Молния в ночи

Следующие два дня пролетели незаметно — всё было так же, как и раньше. Утро начиналось с того же: проснуться, быстро привести себя в порядок, переодеться в форму и отправиться на тренировку. Иногда казалось, будто я хожу по кругу — каждый день, как копия предыдущего. Тренировки шли одна за другой. Сначала физическая подготовка, затем работа с клинками. Леви, как всегда, молчалив и сосредоточен. Он редко что-то комментировал, но, когда делал это — слова врезались в память. Я старалась не отставать, делала всё, что могла, и даже больше. Иногда он просто кивал — и этого было достаточно, чтобы понять: я на правильном пути. После тренировок я возвращалась в корпус, пила чай и старалась побыть одна. Встречи с остальными участниками отряда случались, но я по-прежнему держалась в стороне, не стремясь к разговорам. Петра иногда кивала мне с лёгкой улыбкой, Эрд просто махал рукой. Остальные чаще просто проходили мимо. И мне было так комфортнее. Иногда по вечерам я выходила на улицу. Смотреть на звёзды стало почти привычкой. Это напоминало мне о покое, который я испытывала раньше… если такое вообще было.

***

— Собери все свои вещи, и ничего не забудь, — сказал Леви. Его голос был, как обычно, спокойным, но немного тише, чем обычно. Мы пили чай, как в тот вечер, только на этот раз — на прощание, что ли. Завтра утром я уезжаю. Я кивнула. Вещи уже были собраны с вечера — я не люблю делать всё в последний момент. — Ты неплохо работала, — после короткой паузы добавил он. — Я не думал, что ты так хорошо справишься. Я чуть приподняла взгляд и снова опустила его. Эти слова что-то задели внутри. Может, потому что я редко слышала похвалу. А может, потому что это сказал он. — Спасибо, капитан, — тихо сказала я, крепче сжав чашку. — Я старалась. Он не ответил сразу. Просто посмотрел куда-то в сторону, как будто обдумывал что-то. — Не теряй фокус. Где бы ты ни была — работай так же. — Я кивнула ещё раз. Было странное чувство… чего-то тёплого, но одновременно и тяжёлого. Я не знала, когда мы увидимся снова. Или… увидимся ли вообще. Тишина между нами уже не была напряжённой. Наоборот, она казалась понятной.

***

Утро, я уже стояла возле повозки, запряжённой двумя лошадьми. Вещи были уложены, и всё выглядело готовым к дороге. Напротив меня стояли Эрвин, Ханджи и Леви. За их спинами темнел вход в корпус разведки. Было прохладно, и воздух будто бы давил чем-то важным. — Прости, что не смог присутствовать на твоих тренировках, — первым заговорил Эрвин, — но Леви обо всём мне докладывал. Надеюсь, когда ты выступишь в разведку, у нас будет время поработать вместе. Он говорил спокойно, с лёгкой, почти незаметной улыбкой. Я кивнула. — Ох, Юна, — Ханджи внезапно сделала шаг вперёд и обхватила меня за плечи, — надеюсь, ты присоединишься к нам как можно скорее. Буду давить на Эрвина, чтобы быстрее разобрался с бумажками. А когда вернёшься… — она сделала паузу, а потом её лицо вдруг озарила знакомая хищная ухмылка. — Жалеть я тебя точно не буду. Оторвёмся по полной! Я немного поджала губы и приподняла брови, не зная, как на это отреагировать. Было немного страшно, но и… по-своему приятно. Даже в этом безумии Ханджи было что-то тёплое. Леви стоял молча. Его взгляд был, как всегда, проницательным, но спокойным. Он не произнёс ни слова, но я знала — он сказал уже всё, что хотел, ещё вчера. Я посмотрела на них всех ещё раз. Эта неделя, хоть и была тяжёлая, но стала для меня чем-то важным. Я отвела взгляд, подошла к повозке и забралась внутрь. Лошади двинулись. Я всё ещё видела их — стоящих втроём у входа. Не махала рукой, не оборачивалась, просто смотрела. Пока не скрыло поворот. В этот раз я ехала одна. Ну, как одна — рядом сидел один из солдат, скорее всего, чтобы проконтролировать, всё ли в порядке. Он почти не разговаривал, и меня это устраивало. Мы молчали, слышен был только скрип повозки и редкий стук копыт по камням. Я облокотилась на край повозки, глядя в сторону. Дорога тянулась далеко вперёд, и пейзаж казался одинаковым. Воздух был свежим, чуть прохладным. Было утро, но казалось, что