Любимый наложник

Несмотря на сильный пустынный холод, сейчас было жарко. Воздух нагревался от ярко горящих факелов и огня из жаровен. По пустынным улицам города растекалась музыка, а на небольшой сцене выступали прекрасные танцовщицы вместе с искусными фокусниками, а так же с опытными заклинателями. Гости же распивали вино, веселились, заводя новые знакомства и деловые диалоги. Несмотря на то, что прошёл только час, как Лололошка вместе с Леди Окетрой прибыл сюда, он уже чувствует себя ужасно, измотано и некомфортно. Сейчас, в стенах одного из многочисленных поместий Фараона, в который ранее доступ ему был запрещён, он находится в окружении великих господ, но здесь он всего лишь абд, сопровождающий свою Госпожу. Все смотрели на него странно, брезгливо, всё же мало кто брал абдов сюда, а ведь даже обычным людям был воспрещён вход на подобные мероприятие, а тут он — обычный абд. Но Окетра на все чужие недовольные высказывания отвечала одной из фраз: «Он охраняет меня» или «Не ваше дело», ведь отчасти это было правдой. Недавно на известную и великую Госпожу Окетру было устроено покушение, которое, благо, прошло неудачно и она жива, правда, потеряла одну из дорогих ей служанок. Но Лололошка здесь не за этим… Он отошёл чуть дальше от Леди, всё ещё не отводя от неё взгляда, конечно, чтобы быть начеку, и мельком посматривал на трон, на который вот-вот должен воссесть Фараон. Только ради этого момента парень упрашивал свою Госпожу около недели, дабы она взяла его собой. Только ради этого момента и этой встречи. Сколько Лололошка помнит себя в этом мире, у него возникают странные виденья, иногда появляющиеся и во время бодрствования: он видел величественного мужчину, что ростом выходил больше двух метров, а на спине его огромные крылья и длинный хвост, напоминающие ему те, что есть у больших хищных птиц, которых он успел увидеть на проклятом острове. В его виденьях они часто разговаривали между собой, порой мужчина что-то показывал Ло, иногда трогал его, так нежно, но однажды Лололошке привиделся поцелуй, столь мягкий и трепещущий. Только жаль, видения не повторяются. После каждого такого случая, сердце Ло не было спокойно. Было ощущение, словно что-то отняли, выкрали. Да и отсутствие воспоминаний делало всё намного хуже. Слишком больно ничего не помнить, слишком желанно ухватиться хоть за капельки бывших воспоминаний. Порой возникало ощущение, что он вот-вот и что-то вспомнит, но не тут-то было. Парень так и оставался с тревожным ощущением, не получив в итоге ничего. Но что-то прояснилось в нём, когда он увидел статую Бога-Фараона там, на острове и в городе. Да, это был он! Тот мужчина из видений. И вот у Лололошки осталась только одна надежда что-то вспомнить — увидеть этого мужчину вживую, просто увидеть, ведь у него навряд ли получится поговорить с ним. Леди Окетра говорила, что Фараон нелюдим и даже редко выходит на публику, только пару раз в год, а на празднествах он сидит на своём троне, а после молча уходит. Поговорить же можно только на редких личных приёмах, но почти всегда за него проводит переговоры его советник. Поэтому Ло ухватился за первую же возможность. Если Лололошка знает его, может, и он о нём в курсе? Наконец на сцену выходит Салик — главный советник Бога-Фараона, по совместительству очень похожий на него человек, правда, ростом куда меньше, как и другие малые детали. Леди рассказывала Лололошке, что ходили даже слухи о том, что те родственники, но у этих доводов совсем не было особой почвы, кроме схожей внешности. Советник начал речь, объявляя выход самого Фараона. Все притихли, вплоть до музыкальных инструментов. Все учтиво поклонились в пол, приветствуя великого Бога-Фараона, который сразу присел на свой трон, только теперь позволяя людям расслабиться и продолжить празднество. У Лололошки же перехватило дыхание. Вот-вот, и он увидит Фараона, о встречи с которым он так давно грезил… Мироходец вместе со своей Госпожой придвигается ближе к трону, где он наконец может полноценно и хорошо увидеть Бога-Фараона. Не может быть… Это и правда мужчина из видений… Лололошка окаменел, слишком явно пялясь на трон, где восседал прекрасный правитель, украшенный дорогими тканями и золотыми украшениями. Его хмурый взгляд следовал по залу, пока глазами он не встретился с парнем. Оба