Часть 11
3 апреля 2025 г., 14:44
… В этот день Чонгук не мог сосредоточиться на работе. Мысли его были далеко от офиса, и каждое мгновение тянуло его куда-то в пустоту. Тэхён не позвонил, а ведь он уже должен был прилететь. Чонгук метался, не зная, что делать: звонить самому или дать Тэхёну время, чтобы он сам всё понял. Но как ему объясниться? Как сказать, что он ничего не помнит? Он не помнил ни этого парня, ни того, как оказался в их постели. Чонгук пытался вспомнить хоть что-нибудь с того вечера, но всё, что всплывало в голове, было размыто, как туман.
Не выдержав, он вернулся домой. Сразу прошёл в спальню и с яростью стал сдирать постельное бельё. Силы оставляли его, но гнев всё ещё жил в груди, как сжимающая петля. Он выкинул бельё в мусор, как будто это могло что-то изменить, как будто этим можно было стереть свою вину.
Он лег в зале, включил телевизор, но не видел ничего. Мысли в голове пролетали одна за другой, беспорядочно и болезненно. Как вернуть доверие Тэхёна? Как вернуть всё обратно, исправить? Он не знал ответа.
Наконец, усталость взяла своё, и Чонгук заснул. Проснулся от телефонного звонка, и сердце его сразу упало. На экране высветился: "Любимый медвежонок". Он не мог поверить своим глазам. Это был Тэхён. Чонгук ответил на видеозвонок, не зная, что сказать первым.
— Привет, Тэ, — тихо произнёс Чонгук. Тэхён кивнул, не проронив ни слова. В комнате повисло молчание, как тяжёлое бремя, не зная, как его развеять.
Наконец, Чонгук собрался с силами.
— Тэ, я люблю тебя, — его голос едва не сорвался. Тэхён поднял глаза, и Чонгук увидел, как они были красными от слёз. В этом взгляде было столько боли, страха и отчаянья, что Чонгук почувствовал, как его собственное сердце сжалось, а дыхание перехватило.
— Тэ, я умру без тебя, — прошептал Чонгук, и эти слова унесли последние силы из его тела. По лицу Тэхёна снова потекли слёзы.
— Я… я тоже тебя люблю, Гуки, — Тэхён еле вымолвил. — Но… я не знаю, смогу ли забыть и простить. Ты понимаешь? Этот дом, эта постель — они были только твоими и моими. Это было для меня святое, то, что я хотел оберегать, что-то, что мы создали вместе, только для нас. А теперь… когда я вернусь, я буду помнить, что…
— Тэ, — перебил его Чонгук, не в силах больше молчать. — Хочешь, я продам этот дом, куплю новый, наш, мы начнём всё сначала. Только вернись ко мне, прошу, не оставляй меня, ты мне нужен.
Чонгук опустил голову, и слёзы начали беззвучно катиться по его щекам. Это было невыносимо — он чувствовал, как разрывается изнутри.
— Гуки, — тихо позвал Тэхён, и его голос заставил Чонгука поднять взгляд. Он смотрел в эти глаза, полные боли и сомнений, и сердце его билось в груди, как молот, разрывая рёбра. Он боялся услышать слова, которые навсегда разрушат его мир. Потому что жизнь без Тэхёна была бы для него не жизнью, а просто существованием.
— Я вернусь, Гуки, — сказал Тэхён. — Но… я не знаю, смогу ли простить.
Сердце Чонгука замерло. Всё, что он хотел — это услышать от Тэхёна обещание, что всё будет хорошо. Но сейчас этот ответ был не таким, как он надеялся.
Я обещаю тебе, что сделаю всё, чтобы ты меня простил, — сказал Чонгук, его голос был полон решимости. — Я вернусь через две недели. Не продавай дом, я люблю его.
Тэхён улыбнулся, хотя эта улыбка была настолько слабой, что казалась больше слезой.
— Я люблю тебя, Тэ, очень, — шепотом сказал Чонгук.
— Пока, Гуки. Я устал, — ответил Тэхён.
— Ты позвонишь завтра? — осторожно спросил Чонгук, как будто каждый его вопрос мог быть последним.
Тэхён кивнул, и на его лице появилась едва заметная тень улыбки.
— Спокойной ночи, Тэ.
— Спокойной ночи, Гуки.
Когда звонок оборвался, Чонгук остался сидеть в тишине, ощущая, как его сердце ломается всё сильнее, а боль не отпускает.
С самого утра, приехав в офис, Чонгук сразу позвонил в самую известную клининговую компанию.
— Я хочу, чтобы убрали дом так, чтобы не осталось даже запаха моего парфюма, только запах чистоты. В спальнях должны быть новые постельные комплекты, — чётко давал указания Чонгук.
— Конечно, господин Чон, всё будет сделано, — ответил оператор с лёгким удивлением в голосе.
Чонгук набрал номер Намджуна.
— Нами, ты можешь зайти ко мне? — сказал Чонгук, стараясь скрыть тревогу в голосе.
Через несколько минут дверь кабинета открылась, и вошёл Намджун.
— Слушаю, босс, — подшутил Намджун, пытаясь разрядить атмосферу.
