Игры Бога.

Леон слышал неожиданное. –Тебе, что-то нужно? –Ты чего-нибудь хочешь? –Давай ты сегодня не куда не пойдёшь! –Лежи я сам приготовлю! Джека как подменили. Почти за неделю он не разу не услышал не одного приказа, подкола, грязной шуточки или чего подобного. Того, что Джек говорил обычно. И Джек был предельно осторожным. Будто весь их дом это минное поле, а Леон самая опасная зона. Он осторожно его обнимал. Ходил крайне тихо будто его здесь и нет. И у них прекратились ножевые бои. Джек просто отказывает ему в этом. А когда Леон просто вынимает нож и готов к бою то он сражается. Но даже не в пол силы. Он не нападает, а уходит в глухую защиту. Словно просто позволяет Леону выплеснуть на себе все эмоции. И эта ситуация касается ещё и тренировок. Джек пытается его отстранить. Один раз даже сам поднялся с утра пораньше тихо вышел за дверь и запер. Леон разбил окно. Он не хочет оставаться один. Также как и они оба не хотят показывать свои отношения отряду. И поэтому когда Леон подходит к построению то слышит. –Майор Краузер, а где Леон? Лукас осматривается и задаётся вопросом, а куда его друг вообще подевался. –Леону стало плохо! И в этот момент Кеннеди выходит на сцену. –Мне уже лучше майор! Он улыбается и делает вид, что всё хорошо. А Джек. Он опять ведёт себя странно. Леон видит лёгкий испуг. Вечером Джек сам чинит окно и ничего не говорит Леону по этому поводу. И это странно. Зная майора он должен был за такое надовать ему по шее и заставить ремонтировать окно. Сам сломал сам и чини. И у них больше не происходит соития. Да лёжа в постели они обнимаются и иногда обмениваются поцелуями, но это предел. А потом происходит то чего им обещали. Новый уровень так сказать. Их всех вывозят далеко за посёлок в лес. Леон ощущает некое успокоение и даже свободу на природе. И похоже не он один. Многие улыбаются, расслабляються и довольно подтягиваются выходя из машины. Но они в полном обмундировании. Значит много времени им на покой и гармонию не дано. Им всем раздают металические палки с ошейниками на концах которые ещё можно укоротить с помощью кнопки. Такими обычно отлавливают бродячих собак. Открывается грузовик который ехал за ними и там. Клетки с собаками. Явно дикими собаками. Звери мечаться по клетка громко лая, пуская слюни и смотря на всех побледневшими глазами. Но они не заражённые просто дикие. –Ваша задача поймать всех собак и вернуть в клетки! На всё про всё у вас шесть часов! Джек заканчивает говорить со всеми и подходит к Леону. –Ты можешь уйти! Он берётся за средство отлова собираясь его забрать. Леон сжимает рукоятку сильнее. Джек хмурит брови отпустив орудие. Но добавляет. –Ты всё равно не поедишь! Он возвращается к клеткам и одним щелчком открывает все за раз. Собаки по выпрыгивали наружу. Большинство сразу же разбежалось, а некоторые начали кидаться на людей. Вот последних они поймали быстрее всего. А дальше было сложнее. Идя по лесу и прислушиваясь на наличие дикого животного Леон невольно вспомнил, что это не простая местность. По большей части территории стоит забор от любопытных которые захотят посмотреть на шахты и брошенную там технику. Он довольно длинный и высокий. Собаке через него точно не перелезть. Совсем рядом каменный лабиринт, а вокруг него всё в болотах, реках, прудах и ручейках некоторые из которых слышно даже здесь. Леон сомневается, что такая местность была выбрана просто так. Из раздумий его выводит визг. Собачий визг. Когда он приходит на место то видит увядшую в болоте собаку. Та бултыхается, скребет лапами и пытается выжить. Просто спастись. Леон невольно задался вопросом, а, что с собаками будет потом когда они их отловят. Это просто тренировка им не сказано было убить их только отловить и вернуть в клетки. Почему-то его терзают сомнения, что бедолаг будут лечить от их болезни. Он надевает поводок и стягивает, чтобы собака его не сняла когда окажется на суше и подтянув к себе вытягивает