Фрау Линден и её ученица

Привет, мои дорогие читатели! Хочу немного объяснить, почему в последнее время главы выходили так редко. Во-первых, у меня были экзамены и непростой период с работой. В итоге я решила уволиться, поэтому какое-то время была занята совсем другими делами. Во-вторых, мне хотелось честно сказать ещё об одной причине. Для любого автора очень важна обратная связь. Лайки, комментарии, отзывы это то, что помогает понять что историю действительно читают и ждут. Когда долгое время почти ничего не меняется, становится трудно находить вдохновение и силы продолжать даже если очень стараешься. Я всё ещё люблю эту историю и хочу довести её до конца. Поэтому буду очень благодарна каждому лайку, комментарию или отзыву. Для вас это всего несколько секунд, а для меня огромная мотивация писать дальше. Спасибо всем, кто остаётся со мной и поддерживает эту историю. ❤️ ••• С каждым днём мои чувства к Линден становились только глубже и сильнее. Они росли, словно нежный, но неудержимый цветок, распускающийся в моей груди. Я до сих пор не знала, что она чувствует ко мне на самом деле, но в своих эмоциях была уверена абсолютно. Я менялась. И менялась в лучшую сторону ради неё. Даже мои глаза, казалось, светились по-другому. Бал остался позади, словно прекрасный, но уже немного размытый сон. Наступил обычный школьный день. Утро началось, как всегда, в кафе, а потом — уроки. Варя со мной почти не разговаривала. Она была явно обижена, что я так внезапно бросила её на балу. Но я не растерялась. Когда мы остались наедине, я мягко взяла её за руку и начала объяснять: — Варь, я специально оставила тебя с Эриком. Хотела, чтобы вы побыли вдвоём. Он так на тебя смотрел… Я подумала, что не имею права мешать. Варвара несколько секунд смотрела на меня, а потом её лицо смягчилось. — Правда? Ну… тогда ладно. Я просто подумала, что ты меня бросила. Я улыбнулась в ответ, чувствуя на душе облегчение. На самом деле я едва помнила, как именно перекрутила правду, но главное, она поверила. И теперь смотрела на меня уже с теплом. После бала Бен подходил ко мне несколько раз. Каждый раз с лёгким беспокойством в голосе он спрашивал, куда я пропала в тот вечер. Я чувствовала себя немного виноватой перед ним он был таким милым и искренним. Но правду сказать не могла. — У меня внезапно заболел живот, — соврала я с мягкой улыбкой. — Пришлось уйти пораньше. Прости, что не предупредила. Бен кивнул, хотя в его глазах мелькнуло разочарование, он не стал давить и просто пожелал, чтобы я быстрее выздоравливала. А я… снова мысленно возвращалась к Линден. И понимала, что готова врать кому угодно и сколько угодно лишь бы сохранить эти моменты. Лишь бы продолжать быть рядом с ней. Первый урок был классным часом, который вела наша классная руководительница — Линден. Она вошла в класс уверенной, грациозной походкой, и я невольно сглотнула, не в силах отвести от неё взгляд. Чёрная юбка-карандаш идеально обхватывала её бёдра, заканчиваясь чуть выше колен, а строгий пиджак подчёркивал тонкую талию и красивую линию груди. Под пиджаком виднелся белый шёлковый топ, тонкий и нежный, словно ночная рубашка. На шее поблёскивала изящная золотая цепочка, а волосы были собраны в аккуратный, но сексуальный хвост, заколотый сзади. Весь класс мгновенно обволок лёгкий, дорогой аромат мускуса с тёплыми древесными нотами. *Уж что-что, а парфюм она выбирать умеет…* — подумала я, чувствуя, как по коже пробежали мурашки. Линден остановилась у учительского стола и аккуратно положила свои вещи. Все невольно выпрямились в спинах. Она медленно обвела класс взглядом. А потом её глаза остановились на мне. Этот взгляд… Тёплый, глубокий, с лёгкой, почти интимной улыбкой в уголках губ. В нём было всё: и тихое удовольствие от того, что она видит меня, и лёгкая собственническая нотка. Её глаза чуть прищурились, словно она мысленно уже касалась меня, проводила пальцами по моей коже. На секунду мне показалось, что в классе остались только мы вдвоём. Линден чуть приподняла бровь, и наконец отвела взгляд, начиная урок. — Кто сегодня отсутствует? — спросила она властно. Пересчитав присутствующих, она раздала тонкие листы с тестом. Когда дошла до меня, к моему тесту был приклеен маленький стикер. Я быстро спрятала его в ладони и прочитала: «Быстро ответь на все вопросы, как рука ляжет, и отпросись в туалет». Сердце сразу забилось чаще. Вопросы были простыми и странными одновременно: «Ты влюблялась когда-нибудь?», «У тебя есть настоящие друзья?», «Чувствуешь ли ты себя комфортно в этом классе?»