы оказаться здесь. К тому же, они не маги. Разбирайтесь, я буду у себя.       Великий магистр ушёл. Страммор пару раз неодобрительно фыркнул, а потом ещё и хлопнул дверью своего кабинета. Магистр Котис немного постоял, как будто боролся с желанием что-то сказать. Но потом заметил торчащие из дверей головы студентов и ушёл в сторону библиотеки.       Ник остался наедине с Лайнелом, если не считать трупа и студентов. Студенты! Точно! Ник решительно вошёл в аудиторию и принялся выяснять, кто первым прибежал, что видел, и не было ли чего подозрительного. Только небольшой подглядывающий шарик в коридоре оставил. Но не потому что не доверял инспектору. Просто ничего не мог с собой поделать. Закончили они одновременно. Лайнел с трупом отправился в Бюро, а Ник со своим подглядывающим шариком шмыгнул в библиотеку.       Всё, что было можно, Ник успел просканировать и сам. Единственное, чего он не стал делать до прихода инспектора, это переворачивать труп. Удар нанесли сзади, так что вся основная информация и так была видна. Но спереди всё же могли найтись какие-то полезные мелочи. Разумеется, Ник оставил подглядывающий шарик, чтобы их увидеть. Вовсе не для того, чтобы полюбоваться Лайнелом за работой. Конечно, нет!       Дело! Нужно помнить о деле. Ректор возложил на профессора Ника Лантерса ответственную задачу, нельзя подвести. Особенно при том, что Ник не хочет вести курс магических исследований. Кстати, если Лайнел не прошёл ритуал, то… Так! Не думать об этом, сосредоточиться на деле!       — Что мы имеем? — сам себе зашептал Ник. — Убита женщина, человек, около двадцати лет, одарённая. Женщины-маги…       Он огляделся, выхватывая взглядом то один, то другой книжный корешок. Библиотекарь материализовался рядом.       — Нужна книга, — чуть громче потребовал Ник. — Сказания племён Вэй и Унадо.       Тонкий довольно старый том, почти сразу оказался перед Ником. Он благодарно кивнул и провёл пальцем по обрезу, безошибочно отыскивая нужные страницы…       — Я искал тебя на кафедре исследований, — Лайнел подошёл, когда Ник уже совсем о нём забыл и листал третью подходящую книгу. — Но мне сказали, ты преподаёшь географию.       — Ещё спецкурс по обычаям разумных, — отмахнулся Ник и продемонстрировал эльфу свои заметки. — Смотри, в «Обычаях народа Лонсте» упоминается, что если рождается магически одарённая девочка, её надо убить до достижения восьми лет, иначе она взорвётся и уничтожит всю деревню.       — Но мальчик тоже может взорваться, если его не учить, — ошалело ответил эльф.       — Но девочек не учат! Я только у нескольких племён нашёл упоминания о том, что они вообще рождаются. Например, у народа Вэй сказано, что их даруют духам пустыни, чтобы добиться благосклонности и хорошего урожая. Ну, по сути, это то же самое убийство, девочку выгоняют в пустыню без еды и воды. А вот у племён из подножий Стогорья, таких девочек отдавали оркам. Не понимаю, почему. То ли орки просто берут всё подряд, то ли у них есть какой-то способ обучения. Что интересно, такие упоминания есть только у юго-восточных народов, ниже реки Алой.       — Потому что туда не дошли завоевания Лачеранской империи, — магистр Котис появился из-за стеллажа, как будто ждал удачного момента.       Точно! Лачеран! И как Ник сам не додумался до этого? Лачеранская империя пятнадцать веков назад завоевала почти весь континент, но то ли обломала зубы о Драконьи горы на севере, то ли увязла в пустыне на юге, то ли просто развалилась по каким-то внутренним причинам. Её столица была полностью разрушена и сожжена. Сейчас историки даже спорят, где точно она находилась. Большая часть Лачеранского Наследия: книг, предметов искусства и всего прочего, оказалась в руках эльфов. Из-за чего в следующие века было много войн. Теперь всё это просто считается утерянным. Но след, который империя оставила на континенте, нельзя не заметить.       Магистр Котис положил перед Ником ещё одну книгу.       — На раскопках у моря Ночи нашли табличку, которую до сих пор не могут расшифровать, — Котис раскрыл книгу на подробной картинке. — Виной всему вот это слово. Его аналога нет в современном языке. Я думаю, именно оно обозначало человеческую женщину-мага.       Ник пробежал глазами несколько вариантов перевода и, подставив такое значение, действительно получил связный текст.       — Они запретили учить магии человеческих девочек? — удивился он. — И это до сих пор соблюдается?       — Тому есть причина, — вздохнул Котис. — Магия опасна для девочек.       — Они взрываются? — предположил Лайнел.       — Нет, — Котис огляделся и развернул над ними сферу непроницаемости. В библиотеке это могло показаться излишней предосторожностью, но говорило о многом. — У эльфов и гномов есть своя собственная магия, они рождаются с силой внутри. Но у людей такого нет. Наш дар — брать магию из мира вокруг, пропускать её через себя и превращать в известные нам заклинания. Использование магии сказывается на волшебниках. Все же знают, что маги дольше живут и устойчивы к стихиям. Просто мало кто видит, насколько сильно волшебник при этом меняется внутри. По крайней мере, если этот волшебник — мужчина. На девочках магия сказывается сильнее, и они теряют возможность иметь детей. Без шансов, ведь обучение нужно начинать до восьми лет.       — Лачеран в последние годы своего величия много странного делал, чтобы повысить рождаемость, — припомнил Ник. Некоторые учёные считали именно законы о деторождении той ошибкой, которая привела к падению империи.       — Да, но в данном случае, я считаю, они были правы, — резко ответил Котис. — При обычной учебной программе детородная функция полностью атрофируется максимум через два года. Девочке в этот момент не больше десяти, она ещё не может знать, чего захочет, когда вырастет.       — А травницы? — осторожно уточнил Ник.       — Да, травницы, — магистр Котис решительно выдохнул. — Меня сначала отдали в обучение к одной довольно известной. Они иначе используют силу, не пропуская её через себя. Вместо собственного тела берут растения, воду, камни — всё, что может стать зельем. Такое обучение может помочь с контролем силы и не навредить. Но только если дар не слишком велик. Увы, со мной она не справилась. Меня могли бы убить, как в тех сказаниях, которые ты нашёл, но родители выбрали переодеть меня в мальчика и обучать наравне с ними.       — Ректор задумал… всё это, — Ник обвёл рукой что-то невидимое, — из-за вас?       — Не важно, — Котис моментально собрался и голос его снова стал грубее. — Но вы должны знать, что человеческие девушки-маги существуют. Сейчас здесь обучаются как минимум две. Хотя, признаю, убитую я прежде не видел.       Магистр решительно ушёл. Наверняка, поделиться своим секретом было для него, или для неё, не просто.       Лайнел же положил на стол кольцо.       — Возможно, дело в этом.       Ник сначала наклонился, чтобы убедиться, что предмет не опасен, но потом всё же взял его в руки и вопросительно посмотрел на Лайнела.       — Лежало под телом, — пояснил тот. — Могло упасть с руки.       — А могло валяться там до того, как тело упало сверху, — скептически заметил Ник.       — Такую версию тоже стоит рассматривать, — кивнул эльф.       — Есть ещё вариант, это может быть то же самое кольцо, — Ник задорно подбросил улику на ладони, а Лайнел подхватил в полёте.       — О той истории не так много народу знало, — с сомнением произнёс он. — Трое — эльфы, они сейчас в своих кланах и недоступны. Дортон должен был уехать в родные горы. Малик, наверное, тоже вернулся на родину. Барт и Питер?       — Во-первых, Малик не вернулся на юг. Он — секретарь на кафедре бытовой магии. Оттуда, наверное, дальше всего до места преступления. Во-вторых, да, Барт и Питер. Оба работают на кафедре теоретической магии. И от своих исследований в области магии призыва не отказались. Более того, они поделились результатами с научным сообществом. Так что, без мелких подробностей, но о «той истории» сейчас слышали многие.       — Ты думаешь, это Барт с Питером? — нахмурился Лайнел.       — Подожди, есть ещё «в-третьих». В-третьих, ты забыл посчитать себя, меня и магистра Гонта.       — Я никого не призывал и не убивал — это факт. Как минимум, сегодня. То есть призывом я вообще не владею, а остальное… Работа есть работа. Тебе ректор доверяет, значит, ты тоже не убивал.       — И призывом не владею, — усмехнулся Ник. — Но и убийца может им не владеть.       — Итак, магистр Гонт остался твоим единственным подозреваемым. Поясни.       Ник почесал голову. На несколько минут он будто вернулся в прошлое, когда они с Лайнелом проходили последнюю практику. В Бюро им давали мелкие понятные дела, зачастую добытые из архива. И они просто развлекались, придумывая, как преступник, мог бы усложнить расследование. А потом наткнулись на трупы в собственном студенческом лагере и поначалу взялись за дело с тем же весёлым задором. Тогда он тоже прошёл, едва появились первые версии. Ведь виноват был кто-то из знакомых. Так и теперь, Ник будто на время забыл и про сложности в общении с Лайнелом и про то, что дело реальное, но всё вернулось на свои места.       — Нет, пожалуй, пока рано выдвигать такую версию. Пока давай скажем, что это может быть инсценировка. Или даже неудачная инсценировка. Помнишь вердикт магистра? Ребята нашли вектор призыва, который действительно ведёт в какой-то мир, но не в тот, где живут демоны. Там оказались люди вроде нас, наделённые магическими способностями, но они не настолько сильны, чтобы пережить переход. А девушка была жива. И магического следа нет. Даже если её призвали, то не на этом месте. Она туда прибежала, пыталась использовать магию…       — Она не успела закончить заклинание, сложно определить, что это было, — кивнул Лайнел.       — Логичнее всего был бы портал, и мне кажется остаточная структура похожа, но не могу быть уверен, — Ник покачал головой и задумчиво погладил корешок ближайшей книги. — На руках и ногах следы магических пут…       — Её удерживали связанной не менее суток, — Лайнел как будто попытался поправить косу, забыв, что волосы короткие. — Сейчас попрошу эксперта проверить её одежду. Если она из материалов нашего мира, рассматриваем версию с инсценировкой.       Он отправил посланника в виде воробушка с хохолком и на минуту задумался.       — Но я не понимаю, зачем кому-то это представление? — выдал он.       Ник глянул по сторонам и хотел тоже накинуть купол тишины, не успел довести жест до конца, как Лайнел бросился к нему.       — Спрячь меня, — кричал он сиплым шепотом. Лицо в мгновение стало совершенно безумным. — Спрячь мой запах, сделай что-нибудь!       Ник сделал, наверное, то, что любой маг творил в такой ситуации — быстрый переход домой. Практически машинальное действие. По крайней мере для тех, у кого есть дом, и кто считает его безопасным местом. Ну и кто знает это заклинание, конечно. Оно не из простых, особенно если применять его в Библиотеке Магического Университета.       Кроме Лайнела и Ника переместилась и пара книг, которые лежали ближе всего. Теперь они грохнулись на пол, заставив Ника скривиться. Библиотекарь будет очень недоволен.       Лайнел тяжело дышал, медленно приходя в себя.       — Что случилось?       За время совместной учёбы и практики Ник успел повидать Лайнела разным, но никогда бы не подумал, что тот способен на такую панику.       — Каллем, — выдохнул эльф и поморщился.       — Каллем? Из клана Пыльной Розы?       — Пышной, — на автомате поправил Лайнел, уже почти вернув себе нормальный вид.       — Что ему здесь делать? Разве он не должен быть в своём клане? Где ты вообще его разглядел?       — Я почувствовал запах, — пояснил Лайнел и обхватил себя руками. — Где-то рядом с библиотекой. Я не знаю, что он делает в Университете. А по поводу клана… Ну да, он должен быть там… Как и я. Но… Но я не прошёл ритуал, а он — мой предначертанный. Ну, поэтому он тоже не смог пройти. И… и теперь он хочет меня убить.       Ник знал о традициях эльфов всё, что доступно человеку. Эта тема даже входила в спецкурс по обычаям разных народов, который он вёл. Но эльфы всегда были довольно скрытными. Хоть и жили бок о бок с людьми не одну сотню лет, многое до сих пор хранили в секрете. Так что хоть Ник и знал о существовании ритуала и предначертанных, всё равно не понял, что только что услышал.       — Ты ведь работаешь в Бюро Магических Расследований, — напомнил он то, что казалось наиболее очевидным.       — Но мы не можем арестовать кого-то за одно только желание кого-то убить! — справедливо возмутился Лайнел. — Он пришёл ко мне примерно год назад. Сказал, что нашёл другого, кто подойдёт ему в пару. Но у того предначертанный погиб, и связь разорвалась. А я вот жив, и наша связь остаётся в силе. Намекал, что я должен убить себя сам, чтобы его освободить. Но я против. Конечно, став са-ое, я не имею никаких прав, но Каллем не из моего клана, он не может мне приказать.       Ник порядком ошалел от такого поворота. Ни про каких «са-ое» он никогда не слышал. Эльфы делят себя на а-ое и ка-ое. Внешне они ничем друг от друга не отличаются: и те и другие выглядят как безбородые мужчины. Но ка-ое могут рожать детей. Так что вроде как это два разных пола. Сами эльфы отличают друг друга по запаху. По крайней мере они так говорят, ни один другой народ такой способностью не обладает. Даже драконы, хотя у них острое обоняние. Примерно до двадцати пяти лет молодые эльфы ведут обычную свободную жизнь, учатся и живут среди людей, но потом проходят некий ритуал. Никто не знает, что он из себя представляет. После него эльфы меняют имена и следующие пятьдесят лет живут на внутренних территориях своего клана, никуда не выходя. В это время у них рождаются дети — это единственное, что доподлинно известно. Некоторые исследователи утверждают, что только в этот период а-ое и ка-ое можно отличить внешне, но никаких подтверждений этому нет. Через пятьдесят лет эльфы снова могут покидать клан, но мало кто делает это. Разве что наиболее магически одарённые. Са-ое — это те, кто почему-то не прошёл ритуал? Это «са» в эльфийском языке обычно не значит ничего хорошего.       — Босс дал мне несколько защитных амулетов, когда я ему рассказал. А ещё сказал, что Бюро теперь мой клан, — тепло улыбнулся Лайнел. — Два раза уже амулеты меня спасали, но увы, как мы не искали, так и не нашли зацепок, это могли быть просто случайные опасности, мир ими полон.       Ника разрывало желание срочно пожать руку руководителю Бюро и не менее срочно пожать шею Каллему. Но где-то внутри всё же тянул голову и научный интерес, который учуял возможность узнать больше об эльфах и их обычаях.       — Что значит са-ое? — осторожно спросил Ник. Старшие эльфы, живущие свободно после своих ритуалов, почему-то не раскрывали секретов кланов. Лайнел тоже мог не ответить.       — Это, — он задумался, подыскивая подходящее слово, — изгнанники? Нет, не совсем. Я нарушил правила и больше не могу пройти ритуал. Такое бывает редко, и другие подобные остаются в клане. Как прислуга. Выполняют всякие работы. Никто их не убивает! То, что говорит Каллем — полная ерунда. Может быть, он просто спятил?       — Тогда вопрос в том, что он делает здесь, — напомнил Ник. — И кстати, когда ты считал эльфов, которые знали про тот случай, ты не забыл про Каллема?       — Он же не участвовал? Хотя ты прав, он всё время крутился рядом, как мой предначертанный, и должен был знать почти всё.       Но как бы им обоим не хотелось, найти связь между свихнувшимся эльфом и таинственной человеческой женщиной не удавалось. Пришлось отказаться от этой идеи.       — Ники, — Лайнел протянул к нему руку, но Ник дёрнулся и отскочил.       Это и так было тяжелое испытание. Едва тема разговора становилась чуть скучнее, или возникала пауза, назойливые мысли захватывали голову. Напоминали во всех красках ту неприятную сцену, которой закончились годы учёбы и годы дружбы. Сочувствие и усмешки других студентов, которые случайно стали свидетелями. Боль от того, что человек, то есть эльф, которому Ник доверял, не понял.       — Ники, ты же понимаешь, что я тогда не мог ответить на твои чувства? — осторожно сказал Лайнел и потупился.       — О! Лучше бы вообще ничего не ответил! — возмутился Ник и выдвинул стул, чтобы тот оказался между ними.       Немедленно захотелось донести, что проблема была не в том, что любовь Ника оказалась безответной. К этому он тогда был готов. Всё же Лайнел — эльф со всеми этими их ритуалами и предначертанными. Ник ожидал, что Лайнел скажет хоть бы даже то же, что сейчас: «Я не могу ответить на твои чувства». Мог бы напомнить про клан и правила, как это всё у них принято. Но Ник не ожидал услышать обвинения во всём подряд, да ещё и на высокой громкости, так что посмотреть на скандал собралась небольшая толпа. То, что Лайнел вот такое о нём думал, было очень обидно. Очень хотелось хотя бы сейчас это объяснить.       