бедняжку на берег. Та перестаёт визжать и послушно стоит рядом не пытаясь убежать или снять ошейник. Леон даже решает её погладить и видит то как та приложив ушки к голове вяло начинает велять хвостом. И она также спокойно идёт рядом когда он отводит её к машине. Большинство клеток до сих пор пусты. Похоже он один из первых. Джек на это ничего не говорит только опускает глаза. Будто его успех не входит в планы. После лишь одной послушной дела пошли не так гладко. Остальные собаки не были измучены выживанием и борьбой за свою шкуру с местной природой и поэтому боролись на полную со своими преследователями. И Леон их понимал. Он до сих пор прекрасно помнит это ощущение. Тебя держат взаперти неизвестно где и неизвестно зачем. После отпускают буквально на пару секунд и снова пытаются поймать и ты готов сделать всё, рвать глотки и бежать со скоростью света не смотря на измождение и усталость. Лишь бы спастись. А эти собаки выглядят очень уставшими. Все клетки были заполнены даже меньше чем за шесть часов. Джек вроде как их хвалит. Но Леон не слушает. Он смотрит на собак, что начали странно себя вести. Они перестали кидаться и рвать. Их глаза снова приобретают обычный пигмент. И его первая пойманная собака всё такая же спокойная. И жалостливая. Она смотрит на всех большими светло голубыми жалостливыми глазами. Им словно, что-то вкололи, а сейчас действие препарата проходит и собаки приходят в себя. Джек велел достать оружие. Они достали и направили стволы на животных. Собаки снова забились в клетках словно чувствуя свою скорую погибель. Джек махнул рукой и раздались выстрелы. Очень быстро. У всех очень быстро. А у него будто руки онемели. Ствол направлен прямо в голову жалостливой собачки, чтобы быстро не мучалась. А она тихо лежит. Не бежит. Не скулит. Джек подходит ближе и взяв автомат в руки выстреливает сам. Собака успела лишь один раз визгнуть. Дома они не разговаривают. Точнее Джек то пытается с ним поговорить, а вот он молчит. –Я ведь говорил тебе уходи! Джек обнимает его сзади и кладёт подбородок ему на плечо. –Собаки были чём-то накачаны! Джек вздохнул. –Я знал, что ты заметишь и поэтому говорил уходи! Леон отвлекается от нарезания моркови. –Куда вы собираетесь ехать? Джек молчит. Утыкается ему в шею вздыхает и молчит. Молчит долгие несколько минут. –Ты туда всё равно не поедишь! Леон кидает нож на стол и вы вернувшись уходит к двери. За ним не идут не пытаются остановить или ещё, что-то. Его просто отпускают. Леон выходит из дома, а после и за ворота. Идёт куда глаза глядят. Сразу два отряда куда-то едут, а он один остаётся. Куда они едут? Зачем? Почему именно он остаётся? Он уходит с дороги на тропинку в лес. Обычно ему это помогает. Просто пройтись в ночи в одиночестве. Среди природы. Будто, что-то истинное и настоящее видит тебя. И оно готово тебя выслушать и помочь. Сейчас всё кажется правильным. Наконец-то он чувствует, что всё правильно. Леон останавливается на тропинке и обнимает себя за плечи. Он ведь даже не оделся просто выбежал в одной футболке. Нос дёргается от внезапного прикосновения. Мотылёк? Леон распахнул глаза совершенно им не веря. Белый мотылёк. Как во снах. Леон улыбается. –Может ты меня ещё и проводишь туда куда мне надо! И он взлетает. Летит на ветку и ждёт. Выбора всё равно особого нет. Леон идёт за летающим насекомым. И оно уводит его с тропы куда-то в глубь леса. Становится всё холоднее и темней. Внутри от этого всё сворачивается в клубок накаленых нервов. А где-то ещё глубже обсалютное спокойствие. Будто так и надо. А потом его охватывает восторг. Мотылёк приводит его к прекрасным видам этого леса. Небольшой водопад меньше чем два метра, поляны со светлячками, огромные и широченные деревья. И чистое ночное небо. Леон долго смотрит вверх задрав голову. Там Косеапе, там медведица, рядом малая, вот здесь пояс Ореона . Он тычет пальцем в небо вспоминая созвездие. И даже забывает про холод. Через