Дело №3: Убийца-маг. Глава 6. Заблуждение
1 ноября 2025 г., 11:26
Следующий час был посвящён подробному анализу: Чжао Чжэнь с академической скрупулёзностью изложил создание и развитие проклятия, раскрывая его историческую трансформацию и ключевые характеристики.
Трое собеседников — люди исключительные, каждый в своей сфере — неожиданно обнаружили точки соприкосновения. Диалог, начавшийся с настороженности, постепенно наполнился живым обменом мнениями и даже ироничными репликами. Даже Бао Чжэн, до этого хранивший молчание, включился в беседу. Прежняя напряжённость окончательно растаяла, уступив место профессиональному взаимопониманию.
Достигнув договорённости о визите Чжао Чжэня в S.C.I. на следующий день, полицейские собрались уходить. Однако возникла непредвиденная сложность: пришедших было четверо, а покидали виллу лишь трое.
В момент прощания Лиссабон, могучий африканский лев, нежно и неумолимо вцепился зубами в полу пиджака Бай Чи. Будь на его месте кошка — её бы отнесли в сторону. Окажись это собакой — ее бы просто отогнали. Но против воли двухсоткилограммового льва даже у Бао Чжэна не нашлось аргументов.
Мудрость подсказала компромиссное решение: Бай Чи останется ночевать в особняке, чтобы утром прибыть в участок вместе с Чжао Чжэнем.
Когда дворецкий проводил гостей, в гостиной воцарилась красноречивая пауза. Двое мужчин и лев замерли в треугольнике взаимного недоумения.
— Так тебя зовут Бай Чи… — наконец произнёс Чжао Чжэнь, будто впервые осознавая этот факт.
— Да, — закатил глаза собеседник. — Хотя в детстве ты называл меня или «эй» или «мелкий».
— Кхм… — Чжао Чжэнь сдавленно кашлянул, мысленно отметив его цепкую память. Бай Чи метнулся взглядом к выходу, но Лиссабон, уютно устроившись у его ног, всем видом показывал, что не намерен отпускать своего гостя. Противостояние было в разгаре, когда в дверях вновь появился дворецкий:
— Господин Бай, для вас подготовили комнату — ту самую, где обычно отдыхает Лиссабон.
— Что? — одновременно спросили мужчины.
Старый слуга сдержанно улыбнулся:
— Поскольку лев привык спать в покоях молодого господина… логично предположить, что и его гостю следует расположиться там же.
Чжао Чжэнь внезапно осознал, что эта ситуация может стать тем самым мостом, что поможет восстановить разрушенные когда-то отношения с Бай Чи. Сделав шаг вперёд, он дружелюбно обнял того за плечи, стараясь звучать как можно более непринуждённо:
— Так уж получилось, что мы давно не виделись, и нам нужно о многом поговорить…
Бай Чи двумя пальцами, будто поднимая нечто малоприятное, ухватил его рукав, снял навязчивую руку со своего плеча и отбросил её прочь с выражением крайнего отвращения, после чего демонстративно отряхнул плечо, словно стряхивая пыль.
В воздухе повисла тягостная пауза. Лицо Чжао Чжэня застыло, а челюсти непроизвольно сжались… Проклятый мальчишка…
***
Чжань Чжао и Бай Юйтан, завершив продуктивный вечер, с чувством выполненного долга устроились на заднем сиденье машины Бао Чжэна. Оживлённая беседа постепенно стихла, и Бао Чжэн, мельком взглянув в зеркало, застал трогательную картину: Бай Юйтан с нежной улыбкой приложил палец к губам, указывая на уснувшего на его плече Чжань Чжао. Бай Юйтан понимал — эти дни дались Коту нелегко. Дело с убийством ребёнка глубоко задело его, ведь Чжань Чжао по натуре был учёным, а не закалённым офицером. Кровавые подробности преступления тяжело ранили его тонкую душевную организацию. Почти бессознательно Бай Юйтан протянул руку, чтобы поправить прядь волос на лице спящего. Его взгляд встретился в зеркале с Бао Чжэном — и в глазах капитана светилась неприкрытая нежность. Мужчина тихо улыбнулся про себя: «Когда эти дети успели…» У входа в участок Бай Юйтан уже собирался перенести Чжань Чжао в свою машину, но звонок Ван Чао всё изменил: — Капитан, с задержанной женщиной что-то не так! — В каком смысле? — нахмурился Бай Юйтан. — Кричит, требует вашего возвращения, говорит, иначе кто-то погибнет! — Кто-то умрёт? — Бай Юйтан не мог скрыть удивления. — Пойдём быстрее, — раздался рядом