вздрогнули, словно между ними прошёлся импульс. Фараон странно улыбнулся, подзывая к себе своего советника, а после показал на Лололошку, что-то говоря тому, отчего на лице советника появилось недоумение, а у шатена сердце ушло в пятки. Он сделал что-то не то?! Его убьют?! Казнят? Ему хотелось быстрее сказать Окетре, что им стоит уходить, но увидел, что стражи Фараона вместе с самим советником уже подошли к его Госпоже. Леди тоже была явно этому не рада, но их успокоили и попросили отойти в отдельную комнату, забрав с собой и абда. Прошло уже достаточно много времени с того момента, как Окетра зашла в комнату вместе с советником. Они что-то яро обсуждали, даже иногда переходя на шёпот или крики, но понять, что именно они обсуждали, не получалось, а подслушать возможности просто не было: у прохода караулили охранники, следящие, чтобы никто не побеспокоил разговор, а также, дабы Лололошка не сбежал. Сам же мироходец был слишком взволнован, чтобы уйти или просто остаться ждать, обеспокоено бродя из стороны в сторону, стараясь прислушаться к чужим шептаниям… Наконец, большие деревянные двери, искусно украшенные ручной резью, отворились и из него выглянула Окетра, подзывая Лололошку войти внутрь. Комната была тёмной, все окна были зашторены плотной тканью, так что дым от свечей плотной дымкой ощущался в воздухе, что затрудняло и так сбившиеся от волнения дыхание. Мироходца пригласили присесть, и он с осторожностью уселся рядом со своей Госпожой. Сейчас в комнате было только четыре человека: Окетра, Лололошка, Салик и, похоже, слуга, что подала на стол ещё один бокал для второго, что было очень странным действием, ведь он всё ещё являлся абдом.       — Давайте не будем затягивать, - Салик допил вино из бокала, показывая жестом слуге, что доливать ему не надо. — Я здесь по заданию от самого Бога-Фараона, и твоя Госпожа уже знает об этом. Лололошка перевёл взгляд на Окетру, что только отвернула свои чёрные глаза, словно то, что она уже знает, ей приходилось в тягость. Это пугало. Но советник продолжил:       — Бог-Фараон желает выкупить тебя и готов предоставить все средства для этого, так что иного выхода у Вас, Госпожа Окетра, нет, как и у тебя, абд. Хотя… в скором времени таковым ты считаться не будешь.       — В каком смысле? - уже толком не думая, что ведёт себя слишком вызывающе для обычного абда, спросил Лололошка.       — По распоряжению самого Бога-Фораона, ты, абд, будешь освобождён от этого звания и станешь наложником самого Фараона. Не знаю, что за магические ритуалы ты проводил, но с завтрашнего дня ты переходишь во служение при женском доме нашего Бога-Фараона. Днём за тобой заедут, и… - словно заметив напряжённый взгляд Лололошки, Салик решил добавить. — …не пробуй даже сбегать, тебя найдут быстро, это я тебе гарантирую. А теперь… свободны, сумму выкупа Вам принесут завтра, Леди Окетра. И они покинули поместье, так и не дожидаясь конца празднества. Они молча пришли в дом Окетры, где сама Госпожа быстро удалилась в свои покои, а Ло собрал всех других абдов на кухне, чтобы сообщить эту новость…       — Тебя выкупает сам Фараон?! - самая громкая и яркая реакция была у Сдерика. — Блин, круто. И все перевели взгляд на него, явно не понимая, почему он так сказал.       — Э, ну, конечно, некруто, что Лололошка уходит от нас, но всё же Ло станет свободным человеком, так ещё и при дворце Фараона. Это же столько возможностей! И на мгновение в комнате повисла тишина, первым которую разбил Ло, наконец прощаясь со своими друзьями, обнимая всех по очереди. Он знать не знает, что там с ним будет, но он не переживает, просто на душе странно. Странно видеть опечаленные твоим уходом лица друзей, пока ты не чувствуешь ничего такого, словно так и должно быть, что ты уходишь, покидаешь их. Абди же, напротив, был сам не свой, поникший, словно злился на что-то, но ничего не произносил, закусывая губы. Может, так и лучше — Леди Окетра позаботится о них, а рядом с Лололошкой всегда опасность. Так успокаивал себя он сам. Оставив пару обещаний о том, что постарается иногда заходить к ним, если получится, парень ушёл в свою комнату собирать все вещи. Их немного: ресурсы да некоторая одежда. Есть не хотелось от слова совсем, так что от ужина он отказался. Сейчас всё это казалось таким странным, он пытался вспомнить