Съешь клубничку за папочку)

Се Лянь сидел на большой кровати, застеленной красными простынями. Он думал о том, чем удивить своего любимого демона. У Хуа Чэна было всë: от дорогих украшений, до ярких и роскошных нарядов. У Се Ляня не было и шанса найти достойный для младшего подарок! С глухим звуком бог упал на мягкие подушки, страдальчески промычав. Чем. Удивить. Хуа Чэна?! Мысли в голове принца метались туда сюда, пока одна идея не заинтересовала его. — Саньлан! — обратился бог к названному по духовной связи — я хочу пригласить тебя на пикник. И, естественно, Хуа Чэн не посмел отказать своему богу... Только у того была небольшая просьба: Клубника. Се Лянь просил принести корзину с клубникой. *** — Гэгэ! — Хуа Чэн пришел на поляну, покрытую зеленой травой. В его руках была корзина, закрытая плетённой, как и сама корзина, крышкой. Се Лянь сидел на покрывале белого цвета, постеленного на землю. На его лице была легкая улыбка, а глаза следили за движениями демона. — Присаживайся, Саньлан. Принц жестом пригласил его сесть напротив и совсем скоро они беседовали на разные темы, пока Се Лянь не указал на корзину. — Она там? — он имел в виду клубнику. Демон кивнул и тепло улыбнулся. — Этот верующий не посмел бы отказать твоей просьбе. — Саньлан! — щеки бога чуть покраснели от представления, как он воплотит свой план... Хуа Чэн отложил крышку в сторону и взял одну ягоду, протянув её Се Ляню. — Нет, она не для меня, — видя вопрос в чужих глазах(глазу), пояснил — она для тебя. Демон моргнул пару раз, а потом усмехнулся. — Но её хватит нам на двоих. Он хотел было сказать что-то ещё, но божество не позволило ему этого сделать. Се Лянь толкнул младшего в грудь, заставляя упасть на ткань. — А? Гэгэ, — к его губам прижалась красная ягода. — Ешь. — Се Лянь хитро улыбнулся. — открой  рот, Саньлан) Хуа Чэн на мгновение замер, а в следующий момент он послушно открыл рот и ощутил вкус ягоды. Его взгляд был прикован к довольной ухмылке принца, которая, не смотря на затаённую в ней угрозу, была нежной. Закончив жевать ягоду во рту, Хуа Чэн снова открыл рот. — Разве гэгэ не будет тоже есть?.. — Буду, но чуть позже — в глазах принца играли озорные огоньки и он протянул ещё ягоду — ешь) Так, одну за другой, демон ел ягоды с рук своего божества, не желая отказывать ему. Их сладкий, но в то же время кислый вкус оставался на языке Хуа Чэна, пока всё внимание было направлено на Се Ляня. Младший снова открыл рот, но.. Ягоды не последовало. —М? Гэгэ закончил? — он немного обрадовался, надеясь тоже накормить своего принца. Но в следующий момент его схватили крепкие руки и перевернули лицом в плед, заставляя встать на четвереньки. Находясь в такой постыдной позе, демон смутился, а его уши покраснели, чуть дрожа. — Глупенький, — начал Се Лянь — я только начал. И Хуа Чэн осознал, что его божество явно задумало крайне интересную шалость... — Давай снимем это — произнёс принц и демон слышал, что его бог сейчас улыбался — не бойся, сюда никто не придёт и я не позволю нас увидеть. Се Лянь стал стягивать с своего верного последователя штаны и бельё, чтобы в следующий момент ноги градоначальника были обнажены. Хуа Чэн стыдливо уткнулся в ткань под собой, чувствуя, как лёгкий ветерок ласкает его голые ноги. Чуть дрожа, он даже не предпринял попыток прекратить действия принца, потому что доверял ему. Если Се Лянь этого хочет, то Хуа Чэн не посмеет отказать. Принц лёгкими движениями поглаживал бёдра своего Саньлана. Он мог бы долго любоваться этими окружностями, которые так любил. Оставив на одной ягодице поцелуй, Се Лянь притянул к себе ближе корзину с оставшейся половиной ягод. — Что гэгэ будет делать? — спросил Хуа Чэн и чуть повернул голову, чтобы посмотреть на принца. Тот легко улыбнулся ему и ответил: — Кормить тебя, конечно — естественно, до демона не сразу дошло, что тот имел ввиду. Разве минутами ранее Се Лянь не кормил его клубникой?.. Два смазаных чем то холодным и склизким пальца стали осторожно проникать в хризантему демона. Зачарованный лицом своего гэгэ, он пропустил действия старшего и сейчас тихо промычал, прикусив губу. Пальцы в нём двигались решительно, но в тоже время мягко, сразу же начиная растягивать парня. — та твоя часть такая голодная, Саньлан! Мои пальцы буквально затягивает — «кто научил гэгэ таким словам???» жутко покраснев, думал Хуа Чэн. Он поддавался бёдрами назад, стараясь сильнее насадиться на эти любимые пальцы, но вторая рука