какое-то время он перестаёт мучить свою память и щёлкнув шеей идёт дальше. Мотылёк остановился ненадолго. Сам путь ещё не окончен. Он выходит на тропинку. Она слабо протоптана, но изредка по ней явно ходят. И свидетельство тому старый, самодельный мостик через ручей. Леон останавливается на мотике и смотрит в воду. Она тёмная, но чистая. Сперва может показаться, что ручей слабый и тихий. Но он видит, что там нет дна. Он очень глубокий и возможно там немного глубже течение как раз дикое и смертоносное. Мотылёк исчез из поля зрения зато он теперь точно знает, что надо идти по тропе. И уже она выводит его к горе. К горе с вырезанным в ней храмом. Леон осмотрел место и всё было на месте. Монументы на старой каменной плите, ступени, старая архитектура. Всё точно также. И только мотылёк на одном из монументов. –И зачем ты меня сюда привёл? Какая-то его часть прекрасно понимает, что сейчас он выглядит максимально глупо. Но, что может быть глупее того, что его сюда привело насекомое? Мотылёк улетает к дверям. Леон вздыхает и снова идёт за ним уже волоча ноги. Двери поддались легко. Внутри было темно, тихо и на удивление тепло. Первое, что бросилось в глаза это скамейки. Прямо как в церквях. Идеальными рядами стоят скамейки. И перед ними в конце зала возвышается статуя. Женщина полностью облаченая в плащь скрывая своё тело и лицо стоит подняв руку на уровне груди. На руке браслет в виде брелка там висит мотылёк. Леон вспоминает песню которую очень давно напивал отец и там была фраза. Мотылёк пригвозден к руке божества! Способность понять суть вещей не всем дана! Леон сидит в храме на первой скамье иногда напевая эту песню. Мама её не очень любила, а папа иногда использовал даже как альтернативу колыбели. Рядом подсели. –Это кто тебе такую жуть напевал перед сном? Леон ухмыльнулся. Джек знает его как облупленного. И он всё же пошёл за ним. На плечи упала куртка. И приобняв за плечи его заставили подняться и пойти к выходу. Домой они вернулись вместе в обнимку. Будто не было этого энцидента. Ибо сорой это назвать было сложно. Словно они просто вышли вместе на вечернюю прогулку. Этой ночью кошмаров нет. Как и снов в принципе. Леон просто спит как бревно. К счастью в сексе это не так. Так говорит сам Джек. А просыпается он от щелчков над головой. Сонное сознание ещё не до конца поняло, что вообще происходит. Первое, что он видит это Джек. А потом раздаётся последний щелчок. Леон полностью просыпается и обнаруживает, что майор приковал его к постели с помощью наручников. Джек полностью одет даже берет на месте за окном только только начинало светать. Значит это не игра. Леон завертелся в попытке лучше оценить своё положение. Джек на это лишь улыбнулся. Это был не оскал не издёвка, а простая улыбка. –Ты должен понять это для твоего же благо! Его лицо взяли в руки тем самым прекратив вертляние. И поцеловали в губы. Это был не властный и страстный поцелуй которого обычно можно ожидать от майора, а простое и нежное касание губ. Джек какое-то время просто целует его, мнёт его губы и иногда касается языком зубов. Эта необычная нежность по которой он так соскучился выбивает землю из под ног и застовляет забыть обо всём. Ровно до тех пор пока поцелуй не был прерван. Джек прекращает эти игры и щёлкнув Леона по носу ушёл оставив того в полном одиночестве и растерянности. Леон вспоминает как можно избавиться от наручников. Этому обучали как в полицейской академии так и в армии и на чертовой службе у государства. Единственная проблема так это то, что все эти способы травмоопасны. Но когда это нас останавливало? Леон немного изгибает запястье и зажмурившись дёргает руку под нужным углом. На лицо полила кровь, а руку и в частности большой палец вспыхнули сильной болью. Палец не сломан, но надрыв сильный. Вторая рука почти не пострадала, но сильный порез тоже остался. Когда он наспех оделся и дёрнул дверь то та естественно оказалась заперта. На, что он вообще