Но высказаться не дал вестник. Лайнела вызывали в Бюро.       Ника тоже требовала Морна. Праздник никто отменять не собирался, так что задания надо было делать. Впрочем, толку от Ника было мало. Он и так-то не много понимал в детях и мог разве что собрать информацию да потом на самом мероприятий делать, что скажут. Морна, впрочем, уже хорошо его изучила и придумывала всё сама, лишь консультируясь с напарником, как с большой энциклопедией. А в это время мысли Ника метались то вокруг традиций эльфов, то вокруг трупа и возможных убийц.       Вдобавок они снова сидели в библиотеке, а библиотекарь всегда был напоминанием о самых сложных и таинственных видах магии. Бессмертный демон, которого призвал маг Адриан в те далёкие времена, когда про Университет ещё никто даже не думал. Была лишь башня, где маг жил и коллекционировал старинные свитки. Книг тогда почти не было. Первую школу на этом месте основал ученик Адриана, со временем она выросла в Университет, а демон так и остался привязан к разросшейся библиотеке. И намекал амбициозным студентам, что магия призыва возможна. Только никому пока не удалось повторить заклинание или ритуал Адриана.       Барт Корлон и Питер Джейкс совершили настоящий прорыв в магической науке, когда смогли призвать двух магов из иного мира. До этого наибольшим успехом считался добытый одним волшебником иномирный медный чайник. Некоторые, правда, считали, что чайник орочьей работы и происходит с южных предгорий. Маги же, которых перенесли Барт и Питер со своими приятелями, выглядели очевидно иномирно. Но, как и чайник, подтвердить это не могли, потому что были мертвы. Теперь в среде магов-теоретиков призыва шла дискуссия, можно ли перенести живое существо, которое не является априори бессмертным? И как провести эксперименты, никого не убив?       Надо поговорить с Бартом и Питером, как можно скорее. Сами они вероятней всего не при чём, но могут что-то знать. Кольцо ведь откуда-то взялось.       И любопытно, зачем и к кому приходил Каллем? Если он действительно был в Университете. Ник ведь сам его не видел. Впрочем, эльфы хорошо чувствуют друг друга, так что нюху Лайнела можно было доверять. Хотя всё это странно, конечно. Начиная с самого присутствия этого эльфа в свободном мире.       Силами Морны за полтора часа они таки смогли придумать достаточно заданий, с которыми дети должны были справиться. И гномиха милостиво отпустила Ника из библиотеки.       Первым делом он вернулся на место преступления.       Девушка бежала, студенты в ближайшей аудитории слышали топот. Но мимо библиотеки она не пробегала. Значит, должна была двигаться с другой стороны. Но труп лежал ногами в сторону библиотеки, а удар нанесли со спины. Может, оглянулась? Кафедра языковедения — очень тихое место, она могла думать, что тут безопасно. Остановилась, повернулась лицом в ту сторону, откуда пришла, чтобы увидеть преследователя, и начала открывать портал. И тут он нагнал её сзади. Вообще, это было возможно. Планировка Университета очень запутанная, а девушка была не местная. Этот коридор почти спиральный. Девушка могла бежать снизу или сверху, а убийца в это время спокойно поднялся или спустился по лестнице, чтобы опередить её. Правда, ему пришлось бы идти по главной лестнице, а там часто и во время занятий торчат какие-нибудь студенты. Вроде бы они даже были в толпе, но не сказали, что заметили что-то необычное. И если, убитая действительно сочла место безопасным, то не видела убийцу. Он не мог в это время ещё быть на лестнице. Не успел бы добежать. И вряд ли смог бы это сделать бесшумно. Значит, или прятался в одном из кабинетов (сомнительно), или владеет маскировкой. И это не заклинание, потому что следов магии убийца не оставил. Такие артефакты бывают, но они дорогие и требуют исполнения кучи условий для использования. Загадка.       Второй вопрос: орудие убийства. Пробить человеческий череп голой рукой мог разве что гном, но ему не хватило бы роста. Орки сильны, но плоть их не такая жесткая. Про людей и эльфов и говорить нечего. Разве что драконы. Драконам такое должно быть под силу. Но в Университете их всего четверо, включая ректора. Опросить можно, но вариант не кажется рабочим. Значит, убийца что-то держал в руке. Что? И куда оно потом делось? И кстати, куда делся убийца? Просто ушёл, оставаясь в своей маскировке или даже невидимости? Или вынужден был быстро где-то спрятаться.       Ник огляделся и упёрся взглядом в туалет. Как он сразу об этом не подумал? Достаточно близко, ничьё присутствие не вызывает подозрений. Вот и ответ на часть вопросов. Но в туалетах стоят блоки на любые заклинания, портал оттуда открыть нельзя. Значит, убийца должен был выйти обычным путём. Мог ли он смешаться с толпой студентов, или улизнул под прикрытием общего шума? В толпе вокруг трупа ни одного преподавателя не было. Даже того, кто читал лекцию этой группе. Интересно.       И допустим, Ник сумел понять, как это произошло, но пока не мог представить, кто это сделал и зачем? Да, это Ник сказал, что тут может быть инсценировка, но не мог точно сформулировать, почему ему так показалось. Убийство в уважаемом заведении за пару дней до того как ректор должен был объявить о свежих нововведениях, которые не всем понравятся, уже сам этот факт наводил на подозрения. Но про планы ректора Ник вспомнил, только когда тот велел разобраться поскорее. А мысль появилась раньше, это он хорошо запомнил. Он ещё раз прокрутил обстоятельства: девушка-маг, не местная, в странной одежде, со следами магических пут, убита ударом тяжёлым предметом по голове возле тихой кафедры языковедения. Нет, не прояснилось.       Ник посмотрел наверх, этажом выше располагался блок администрации. А ниже кафедра предметной магии. Дальше по коридору были и другие кабинеты и лаборатории, но чтобы убийца мог обогнать девушку, место, откуда они вышли, должно было располагаться недалеко от лестницы. Если, конечно, он действительно её преследовал. Может, она сумела освободиться, пока убийца отлучился в туалет? Тоже рабочая версия.       Ник совсем запутался и решил для начала поискать что-нибудь подозрительное этажом ниже.       День двигался к завершению, у многих студентов занятия уже закончились, так что возле кафедры предметной магии тоже было тихо. Что для этого места, в отличие от кафедры языкознания, было редкостью. Ник подумал, что девушке было бы сложно пробежать весь коридор и никого не встретить. Хоть в тот момент шли занятия, вряд ли возможно, что совсем никто никуда не шёл. Эта мысль только больше всё путала, так что пока Ник решил её отбросить.       На кафедре, впрочем, он обнаружил только магистра Эйнела из клана Плакучей Ивы, который ничего подозрительного не видел и не слышал, конечно же. Зато сам накинулся с расспросами о человеческих женщинах-магах. Всё же Ник преподавал и культуру народов, вопросы соответствовали этой специализации.       — А можно спросить вас о традициях эльфов? — перебил он, устав отвечать, что тоже удивлён и ничего не знает.       — Преподаватель для того и нужен, чтобы задавать ему вопросы, — самодовольно приосанился эльф.       — Ну, может, вам правила клана запрещают об этом говорить, — предположил Ник. Эйнел фыркнул и отмахнулся.       — Я свободен, клан ничего не может мне запретить, — но всё же немного сдулся. — Я не на все вопросы смогу ответить, потому что многого не помню.       — То есть как?       — Всё, что было между ритуалом вступления в брачный возраст и ритуалом его окончания, если точнее, — пояснил Эйнел, окончательно избавляясь от самодовольства. Не помнить ему, вероятно, не нравилось. — Очнулся в ритуальной комнате, как будто этих лет не было.       — А как же ваши дети? Ваш предначертанный?       — О детях должен заботиться клан, — равнодушно отмахнулся Эйнел. — А Мирел? Не знаю. Не видел его с тех пор.       — Но мне казалось, что у эльфов какая-то особая связь с их предначертанными, — удивился Ник. — В книгах пишут…       — Да-да. Мы действительно узнаём будущего супруга, стоит только его встретить. Но про невероятную тягу — выдумки. Нет, некоторые, конечно, влюбляются. Но в целом, до наступления брачного возраста это не имеет никакого значения. По окончании, как я понимаю, тоже. Возможно, желание появляется в брачном периоде. Это было бы логично, сексуальное притяжение работает, только когда мы готовы к размножению. Но увы, я это время не помню.       — А, понятно, — что ж это было хоть какое-то объяснение. — Но я хотел спросить, кто такие са-ое? Как…       — А, ты, наверное, про Калема! Вы же учились вместе, не так ли. Забегал ко мне сегодня, спрашивал, можно ли создать артефакт, способный полностью скрыть присутствие эльфа, а главное его запах. Интересная задача. Непременно попробую на досуге.       — Так он…       — Только он не са-ое. Как я понял, он ждёт своего предначертанного. Такое бывает. Иногда кто-то из пары немного младше, приходится ждать, когда он доучится, — эльф что-то прикинул, повертев изящными пальцами. — Впрочем, уже сколько лет прошло? Пять? Многовато. Хотя клан Пышной Розы ещё молод и слаб, может, у них не хватает народа, чтобы обеспечить всех парами? В больших кланах таких проблем нет.       — Так всё же са-ое, — напомнил Ник. — Кто ими становится?       — Калеки чаще всего. Больные.       Задумавшись над словами магистра и тем, как их можно соотнести с фразой Лайнела о нарушенных правилах, Ник прошёл весь коридор и снова оказался на месте преступления. Где и наткнулся собственно на самого Лайнела. Тот, как и Ник полчаса назад, прикидывал, откуда девушка могла прийти.       — У неё были жесткие ботинки. Каблуки подбиты гвоздями. Если бы она пробежала мимо библиотеки, демон бы всполошился, сам знаешь, — Ник остановился рядом. — Мы с Морной как раз были там. Он отреагировал только на крик.       — Она могла красться. Хотя студенты ведь слышали шум, да и откуда ей было знать о правилах нашей библиотеки, если она не местная?       Ник кивнул.       — Я только что был на кафедре предметной магии. Ничего не выяснил, но у них тут полкорпуса лабораторий. Её могли держать в любой.       Оба вздохнули. Первое правило магии — магический эксперимент прерывать нельзя. Точнее, нет ничего хуже, чем прервать магическое действие бездумно и случайно. Даже если студента первогодка толкнуть под локоть во время выполнения самого базового заклинания, можно было получить абсолютно непредсказуемое последствие, от лёгкого дуновения ветерка, до превращения самого мага во что-то произвольное. В лабораториях же предметников проводились куда более сложные эксперименты. Ник взял на кафедре расписание, которое предоставляли преподаватели и аспиранты, но собирался для начала поискать незанятые комнаты, а уже потом проверять рабочие, желательно в сопровождении какого-нибудь магистра помощнее. На всякий случай. Лайнел, судя по всему, был с ним согласен.       — Стоит поговорить с Бартом и Питером, — напомнил эльф.       — Идём, занятие закончится минут через пятнадцать, они как раз освободятся, — Ник указал направление противоположное коридору, по которому предположительно бегала жертва.       — Я был в Архиве Бюро, — сообщил Лайнел.       Ник хмыкнул. Это ему искренне нравилось возиться с документами и проводить время в библиотеке. Лайнел всегда был более деятельным, чтение его утомляло.       — Узнал кое-что про магичек. Про человеческих женщин-магов.       — В архиве Бюро Магических Расследований?       — Ага, — улыбнулся Лайнел. — Тебе точно понравится, слушай. В северной части лесов Шамтар, ближе к побережью существуют так называемые «круги». Честно, не понял, почему их так называют. Это объединения женщин-магов. По крайней мере жители окрестных деревень считают что эти женщины, человеческие, действительно владеют магией. Они живут в глубине леса, еду воруют в деревнях. И там же похищают девочек. Одни говорят, что только одарённых, другие — каких смогут.       — Но это далеко отсюда. Даже не наша страна, что местное Бюро могло там делать?       — Там ничего, — фыркнул Лайнел. — Ну почти. Эти женщины… Они называют себя каре-ма. На старом языке тех мест «великая мать». Или большая, что-то вроде того. Кстати, собственных детей у них нет, в этом все местные уверены. В общем, кроме воровства продуктов, иногда они оказывают местным услуги. Очень редко это лечение. Чаще — убийства. Так вот Бюро пыталось поймать одну такую каре-ма, которая добралась сюда, чтобы убить одного тамошнего купца.       — О!       — К слову, не поймали. Ну и в целом, как я понял, они не очень поверили, что каре-ма действительно магички. Руководитель группы их так назвал. Но он всё же раскопал немного про эти круги, даже ездил в место, где жил предполагаемый заказчик, — Лайнел протянул Нику записывающий шарик. — Там была пара страниц просто заметок о местной культуре. Непосредственно к делу не относится, так что не секретно. Я заснял для тебя.       Ник принял шарик с некоторым трепетом. Такое можно было расценить как дорогой подарок и проявление истинного внимания, потому что Лайнел был прав, Нику такое действительно было очень интересно.       — А, забыл сказать…       — Лайнел! — Барт Корлон стремительно вывернул из-за угла и едва успел притормозить, чтобы не врезаться в эльфа. — Всё такой же красавчик! Что ты здесь делаешь?       — Тебя жду, — фыркнул Лайнел.       Выражение лица Барта мгновение было растерянным, потом мелькнула похоть. Ник демонстративно покашлял, чтобы немного развеять эльфийскую магию. Любой эльф, владеющий хотя бы крупицей магии выглядит привлекательно. Чем маг сильнее, тем он кажется обаятельнее и сексуальнее. Орки к этому почти не чувствительны, как и к любой ментальной магии. У гномов, кажется, есть какая-то особая стойкость именно к проявлениям эльфов. А вот у людей таких способностей нет. Разве что специально тренировать.       Барт перевёл взгляд на Ника, вернулся к Лайнелу и снова к Нику. То ли вспомнил что-то, то ли пришёл к каким-то новым выводам. Но озвучивать ничего не стал. Да и не успел бы, потому что к компании присоединился Питер Джейкс.       — Вы уже слышали про убийство сегодня? — Ник задал направление разговору.       — О! — Барт снова оживился, а вот Питер в это время нахмурился. — Вы там были? Правда, что это был сам Карон Фей?       Ник едва не стукнул себя ладонью по лбу. Ну конечно, слухи превратили невозможную убитую магичку в сказочного персонажа Карона Фея, который умел менять внешность. И никогда не существовал.       — Это была настоящая одарённая человеческая женщина, — вставил Питер.       Барт набрал воздуха для следующей бурной тирады, но Лайнел успел раньше:       — Я — следователь из Бюро Магических Расследований. У меня есть к вам вопросы.       Питер в ответ подтолкнул всех к двери кабинета, так и не дав Барту слова. Помещение оказалось довольно большим для людей, которые даже и преподавателями не числились, только помощниками. Ник, к примеру, о собственном отдельном рабочем пространстве мог только мечтать. Тем более о таком большом. Но он и работал на немагической кафедре, а Барт и Питер занимались исследованиями. Значительная часть их кабинета была расчищена под экспериментальное поле и отгорожена магической завесой. Впрочем, столы, украшенные стопками студенческих работ на проверку, тоже имелись       — Убитая — не местная, а её одежда выглядела довольно необычно. Не могу представить, что где-то в НАШЕМ мире так носят, — Ник решил пояснить, хотя вопроса «причём здесь мы?» ни Барт, ни Питер так и не задали.       — Мы не повторяли ритуал, — сразу открестился Барт.       Питер посмотрел на него с лёгкой укоризной.       — По крайней мере на людях не повторяли, — закатил глаза Барт. — Пытались вытащить кого-нибудь поменьше, вроде кошки или зайца. Надо было убедиться, что причина смерти именно такая, чтобы дальше с этим работать. Добыли какое-то странное животное, вроде очень толстой крысы и всё. Больше мы из того мира никого не пытались вытаскивать. И так ясно, что в промежуточном пространстве они умирают от удушья.       — Значит вы уверены, что нельзя перенести оттуда человека живым? — поинтересовался Лайнел.       — Абсолютно, — кивнул Барт. — Мы перевели эксперимент в пределы нашего мира и выяснили, что среднюю мышь можно перенести живой примерно на двадцать метров. Зайца на тридцать. Для человека доступное расстояние, наверное, будет больше. Но не другой мир. Точно.       — По крайней мере не нашим способом, — вставил Питер.       — Если бы мы это смогли, уже были бы магистрами! — воскликнул Барт.       — У других может…       — Другие не добились и этого! — оборвал товарища Барт. — Смотрите, в мире задокументировано два успешных случая призыва демона: наш библиотекарь и демон Лабиринта Леваца. И то в лабиринте какой-то умник нашёл печать привязки и отпустил демона. Лет пятьдесят назад это было. Но это не важно. Дело в том, что куча народу ищет способ повторить. Есть даже какой-то приз тому, кто сможет это сделать. Денежный. Большой. В общем, до нас все считали, что демона призывают через так называемое «истинное имя». А что такое истинное имя?       — Что?       — Магическая метка!       — Вы же владеете заклинанием призыва своих вещей? — вмешался Питер. — Чтобы призвать свои ключи или кружку, надо сначала поставить на них специальную метку.       — Вот именно! — оборвал его Барт. — А как бы Адриан дал демону метку до того, как его призвал? Так что мы стали искать другой способ. И я до сих пор считаю, что он работает, просто мы не можем определить координаты мира, где живут бессмертные демоны. А смертные люди умирают в промежуточном пространстве, потому что там нет воздуха. Мы ищем решение, но пока безуспешно.       В целом, с этими двумя всё было ясно, да никто и не подозревал, что они могут иметь отношение к убийству. Но всё же у двери Лайнел обернулся.       — А неодушевлённые предметы из другого мира вы не пробовали призывать? — спросил он.       Барт и Питер переглянулись и как-то оба смутились.       — Только никому не говорите, — осторожно попросил Питер.       Теперь уже Ник посмотрел на них удивлённо. Разве речь шла не о серьёзном открытии, которым можно гордиться?       — Понимаете, — Барт принялся нервно теребить края лежащих на столе студенческих работ, — нашим способом можно вытаскивать вещи не только из другого мира. Из нашего тоже. Из каких-нибудь сложнодоступных мест. Например, из чужого дома.       — И мы не хотим, чтобы об этом узнали… излишне заинтересованные персоны, — дополнил Питер.       — А вы что, уже привлекали внимание таких персон? — удивился Ник.       — Мы ещё в начале вытянули из того мира пару колец, просто ради эксперимента, — сознался Питер. — Одно простенькое, с надписью на непонятном языке, другое с таким же гербом, как был у тех покойников, только сделано из другого металла.       — Мы решили их продать, — добавил Барт. — Потому что есть недостаток у нашей разработки — обратно мы послать не можем. Так сразу привязался один тип, который требовал, чтобы мы поставили воровство драгоценностей из другого мира на поток. Еле удалось его убедить, что вещи попали к нам случайно и наше заклинание так вообще не может.       — Потому что мы знаем, чем заканчивается такое сотрудничество.       Ник и Лайнел вышли и остановились в совсем уже затихшем коридоре. Если в Университете сейчас кто и оставался, то только те, кто занимался своими исследованиями в лабораториях. Студенты уже разошлись.       — Думаешь, они действительно не воруют драгоценности из другого мира? — тихо спросил Лайнел.       — Думаю, они больше не пытаются их продавать. По крайней мере именно как иномирные вещи, — Ник прикинул всё, что знал о бывших товарищах. — Они сначала пытались вести дела самостоятельно, но потом всё же пришли сюда. Согласились преподавать в обмен на возможность продолжать исследования. Так что, мне кажется, на счёт встречи с сомнительными персонами они не врут. Похоже даже прячутся от них здесь.       Любой коридор Университета, как известно, приводит к библиотеке. Так что молча пройдя какое-то время, они снова оказались неподалёку от места убийства. И ни один не высказывал идей, что искать дальше. Коридор, двери, более тусклые в нерабочее время магические лампы. Во время занятий их свет тоже приглушался и усиливался в перерывах. Девушка прибежала в полутьме и должна была заметить, если открылась какая-то дверь, пусть даже и в туалет, ведь там свет ярче, когда кто-то внутри. Почему же не заметила?       — А вы выяснили, чем её убили? — спросил Ник.       Лайнел скривился и прокрутил над ладонью проекцию, которую получил от эксперта.       — Камень? — не поверил Ник. — Кто ходит по коридорам с камнем?       — Откуда мне знать, это ты здесь работаешь.       — Ты тоже здесь учился, с тех пор мало что изменилось, — отмахнулся Ник.       — Ну, — Лайнел ненадолго задумался, — одно можно сказать наверняка: орудие убийства преступник принёс с собой. Подобрать его здесь он не мог. Может, кто-то изучает камни? Или в ритуалах использует?       Камни, конечно, изучают. Как раз на кафедре Ника есть парочка специалистов по разным минералам. Но их лаборатории в подвале. Кажется, эти профессора выше первого этажа вообще не поднимаются. В ритуалах используют камни каких-нибудь особенных пород. Эксперт Бюро определил только форму, в теории это мог быть очень полезный в магии опал или жадеит. Но уж больно крупный. Больше похоже на самый обычный булыжник, а их для магии не используют. Разве что как реквизит, когда учат перемещать или преображать предметы. Правда, это базовый уровень, его в школе проходят, а не в университете. Кому ещё могут быть нужны камни? Гномам? Они их разве что не едят. И то за едой кладут в тарелку или чашку небольшой камушек, чтобы символически поделиться с предками.       — Даже не знаю, — протянул Ник. — У гномов камни повсюду и с собой они их часто таскают. Но гному не хватило бы роста ударить девушку по голове. Кроме них… на кафедре практической магии могут держать что-то такое как реквизит. Если надо воздействовать на что-то твёрдое, материальное и магически не изменённое. Но не уверен. А ещё, — Ник задумался, — сайчас ведь идёт подготовка к празднику. И мне кажется, я слышал, что кто-то готовит лабиринт с ловушками и развернул настоящее строительство. Даже заказывал настоящие строительные материалы. Может быть, это они?       Ник огляделся, будто где-то могла быть подсказка. Но Магический Университет погружался в сон и ничего говорить не хотел.       — Это ведь надо спрашивать в административной части? — уточнил Лайнел и тоскливо глянул наверх, где находился нужный блок. — Там точно все ушли уже…       Для порядка они всё же поднялись, но никого не обнаружили. Тут двери закрывались самыми первыми.       Больше ничего не оставалось, кроме как пойти отдыхать и вернуться к делу утром.       — Ники, — на этот раз Лайнел всё же успел схватить напарника за руку. — Прости меня.       Ник попытался вырваться, но в изящных руках эльфа хватало силы.       — Ники, я… Ты думаешь, я не знал? О твоих чувствах? Мы были вместе всё время! Конечно, я знал. И я боялся, что если ты ну… захочешь, то я не смогу отказать. Но ты выбрал самый последний день, когда я уже думал, что мне не придётся это делать. И… я перестарался. Я… себя хотел убедить. Прости.       Лайнел ушел, не дожидаясь ответа.       Ник вернулся домой в растрёпанных чувствах и остаток вечера ходил из угла в угол, не зная, как теперь быть. Да и зачем всё это? Это намёк, что Лайнел свободен и теперь может поддаться чувствам, или он просто хочет вернуть «дружбу» как было? Галочку себе поставить, что прощён? И вообще! Нику это надо? То есть, у него сейчас нет отношений. Но это не потому что он собрался всю жизнь тосковать по какому-то эльфу! Он просто отложил. Решил посвятить время исследованиям. Кстати, Лайнел же подарил какие-то заметки по культуре северян. Может, хотя бы это сумеет отвлечь Ника от круговорота мыслей?       Он раскрыл записывающий шарик. Перед лицом оказались три страницы заметок, написанных весьма аккуратным почерком. Бумаги явно были приобщены к делу, только номер Лайнел прикрыл. Правда, в одном углу всё же можно было разглядеть подпись инспектора. Если судить по имени — дракон.       Похоже, этот дракон сначала тоже скептически отнёсся к человеческим женщинам-магам, которых назвал магичками. Он предполагал, что каре-ма пользуются ловкостью, а не магией. Ну максимум используют травы. В конце концов, возможности зелий могут быть весьма велики. Но прибыв в городок в поисках заказчика убийства, он заодно навёл справки и о самих каре-ма. Местные сказали, что эти женщины поклоняются богине (или духу) Далирии, которая охраняет местные леса и даёт своим последовательницам магию, чтобы они могли защитить землю от нападения. Правда, земли эти уже пять веков находятся под крылом Короля-Дракона, и нет дураков на них нападать.       Наличие богини, дарующей магию, поколебало уверенность инспектора. У орков, например, всё так и устроено. Магию им даёт бог Джагра. Причём, женщин тоже не обделяет. Может, и здесь так?       Правда, никакой конкретики про эту богиню он не нашёл. Её алтари, как и возможные магички, скрывались где-то в глубине лесов. Местные, если хотели чего-то у них попросить, оставляли записки в специальных тайниках. Инспектор попытался так сделать, но на его зов никто не пришёл.       