— Дэ не появлялся? — спросил Чонгук, не поднимая глаз.
— Нет, а зачем он тебе? — ответил Намджун, кладя на стол несколько документов.
— Понимаешь, дружище, проблема в том, что я ничего не помню с того вечера. И меня это очень напрягает, — ответил Чонгук, не скрывая растерянности.
— А ты не хочешь сделать анализ крови? — предложил Намджун, с намёком на возможное вмешательство третьей стороны.
— Ты думаешь, он мог бы так поступить со мной? — удивился Чонгук, взглянув на друга.
— Он одержим тобой, — сказал Намджун, явно обеспокоенный. — Честно говоря, я начинаю его побаиваться. Дэ всё время говорит только о тебе, мне кажется, у него поехала крыша от ревности.
— Но почему сейчас? Раньше с ним такого не было, — Чонгук был растерян. — Почему именно сейчас?
— Раньше ты никого не любил, — ответил Намджун, отложив документы и присаживаясь. — Раньше у тебя не было никого, с кем ты хотел бы строить будущее. У него была надежда, и теперь, когда он увидел, что у вас с Тэхёном всё серьёзно, вот его и сорвало.
— И что мне делать, Нами? — спросил Чонгук, чувствуя, как его плечи сжимаются от беспокойства. — Я боюсь, что он снова попытается навредить Тэхёну. Тогда мы точно разойдёмся, только он в морг, а я в тюрьму.
— Я попробую с ним поговорить, — сказал Намджун, с сомнением в голосе. — Но не думаю, что это поможет. Ладно, давай работать, постарайся уйти в работу.
Мысли Чонгука снова вернулись к Тэхёну. Он ждал его возвращения, но вместе с этим ощущал страх. Он не знал, как себя вести, как всё наладить, что ему теперь делать.
Две недели тянулись медленно и мучительно. Каждая минута казалась вечностью. Наконец, Чонгук стоял в зале ожидания аэропорта, нервно поглядывая на часы. Вдруг он увидел знакомую группу парней, и среди них — Тэхёна и Чимина. Чимин сразу же бросил на Чонгука злой взгляд и передал ему чемодан Тэхёна, с лёгким шипением прошептав:
— Ну, вы и урод, Чон Чонгук.
Чонгук хотел его остановить, но понимал что Чимин прав. Он подошёл к Тэхену, но поцеловать не решился. Просто обнял и сказал.
— Я скучал, Тэ, очень скучал, — прошептал Чонгук, прижимая Тэхёна к себе. Тэхён на удивление ответил на объятия, но молчал, и это молчание заставляло сердце Чонгука сжиматься.
— Тэ, ты едешь с нами? — спросил Чимин, нарочито громко, как будто пытаясь разрядить напряжённую атмосферу.
— Чонгук посмотрел на Тэхёна с умоляющим взглядом, его глаза искали ответа, который мог бы вернуть хоть немного нормальности в их отношения.
— Нет, Чими, я поеду с Чонгуком, — сказал Тэхён, его голос был тихим, но твёрдым. Он посмотрел на Чонгука, и тот, почувствовав дрожь в своих руках, подхватил чемодан и протянул руку Тэхёну. Тэхён заметил, как его рука слегка дрожит, но ничего не сказал.
Всю дорогу домой они молчали. Время казалось растянутым, тягучим, каждое мгновение давило на них тяжёлым грузом. Лишь когда они подъехали к дому, Тэхён нарушил молчание.
— Моя комната готова? — спросил он, взглянув на Чонгука с каким-то трудным для того пониманием.
Чонгук сглотнул, стараясь скрыть нервозность.
— Да, Тэ, готова, — ответил он, хотя его голос звучал неуверенно.
Они прошли в дом. Запах свежести сразу же наполнил воздух. Тэхён огляделся, как будто проверяя, всё ли так, как было раньше. Затем направился к лифту. Чонгук остался стоять, не зная, стоит ли ему предложить что-то ещё или просто ждать. Тэхён обернулся.
— Гуки, ты мне поможешь? — его голос был тихим, но в нём звучала какая-то скрытая боль.
Чонгук рванулся с места, не в силах оставаться равнодушным.
— Да, конечно, — сказал он, поспешив за Тэхёном.
Они вошли в спальню — ту самую, в которой Тэхён когда-то спал в первый раз. Белоснежная постель, мягкий белый ковёр. Всё было таким же, как и прежде, но теперь каждый предмет казался чужим, незнакомым. Воспоминания захлестнули их обоих, словно волна. Тэхёну хотелось броситься в объятия Чонгука, целовать его, прижиматься, чувствовать его запах, сильные руки, которые могли бы вернуть ему покой. Но боль и обида, как тяжёлое бремя, не позволяли ему это сделать.
Чонгук стоял в дверях и смотрел на Тэхёна. Вот он здесь, перед ним. Он скучал по нему. По его губам, его лицу, по его смеху, по тому озорному взгляду, когда Тэхён готов был замыслить что-то шалое. Но Чонгук боялся. Боялся даже прикоснуться, не зная, можно ли это. Всё было так хрупко.
— Я закажу нам поесть? — тихо спросил он, пытаясь хоть как-то разрядить обстановку. — Что бы ты хотел?