принца, лежащая на его ягодице, не позволяла ему сделать хоть какое-то движение навстречу, так как держала крепко, заставляя оставаться на месте. В какой то момент уже три пальца задели пучок нервов, из-за которого спина демона выгнулась, а сам Хуа Чэн издал громкий и протяжный стон. Пальцы на его ногах сжались и он стал ждать, когда его принц снова принесёт ему это удовольствие... Но эти прекрасные пальцы проходили мимо этой точки. Они давили рядом, дразня, но не давая получить желаемого. Сжимая под собой ткань, Хуа Чэн хныкал и пытался сделать хоть что-то, чтобы принц перестал его мучать, но твёрдая хватка не позволяла даже толкнуться на встречу. Сам того не заметя, демон стал шептать мольбы, которые с каждым новым "пожалуйста, гэгэ" становились громче. — Терпения, сейчас я тебя покормлю, Саньлан — этот ласковый голос был обманчиво добрым и ему хотелось верить. — ну же, отпусти мои пальцы — произнёс Се Лянь, словно это не он сейчас разводил свои пальцы в стороны в дырочке младшего. Но даже так, Хуа Чэн постарался расслабиться, чтобы "отпустить" пальцы своего гэгэ, которые вскоре покинули его тепло. Почувствовав себя пустым, демон жалобно проскулил. Гэгэ так много его дразнил, но так и не дал почувствовать удовольствия. Член младшего, обделённый лаской, истекал влагой, пачкая плед под собой. — Теперь, можно позволить тебе покушать, да, Саньлан? — Се Лянь умилялся виду своего демона. Сейчас этот великий и устрашающий князь демонов лежал под ним, замученный ласками этого бога, и молил об удовольствии. — Главное не сжимайся, мы же не хотим, чтобы ты их раздавил) После этой короткой передышки, Хуа Чэн смог прийти в себя и кивнуть в ответ на слова гэгэ. Почувствовав у входа первую ягоду, младший вздрогнул, пытаясь максимально расслабиться. Холодная клубника медленно начала погружаться внутрь и уши демона задрожали, а глаз крепко зажмурился. Она медленно проходила дальше и удерживать стенки прохода расслабленными становилось тяжелее. Пальцы перестали толкать ягоду и вышли, оставив её внутри. — Вот так, умничка. — ласково произнёс Се Лянь поглаживая его бедро — мой Саньлан хочет ещё? Небожитель внимательно следил за реакцией своего последователя. Если Хуа Чэн потребует прекратить, то Се Лянь не станет настаивать на продолжении. Но, заметя осторожный кивок головы демона, принц коварно улыбнулся и стал засовывать внутрь вторую ягоду. А за ней и третью. Холод ягод контрастировал с теплом нутра Хуа Чэна из-за чего оставаться расслабленным становилось труднее. Со временем, недавно вошедшие ягоды согревались, уже не беспокоя демона своей температурой. В итоге в его заднице было пять ягод и одна из них мучительно оставалась возле входа, показывая свой красный цвет принцу. Именно последняя ягода мучала его больше всего, так как растягивала его хризантему, отчаянно требующую закрыть вход от глаз коварного божества. Но ничего, Хуа Чэн способен немного потерпеть, ради удовольствия своего гэгэ. — Саньлан наверное уже устал терпеть, я тебе помогу — Се Лянь положил свою руку на истекающий влагой член и стал гладить его своей рукой, лаская демона. И Хуа Чэн, не сдержавшись, сжался, давя ягоды внутри себя. Чувствуя мякоть и сок внутри, он кончил, пачкая руку принца. — Гэгэ... — младший стыдливо поднял взгляд на Се Ляня, не зная, что сказать. — Саньлан, ты раздавил все ягоды — с наигранным недовольством произнёс принц. Он зачерпнул из сжатой дырочки то, что осталось от клубники и слизал сок с пальцев, хищно смотря в глаз своего Саньлана. Тот лишь сильнее покраснел и задрожал, тут же отворачиваясь. — А я ведь так и не попробовал клубнику... Поняв, что тот задумал, Хуа Чэн тут же попытался отстраниться — Гэгэ! Не нужно, этот слуга-! Но язык возле столь интимного места заставил Хуа Чэна громко простонать, не позволив договорить. Язык Се Ляня кружил вокруг дырочки демона, а руки его мяли ягодицы и раздвигали их, желая получить больше пространства между ними. — Гэгэ! Смилуйся над, ах — бедствие с трудом произносил слова, издавая звонкие и смущённые стоны, которые ласкали уши старшего. В итоге Хуа Чэн ещё раз пришёл к своему финалу и обессилено упал, тяжело дыша, а Се Лянь довольно облизывался, сидя за ним. *** — Гэгэ, прости за вопрос, но зачем это всё было? - Хуа Чэн лежал на груди своего божества. — Ну... Саньлан так много всего делает для меня, что мне хотелось его отблагодарить - взяв клубнику в рот, Се Лянь поцеловал демона в губы, разделяя ягоду напополам.