день уже идёт давно. Я уезжаю. Эта мысль вертелась в голове, звучала просто, но тяжело. Здесь было сложно, но как-то… спокойно. Я знала, что от меня ждут, что можно, а что нет. Всё было строго, но честно. А что будет там — не знаю. Я немного прижала плечо к стенке повозки, словно пытаясь почувствовать хоть что-то знакомое. А вдруг я не справлюсь? Эта мысль мелькнула и исчезла. Не впервые. Я ведь и раньше не справлялась, но продолжала. Разве это не значит, что могу? Перед глазами возник образ Леви, стоящего с чашкой чая, говорящего своим спокойным голосом: «Ты неплохо работала.» Я не ответила тогда, но запомнила. Почему-то это было важно. А Ханджи… Я чуть улыбнулась краем губ. Она странная, но… настоящая. Рядом с ней трудно не чувствовать себя живым. И страшно. Я провела пальцем по деревянному борту повозки. Всё возвращается на круги своя — снова дорога, снова ожидание, снова неизвестность. Только в этот раз — с другим багажом. Не только с вещами, но и с людьми, которые остались где-то позади. Повозка остановилась, слегка покачнувшись. Я приоткрыла дверь и вышла, глубоко вдохнув прохладный утренний воздух. Передо мной стоял инструктор. Он, как всегда, держался ровно, но в его взгляде читалось искреннее любопытство. Я немного улыбнулась и направилась к нему. — Здравствуйте, — кивнула я. Он ответил таким же коротким кивком. — Рад видеть тебя снова, Юна. Ну что, рассказывай, как всё прошло? Понравилось? — Всё хорошо, — тихо сказала я, опуская взгляд. — Что-нибудь новое для себя поняла? Тяжело было? Он говорил просто, но внимательно всматривался в лицо, словно хотел считать с него ответы раньше, чем я их произнесу. Я чуть пожала плечами. — Было по-разному. Но… мне понравилось. Сзади подошёл солдат, который сопровождал меня. Они с инструктором обменялись парой фраз — коротко, как и полагается военным. После этого инструктор снова повернулся ко мне. — Пойдём, расскажешь по дороге. Мы двинулись в сторону территории корпуса. С каждым шагом вокруг становилось всё более знакомо: те же строения, аккуратно выложенные дорожки, кадеты, спешащие по своим делам. Казалось, будто я просто уехала на день-другой, и всё осталось точно таким, как и было. — Как тебе капитан Леви? Он ведь непростой, да? — спросил инструктор, кидая на меня внимательный взгляд. Я слегка кивнула. — Да. Но с ним понятно, что к чему. Он… справедливый. — Это точно, — усмехнулся он. — У него глаз — как у хищника. Пропустишь шаг — заметит. Но если уж он тебя хвалит, значит действительно видит в тебе потенциал. Я чуть отвела взгляд в сторону, почувствовав лёгкое тепло внутри. Мы подошли ближе к зданию. Впереди виднелась группа знакомых кадетов, кто-то уже заметил меня. Территория снова стала моей — привычной, родной. Но теперь она воспринималась как-то иначе. Я пошла к своей казарме, чтобы занести вещи. Дорога казалась странно знакомой, словно я никогда и не уезжала. Всё было таким же — здание, тишина коридоров, приглушённый шум с улицы. Только внутри было немного иначе. Зайдя в комнату, я заметила, что она почти пуста. Лишь одна фигура сидела на кровати у стены. Это была Энни. Она, как всегда, выглядела спокойно и отстранённо, будто пребывала в своих мыслях. — Привет, чего тут сидишь? — поздоровалась я, поставив сумку возле своей койки. Подошла ближе и села рядом с ней. — Да так, — коротко ответила Энни, не поворачивая головы. — Слышала, ты поехала в разведку. Как там? — Довольно интересно, — я посмотрела в сторону окна, — но думаю, со временем станет как здесь. Обыденным. Энни слегка кивнула. — Там, наверное, совсем по-другому? Или всё равно одно и то же — строи, тренировки, приказы? — Почти то же самое. Только ощущение, будто за тобой наблюдают. Всё время. Она коротко усмехнулась. — Звучит знакомо. Мы немного посидели в тишине. В коридоре кто-то прошёл мимо, двери скрипнули. Было спокойно, даже слишком. — А вы чем тут занимались, пока меня не было? — спросила я, чтобы прервать молчание. — Всё то же. Тренировки, задания, выговоры. — Она сделала паузу. — Ничего не меняется. Только людей становится меньше. Я слегка