Последние два дня он там, наверное, скучал, так что делал заметки про еду (птица и баранина) и одежду (женские платья закрывают всё, но такие тонкие, что всё видно). И только в конце привёл местную версию легенды о маге Делимаре — спасителе Шамтара. Всякого рода сказки и небылицы рассказывают о нём в разных краях, но учёные сошлись во мнениях, что прототип этого героя действительно существовал. Причём как раз в том регионе. Это имя встречается в имперских списках разыскиваемых преступников с пометкой государственной опасности. Видимо, он в самом деле был борцом с захватчиками. Правда, что бы он там не делал, никто не называл Делимара причиной падения Лачеранской империи.       Ник действительно увлёкся новыми сведениями и начал уже прикидывать, имеет ли сказочный герой или его прототип отношение к богине Делирии? В конце концов, если верить легенде, его отряды сопротивления прятались в лесах. И если магически одарённых мальчиков имперцы забирали в свои школы, то девочек мог забирать он. Может, эти магички с тех пор так и сидят в лесу?       Но вся теория мгновенно вылетела из головы, когда Ник обратил внимание на окружающие вещи. Записывающий шар выхватил только часть стола. Лайнел предусмотрительно прикрыл или убрал всё секретное. Но кроме того в поле зрения шара попала кружка. Она была разбита, но аккуратно склеена и служила подставкой для карандашей и ручек. Эту кружку Лайнелу когда-то подарил Ник. Даже не подарил, а скорее отдал, когда эльф разбил свою и не смог склеить заклинанием. Ник не обозначил её тогда как подарок ведь знал, что Лайнел не смог бы забрать подобную вещь во внутренние земли клана. Но теперь выясняется, что эльф туда не попал и даже эту несчастную кружку сберёг.       А значит, Лайнел действительно дорожил воспоминаниями о своём друге. Или больше чем друге.       Утром Ник подошёл к кабинету администрации одновременно с секретарём, так что пришлось сразу приступать к делу. Не было возможности сначала перекинуться с Лайнелом хоть парой слов. Но Ник на мгновение взял эльфа за руку, пытаясь хоть так выразить свои чувства. Тот в ответ засиял, как будто на самом деле мог испускать свет. К эльфам часто применяют эту метафору, но, конечно, это не правда.       Секретарь чем-то шумел и тихо ворчал, не давая следователям забыть, зачем они сюда пришли. Пришлось отодвинуть личное на задний план и вернуться к делу.       Выяснилось, что лабиринт — это затея студентов кафедры практической магии. Самой масштабной в Университете, туда входили и исследователи, и преобразователи, и все, кто не поместился в другие дисциплины. Сначала, конечно, приготовить активности для широкой публики было поручено преподавателям, но они, как обычно, скинули всё на студентов. И те уже сами всё придумывали и донимали хозблок своими требованиями. Им даже пришлось выделить сразу несколько помещений, закреплённых за кафедрой предметников. Потому что только там можно было наколдовать выход во двор, где будет проходить праздник. Секретарь был очень возмущён тем, что ему пришлось решать эти вопросы, и тем, что гости — не маги! — прямо своими ногами зайдут на священную территорию Университета. Этак через пару лет слово «Магический» в названии можно будет зачеркивать! Ужас, что творится!       — Что это его так понесло? — удивился Лайнел, когда они вышли и прикрыли за собой дверь в логово возмущенного мага.       — Это пока секрет, — хмыкнул Ник, — но он, должно быть, уже в курсе, что завтра ректор презентует новый курс. Экспансия немагов на эти «священные стены» продолжается. Доступ в нижний двор, возможность арендовать помещения для лавок, теперь вот и до обучения дело дошло.       Ник вызвал расписание, и они поспешили вниз, надеясь застать студентов до начала занятий. Немного не успели, но к счастью, преподаватель любезно разрешил одному самому ответственному прогулять лекцию, чтобы продемонстрировать лабиринт.       — Профессор Лантерс! — радостный студент выскочил из аудитории со скоростью снаряда. — Вам точно понравится!       Ник вспомнил, что парня зовут Курт Майер. В прошлом году он слушал курс Ника по культурам и, кажется, очень проникся.       — Мы решили сделать лабиринт с отсылками к традициям разных народов, — подтвердил Курт. — По всему лабиринту мы поставили разные штуки, относящиеся к какому-нибудь народу. Где-то шарики с записями, где-то просто записки. Лукас сделал две магических диорамы, которые запускаются по определённому жесту. А чтобы найти подсказку для жеста, надо посмотреть записывающий шарик рядом. Классно, правда? Ник кивнул. Парень явно не понимал, что его прекрасный лабиринт хотят осмотреть из-за убийства. Расстраивать его не хотелось.       — И мы собрали всякие интересные вещи! Аннем принёс разную эльфийскую тесьму тун-сим для детской одежды и мы сделали целый стенд с расшифровкой, что каждый узор значит. Ас-Хашимара пожертвовала нам целый мешок нарядов с севера. Она там жила в детстве. Но мы только один костюм использовали. Митч притащил иномирное кольцо, ну то есть, копию. Правда, я думаю, что про культуру другого мира мы ничего не знаем, поэтому мы решили кольцо не ставить. У нас и так много всего. Даже профессор Страммор притащил какую-то орочью штуку. Правда, он сказал, что она вонючая, так что только перед началом откроет. Мы не стали с ней задание делать.       Они, наконец, дошли до нужной двери, и Курт распахнул её перед гостями, даже ключ не понадобился.       — Это задняя дверь, — пояснил он. — Посетители будут со двора заходить, а тут у нас склад. Ну и немного недоделано ещё. Мы после занятий сегодня собирались закончить.       — Мы можем сами всё посмотреть, — предложил Ник. — У тебя ведь лекция.       — Я там шарик оставил, — отмахнулся Курт. — Мы тут ещё не все подсказки разложили. Ну… серьёзных магических ловушек нет, мы же знаем, что будут проходить неодарённые, но…       — Но иначе было бы скучно, — подмигнул Лайнел. Он коснулся руки Ника и попытался послать мыслеобраз. Но видимо фраза была слишком сложная, вышло размыто. Что-то про одежду.       Ник жестом попросил немного подождать, прошёл вглубь и осторожно запустил сканирование. Ребята использовали камни как базу: выложили ими контур стен, а уже поверх магией воздвигли иллюзию. Красивое решение. И столько магии, что сложно вычленить что-то конкретное. Лайнел указал на кучку камней, которые, по всей видимости, не пригодились. Да, очень похоже, что орудие убийства взяли отсюда.       — Курт, а иномирное кольцо вы куда дели? — спросил Ник. — Хоть и копия, но интересно было бы взглянуть.       — Сейчас! — парень помчался обратно в зону склада и принялся рыться в тюках и коробках.       А Ник осторожно, чтобы не повредить какую-нибудь ловушку, набросил на них с Лайнелом купол тишины.       — Что ты пытался сказать? — быстро уточнил Ник. — Про поддельное кольцо?       — Про это мне утром доложили. Кто, где, как и за сколько их делает. Довольно дорогие сувениры, кстати. Но нет, не об этом. Я же вчера про каре-ма тебе рассказал, а почему пошёл про них искать, забыл. Так вот, — Лайнел оглянулся на студента, копающегося в коробках, и быстро продолжил. — Помнишь, я просил, чтобы наш эксперт проверил, может ли жертва быть из другого мира? Он сказал, что это почти невозможно определить. Те парни, которых тогда призвали Барт и Питер, по всему строению были людьми. Такими же как ты. Ниже ростом, но нельзя сказать, это индивидуальные особенности или что-то характерное для их мира. Одежда у них почти вся была из хлопка. Мы тоже его используем, хоть и меньше. Эксперт сказал, что была разница в плетении ткани, но он не поручится, что в нашем мире такую вообще нигде не делают. Ну и так далее. Так вот. Блуза на убитой была из барнила. Не из хлопка. Никаких гарантий, что в том мире нет такого растения, но оно точно есть в нашем. И ткани из него делают на севере…       — В землях Короля-Дракона, откуда родом леди Ас-Хашимара, которая пожертвовала одежду для стендов.       — Да! И ещё эксперт сказал, что блузу недавно перешили. Так что, я думаю, ты прав, кто-то пытался одеть девушку максимально необычно. Правда, я не понимаю зачем       — Чтобы представить её как убийцу каре-ма? — предположил Ник, хотя это было глупо. Про эти северные круги слишком мало здесь знали, чтобы это могло кого-то напугать.       — Может быть, — так же усомнился Лайнел. — Хотя на лицо она больше похожа на южную кочевницу из каких-нибудь голсов или айнцев.       — Орочья данница?       Ник снял купол и решительно пошагал к расстроенному студенту.       — Не могу найти, — пожаловался тот. — Сюда же складывали, я уверен.       — Оно в Бюро магических расследований, — сжалился над парнем Лайнел и показал свой знак инспектора. — Прикреплено к делу как улика, когда закончим расследование, вернём владельцу.       До Курта начало доходить, что в его великолепный лабиринт пришли не просто на экскурсию. Но Ник не дал ему опомниться.       — Покажи, где профессор Страммор держал свой сюрприз.       Парень растерянно кивнул и повёл гостей извилистым ходом в угол ближе к главной двери.       — Вон там, иллюзия большого камня. Мы решили, что раз оно пахнет, лучше поставить рядом с улицей. Но на самом деле там так просто не выйдешь, половину лабиринта нужно пройти.       Ник оттеснил рвущегося вперёд Курта и осторожно приблизился к месту. Иллюзию он снимал, ожидая подвоха, но ничего ужасного не случилось. Камень растаял, а взорам предстала клетка, снабжённая тюфяком и кувшином для воды.       — Это было какое-то животное? — осторожно поинтересовался Курт.       — Человек, — поморщился Лайнел, окидывая клетку сложным сканирующим заклинанием. — Девушка, которую вчера убили.       — Но зачем? — удивился юный студент.       — Хороший вопрос, — кивнул Ник. — Я многих мог бы заподозрить, но точно не Страммора.       — Нам придётся пока закрыть ваш лабиринт, — Лайнел грустно улыбнулся студенту. — Это ненадолго. Ты пока можешь вернуться на занятие.       Курт нехотя ушел и не заметил повисшего на нём следящего заклинания. Маловероятно, конечно, но вдруг бы он побежал предупреждать преступника или решил погеройствовать. С этими студентами из практиков никогда не угадаешь.       — Здесь след чёткий. Девушка точно находилась внутри не меньше суток и была связана. Я взял отпечаток магии связавшего, — Лайнел присел возле клетки и осторожно коснулся кувшина.       — Но это может только доказать, что он держал её в плену, но не говорит, что он же и убил, — Ник покрутился вокруг своей оси, пытаясь охватить взглядом весь лабиринт. Даже у магически одорённого это не совсем получалось, студенты поработали на славу.       — Замка нет, — отметил Лайнел. — Вероятно, был магический засов, но это довольно слабая магия, иллюзия забивает след. Он мог сам отпереть клетку. В туалет её вывести, например.       — И прихватил с собой камень? — скептично поморщился Ник. Вообще-то какого-нибудь ведра в клетке не было, а справлять потребности любому человеку требуется регулярно. Может быть действительно Страммор повёл её в туалет, но… — Вряд ли они пошли бы аж до кафедры языкознания, далековато. Разве что порталом до его кабинета и оттуда… Но камень-то зачем было брать?       — Я бы не стал открывать портал отсюда, — Лайнел покачал головой. — Очень много искажающих полей, непонятно, куда попадёшь.       — А Страммор довольно слабый маг.       — Зачем ему это?       — Не представляю, — Ник развёл руками для убедительности. — Естественно не всем нравится, что ректор собирается открыть немагический факультет для детей всяких богатеев. Я думал, причина в этом. Кто-то хочет сорвать праздник, а заодно и планы. Но Страммор сам с немагической кафедры. Ему эта затея должна быть даже более выгодна, чем всем остальным. Больше часов преподавания, больше финансирования. Ему-то зачем? Да и способ какой-то сложный.       Ник прошёлся по лабиринту, сканируя его маленькими участками и пытаясь нащупать что-нибудь. Но группа студентов накануне вечером много колдовала, и след девушки терялся в их отпечатках.       — Да, я бы тоже не стал открывать здесь портал, — задумчиво решил он, почти добравшись до выхода. — Особенно на месте Страммора. Ты же помнишь его. Как маг он не особо могущественный. То есть, я не хочу сказать, что все орки должны заниматься только боевыми стихиями или, на худой конец, строительством. Но не исключено, что он не выбрал эти направления, просто потому что ему это недоступно.       — Но ведь на кафедре языкознания сделал хорошую карьеру, — Лайнел обошёл товарища и запустил сканирование у самой двери.       — Согласен, — Ник остановился и задумался. — Может, это хорошо, только по нашим меркам? Другие орки могут считать его недостойным. В прошлом году у Страммора был конфликт с одним студентом, тоже орком. Началось всё с плохой оценки, но потом студент начал рассказывать, что Страммор что-то такое натворил, прогневал бога, и Джагра больше не даёт ему сил. И это для орка вообще позорно — учиться у такого преподавателя. Страммор вызывал студента на дуэль, но это запрещено, так что поединок не состоялся. Однако потом пошли слухи, что Страммор специально так сделал, ведь победить бы не смог. А так сделал вид, что ректор запретил.       — А со студентом что стало?       — Сдал остальные экзамены и уехал. По крайней мере, это то, что я знаю, — Ник подошёл ближе. В этом месте действительно прослеживалось какое-то магическое взаимодействие, не похожее на остальные в лабиринте. Ник добавил своё усилие к заклинанию напарника. Следы стали видимыми, теперь их можно было отделить друг от друга.       — Здесь она использовала что-то, чтобы разорвать путы. Заклинание или предмет, не пойму точно, но довольно сильное.       — Насколько я помню, при некоторой ловкости и превосходстве в силе путы можно вскрыть, перенаправив энергию любого волшебного предмета.       Рядом как раз были коробки, куда студенты складывали непригодившееся. Этого было довольно много, да ещё и Курт в поисках кольца всё переворошил. Пришлось следователям перебирать вещи по одной.       — Вообще, жаль, что я не успел поговорить с тем студентом-орком. До этого ни разу не слышал, чтобы Джагра на кого-то прогневался и лишил сил.       — Что-то ведь у орков считается преступлением, — скептично отметил Лайнел.       — Почти то же, что и у нас, — хмыкнул Ник. — У них есть законы, в целом почти такие же, как у людей в том регионе. Со своими правилами по владению собственностью и уточнением, что все преступления являются преступлениями, только если они совершены против «своих». Грабить другой клан, например, можно.       — Ну тогда получается, Страммор ограбил другого орка из своего клана.       — За это его наказали бы по закону. Возможно убили. У них там жёсткие наказания. И бог в них не участвует, — Ник методично откладывал всё слишком большое и явно немагическое. — Я знаю, какими способами можно задобрить Джагру, чтобы он дал силы. Лучше всего — положить на алтарь труп врага. Но можно и любую добычу. Хоть пшеницу, которую вырастил. Плоды своих трудов, инструменты. Строители возводят алтарь возле места своей работы, чтобы Джагра видел, как они трудятся на благо орочьего народа. Чтобы прогневать его, наверное, надо совершить что-то во вред всем оркам. Хотя… Может, достаточно просто ничего не делать?       Лайнел отодвинул одну из коробок и поднял небольшой медальон. Довольно распространённая магическая игрушка у гномов. В коробке лежала ещё пара похожих, но эта была разряжена.       — Камнерез! Идеально, чтобы вскрыть путы.       — Выходит, здесь между ними произошло какое-то взаимодействие, она сумела освободиться и сбежала, — резюмировал Ник. — Логично предположить, что потом он догнал жертву и убил. Но доказательств этого у нас нет.       — Разве что он оставил орудие убийства в своём кабинете, — хмыкнул Лайнел, но очевидно не верил в такую глупость преступника.       Оба предполагали, что Страммор сбежал ещё накануне, так что особо не спешили. Сняли все возможные следы в лабиринте. Лайнел даже на пять минут сходил в Бюро отчитаться. В ответ оттуда явился ещё один специалист, который обладал какими-то особыми умениями в поиске следов. Только после этого Ник и Лайнел в очередной раз вернулись к месту преступления, потому что кабинет Страммора располагался в паре метров от него.       Как оказалось, орк не сбежал. Ник настолько не предполагал такого поворота, что даже не заметил летящий в лицо сгусток огня. К счастью, у Лайнела, работающего не в Университе, а в Бюро, было достаточно опыта, чтобы не расслабляться так сильно в процессе расследования. Он успел выставить щит и прикрыл обоих. Схватка вышла короткой. Страммор прокричал что-то вроде: «Теперь-то все увидят и больше не будут…» Но что именно «не будут» Нику и Лайнелу узнать не удалось, запустив третий сгусток огня, Страммор рухнул на пол в магическом истощении. Так что Лайнелу пришлось забрать подозреваемого в Бюро в таком виде.       