Тэхён посмотрел на Чонгука, его глаза были полны каких-то скрытых эмоций, и на мгновение Чонгук подумал, что может увидеть в них прощение, но не решился спросить.
— Не знаю, на твой вкус, — ответил Тэхён, его голос был тихим и немного растерянным. Между ними повисло неловкое молчание. Во время ужина никто не знал, что сказать. Чонгук не отрывал глаз от Тэхёна, в то время как Тэхён лишь иногда поднимал взгляд и вновь опускал его.
— Я пойду наверх, — сказал Тэхён, когда ужин закончился, — мне нужно немного отдохнуть.
— Конечно, — ответил Чонгук, его голос едва слышен, но полон тоски.
Тэхён зашёл в спальню и лёг на кровать. Та самая, с тем видом из окна, который сразу так понравился ему. Вспышка тепла и боли прокатилась по его телу. Он вдруг услышал, как Чонгук подошёл к двери, но не стал стучать. Вместо этого Чонгук присел рядом с дверью. Тэхён, не издавая ни звука, подкрался к двери с другой стороны и тоже сел. Так они сидели, слушая тихое, прерывистое дыхание друг друга, не зная, что сказать.
Наконец, Чонгук нарушил тишину.
— Прости меня, Тэ, — его голос был почти беззвучным, полным боли и отчаяния. — Прости, я не знаю, как всё исправить. Но одно я знаю точно... ты мне нужен. Я безумно тебя люблю.
Тэхён молчал. Это молчание было тяжёлым, словно тысяча невыраженных слов висела в воздухе. Чонгук сидел, не двигаясь, и в какой-то момент, наверное, понял, что ничего больше не может сделать. Он встал и тихо ушёл в свою спальню. Когда его шаги стихли, Тэхён тихо разрыдался. Внутри него всё кричало от боли и разочарования, но что-то внутри не позволяло ему двигаться.
Чонгук ненавидел себя. Он снова и снова пытался вспомнить тот вечер, но мысли путались. Почему он ничего не помнит? Как такое может быть? Ведь он выпил всего пол бокала виски. Он был уверен, что этого недостаточно для того, чтобы забыть всё, что произошло.
Точно, анализ... — он вспомнил, — анализ крови. Надо позвонить в клинику и узнать результаты. Завтра утром.
Тэхён принял душ, его мысли блуждали, возвращая его в те моменты, когда они были вместе. Он вспоминал, как Чонгук прижимал его к мокрой плитке, и хотя вода была холодной, ему не было холодно — его обнимал и ласкал самый любимый человек. Он лег на кровать, погрузился в свои мысли и быстро уснул, вымотанный и физически, и эмоционально. Гастроли, напряжение, переживания — всё слилось в одно.
Чонгук тоже уснул. Когда он проснулся, дождик тихо постукивал по стеклу, его тянуло в сон, но он открыл глаза и сразу почувствовал, что что-то не так. Он был укрыт одеялом и без обуви, хотя точно помнил, что лежал в туфлях и без одеяла.
— Тэ, милый Тэ, он всё ещё любит меня, — от этой мысли по телу Чонгука разлилось тепло. Эта мысль согрела его сердце. Он вскочил, не думая о том, что нужно было бы поспать ещё, и быстро принял душ. Натянув халат, он поспешил выйти из комнаты, не в силах усидеть на месте.
Нос защекотал запах выпечки и горячего шоколада. Чонгук сбежал по лестнице, быстрым шагом дошёл до кухни. Тэхён смотрел в окно, сиреневый лёгкий халат очерчивал его фигуру, тонкую талию. Он был босиком. Тэхён любовался дождём, пальчиком вел по стеклу, повторяя путь капли дождя. У Чонгука перехватило дыхание, он замер.
— Доброе утро, Гуки, — голос Тэхёна был необычайно ласковым, тёплым, словно обвивал его душу.
— Доброе утро, — с трудом выдавил из себя Чонгук, его голос звучал хрипло, как будто он только что проснулся. Он шагнул вперёд и, не зная, как начать, попытался обнять Тэхёна. Но Тэхён внезапно вздрогнул и отстранился, будто остался на расстоянии, о котором Чонгук и не догадывался.
Чонгук замер на мгновение, его руки зависли в воздухе. Он медленно убрал их, словно понимая, что нарушил что-то важное.
— Я понимаю, — произнёс Чонгук, его голос был полон тоски и печали. Он говорил тихо, не зная, как найти слова, чтобы исправить всё. — У нас два дня выходных, — он сменил тему, стараясь вернуть хотя бы немного нормальности. — Чем хочешь заняться?
Тэхён повернулся к нему, его взгляд был мягким, но в глазах всё равно читалась какая-то преграда. Он молча наблюдал, как Чонгук сидит за столом и пьёт кофе, его движения слегка замедленные.
— Давай погуляем, — предложил Тэхён, словно решив, что хоть что-то из прежнего их общения должно остаться.
— Погуляем под дождём? — с лёгкой ироничной улыбкой спросил Чонгук, вспоминая, как это было раньше.
— Ну да, как раньше, помнишь? — ответил Тэхён, его голос звучал как некое старое воспоминание, которое они оба пытались вернуть.