опустила взгляд. — Понятно. Я встала и подошла к своему шкафу, наклонилась, немного порывшись среди аккуратно сложенных вещей. — Будешь пирожное? — спросила я, открывая пакет. Внутри лежало пирожное, аккуратно завёрнутое в бумагу. Его привезли мне родители, когда приезжали повидаться. Пирожное выглядело чуть приплюснутым от дороги, но всё ещё приятно пахло. Я вернулась к Энни, села рядом, развернула обёртку и аккуратно разломила его пополам, одну часть протянула ей. Энни посмотрела на него с лёгким прищуром, как будто оценивая что-то важное. — Ммм... пирожное из Сины... — сдержанно произнесла она, взяла кусок и надкусила. Я немного закатила глаза и усмехнулась, взяла свою половинку и тоже начала есть. Оно было чуть сухим, но сладким и насыщенным, с тонкой карамельной корочкой сверху. Внутри прятался мягкий сливочный крем с лёгким ванильным ароматом, он немного вытекал сбоку, и я быстро провела пальцем по краю, чтобы не испачкаться. Тесто напоминало бисквит — пористое и рассыпчатое, с лёгкой горчинкой, будто в нём был добавлен орех. Крем придавал ему нужную сочность, и с каждым кусочком вкус раскрывался чуть сильнее. — Удивительно, что оно вообще дожило до моего приезда, — сказала я, проглотив кусочек и отряхнув крошки с пальцев. — Ты бы знала, что у нас тут за обеды бывают, — буркнула Энни, доедая свой кусок. — Это… слишком роскошно. Я не ответила, только посмотрела на неё и снова отвела взгляд в окно. Снаружи кто-то смеялся — казарма оживала. Мне стало немного теплее от этого тихого, непринуждённого момента. Доев пирожное и перекинувшись с Энни ещё парой фраз о повседневных мелочах, я вытерла руки о платок и встала с кровати. — Пойду я искать остальных, похоже, у меня сегодня работы нет, — сказала я, поправляя ворот рубашки. Энни кивнула, не особо выражая эмоций, как обычно. — Удачи. Только не попадайся Марко, он опять будет читать мораль о дисциплине. — Постараюсь, — усмехнулась я и направилась к двери, закидывая куртку на плечо. Выйдя из казармы, я вдохнула прохладный воздух. День был свежий, с лёгким ветром. Территория корпуса была оживлённой — кто-то носил ящики, кто-то сидел в кружке у стены, а кто-то просто проходил мимо. "Интересно, где сейчас находятся мои ребята…" — подумала я, направляясь в сторону тренировочной площадки, всё так же привычно обводя взглядом каждую мелочь, каждый знакомый угол. Я неторопливо шла по территории корпуса, наблюдая за кадетами. Некоторые упражнялись с деревянными мечами, кто-то таскал мешки с песком, а кто-то просто бездельничал, прячась от инструкторов. Всё выглядело так же, как и прежде. "Как будто ничего и не менялось. Только я — будто на шаг дальше от всех". Я прошла мимо тренировочной площадки, взгляд зацепился за мишени с вмятинами от ударов и стрельбы. "Те же лица, те же движения, те же разговоры… Может, я просто слишком устала от повторяющегося?" — я слегка прищурилась, прикрыв глаза от солнца. Слева кто-то громко рассмеялся. Я обернулась — неподалёку сидели Жан, Саша и Конни, облокотившись о деревянные ящики. Жан что-то с важным видом рассказывал, а Саша уже жевала яблоко. "Вот и они…" Я немного замедлила шаг. — Эй, Саша, у тебя всегда есть еда? — раздался голос Конни. — Нужно уметь находить возможности, — с набитым ртом ответила она. — Или просто красть из кладовки, — усмехнулся Жан. Я подошла чуть ближе, и Конни меня заметил. — О, Юна! — он махнул рукой. — Ты вернулась! Саша тут же обернулась. — Правда? С возвращением! Хочешь яблоко? Жан улыбнулся, немного смягчившись. — Как там у вас в разведке? Всё по-настоящему или ещё держат на поводке? Я слегка улыбнулась и кивнула. — Спасибо. Там по-разному. Но точно не хуже, чем здесь. Саша подвинулась, давая мне место. Я села рядом, чувствуя, как чуть отпустило напряжение. Я улыбнулась, мне было приятно находиться с ребятами. Как будто внутри что-то тёплое зажглось. "Я и правда улыбаюсь рядом с ними… по-настоящему? Почему каждый раз, когда я с ними, эта улыбка появляется сама собой?.." — Меня не было неделю, а такое чувство, будто прошла целая вечность, — проговорила я, качнув