надеялся? Что Джек не станет перестраховаться и не запрëт дверь? Леон делает тоже, что и в первый раз. Разбивает окно. У ворот стоит большая бронированная машина почти без окон. И в неё уже заканчивали грузить клетки. Когда он подходит к месту погрузки Джек почти вздрагивает. Он явно не ожидал, что рекрут так быстро справиться. Ему выдают бронежилет, оружие и боеприпасы, а когда все рассаживаются то Джек тянет Леона за собой на переднее сиденье. Френк который обычно как раз таки ездил рядом с майором немного возмущён и даже пытается предъявить мол его место занимают. Джек его быстро осаждает и заставляет сесть к остальным. Пока они выезжали из посёлка Краузер гладил его по бедру и тихо нашептывал. –Тебе лучше уйти! –Леон когда подъедем к границе леса просто вылаз и иди домой! –Леон я не хочу, чтобы ты туда ехал! Если не хочешь почему просто не вытолкаешь, не дашь пару затрещин и не отругаешь? То, что ты делаешь обычно. Леон в какой то мере правда не понимает его поведение. У него есть лишь догадки. До того случая Джек не просто не был против его возвращения и участия, но и даже настаивал. А сейчас. Может после того случая он посчитал его неправильным, бракованным? Они уже выехали в лес. Ему в отличие от остальных которые заперты в броневике доступна такая роскошь как наблюдение местной флоры и фауны. Но его это не успокаивает. –Джек скажи ты изменил решение из-за того случая? Леон отвернулся от окна и увидел то быстро серые глаза сначала посмотрели на него, а после вернулись к дороге. Возможно он тоже пришёл к выводу, что это было похоже на выкидыш и посчитал, что Леон будет загоняться по полной. Да он чувствует себя намного хуже в эмоциональном плане, но не настолько же. –Не совсем! Этот тон. Майор явно хотел сказать больше, но почему то вышло только это. –Джек яснее! Леон даже зная чем чреват подобный тон повышает голос и добавляет требовательности. –Там будет то, что тебе не понравится! Я думал получиться тебя подогнать, но нам совсем не дали времени! Подогнать? Джек так выразился лишь один раз на военной базе. –Мне велели тебя подогнать! Это означало физическая подгонка и психологическая. Сделать его удобным для некоторых миссий и случаев. Джек притормозил и не глуша мотор снова завёл старую шарманку. –Леон это последний шанс! Уходи! Тон холодный, но это не приказ. Будто Джек по каким-то неизвестным ему причинам не может уже даже повысить голоса. Леон покачал головой. Теперь у него прибавилось вопросов и он хотел узнать ответы. –Что это был за бум? На кого вы сейчас рабоете? Крис жив? И почему ты так себя ведешь? Джек немного задергался не ожидая целого шквала вопросов. Но вздохнув и снова запустив машину начал отвечать. –Нам надо было взорвать те шахты через которые ты выбрался! –Тоесть это до тебя не слухи дошли, а вы там уже работали? Джек кивнул. Леон не понял сразу, что он ощутил. Растерянность, разочарование, грусть? Возможно всё вместе. Джек неожиданно продолжил. –Я был в курсе твоих отношений с Редфилдом! Иногда подгонял ребят, чтобы они посмотрели, что там у вас и как и насколько я заметил всё шло не очень! Он ухмыльнулся, а тон к концу предложения явно стал весей. Ему это нравится, что Леон не с кем не может построить нормальных отношений кроме него. –Твой придурок жив! А работаю я всё на того же человека! Он немного посмеялся и будто бы поправил себя. –Вернее бога! Леон опустил голову. С одной стороны он наконец-то ощутил облегчение. Крис жив всё хорошо, но. Они и теперь он работают на Альберта Вескера. И тем временем в его голове отозвалось эхом. –Там будет то, что тебе не понравится! Если связать это с Амбрелой то скорее всего там будет какое-то заражение. А клетки и недавние подготовки это всё для ловли каких-то заражённых. Другого исхода событий он не видит. Но если там будет заражение значит там будут и люди. Простые смертные от которых решил избавиться сумасшедший учёный возомнивший себя богом. Лишь