— Помню, Тэ, конечно помню. — Чонгук улыбнулся, хотя в его сердце было чувство пустоты. Он вспомнил все те моменты, когда дождь не был преградой, а наоборот, становился частью их особенной связи.
Чонгук набрал номер такси и через пару минут направился с Тэхёном в парк, который был для них обоих важным местом. Парк, где они гуляли под дождём, не обращая внимания на мокрые волосы и промокшие пальто. Это был их парк, который ассоциировался с самыми тёплыми воспоминаниями, даже несмотря на все переживания и сложные моменты, которые они пережили. Когда Тэхён проходил реабилитацию, они часто приезжали сюда, чтобы гулять, поддерживая друг друга и не обращая внимания на погодные капризы. Это был их маленький мир, где не было места для сомнений и боли.
Гуляя по аллее, Тэхён ловил капли дождя руками. В какой-то момент, казалось бы, невольно, он взял Чонгука за руку. Тёплая ладонь Тэхёна прошлась по руке Чонгука, и сердце Чонгука неожиданно ускорило своё биение. Он так хотел поцеловать Тэхёна, но понимал: сейчас ещё не время, ещё слишком рано.
Внезапно звонок телефона прервал его мысли.
— Добрый день, господин Чон Чонгук. Моё имя Джанми. Вы сдавали анализ крови, и результат уже готов. Хотите его услышать, или можете зайти в приложение вашей больничной кассы? — произнес голос на другом конце линии.
Чонгук сразу перебил её.
— Хочу услышать прямо сейчас.
— Хорошо, одну минуту, господин Чон, — ответила Джанми.
Сердце Чонгука билось учащённо, словно оно готово было вырваться из груди. Он нетерпеливо подождал, скрипя зубами.
— Ну? — в голосе Чонгука звучала явная нетерпимость.
— Господин Чон, в вашей крови найдены остатки наркотиков. Они могут вызывать галлюцинации, потерю памяти, сильную тошноту и головную боль. Если хотите, мы можем провести очищение…
— Не надо, — перебил её Чонгук, не желая слышать больше. — Спасибо, дальше я решу всё сам.
Чонгук отключил телефон, и какое-то время стоял, сжимая устройство в руках. Он чувствовал, как нарастает гнев. Тэхён, заметив его состояние, отошёл в сторону, давая Чонгуку время закончить разговор.
— Значит, наркотик... — с яростью пробормотал Чонгук, его взгляд стал темным. Он вдруг вспомнил, как Дэгён настаивал, чтобы Чонгук выпил текилы. Всё сходилось. — Тебе конец, — подумал Чонгук, ощущая, как его злость растёт, как буря внутри.
Он нашёл взглядом Тэхёна и, решив не портить выходные, мысленно принял решение.
— Хочу мороженое, — сказал Тэхён, слегка улыбаясь.
— Мороженое? На улице дождь, а ты хочешь мороженое? — удивился Чонгук.
— Да, — Тэхён смотрел на него с таким выражением, что Чонгук не смог устоять. Его сердце таяло, как то самое мороженое.
Они зашли в ближайшее кафе, и Тэхён заказал мороженое, а Чонгук взял очередную чашечку кофе. Чонгук был готов сидеть так вечно, наблюдая, как Тэхён, как маленький ребёнок, играет с мороженым. Тэхён улыбался, а Чонгук не мог отвести глаз. Он аккуратно положил свою ладонь на руку Тэхёна, внутренне тревожась, что тот может отдернуть руку. Но Тэхён продолжал сидеть, словно ничего не произошло, и Чонгук почувствовал, как от прикосновения становится тепло и спокойно.
— Что будем делать дальше? — спросил Чонгук, надеясь на продолжение этой тихой и уютной атмосферы.
— Пойдём домой, посмотрим какой-нибудь фильм, — ответил Тэхён, не отрывая глаз от мороженого.
— Хорошо, — ответил Чонгук, с улыбкой наблюдая за ним.
Когда они вернулись домой, Тэхён лёг на диван и начал искать фильм, а Чонгук устроился в кресле напротив.
— У нас есть клубника? — спросил Тэхён, не отрываясь от экрана.
— Да, сейчас, — Чонгук вскочил с кресла и прошёл на кухню. Вернувшись с мытой клубникой, от которой пахло сладким ароматом, он улыбнулся. — Тэ, я могу сесть рядом? — осторожно спросил он.
Тэхён привстал, делая место для Чонгука. Когда тот устроился рядом, Тэхён, неожиданно для себя, положил голову ему на колени и включил фильм. Рука Чонгука мягко легла на грудь Тэхёна, и на этот раз он не убрал её. Это радовало его, ведь даже в этой молчаливой близости между ними было что-то очень родное.
Выходные прошли, как один день — быстро, но с чувством, что они вместе, и что всё ещё возможно.
Утро понедельника принесло ещё больше радости Чонгуку. Когда он довёз Тэхёна до студии, Тэхён нежно коснулся его щеки губами. Чонгук не сдержался и притянул Тэхёна к себе для поцелуя. Он едва коснулся его губ, и, как всегда, Тэхён не оттолкнул его.