головой. — Ага, — кивнул Жан, — тут без тебя скучнее стало. Даже Саша меньше говорит. — Эй! — Саша нахмурилась, но тут же прыснула со смехом. — Со мной там такая ужасная история произошла, — я прикрыла лицо руками, вспоминая момент падения с лестницы. — Какая? — с интересом наклонился Конни. Я чуть отодвинула руки от лица, но улыбка всё ещё оставалась. — Потом… когда все соберутся вечером. Это точно заслуживает отдельного рассказа. — Заинтриговала, — протянул Жан, — ну ладно, вечером так вечером. Мы ещё немного посидели, перебрасываясь лёгкими репликами. Было удивительно просто дышать. Без напряжения, без тревоги — просто быть рядом с ними. — Где остальные? — спросила я, оглядываясь. — Не видела никого, кроме вас и Энни. — Большинство на тренировках, — ответила Саша. — Ну или "делают вид", что на тренировках. — Марко и Криста точно были на плацу, — добавил Конни. — А Бертольд с Райнером вроде куда-то тащили бочки… Наверное, поручение. — Ну а мы… отдыхаем морально, — с усмешкой сказал Жан, потянувшись. — Нам тоже нужен перерыв. Я кивнула и, опершись локтями о колени, тихо добавила: — Пожалуй, немного побуду с вами… потом всё равно придётся вливаться обратно в этот режим. — Добро пожаловать обратно, — сказал Жан. — Без тебя тут было как-то… слишком спокойно. — Ага, — кивнул Конни. — Надеюсь, теперь всё снова будет как раньше. Мы с ребятами пообщались ещё немного, я помогла им с заданиями — кто-то просил помочь с отчётами, кто-то не мог вспомнить порядок действий на учениях. Ближе к вечеру все стали постепенно освобождаться, появлялись знакомые лица. Кто-то сразу шёл в казарму, кто-то направлялся на кухню — а кто-то просто искал, с кем бы поболтать. К тому моменту, как солнце начало садиться, почти все уже собрались во дворе корпуса. Мы сели у одной из скамеек: кто на самой скамейке, кто рядом на земле. Разговоры лились один за другим. Конечно же, всем было интересно — как это, быть в разведке? — Ну и как там? — первым спросил Марко. — Сильно отличается от жизни здесь? Я слегка пожала плечами. — Не знаю… и да, и нет. С одной стороны — строже, с другой — как-то спокойнее. — Спокойнее?! — переспросил Конни. — Ну... внутри. Все как будто знают, что делают, и зачем. Там чувствуешь себя иначе. — А тренировки? Вас там гоняют так же, как нас? — с интересом добавила Криста. Я кивнула, улыбнувшись: — Местами даже строже. Особенно с Леви… И тут я вспомнила. — Вы бы только знали, как я опозорилась — я закрыла лицо руками и начала смеяться, от стыда, и от того, как это глупо выглядело. — Что случилось? — хором спросили несколько голосов. Я чуть приподнялась и села поудобнее, уже готовясь к рассказу: — Мы с ним потренировались, идём уже обратно, и он мне говорит — «зайди в мой кабинет и принеси журнал». Я пошла, взяла его. И когда я выходила на улицу… — я снова опустила голову к коленям и закрыла лицо руками — мне так стыдно, это так глупо! — говорила я чуть ли не плача. Кто-то из ребят посмеивался, кто-то смотрел с интересом. — Когда я вышла, я начала спускаться по ступенькам — я выпрямилась, но мой взгляд всё ещё был опущен… — я на секунду замолчала, — и… не заметила одну. И покатилась вниз… Конни и Саша тут же захохотали. — Хахахаха, вот это да! — сквозь смех говорил Конни. — Это как в том разе, когда ты сам с лестницы грохнулся! — добавила Саша, показывая на него пальцем. — Не сравнивай! У неё хотя бы повод был! — с усмешкой отмахнулся он. Мы все рассмеялись. И в этом моменте я поняла — я скучала по ним. По этим простым вечерам, по смеху, по разговорам без давления. Здесь, среди них, моя улыбка появлялась сама собой. — А почему тебя вообще в разведку хотят взять? — вдруг спросил Райнер, скрестив руки на груди. — Прошёл только год в кадетском корпусе, тебя уже туда тянут. Я посмотрела на него, немного подняла брови, а потом опустила взгляд. — Да так… может, потом расскажу как-нибудь. — ответила я тихо, пожав плечами. — Ты что, супергерой какой-то? — он ухмыльнулся, прищурившись. — Ну… можно и так сказать, — чуть улыбнулась я, с намёком на шутку, но и с каплей чего-то настоящего внутри.