потому, что они для него бесполезны. Биомусор как он ещё любит выражаться. В голове всплывают образы горящих Ракун-сити, Нью-Йорка, Китая и тихие таящие в себе смертельные опасности деревни. На волосы упала широкая ладонь и немного погладила. Это особо не помогло. Сердце продолжает стучать в висках по полной, а жуткие кадры из прошлого сейчас как не когда выглядят настоящими. –Я сам решил, что нужно передохнуть от моих команд и воспитательных работ! В какой-то мере это помогло ты стал более послушным в простых вещах! Но во всём стал ещё более упертым! Ты получил ответы на все свои вопросы. И они не особо утешают. –Когда приедем можешь делать всё, что угодно! Эвакуируй людей, спасай случайных прохожих, мочи монстров или топай домой либо вообще останься на границе города и идти за нами! Джек слишком хорошо его знает. Это всё и вправду быстро понеслось в его голове. Но он вспоминает скольким вообще успел помочь. Почти не скольким. Марвину он не помог, Аннет тоже, Джей Ди, Луис и десятки других простых людей оказавшихся не в том месте не в то время которые остались позади. Которым он уже не когда не поможет. Он вспоминает то как пытался удержать полицейского в автобусе когда его утащили другие заражённые. Ему не удалось помочь тем людям которые помогли ему. И даже там в склепе вместе с Хеленой они запустили тварь, что пустила вирус и почти все выжившие погибли. Они все просто ждали эвакуации в безопасном месте пока они не припёрлись. Тех кому ты смог помочь Леон можно пересчитать по пальцам. Уже ближе к вечеру они добираются до границ города где должно произойти веселье. И Леон выходит на границе. На, что Джек одобрительно кивнул. Машина уехала вперёд обдав его выхлопными газами. Одного человека он всё же может спасти. Это Бруклин. Там раньше он сам жил. И в нескольких километрах от города живёт Крис. Правда сейчас он не знает. А ещё там живёт Ингрид. Леон не без труда вспоминает номер бывшего кампаньена. Даже если Ханниган была на другом конце света она всегда была рядом. На том конце короткие гудки и Леон уже начинает предпологать, что к ней приставили другого агента и она сейчас занята по самый не хочу прорабатывая маршруты и собирая тонны ненужной информации. –Алло слушаю! Сердце на удивление дрогнуло. Этот голос за столько лет стал таким родным и услышать его через несколько месяцев было приступно приятно. –Алло Хани это Леон мне нужно с тобой поговорить! Хани. Он почему-то всегда называл её так. Там повисло молчание. Он понял, что она просто собирается с силами. Мало ли какие слухи расползлись после возвращения Криса. –Слушаю, что случилось? А дамочка не теряет своего професианализма. –Хани уезжай из города немедленно! Хватай всех кого знаешь и бегите! Я не знаю точно, но сегодня там будет жарко! Бруклин этой ночью будет самой яркой точкой на планете! Так, что беги! Леон постарался держаться, но дрожь в голосе в конце концов не удалось унять. И из ровного тона его голос превратился в какой-то скулёж с мольбами о помощи. –Я поняла! Спасибо Леон! Она улыбнулась. Он уверен Ингрид улыбнулась. Слишком долго они с ней общались не видя лиц, что уже прекрасно осознают эмоции только по голосу. И она благодарна. Правда благодарна. Через пару часов когда начинает смеркаться Леон видит в дали пару подьезжающих к границе машин. Те несутся будто спасаясь. Леон быстро прячется за баррикадой, но успевает в окне авто рассмотреть смуглую дамочку в очках с кудрявыми волосами. –Ингрид ты умничка! Сейчас она спасает себя и своих близких. Она как не кто другой знает как обычно поступают с выжившими. И их родственникам, а также друзьями и знакомыми. А потом когда они уедут достаточно далеко и близкие по прячутся она позвонит чуть ли не самому президенту и поднимет шумиху. Возможно кого-то даже успеют спасти. А может и нет. Да него доносится первый крик Город так далеко, что такой вопль мог быть вызван только истинным ужасом. Ужасом перед смертью.