— Я заберу тебя в семь, — сказал Чонгук, нежно улыбаясь.
Тэхён кивнул и вышел из машины.
Чонгук вошёл в офис и сразу позвал к себе Намджуна.
— Доброе утро, Чонгук, — сказал Намджун, входя в кабинет.
— И тебе, Намджун. Где этот ублюдок? — спросил Чонгук, глядя на него с напряжением.
— Ты про Дэ? — переспросил Намджун, поднимая бровь.
— Эта сволочь накачала меня наркотиками в тот вечер в баре, — ответил Чонгук, сжимающим кулаки.
— С чего ты взял? — Намджун напрягся.
— С анализа крови, — рявкнул Чонгук. — Нами, если ты мне друг, позвони ему и сделай так, чтобы он и его эта… шлюха пришли сюда.
— Ну не знаю, Гук, вряд ли он согласится, после того как ты ему набил морду, — сказал Намджун, чуть ухмыльнувшись.
— Нами, пожалуйста, я должен для себя понять, было ли это или нет. Я не могу смотреть в глаза Тэ, — попросил Чонгук, в голосе которого звучала боль.
— Хорошо, — ответил Намджун, набирая номер Дэгёна.
Долгие гудки тянулись как вечность.
— Слушаю тебя, Нам, — раздался сонный голос Дэ в трубке.
— Привет, Дэ, ты где?
— Я в Штатах, а что?
— Да у нас тут проблема с твоими платёжками, ты можешь прилететь?
— Ну, я постараюсь, но не раньше чем через неделю, может две.
— Постарайся поскорее, — настаивал Намджун. — Дааа, кстати, этот парень, кажется, Ким, ты с ним на связи?
— Ну да, что, понравился? — хихикнул Дэ.
— Есть немного. Ты можешь прийти с ним?
— А Чонгук, он будет на фирме? — в голосе Дэгёна явно слышалось нежелание встречаться с Чонгуком.
— Ммм, нет, он с Тэхёном уезжает в Париж.
— Ну ладно, я позвоню, когда прилечу.
— Хорошо, Дэ, только не тяни, иначе мы не сможем с тобой рассчитаться.
— Ладно, ладно, постараюсь, — ответил Дэ.
— А ты хорошо врёшь, Нами, — рассмеялся Чонгук.
— Да иди ты! — прыснул со смехом Намджун.
Дни шли за днями, и между Чонгуком и Тэхёном постепенно наступало потепление. Но Тэхён по-прежнему спал отдельно, отдаляя себя от Чонгука, словно между ними невидимая стена. Они всё чаще разговаривали, делились мыслями и переживаниями, но каждый раз, когда Чонгук пытался приблизиться, Тэхён отстранялся. Чонгук знал, что его нужно поддержать, что он должен проявить терпение, но сердце продолжало болезненно сжиматься от отчаяния.
Однажды вечером, после ужина, Чонгук и Тэхён долго сидели за столом, обсуждая свои чувства. Чонгук, в страхе, что Тэхён поднимет тему измены, нервно теребил салфетку, стараясь не смотреть в глаза Тэхёну. Он понимал, что этот разговор неизбежен, и, хоть и боялся его, знал, что они не смогут двигаться вперёд, пока не обсудят это.
Чонгук сидел в кресле, поглощённый мыслями, пока Тэхён принимал душ. Время тянулось как вечность, и каждый его шаг отдавался в сердце, как эхо. Когда Тэхён наконец вышел из ванной, его влажные волосы ещё капали водой, и она, как маленькие сверкающие слёзы, стекала по его оголённым плечам. Он надел халат, который так свободно сидел на его теле, и присоединился к Чонгуку. Но, вопреки привычному, не лёг на диван, а встал перед ним на колени. Он положил свои ладони на ладони Чонгука, и в этот момент мир будто замер. В их взглядах не было ни слов, только ощущение, что эти секунды длится целая вечность.
— Гуки, нам нужно поговорить, — сказал Тэхён тихо, но его голос прозвучал так, как если бы он выдыхал самые тяжёлые слова своей жизни. Чонгук почувствовал, как его сердце сжалось, словно в этот момент оно остановилось.
— Я слушаю, — едва прохрипел Чонгук, и его голос звучал сдержанно, будто он держал в себе все чувства, которые пытались вырваться наружу.
Тэхён немного замялся, погружённый в свои мысли, а затем продолжил, его голос был мягким, но с ноткой волнения.
— Я вижу, как ты заботишься обо мне, чувствую твою нежность, твою любовь в каждом прикосновении. Ты делаешь всё, чтобы мне было хорошо, и мне... мне это сложно принять.
— Тэ, — прервал его Чонгук, его глаза наполнились тоской, — если ты решил уйти, просто скажи. Не тяните. Моё сердце не выдержит долгих объяснений, я не смогу больше жить в этом неведении.
Тэхён замолчал. Он не знал, как выразить всё, что чувствовал. Его медово-карие глаза искренне смотрели в глаза Чонгука, и, казалось, его душа была открыта для него полностью.
— Ты хочешь, чтобы я ушёл? — спросил Тэхён, и его голос стал тише, будто он был готов принять любой ответ. В его взгляде не было гнева или разочарования, только боль и тревога.