все видения, сопоставив с тем образом, что увидел сегодня. Фараон, похоже, тоже его узнал, да и не просто, а сразу сделал своим наложником… Неужели они даже не просто давние знакомые, а… возлюбленные? Лицо Ло побагровело. Он сильнее сжал в своих объятьях тонкое одеяло, утыкаясь в него носом. Сердце билось в ушах, только от одних воспоминаний с поцелуем в лоб в том видении, но всё же теперь с осознанием того, что он будет наложником у того огромного и слишком красивого существа. Лололошка заснул позже обычного, витая в облаках и мыслях, просыпаясь почти под конец утра, когда наступало начало дня. Сегодня его никто рано не будил, с мыслями: «Пусть отоспится перед такой-то встречей». После пробуждения Ло вновь всё перепроверил в комнате, помог её убрать Хануф, после чего они все вместе спустились на обед, где почти никто не разговаривал и та же Окетра была словно в воду опущенная, непривычно молчала, быстро закончив трапезу. Она не хотела отпускать Лололошку, но и сделать с этим ничего не может. Указ Фараона был тем, против чего пойти она не могла. Да и Лололошка… Он словно и сам не был против: стал более задумчив, витал в мыслях, а грустным или хоть немного опечаленным — точно нет. Это ужасно злило её, однако она уже ничего не собиралась делать. Вот уже и вечер. Обед прошёл. Окетра и Лололошка ожидали гостей в зале, но оба молчали. Другие обитатели дома время от времени подглядывали, что да как. В дверь постучали, и парень открыл её, впуская внутрь личных стражников Фараона. Сейчас даже через приоткрытую дверь можно было увидеть, как вокруг дома собирался народ, поглазеть, что происходит. Неужели кого-то задерживают?!       — Лололошка? - обратился к названному Альмухариб, на что тот кивнул. — Мне велено привести Вас во дворец Бога-Фараона, а точнее, в женский дом. Ваши вещи? Один из других стражников подошёл к парнишке, чтобы забрать его сумку, но тот лишь покачал головой, желая отнести их самостоятельно.       — Вам нужно отдать вещи, чтобы мы проверили, не хотите ли Вы пронести что-то опасное, - уже со строгостью в голосе ответил амар. В это раз шатен отдал сумку, которую полностью проверили и вытрясли содержимое, изъяв всё оружие и инструменты, также забрав и некоторые материалы, что нужны были для крафтов, но были ядовиты. Находкам стражники не были рады, но, похоже, их предупредили, что найти подобное у Ло вполне возможно. А парень погрустнел, ведь все эти ресурсы он так долго собирал, но ничего не поделать. Он встал возле стражников, что сразу обступили его по бокам, препятствуя его возможному побегу. Его провели до паланкина, что, вместо обычных держалок, был на колёсах и прикреплённым поводьями к лошадям. Глазеющий народ расталкивали, позволяя Лололошке усесться внутри почти незаметно. Всё ради его «комфорта». Хотя глазастые сплетники наверняка уже приметили его, и совсем скоро по городу будет ходить слухи о странном мальчишке, которого увезли во дворец. Поездка была долгая, час или два. Внутри укачивало и, несмотря на открытые окна, было жарко, но зато удобно. Паланкин весь был обит мягкой и дорогой тканью, да и подушек было предостаточно. Но у Ло единственным желанием было выпрыгнуть да попробовать сбежать. Он выглянул из-под тканевых шторок, есть ли кто позади паланкина, и да, там было около четырёх стражников, следующих за основным строем. Да уж, сбежать не получится, верхом его быстро догонят. Может, prunus? Ло присел к стенке, жмурясь и обдумывая. А стоит ли? Ради побега ли он напрашивался за Окетрой, да и… что дальше будет-то?.. Ну вот сбежит он, побудет в карманом измерении, а потом вернётся? А куда? К Окетре нельзя, там в первую очередь искать будут, на остров тоже, это наверняка будет вторым местом поиска… Просто путешествовать? Бред, у него ни документов, ни знания местности — самоубийство, не иначе. За размышлениями Лололошка и не заметил, как они прибыли. Кто-то затрубил в рог, оглашая их приезд. Похоже, отворили ворота, и Ло повезли дальше, пока вновь не остановились. В этот момент шторки распахнулись, и парню протянули руку, вытаскивая его из тёмного места на залитую солнечным светом улицу. Их уже встречали. На проходе стояло несколько еле прикрытых девушек, украшенных массивными украшениями, но выделялась перед ними одна из самых старших, почти пожилая дева, полностью прикрытая мягкой белой тканью и свободным ожерельем из цветного бисера.       — Лололошка, так ведь? Пройдёмте, я Вам всё расскажу, - дева указала на место рядом с собой, а когда Ло подошёл достаточно близко, она пошла вглубь здания. — Лололошка, не волнуйтесь, хоть мы и сами удивлены приходом мужчины в гарем, но всё равно будем Вам помогать. Всё же это в первый раз, когда сам Бог-Фараон кого-то выкупил в гарем. Почти все девушки тут были подарены его Величеству, так что Вам стоит быть осторожнее. Женщина говорила плавно, мягко. Её голос успокаивал. Ло же ходил, оглядываясь по сторонам. Было… даже пустовато, изредка попадались девушки, одетые в нарядные набедренные юбки и еле прикрывающие грудь ожерелья, отчего он сразу отворачивался, пряча лицо в шарфе.       — Не переживайте, подобные одеяния — норма, не пристало всё же не‌фрут сковывать своё тело одеждой, но сначала мне нужно провести тебя в твои покои, сегодня вечером тебя ждёт важный момент, - слишком резко перешла на «ты» женщина.       — А какой? - вдруг подал голос Ло, явно заинтересованный тем, что его ждёт.       — Об этом лучше тебе поведают в покоях, - произнесла она, ускоряя свой шаг. Они прошли ползамка, порой женщина указывала на некоторые комнаты и коридоры, объясняя, где и что расположено. Наконец они прибыли и в покои Ло. Как выразилась та женщина, они были отдельно от покоев других наложниц и были почти рядом с покоями самого Фараона. А расположены так именно по указке самого Бога. Теперь Лололошку оставили ожидать портного и лекаря в одиночку. Пока что ему ничего не объяснили, но он всё-таки надеялся услышать то, чего от него хотят, хотя он догадывался… Но! Он пока что решил осмотреться. Это была просторная комната, оснащённая большим количеством шкафчиков и сундуков, на небольшой сцене красовалась просторная кровать с балдахином, также были ширма в углу, широкий столик, камин, больше напоминающий печь, и даже верстак. В шкафчиках разбросаны разные ресурсы, которые словно оставили лично для него, — всё как он любит. За лáзаньем по шкафам его застала лекарь. Она громко закашляла, привлекая к себе внимание. Это была девушка с чёрными, как смоль, волосами и ярко-зелёными глазами. В отличии от других тут присутствующих девушек, она была одета в тёмно-зелёные штаны и белую рубашку, что явно выделяло её.       — Ты, получается, Ло-ло-лошка, да? Странное имечко, конечно. Ну, раздевайся, - спокойным голосом произнесла девушка, располагаясь у стола, выставляя на него книжку и перья с баночкой чернил.       — Что?       — Раздевайся, говорю. Осмотр, или ты не знаешь, зачем лекари при дворце есть? И правда. Парень больше не стал задавать на эту тему вопросы, заходя за ширму и снимая с себя верх.       — А как Вас зовут? - громко произнёс Лололошка, сомневаясь, раздеваться ли полностью или и так сойдёт.       — Дана. Ладно, ты закончил? - девушка развернулась, когда Ло вышел из-за ширмы, оставаясь только в нижнем белье.       — Нц, полностью надо было, но ладно. Девушка подошла к мироходцу, осматривая тело на всевозможные сомнительные заболевания, ощупала его и проверила дыхание, параллельно спрашивая, есть ли какие-то жалобы.       — Девственник? - закончив с осмотром, спросила Дана. Она что-то записывала в своём блокноте, явно делая заметки.       — Эм… Я не помню…       — В плане… Пьёшь?       — Нет! Ну, амнезия у меня.       — Да уж, ну, времени на обучение у нас нет, но в краткий экскурс попрошу тебе ввести. Дана уже собрала свои вещи, намереваясь уходить, но добавила:       — Не одевайся, ещё придёт швея, она снимет мерки и подберёт тебе наряд. Весь красный от вопросов Ло уселся на кровать, дожидаясь, когда к нему придут. Да уж, направленность вопросов явно проясняла больше, чем он хотел бы, наверное. Ожидать долго не пришлось, ведь через пару минут в комнату вошла та пожилая дама, вместе с ещё одной, что в руках своих несла сумку, явно тоже наполненную разными приборами. И правда, почти сразу его попросили встать ровно, измеряя его вес и обхваты лоскутом ткани с отметками, записывая результаты в отельный список, делая также пометки, что бы подошло к образу Ло. И как только всё было сделано, мастерица покинула их, поклонившись напоследок.       — Прости, что загрузили так сразу. Ты уже ел? - извинилась и спросила женщина, осматривая поднос, что всё это время стоял у кровати. — Стоит, всё же ещё целый вечер впереди.       — Я, конечно, уже догадываюсь, что меня ждёт, но Вы, может, скажите, к чему меня готовят? - спросил уже напрямую Ло, прикасаясь к свежим фрукта у себя на подносе.       — Ох, да, конечно, сам Бог-Фараон выбрал тебя в качестве своего наложника на эту ночь. Но многие всё же взволнованы на этот счёт, всё-таки ранее Фараон ещё ни с кем не делил ложе, от этого тебе также нужно быть и осторожнее.       — Фараон жестокий? - это было первым, что предположил Ло.       — Нет, нет конечно. Просто в нашем гареме столько дам, что долгое время мечтали разделить кровать с Фараоном, но он никого не приглашал к себе, отчего у девушек… может возникнуть зависть. Просто будь осторожен…

***

Лололошку успели раз пять осмотреть с ног до головы и даже провести обещанный Даной инструктаж. Было неловко. Но вот наконец его отпустили, приказав следовать в ванну, чтобы хорошо помыться и пристать в надлежащем перед Фараоном виде. Ему также предлагали позвать помощниц, но он быстро отказался, намереваясь сделать всё самостоятельно. Ванна уже была подготовлена, наполнена горячей жидкостью: вода, смешанная с эфирными маслами и чем-то ещё, предназначенным для обмягчения кожи. Она больше напоминала неглубокий бассейн, хотя для Ло вода не будет доходить и до груди. Он несколько раз осмотрел комнату и близлежащие сундуки, только теперь сняв с себя нижнее бельё, уселся в воду, что и правда едва доходила до его груди. Ну, изначально это было создано для девушек. Мироходец некоторое время полежал в воде, позволяя мышцам и себе расслабиться, а после принялся мыть голову, что уж давно не видела нормального мыла и воды. Кудри с трудом намокали, но под третьей порцией горячей воды распутались, позволяя нанести моющее средство. Волосы готовы. Теперь тело. Полностью вымывшись, Лололошка вышел из воды, вытирая досуха тело, дабы намазать на себя масла, порекомендованные женщиной. Он так и не спросил её имя, да и та не спешила представляться ему, хотя, может, в суете и забыла об этом. Ну, всё. Обернув бёдра тканью, мироходец вышел из ванной комнатки, где в коридоре его уже ожидали, заново провожая в его новые покои, а там был уже готов его наряд. Одежда была проста, но по-своему прекрасна: просторная набедренная юбка, что закреплялась одной лямкой на плече, украшенная золотой брошью с голубыми камнями. На шею нацепили такое же, как и у других девушек, ожерелье, сплетённое из золотых вставок и бисера, сделанного из драгоценных камней-стекляшек. Было оно тяжеловато. На руки его надели золотые браслеты, что красовались и на его босых щиколотках. Волосы трогать не стали, заплетая только пару небольших косичек, зацепляя их кончики бусинами. Остался только макияж. Специально позванная помощница аккуратно нанесла на глаза чёрную тушь, стараясь красиво выделить глаз, но не сделать это вычурно, так, чтобы не сковать необычную внешность парня. Ло наконец-то готов.

***

Вечер. Солнце уже разлилось по небу багровым светом, застилая пустынную местность своими уже негреющими лучами.

Лололошка же дрожит, но не от пустынного холода, ни в коем случае, ему тепло от огня факелов, он дрожит от волнения. Его выводят из его комнаты в сопровождении пожилой женщины, что и правда здесь всем заправляет, и ведут чуть дальше по коридору, к большим дверям, чей покой охраняют стражи. Это и была спальня Бога-Фараона. Так близко. Они сразу расступились, завидев тех, кто идёт им навстречу, им уже сообщили всё что нужно. Стражи распахнули толстые двери, и теперь только Ло совсем босыми ногами заходит внутрь комнаты, слыша, как за спиной закрывается единственный выход. Комната была… большая, даже очень. Это был явно кабинет, совмещённый со спальней. Напротив двери были большие панорамные окна с балконом, что сейчас были прикрыты плотными шторами, на полу расстелен мягкий ковёр, а посреди комнаты покоился низкий столик, у которого рядом лежали подушки, явно предназначенные для сидения. Напротив стоит большой камин, только недавно зажжённый, справа располагается рабочая зона, хорошо прибранная, а слева… обширная кровать, которую закрывает от чужого взора белый и плотный балдахин.       — Не бойся, присаживайся, - сказал чей-то голос. Лололошка как-то и забыл, что он здесь не один, да и для чего он тут. — Ты не голоден?       — Нет, - ответил тихо паренёк, присаживаясь за стол, где следом к нему присоединился и Фараон, распуша крылья и хвост, величественно показывая их красоту перед мироходцем. Подобное привлекло взгляд Ло, как того и хотел Бог, но он быстро отвернулся, стараясь не пялиться.       — Не волнуйся, ты можешь смотреть сколько угодно, - произнёс беловолосый, облокачиваясь на стол локтем, внимательно наблюдая за Лололошкой, что уткнулся взглядом в деревянный стол, на котором специально была выставлена еда и питьё. — Не волнуйся, мы тут одни, если у тебя есть вопросы — задавай, даже если это что-то личное. Убивать я тебя не стану, даже если ты произнесёшь глупость.       — Бог-Фара-…       — Джодах, называй меня просто Джодах.       — М… Хорошо. Джодах, мы… мы с Вами были знакомы раньше? - Ло решительно поднял взгляд на Бога, сразу же встречаясь с яркими аметистовыми глазами напротив, что ввели его в ступор. Слишком уж нежный тот взгляд, который он поймал.       — Да, это так, но… - крылатый сделал паузу специально, наливая в свой серебряный бокал вино, — …мы были не просто знакомыми.       — Любовниками? - густо краснея, поинтересовался Лололошка. Шарфа или очков на нём не было, так что и прикрыть собственное лицо ничем не удавалось.       — Ну, можно и так сказать, - Ави улыбнулся, отпивая глоток вина из своего бокала, но, явно разочаровавшись во вкусе, отодвинул стакан, пересаживаюсь полубоком к столу. — Ло… Если ты не против, иди сюда. Бог указал на свои бёдра, подзывая Лололошку присесть на них, и тот не отказал в этом ни ему, ни себе, хоть и было сначала неловко, но мироходец быстро освоился, через некоторое время уже удобно расположившись на чужих ногах напротив тёплого огонька, что приятно грел кожу. Лололошка задавал вопросы, а Джодах отвечал на них, довольно поглаживая чужие бёдра и вдыхая мягкий аромат эфирных масел. Как бы ему не хотелось сейчас сжать Ло в своих объятьях, прижать к себе и поцеловать, он не хочет так спешить, ведь напугать этого неповторимого мироходца совершенно не хотелось, слишком дорог тот был этому несносному Богу. Джодаху одновременно хотелось вместе с этим расспросить его, что было до того, как они встретились вновь, посмел ли кто обидеть его, но он душил в себе эти мысли. А ведь должен был давно привыкнуть к тому, что мироходец постоянно и внезапно пропадает, а после и не помнит ничего. Но пока Ави может его найти сквозь всю мультивселенную, он не против каждый раз искать его и помогать ему. И даже греет сердце то, что тело Ло и его искра помнят Ангела, хоть это и не обошлось без его магии. Лололошка же рад, что на его вопросы отвечают, не замалчивают. Он наконец может узнать, что было в прошлом, кто он. Джодаху хотелось верить, хотелось и дальше сидеть в его объятьях и, может… даже поцеловать его. А ведь он здесь не для того, чтобы говорить, разве нет?       — Джодах… А ты вызвал меня сюда, чтобы просто поговорить? - наконец собравшись с мыслями, спросил Лололошка то, что уже некоторое время крутилось у него в голове, одновременно с этим слыша своё оглушающее сердцебиение.       — Я не хочу никуда спешить, не хочу напугать тебя, - сказал чуть шёпотом Джодах, пуша свои перья, расправляя их по бокам, почти укрывая ими парня. Он чмокнул его в непослушные кудри, чуть щекоча его шею.       — А можно я кое-что сделаю?       — Конечно. Ло развернулся на чужих бёдрах, теперь сидя на Джодахе лицом к нему. Ещё немного поразмыслив, он приподнялся, цепляясь своими с губами напротив, решительно заглядывая в аметистовые глаза. Это явно не было тем, чего Джо мог ожидать, но он с радостью принял этот подарок судьбы, с мягкостью отвечая на поцелуй, сжимая сухие и израненные губы своими. Столь короткий, их первый за долгое время поцелуй, отчего и такой чарующий. Они отдалились друг от друга, сближаясь вновь в поцелуе, углубляя его, превращая во что-то более жаркое, трепещущее, тянущее снизу. Мысли и переживания уходили на второй план, заменяя их мыслями о партнёре. Вёл Лололошка, обхватив руками широкие плечи Бога, притягивая того ещё ближе. Слишком приятно. Они дышали через раз, а губы немели от новых поцелуев. Руки Ангела опустились на крепкую талию Ло, нежно поглаживая бока, пальцами скользя под лёгкую ткань, щекоча израненную годами кожу. В этот момент хотелось всего и сразу. Они прервали череду поцелуев, тяжело дыша друг другу в губы, но ненадолго, только для того, чтобы понять, чего они хотят.       — Лололошка, ты хочешь переспать со мной? Но парень только кивнул, закусывая губу, и после вновь слился с Богом в новом поцелуе, ещё больше трепещущем его мысли. Теперь Ави мог не сдерживать себя, руками спускаясь по спине к бёдрам, оглаживая их сквозь ткань, ощущая, как дрожат мышцы от нарастающего возбуждения, сжимая их некрепко, но ощутимо. Джодах обхватил Лололошку крыльями, сворачивая в своеобразный кокон из тёплых перьев, нагретых огнём. Он стянул с Ло ожерелье, что сейчас явно было на нём лишним, поцелуями проходясь по чувствительной шее, зубами царапая кадык, языком вылизывая выпирающие на шее венки и небольшие шрамы. Лололошка тяжело дышал, пальцами путаясь в белых волосах, чуть сжимая пряди. Он потянул Джодаха на себя, вновь седлая его бёдра, потираясь оголёнными бёдрами о его пах, но руки Бога быстро перехватили, останавливая дурманящие движения, сжимая ноги. Ави притянул их к своему торсу, заставляя обхватить его талию. С лёгкостью он подхватил Лололошку и поднялся на ноги, относя того на свою кровать, где уже было подготовлено всё, что было для них нужно. Солнце уже село, было темно, а комнату освещал только камин, что почти дотлевал. Джодах умело стягивает золотые украшения с рук и ног, на местах, где они были, оставляя невесомые поцелуи, желая, чтобы они украшали эти руки вместо бездушных побрякушек. Лололошка сейчас перед ним голый, изнеженный его поцелуями, тяжело дышит, а с губ срываются тихие вздохи. Джодах целует его вновь и вновь, любуясь этим чуть красным от смущения лицом. Как же он скучал. Богу нравится ласкать тело напротив, слышать еле слышные стоны, приглушённые ладонями, целовать подтянутые бёдра, изредка кусая чувствительную сейчас кожу, следом втягивая её в рот, образуя яркие засосы. Джодах не спешит, расцеловывая торс, языком проходясь возле паха, заставляя прогнуться тело под собой.       — Джодах, можно я?.. - приподнялся на своих локтях Лололошка, вспомнив то, что ему говорили не так давно. Ему приятно получать ласку, но он хочет и дарить её. Теперь Бог сидит у стенки, когда на его бёдрах сидит Лололошка, так куда удобнее дотягиваться до крепкой смуглой шее, кусая её и расцеловывая, заставляя крылья трепетать. Ави позволяет издеваться над своими ключицами, зарываться в пух крыльев, касаться своей груди. Шатен вёл себя почти бесцеремонно, но Джодах не мог отказать, руками лаская его спину, переходя ниже, лапая оголённый зад мироходца. Джо долго не держится, ощущая, как ткань штанов, что были всё ещё на нём, неприятно давила на его пах. Он оторвал Ло от своего тела, с нежностью укладывая его спиной на постель. Он обхватил руками коленки, чуть разводя их, давая понять следующий его шаг. Лололошка тяжело вздохнул, но кивнул, стараясь расслабить своё тело, как ему рекомендовали. Джодах достал ранее убранный бутылёк со смазкой, обильно смазывая их. Сколько раз бы он этого ни делал, каждый раз в нём присутствовал страх — страх сделать больно его мироходцу. В парня медленно вошло два пальца, пока другая рука Джодаха опустилась на полувставший от ласк член, двигаясь в медленном ритме по всей длине, хотя широкая ладонь Бога могла обхватить половой орган почти полностью. Когда пальцы внутри начали двигаться, Ло замычал, почти хныча, но Ангел Смерти успокаивал его, целуя в лицо, ускоряя движение руки на его члене. С растяжкой было покончено, когда в Ло было уже четыре свободно двигающихся пальца, но Джодах словно специально дразнил мироходца, лаская его пальцами внутри, каждый раз задевая чувствительную железу. Лололошка чуть ли не хныкал, закатывая глаза, когда он был на грани, чтобы не кончить, но Бог словно этого и ждал, шепча что-то в покрасневшие ушки Ло, целуя скулы, слизывая стекающие от перенапряжения слёзы. Не выдержав стимуляции, Лололошки кончил, пачкая руку Джодаха, одновременно с этим содрогаясь всем телом. С его губ сорвался стон, чему Ангел был несказанно рад, вытаскивая из нутра пальцы, позволяя сейчас чувствительному телу успокоиться. Он вытер руки, наконец-то снимая с себя штаны. К этому времени Лололошка уже пришёл в себя, стоя на чуть подкашивающихся ногах, а именно коленях. Он приблизился к Джодаху, затягивая его в поцелуй, на что Бог отвечал, целуя его в ответ, ладонями обхватывая его за таз, усаживая уже на излюбленные бёдра. Беловласый не станет настаивать на их повторной близости, но этого и не нужно, ведь сам Ло решил действовать, обхватывая его напряжённый член рукой, почти сразу начиная двигаться по длине, так, как делал это сам Джодах, но всё же это было делать труднее. Он взял в руки смазку, нанося её на свои пальцы, не разогревая её, нанося на член, дёрнувшийся от холода жидкости, принося странное удовольствие его хозяину.       — Лололошка, давай лучше я, - произнёс Бог, чей голос сейчас слегка охрип. Вот мироходец лежит спиной на подушках, под его поясницей ещё одна. Его бёдра держит в широких ладонях Джодах, медленно проникая в него, стараясь не торопиться и не сделать больно. Это было непривычно и явно не сравнится с пальцами. Ави наполовину в нём, когда Лололошка тянется за поцелуем и получает его. Простыни уже смяты, когда Джодах совершает первые толчки, почти полностью толкаясь в Лололошку. Тот тяжело дышит, постанывая, когда член стимулирует простату, и сжимает в своих ладонях широкую спину. Толчки ускоряются, а каждая фрикция всё сильнее приносит удовольствие. Шёпот и шлепки заполняют тёмную комнату. Обоим было невыносимо жарко, но прерываться не хотелось. Джодах целовал крепкие плечи, толкаясь глубже, чувствуя, как его член обхватывают горячие стенки. Он поменял позу, и теперь Ло лежал грудью вниз, сжимая в руках подушку, кусая её и заглушая собственные стоны. Парня почти вдавливали в кровать, хоть и старались не сделать больно. На плечах уже красовались новые засосы, что Бог великодушно оставил, желая полностью поглотить этого невыносимо прекрасного мироходца, что уже сорвал голос, кончая в очередной раз, пачкая простыни спермой. Ави тоже был на грани, делая последние толчки и выходя, оканчивая на красные от шлепков бёдра и зад.

***

Сейчас почти утро. Как только Лололошка перевёл дыхание, он попытался встать, но его тут же подхватил Джодах, что успел привести себя в порядок, накинув на тело халат.       — Ло, всё хорошо? Позвать лекаря? - выпрашивал Ави, укрыв парня чистым одеялом, перед этим усадив на край кровати.       — Нет… Всё хорошо, просто, я был бы не против принять ванну…       — Хорошо, - Джодах чмокнул его в лоб, сразу вставая. — Я распоряжусь, чтобы подготовили ванную комнату, подожди чуть, можешь пока что-нибудь выпить. Ло кивнул, а беловласый пропал за дверьми, явно желая поскорее выполнить просьбу любимого. Лололошка же, пока ожидал, сильно захотел пить. Становясь на еле дрожащие ноги, он доковылял до столика, глазами ища, что мог бы выпить, ну, кроме вина. Алкоголя ему явно не хотелось. Как раз поодаль стоял кувшин, похоже, с соком. Запариваться и наливать его в свой или в серебряный бокал ему не хотелось, и он отпил сразу из кувшина, делая крупный глоток. Странно горько. Лололошка отмахнулся от кувшина, что сразу упал на пол, вдребезги разбившись. Его губы странно занемели, а по телу раздался жар. На шум ворвался Джодах, успев подхватить Лололошку, что, если бы ещё немного, упал камнем на пол. Мироходец очнулся уже на кровати Бога. Он узнал её по плотному балдахину, что сейчас был завязан лентой и убран в сторону. За окном было светло, но понять, день ли был, Лололошка не мог. Перед глазами всё плыло, а тело не слушалось. Всё ещё было невыносимо жарко. Он слышал чьи-то голоса, и они даже показались ему знакомыми. Пришлось сильно напрячься, чтобы понять, о чём они говорят.       — Это отравление. Повезло, что у паренька крепкое тело и, похоже, некая переносимость к ядом, а то подох бы.       — Дана, без выражений. С ним всё будет хорошо?       — Нц, да, противоядие я ему ввела. Хорошо пропотеет и много будет пить, яд через время покинет его тело.       — Это хорошо. Альмухариб, стало ясно, кто это сделал?       — Да, Бог-Фараон, это была старшая госпожа ***, что сейчас руководит женским домом.       — Известно, почему она это сделала?       — Нет, но мы… Что? Это та женщина, что весь день помогала Ло? Но толком поразмыслить или хоть что-то спросить Лололошка не успел, ведь вновь уснул. Только теперь он слабо ощущал, как его ладонь сжимали в другой, явно желая, чтобы тот поправился поскорее…