голос Чжань Чжао. Тот уже проснулся, растирая затекшую шею, и никто не заметил, когда это произошло. — Сейчас будем, — Бай Юйтан отключил звонок и коснулся его шеи. — Часто беспокоит в последнее время? — Иногда, — Чжань Чжао пожал плечами, а Бай Юйтан принялся осторожно разминать напряжённые мышцы, вызвав у того тихий облегчённый вздох. Их плечи невольно соприкоснулись, когда они шли к лифту — уставшие, но неразделимые. Едва они приблизились к камере, как из-за двери донёсся истеричный женский крик. Навстречу им вышел Ван Чао, с усталым видом потирающий висок: — Капитан! — Установили личность? — сразу перешёл к делу Бай Юйтан. — Только что получил данные, — Ван Чао протянул распечатку. — Кун Липин, 31 год, работает кассиром в местной внешнеторговой компании. Два года назад потеряла мужа в автокатастрофе, сейчас одна воспитывает ребёнка, которому ещё нет двух лет. Бай Юйтан пробежался глазами по документу: — Теперь понятно, почему она так отчаянно кричит. — Она говорила, что кто-то может умереть? — уточнил Чжань Чжао. — Да… — Ван Чао тяжело вздохнул. — Её ребёнок остался дома один. Если она не вернётся до утра, малыш может умереть от голода или холода. Бай Юйтан встретился взглядом с Чжань Чжао: — Кот, может, попробуем поговорить с ней сейчас? Тот на секунду задумался, затем кивнул: — Согласен. Другого выхода у нас нет. Ван Чао, вернувшись в камеру, проводил Кун Липин в допросную и чётко объяснил: сотрудничество со следствием — единственный способ быстрее вернуться домой. Услышав это, женщина мгновенно успокоилась и покорно устроилась в кресле, ожидая начала допроса. Чжань Чжао и Бай Юйтан не стали сразу входить, остановившись перед односторонним зеркалом. Под пристальным наблюдением оказалась женщина, чья внешность заметно контрастировала с заявленным возрастом: на вид ей можно было дать все сорок. Простые черты лица, грубоватая кожа, длинные волосы с лёгкой неопрятностью, полное отсутствие косметики. Недорогая одежда выглядела скромно, даже потрёпанно… Чжань Чжао внимательно анализировал каждую деталь: необычный блеск в глазах, тревожный взгляд… Пальцы ее правой руки бессознательно вращали кольцо на безымянном пальце левой… Лёгкая тень пробежала по его лицу. Бай Юйтан сразу уловил перемену в напарнике: — Кот, что-то не так? Чжань Чжао ненадолго задержал взгляд на женщине за стеклом: — Она лжёт. — В чём? — Бай Юйтан последовал за его взглядом. — Слишком уж театральное волнение… — Чжань Чжао не отводил глаз от Кун Липин. — Взгляд постоянно смещается в левый нижний угол — признак надумывания воображаемой ситуации. Одежда скромная, но аккуратная — выдаёт организованного человека. И главное… это тревога, но не материнская паника. Сейчас она вообще не думает о ребёнке. Бай Юйтан, выслушав доводы напарника, ещё несколько мгновений внимательно изучал Кун Липин через стекло. — Кот, ты хочешь сказать… она намеренно позволила себя задержать? Чжань Чжао с лёгкой ухмылкой провёл рукой по подбородку: — Вполне вероятно… Похоже, у неё есть что рассказать, но обратиться в полицию открыто она не может. — Тогда… — Бай Юйтан с оживлением потер ладони. — Как будем действовать? Взгляды их встретились, и в них вспыхнула одна и та же мысль: сыграть по её правилам! Приняв решение, они вошли в комнату для допросов. Едва они заняли свои места, как Кун Липин, не дожидаясь вопросов, тревожно заговорила: — Господа офицеры, можно, побыстрее? Я… мой ребёнок один дома… Он ещё совсем маленький… — Так-так… — Бай Юйтан сделал вид, что размышляет. — Мы можем вызвать соцслужбу, чтобы присмотрели за ним. — Нет-нет! — женщина испуганно замахала руками. — Он у меня очень пугливый… Проснётся без меня — будет плакать до бесконечности… Напарники обменялись многозначительными взглядами. Чжань Чжао едва заметно приподнял бровь: «Ну что?» Бай Юйтан ответил лёгким кивком: «Всё ясно». Четыре часа в участке, а мать отказывается от помощи соцработников? Либо ей плевать на ребёнка, либо она твёрдо знает, что с ним всё в порядке. — Что ж, начнём, — Бай Юйтан откинулся на спинку