Чонгук, вздыхая, ответил, и его слова были едва слышны, но наполнены всей силой его чувств.
— Как я могу этого хотеть? — прошептал Чонгук, его ладони нежно обвили лицо Тэхёна, словно пытаясь унять его страхи. — Я умру без тебя, Тэ. Ты — моя жизнь.
Тэхён приподнялся на коленях и нежно поцеловал Чонгука. Поцелуй был долгим, нежным, и от него у обоих закружилась голова, как в первый раз, когда они были вместе. Все их сомнения и страхи растворились в этом моменте.
— Я верю тебе, — прошептал Тэхён, его губы едва касались губ Чонгука, а его голос был полон нежности и уверенности. Он медленно поднялся с колен и, отстранившись, тихо добавил: — Спокойной ночи, Гуки.
— И тебе, Тэ, — едва прошептал Чонгук, его сердце переполнялось чувствами. Он смотрел на Тэхёна, который уходил в свою комнату, и всё в нём кричало, что он не может и не хочет терять его. Но он знал, что всё это только начало — начало нового пути, где они должны быть вместе, несмотря на прошлые раны.
Тэхён поднялся на второй этаж и скрылся в комнате. Чонгук почувствовал, что ему нужен холодный душ. Он поднялся быстро по лестнице, дверь в комнату Тэхёна была приоткрыта. Чонгук, замер возле двери и заглянул. Тэхён стоял у окна, спиной к двери и что-то бормотал. Чонгук прислушался.
— Боже, помоги, — шептал Тэхён, - не дай мне сорваться. Да что я несу? Гуки, я так скучаю по тебе, приди, приди и возьми меня. Я так люблю тебя, так хочу целовать тебя.
Кровь загрохотала в висках Чонгука, он толкнул дверь рукой и в два шага оказался рядом с Тэхёном. Он ничего не видел, кроме губ Тэхёна, не слышал ничего, кроме стона Тэхёна, когда прижал его к себе и впился губами в губы своего мальчика, языком проникая между губ. Они целовались так, как будто наступил конец света и это их последние минуты. Чонгук стянул с Тэхёна халат и покрыл его тело поцелуями, покусывая нежную кожу. Тэхён стонал, выгибая тело.
— Гуки, я так давно этого хотел.
Чонгук языком коснулся паха Тэхена, отчего он вздрогнул и подался вперёд. Тэхён почувствовал, как его плоть проникла во влажный горячий рот Чонгука.
— Дааааа, — стонал Тэхен.
Его член стал ещё более твердым, готовым вот-вот взорваться, но Чонгук остановился и на локтях навис на Тэхёном, пахом вдавливая Тэхёна в постель. Чонгук впился в шею Тэхена в то время, как Тэхён судорожно срывал с Чонгука рубашку и расстёгивал молнию на брюках.
— Гуки, быстрей, прошу, — шептал он.
— Нет, малыш, не так быстро, — облизывая губы Тэхёна, ответил Чонгук. — Я хочу насладиться тобой до конца.
Наконец рубашка и брюки с боксерами слетели на пол. Тэхён целовал грудь Чонгука, ладонью гладя член. Брюнет сразу двумя пальцами проник в узенькую дырочку.
— Ты уверен, что готов к этому? — спросил Чонгук.
— Даааа, — стонал Тэхён, — мммм… да.
Чонгук раскатал презерватив по члену, налив смазку и одним толчком вошёл в Тэхёна. Он остановился, понимая, что вот-вот сам кончит. Тэхен впился ногтями в спину Чонгука и приподнял таз. Мужчина медленно двигался, не глядя на то, что шатен умолял быстрее. Наконец Чонгука сорвало, толчки стали быстрее и глубже, член Тэхёна напрягся. Тэхён издал громкий стон, тело обмякло, лицо залил румянец, Чонгук поцеловал его в шею. Три сильных толчка с громкими шлепками и Чонгук кончил. Он упал всем весом на Тэхёна. Они лежали лаская руками друг друга.
— Гуки, это было волшебно. У меня кружится голова, — Тэхён прошептал эти слова, почти не веря, что всё это действительно происходит. Он закрывал глаза, наслаждаясь последними ощущениями, как будто он только что прошёл через волшебную реальность, от которой трудно было оторваться. Чонгук улыбнулся, а его взгляд был полон нежности и любви. Он поцеловал Тэхёна, так нежно, как если бы этот поцелуй был последним в его жизни, целуя его, словно каждый момент был вечностью. Тэхён, в свою очередь, приподнял голову и ответил на поцелуй с той же страстью.
Когда поцелуй закончился, Чонгук лёг рядом, ощущая, как тепло Тэхёна ещё долго оставалось на его губах. Он притянул его к себе, так близко, что Тэхён мог слышать биение его сердца, его дыхание, которое теперь сливалось с его собственным. Это было как возвращение домой, в тот самый момент, когда всё становится на свои места.
— Тэ, я безумно люблю тебя, — Чонгук произнес эти слова тихо, почти шепотом, его голос был полон уязвимости, словно он открыл Тэхёну свою душу. Его слова казались одновременно сильными и нежными, как тонкая ниточка, соединяющая их два мира. Он знал, что именно эти слова, это признание, было тем, что нужно было сказать.