Орудие убийства лежало на алтаре Джагры, намекая, что таким образом Страммор просил у своего бога силу. Что было несколько странно, ведь Джагра поощрял убийство врагов, а если девушка была данницей, то никак не могла быть врагом.       Ник доложил о прогрессе ректору. Тот тоже удивился и личности убийцы, и его действиям. А потом потащил Ника проверять все остальные проекты к завтрашнему празднику. Что было утомительно, но хорошо.       Ведь Лайнел ушёл в Бюро, а о своём личном они так и не поговорили. И даже не договорились где-то встретиться.       К счастью, эльф нашёлся раньше, чем Ник успел подумать, что шанс опять упущен и больше они не увидятся. Лайнел стоял возле дома, устало прислонившись к стене. Он улыбнулся и потянулся к руке Ника. Так они и замерли на несколько минут, как будто подпитывали друг друга через прикосновение. День действительно был тяжёлым для каждого.       — Пришлось побегать из-за этого Страммора, — пожаловался Лайнел, когда они всё же зашли в дом. — Его, конечно, подговорили устроить какую-то катастрофу на празднике. Пообещали возвращение силы. Оказывается, когда-то он был воином, как и пристало орку, но потом обнаружил способности к языкам и вообще наукам, занялся этим. Без практики его способности к стихийной магии ослабели. В прошлом году он это понял и забеспокоился. А тут нашлись заинтересованные лица, которые на этом сыграли. Мы сегодня полгорода оббежали, пока добрались до главного заказчика. Но тут моё участие кончилось. Он из высших аристократов, там босс сам будет разбираться.       Лайнел ненадолго прикрыл глаза и выдохнул.       — Я думал, ты пойдёшь работать в Бюро, — тихо сказал он. — Когда меня выгнали, я сразу пошёл туда, но…       — Я уехал, — Ник подошёл ближе и замер, желая, но пока не решаясь обнять. Неистово хотелось прижаться всем телом, чтобы поверить в реальность. Почувствовать, что Лайнел живой и настоящий здесь рядом, а не где-то там в своём клане недоступный навсегда. Но надо было хоть как-то объясниться. — Поехал сначала к родителям, потом решил немного попутешествовать. Я же из Мендара, города ста дорог. Оттуда хорошо куда-нибудь отправиться. А потом… У нас с тобой здорово получалось расследовать что-то вместе, один я не хотел. А в университете были вакансии…       — Тебе всегда это нравилось, — Лайнел сам будто скользнул в руки Ника и прижался, как и хотелось. — Прости за ту ужасную сцену. Я надеюсь, ещё не поздно…       — Я не мог надеяться, что увижу тебя снова, — эльф напрягся, и Ник прижал его крепче. — Но так и не смог найти кого-то другого. Я свободен и… моё мнение о тебе с того признания не изменилось.       — Я так долго мечтал тебя поцеловать, — шепнул Лайнел.       Наверное, это была какая-то индивидуальная магия Лайнела, иначе как объяснить, что поцелуй вышел настолько сладким?       Вообще, большинство эльфов не чураются случайных связей и активно пользуются своей привлекательностью. Всё, что было до ритуала, в их культуре считается ненастоящим, и они не напрягаются по этому поводу. Так что когда-то давно до знакомства с Лайнелом у Ника уже было небольшое приключение с эльфом-старшекурсником. Тогда ничего особенного Ник не почувствовал.       Теперь было иначе. Ощущение не только нежных губ и гибкого тела, но и какого-то тепла. Будто они стояли не в прихожей маленького домика в конце дня, а на лугу под ярким солнцем, а ветерок окутывал запахом цветов и мёда. И даже открыв глаза, Ник видел только золотые солнечные волосы и порозовевшую светлую кожу. Немедленно захотелось избавиться от верхней одежды. Этот простой серый костюм так ужасно приглушал сияющую красоту Лайнела.       Пришлось немного отстраниться, чтобы пиджак упал на пол. Сложнее было справиться с застёжками профессорской мантии. Лайнел к ним не привык и бессмысленно шарил по груди Ника, пока тот не сообразил и не расстегнул их сам. Эльф облегчённо выдохнул и снова прижался плотнее.       — Я открою для тебя катли, — ласково шепнул он.       Исследовательский интерес немедленно поднял голову и даже сумел задавить возбуждение.       — Что это? — спросил Ник.       Лайнелу пришлось несколько раз моргнуть, чтобы в глазах появилась осмысленность. А потом он стремительно покраснел.       — Катли — это… — Лайнел потряс головой, как будто надеялся как-то отсеять определение. Но сдался. — Я не смогу объяснить. Это внутри. Ка-ое открывают её своему предначертанному после брачного ритуала. Я… сделаю это для тебя. То есть, попытаюсь, я никогда раньше не пробовал и вообще са-ое, но думаю, должно получиться.       Ник всё равно не понял, что это такое, и как оно работает, но оценил серьёзность намерений. А заодно понял, что они всё ещё торчат в прихожей, что для таких важных дел совершенно не подходило. Так что он потянул Лайнела в спальню.       Лайнел оказался страстным и вместе с тем каким-то доверчиво-нежным. Ника это немного удивило. Честно сказать, раньше, глядя на решительность и деловитость Лайнела, Ник считал его скорее а-ое. Спросить, правда, так и не решился, неприлично всё же.       — А а-ое тоже что-нибудь открывают? — поинтересовался Ник, когда страсть улеглась, и исследовательский интерес вновь отбил свои позиции.       — У них ае, — Лайнел вроде бы не счёл вопрос неуместным. — Но его не открывают. Это как бы… делает член больше. Но тебе такое не надо, — поспешно перебил он сам себя. — У тебя и так…       — Тебе было больно? — всполошился Ник. Хоть он и старался быть нежным, всё же вышло немного поспешно. Уж очень сильно хотелось.       — Нет, мне хорошо — Лайнел улыбнулся, лёг ближе и закинул на Ника ногу. Намекнул, что повторение будет очень даже уместным. — У меня завтра выходной…       — Увы, — Ник печально вздохнул, но обнял покрепче. — Завтра праздник, мне придётся проводить квесты для детей.       Традиция Праздника Осенних Листьев зародилась в такие давние времена, что никто уже точно не знал, чему он посвящён. Некоторые исследователи утверждали, что в центральной части Лачерана именно в это время собирали урожай какой-то очень важной для них, но теперь утерянной культуры. Мол, империя это праздновала и разнесла свой праздник по всему завоёванному миру. По другой версии, император когда-то велел отмечать свою крупную победу. А может, день рождения. Как бы там ни было, праздник считался чем-то вроде Дня Магии, а в некоторых местах даже и назывался Днём Магических Даров. Все магические учебные заведения его праздновали.       Вот только в большинстве мест ограничивались освобождением учеников от занятий да небольшим застольем для преподавателей и покровителей. Местный Университет был одним из самых больших в мире, вдобавок к нему примыкала школа для магически одарённых детей, так что здесь всегда праздновали более масштабно. Но всё же десять лет назад решение ректора открыть на время праздника ворота для горожан было весьма новаторским. Хоть простых гостей и не пускали дальше нижнего двора и пары специально выделенных помещений, их приходило огромное количество. А со временем, мероприятие стало таким известным, что на него приезжали и из других городов.       В общем, хоть стенд Ника и Морны был далеко не самым популярным, они развлекали гостей почти без перерывов. Лайнел увязался вместе с Ником. Он не слишком хорошо разбирался в предмете, но к третьему повтору вопросов, освоился и включился в процесс, дополняя его небольшими магическими сценками. Это была типичная эльфийская магия, и Морна сначала злилась, когда дети вокруг кричали, что хотят научиться так же. Но Лайнел как-то легко разбирался с этим и перенаправлял детский энтузиазм в какую-нибудь другую сторону. Так что гномиха успокоилась и даже выглядела довольной.       Ник, конечно, отвлекался, чтобы полюбоваться Лайнелом, но всё же следил за окружающими. Дети всегда норовят пролезть в недоступные места, а если среди совсем маленьких попадётся одарённый, никто, даже он сам, не знает, что может натворить.       Ник просто заметил рядом что-то летящее. Палочка, камень, пробка от бутылки, голова от куклы — чего тут только не летало. Он даже не смотрел, просто шевельнул пальцами и поймал предмет в магическую петлю. И только потом увидел, что это дротик из барнила. Он про такие только читал. Нику показалось, что метнула его женщина-северянка, но в толпе такое было сложно отследить, а она быстро ушла.       К счастью, других покушений на Лайнела в этот день не было.