стула. — Итак, вчера вечером в детском саду были вы? — Да… — кивнула Кун Липин, сжимая пальцы. — Это была я. — Что привело вас на место преступления? — мягко спросил Чжань Чжао. — Я… хотела сжечь ритуальные деньги для усопших, — проговорила женщина, избегая встретиться взглядом. — Но вы сжигали не деньги, а защитные талисманы, — поправил её Чжань Чжао с лёгкой улыбкой. — Похоже, вы проводили обряд… Или считаете, что преступление совершено не человеком? Кун Липин вздрогнула, пальцы судорожно сцепились на столе. — Да… я знаю, что это призрак… — Чей призрак? — вступил в разговор Бай Юйтан. — Сюй Цзяли? — Откуда… откуда вы знаете? — женщина побледнела. Чжань Чжао склонился вперёд, положив подбородок на сложенные руки: — Расскажите, как погибла Сюй Цзяли. — Её… убили… — прошептала Кун Липин. — Кто? — Я не знаю. Бай Юйтан медленно достал папку с документами: — В молодости вы вместе с Сюй Цзяли посещали танцевальную школу. Её тело нашли в раздевалке… Вам известно что-то об этом? Глубокий вздох Кун Липин прозвучал как признание поражения. — Цзяли… погибла не от рук серийного убийцы. — Тогда от чьих? — Не знаю… Когда мы вошли, она уже была мертва, — женщина безнадёжно покачала головой. — Мы просто… инсценировали обстановку убийства. Чжань Чжао и Бай Юйтан обменялись красноречивыми взглядами, прежде чем обратиться к Кун Липин: — Значит, магический круг нарисовали вы? Зачем понадобилось помогать убийце инсценировать обряд? — Мы… — женщина в смятении запустила пальцы в волосы. — Просто хотели повеселиться… А Цзяли всегда нас игнорировала. Мы решили проучить её… Бай Юйтан бросил на напарника многозначительный взгляд: «Неужели она всерьёз надеется, что мы поверим в этот бред?» Чжань Чжао едва заметно кивнул, давая знак развить эту версию. — То есть вы считаете, что Сюй Цзяли вернулась в виде призрака, чтобы отомстить? — Видите ли… — Кун Липин замялась. — Чжан Чжэньчжэнь, которая недавно погибла… тоже была с нами тогда. Чжань Чжао протянул ей чистый лист бумаги: — Напишите имена всех, кто участвовал в той инсценировке. Дрожащая рука вывела несколько имён. Бай Юйтан, забрав список, коротко бросил: — Можете идти. — …Что? — Кун Липин замерла в ошеломлении, не веря своим ушам. — Вы свободны, — повторил Чжань Чжао. — Или хотите что-то добавить? — Нет… ничего, — женщина поспешно поднялась и направилась к выходу, но на пороге заколебалась. — Господа офицеры… У Цзяли есть младшая сестра. Вы знали? — Сестра? — Бай Юйтан насторожился. — Да… Они были сиротами, их усыновили разные семьи, — прошептала Кун Липин, уже стоя в дверях. — Но сёстры были очень близки… — А как зовут её сестру? — не отрываясь от бумаг, спросил Бай Юйтан. — Не… не знаю. Я её не видела, — залепетала Кун Липин. — Просто слышала, как Сюй Цзяли часто о ней вспоминала… — И, не закончив фразу, она поспешно ретировалась. Бай Юйтан перевёл взгляд на Чжань Чжао. — Ну что, Кот? По-моему, она только что рассказала нам куда больше, чем произошло на самом деле с Сюй Цзяли. — Мало того, — усмехнулся Чжань Чжао. — Она любезно напомнила, что у той есть младшая сестра. Настоящее открытие. Бай Юйтан тут же набрал номер. — Ван Чао, установи наружное наблюдение за Кун Липин. — Понял. — Короткий ответ, и Ван Чао бросился вслед за женщиной. Едва Бай Юйтан положил трубку, как заметил, что Чжань Чжао странно побледнел. — Кот, с тобой всё в порядке? — А? Да ничего… — Чжань Чжао попытался отшутиться, но вышла кривая улыбка. — Живот прихватило. Кстати, какие имена она написала? Возможно, это список следующих жертв. Бай Юйтан с беспокойством посмотрел на него. — Тебе точно нормально? Может, в больницу? — Да чего ты так переживаешь, как в первый раз? — Чжань Чжао выхватил листок из его рук и пробежался глазами по списку. — Чжан Чжэньчжэнь, Шэнь Лин, Ань Цинъяо, Ли Сюй… — Что?! — Бай Юйтан, будто ошпаренный, вырвал бумагу обратно и впился в неё взглядом. — В чём дело? — удивился Чжань Чжао. — Эта Ли Сюй… — Бай Юйтан ткнул пальцем в имя. — Здесь что-то не так.
Примечания:
спидраню как могу... а мне еще свою историю писать...