— Не обижай меня больше, — голос Тэхёна был мягким, но в нем чувствовалась не только тревога, но и та боль, которую он пытался скрыть. Он смотрел на Чонгука, и в его глазах Чонгук увидел все страхи и желания, которые скрывались за этой маской силы. Он почувствовал, как его сердце сжалось, но ему нужно было быть честным с ним, чтобы исцелить раны, которые они оба пронесли через эти месяцы.
— Клянусь, Тэ. Больше никогда, — Чонгук ощутил, как его горло сжалось от обещания, которое он дал. Он чувствовал себя уязвимым, как никогда, но одновременно и сильным. Он был готов стоять на коленях, чтобы доказать ему, как сильно он его любит. Он сам не знал, сколько боли и страха было в его словах, но был уверен, что без Тэхёна его жизнь потеряла бы всякий смысл.
— Может ты вернёшься в нашу спальню? — Тихо спросил Чонгук, его глаза были полны надежды и желания. Он не мог больше жить с мыслью о том, что между ними всё еще есть расстояние, даже если оно было невидимым. Его голос слегка дрожал, но в этом дрожащем тоне звучала настоящая боль и желание быть рядом.
— Ну, если ты так хочешь... — вдруг в голосе Тэхёна появилось то знакомое игривое звучание, как раньше, когда он хотел поддразнить Чонгука. Этот смех был спасением, напоминанием, что они всё ещё здесь, что всё ещё возможно. Это было как первый луч света после долгой туманной ночи. Чонгук почувствовал, как его грудь распахнулась, когда он услышал этот знакомый тон.
Не удержавшись, Чонгук быстро встал с кровати, бережно поднял Тэхёна в свои сильные руки, будто боялся, что он может исчезнуть, как сон. Он держал его так, как если бы он был самым ценным, самым дорогим, что у него когда-либо было. В его объятиях Тэхён почувствовал защиту, чувство дома, которое не может дать ничто другое. Чонгук, почти не думая, понёс его в душ — туда, где они были такими близкими, где было место только им двоим. Вода струилась по их телам, создавая маленькие облака пара в воздухе. Это было так интимно, так тепло.
— Я больше никогда тебя не отпущу, — сказал Чонгук с такой решимостью, что эти слова прозвучали как обет. Его руки касались тела Тэхёна, намыливая его кожу с нежностью, которой не было ни в одном жесте до этого. Каждое прикосновение было как обещание, что теперь они будут вместе, неважно, что будет дальше.
Тэхён закрывал глаза, чувствуя, как его тело откликается на каждое прикосновение Чонгука, как их близость становилась всё крепче, как сердце било в унисон. Он чувствовал, что Чонгук не просто делает что-то для него — он вкладывает в каждое движение свою душу, свою любовь.
И в этом моменте, когда их тела слились, и вода смывала все их сомнения и страхи, Тэхён понял одно — он не хочет уже никуда уходить. Тот мир, который они создали вместе, был единственным, где он хотел быть. И теперь, когда Чонгук держал его, Тэхён знал, что несмотря на все разногласия, несмотря на боль, они смогут начать всё заново. С этой близостью, с этим чувством, которое не могло быть разрушено ничем.
Будильник. Ненавистный будильник. Чонгук открыл глаза и с тревогой посмотрел в сторону Тэхёна. Он боялся, что всё это был сон. Но, увидев, как тёплый комочек, уткнувшись носом в подушку, сопит, лежа рядом, Чонгук успокоился.
— Малыш, доброе утро, пора вставать.
— Не хочуууууу, — куксился Тэхён, не открывая глаз.
— Я тоже не хочу, но слово есть слово.
Чонгук стал щекотать Тэхёна. Тэхён засмеялся, пытаясь увильнуть от рук Чонгука.
— Всё, встаю, встаю! — смеялся Тэхён, несмотря на сопротивление.
Как же Чонгук был счастлив: его малыш снова с ним, и он смеётся. Он обнял Тэхёна так сильно, что тот застонал.
— Ты меня задушишь! — улыбался Тэхён, едва успевая дышать. — Всё, подъём!
Они приняли по очереди душ, выпили кофе. Как обычно, Чонгук довёз Тэхёна до студии. Он вошёл в офис и, проходя мимо кабинета Намджуна, услышал голоса. Это был голос того самого парня.
Чонгук не сдержался и ворвался в кабинет. Дэ от неожиданности сидел в кресле, как будто его кто-то внезапно застал врасплох. Ким вжался в стену, явно испугавшись. Только Намджун оставался спокойным, он, похоже, всё это ожидал.
Чонгук сверлил Кима таким взглядом, что у того кровь стыла в жилах. Дэ попытался встать, но Чонгук так рявкнул, что тот застыл на месте, не в силах пошевелиться.
— Сейчас вы расскажете мне всю правду! — сквозь зубы рычал Чонгук.
Он быстро набрал Тэхёна.
— Тэ, малыш, сколько времени тебе надо, чтобы добраться до офиса? — спросил Чонгук, стараясь сдержать волну гнева, которая накатывала.
— Минут пять-семь, — ответил Тэхён, в голосе которого слышалась лёгкая тревога. — Гуки, что-то случилось?
— Нет, Тэ, просто ты мне сейчас здесь очень нужен.
— Хорошо, я бегу.
Тэхён подскочил к Чимину, едва успев одеться.
— Чим, прикрой, пожалуйста, я нужен Гуки.
Тэхён бежал, не замечая преграды.
Его шаги становились всё быстрее, сердце колотилось в груди. Он ощущал, как его пульс сбивается, мысли путались, а дыхание становилось всё более хриплым.
— Гуки, я бегу, я уже здесь! — крикнул Тэхён, не в силах сдержать паники в голосе. — Что случилось? Что, Гуки?
В груди что-то ёкнуло, когда Тэхён увидел знакомую стройку зданий и почувствовал, как адреналин проникает в кровь. Лифт. Он казался невероятно медленным, как будто время растягивалось в несколько вечностей. Тэхён снова и снова думал, что это просто кошмар, что он вот-вот проснется.
— Я здесь, Гуки! Я здесь! — кричал Тэхён, когда дверь кабинета, наконец, открылась, и он снес её с плеча, влетев внутрь.
Дверь открылась, и перед ним был Чонгук — стоящий, уверенный, но его глаза были наполнены тревогой. На мгновение Тэхён почувствовал, как его мир снова стал на свои места.
Он бросился в его объятия, почти теряя сознание от волнения.
— Что случилось? — срывающимся голосом спросил Тэхён.
— Тэ, отдышись, всё хорошо, — сказал Чонгук, пытаясь успокоить его, но его голос был напряжённым. Он тоже нервничал, но не показывал этого.
Тэхён выпил воды, но чувство тревоги не покидало его. Он оглядел комнату и заметил, что в ней есть кто-то ещё. Мужчины, которые явно не ожидали его появления.
— Что происходит? — его голос был хриплым, как если бы он предчувствовал, что-то ужасное.
— Сейчас мы узнаем правду, Тэхёни, — сказал Чонгук, его голос стал холодным и твёрдым. — Эти двое всё расскажут. Он повернулся к Дэгёну, и его взгляд был таким жёстким, что тот словно сжался. — У тебя есть два выхода: либо ты говоришь мне всю правду, и спокойно забираешь своего шлюхана, уезжаешь в Европу, и больше никогда не появляешься в моей жизни, либо я посажу вас обоих. Я знаю, что ты подсыпал мне наркотик в тот день в баре. Бармен признался.
Тэхён почувствовал, как внутри его всё сжалось от этих слов, а сердце колотилось ещё быстрее. Он не мог понять, что именно было правдой, и как теперь всё изменится.
— Да, да! — вдруг воскликнул Дэ, его голос был диким от злости и обиды. — Ты должен быть со мной, но ты выбрал этого инвалида, который ест обезболивающие, как конфеты! Но ты всё равно с ним! Сначала я хотел переспать с тобой, но потом понял, что всё будет очевидно. Поэтому я попросил Кима просто поцеловать тебя, но не ложиться под тебя!
В этот момент Чонгук повернулся и пристально посмотрел на Кима. Тот, казалось, становился всё меньше с каждым взглядом Чонгука, и его глаза были полны страха.
Ким еле выдавил из себя слова:
— Между нами ничего не было, правда! Ты всё время говорил о Тэхёне, ты оттолкнул меня. Но, кто бы не захотел оказаться в одной постели с Чон Чонгуком? Да ещё вместо самого красивого айдола, Тэхёна. Ты был совсем никакой, вот я и воспользовался. Я же не думал, что Тэхён вернётся в Корею. Насколько я знал, он был на гастролях.
Тэхён ощущал, как его сердце разрывается от боли. Эти слова были как нож в спину. Он посмотрел на Чонгука, его глаза были полны боли и сомнений.
— Идиот, — произнёс Дэгён, его голос стал едким, наполненным яростью. — Я же послал ему видео, где вы целуетесь. Конечно, он прилетел первым самолётом.
Тэхён почувствовал, как земля уходит из-под ног. Его мысли взорвались, смешиваясь с тем, что он услышал. Его любовь к Чонгуку была осквернена, и теперь он не знал, что делать.
— Ахренеть, — вдруг раздался голос Юнги. Он стоял в дверях, но все были так поглощены разборками, что никто его не заметил. — Я могу это пустить в печать? — рассмеялся Юнги, его смех был резким и зловещим.
Чонгук отвернулся от всех и, словно не замечая никого вокруг, сказал:
— Если жизнь не дорога, — его голос был ледяным и твёрдым, но в его глазах горела ярость, которую невозможно было скрыть.
***
Дэ и Ким покинули Корею, и охрана Чонгука внимательно проследила за их отъездом, удостоверившись, что они больше не вернутся. Намджун, Юнги, Тэхён и Чонгук отправились в долгожданный отпуск на Гавайи, где их ждали тёплые океанские ветры и бескрайние горизонты. Иногда любовь оказывается сильнее всего, даже зла, но только если она искренняя, настоящая, способная победить любые преграды и светить, как звезда, несмотря на тёмные ночи.