… Мой самый любимый — последний. Пока все сосредоточенно водили ручками по листам, я отвечала почти наугад, просто ставя галочки. Через пять минут я подняла руку. — Можно выйти? — тихо спросила я. Линден посмотрела на меня. — Конечно, Анна. Иди. Я быстро выходила из класса, пока её взгляд провожал меня до самой двери. В туалете я осторожно проверила все кабинки. Сердце колотилось уже где-то в горле. Не успела я зайти в ту, что у стены, как за спиной послышались тихие, быстрые шаги. Линден вошла следом. Не говоря ни слова, она уверенно взяла меня за руку и затащила в соседнюю свободную кабинку. Дверь за нами закрылась с тихим щелчком замка. В тесном пространстве сразу стало жарко. Мы стояли так близко, что я чувствовала тепло её тела. Линден прижала меня спиной к стенке, одной рукой опираясь рядом с моей головой. В тесном пространстве сразу стало жарко. Мы стояли так близко, что я чувствовала тепло её тела. Линден прижала меня спиной к стенке, одной рукой опираясь рядом с моей головой. — Я заходила утром в кафе, — тихо начала она, глядя мне в глаза. — Хотела просто увидеть тебя… но ты уже ушла. Я пыталась слушать. Правда пыталась. Но взгляд предательски скользнул ниже — на её белую шёлковую блузку, где верхние пуговицы были расстёгнуты чуть больше, чем обычно, и мягко обрисовывали полную, соблазнительную грудь. Я быстро вернула взгляд к её глазам, но уже через секунду снова посмотрела на губы… а потом снова на грудь. Линден замолчала на полуслове. Она заметила. — Чем ты занята, пока я с тобой разговариваю? — спросила она низким, чуть хрипловатым голосом, в котором уже звучала насмешливая нежность. Я резко сглотнула и вышла из транса, чувствуя, как горят щёки. Но когда она продолжила говорить, мой взгляд снова опустился к её груди. Линден заметила это во второй раз. Она медленно опустила глаза на свою собственную грудь, а потом закинула голову чуть набок, прикусила нижнюю губу и сексуально улыбнулась. — Ах, вот чем ты занята… — прошептала она с лёгкой, довольной усмешкой. Не дожидаясь моего ответа, она медленно, одну за другой, расстегнула пуговицы на пиджаке. Ткань послушно разошлась, ещё больше открывая белый шёлк блузки и манящую ложбинку между грудей. — И что теперь? — тихо спросила я, делая маленький шаг назад. — Ты же позвала меня не за тем, чтобы просто поговорить. — Проницательная… — протянула она это слово низко и медленно, с явным удовольствием. Я снова повторила, уже чуть хрипловато: — И что теперь? Линден мягко, бархатно рассмеялась. Этот звук обволакивал, как тёплый шёлк. Сделав шаг вперёд, я обхватила её лицо ладонями и жадно впилась в её губы. Мне действительно показалось, что она слишком много болтает. Я сразу впилась в её нижнюю губу, а потом глубоко проникла языком, заглушая любой возможный звук. Линден застонала мне в рот, одной рукой крепко обхватив мою талию, а второй запустив пальцы мне в волосы. Время вокруг нас окончательно перестало существовать, сузившись до одного-единственного центра вселенной — до её губ. Её дыхание обожгло кожу, заставляя по телу пробежать целую лавину покалывающих мурашек. Это было невероятно мягко, но с такой глубиной, от которой кружилась голова. Каждое прикосновение ощущалось на пределе чувствительности словно оголённый провод. Пальцы запутались в её волосах на затылке, слегка притягивая ближе, в то время как ладони ответно легли на талию, сжимая ткань одежды в поисках опоры. Близость стала настолько осязаемой, что казалось, можно было услышать стук её сердца, в точности повторявший рваный ритм собственного. Поцелуй кружил голову, затягивал, как в омут, заставляя забыть обо всём на свете. Земля уходила из-под ног, оставляя лишь щемящую нежность и тепло губ, от которых было невозможно оторваться. Воздуха не хватало Линден выжигала его вокруг, словно солнце. От горячих прикосновений кожа пылала. Тело само тянулось навстречу в ожидании поцелуев в шею, ласк по ключицам, когда её прижмут к груди, обведут плечи, коснутся бедра и вдавят в стену под напором страсти. С ней забывалось всё плохое, что когда-либо было. Приподнявшись, язык проник ещё глубже. Линден склонилась, позволяя воплощать любые желания. Облизав нижнюю губу, её прикусили с наслаждением, а затем вернулись к поцелую. — Ах… Её рука соскользнула вниз. Фрау Линден подцепила мою одежду и медленно стянула её. Не снимая низ, она запустила руки внутрь, сжав мои ягодицы. Я чувствовала, как её возбуждение касается моего, как она трётся об меня, как мысли обо мне делают её всё более возбуждённой. Она поцеловала меня в ухо, убрала волосы и провела носом по шее. Спускаясь ниже, она начала облизывать и целовать кожу, пока руки теребили ткань моей одежды. Она замедлилась в своих действиях, приблизилась к моим губам и языком облизнула их, заставляя моё тело мгновенно возбудиться. Казалось, на мгновение я встала на носочки. Моё дыхание коснулось её уха. Её рука скользнула к чувствительной точке внизу. Я застонала, хоть и пыталась сдерживаться. Она провела пальцем по клитору, дразня меня. Я закрыла глаза. Она вновь раздвинула мои ноги. Нарастающее внизу напряжение стягивалось в одну точку, словно наконец нашла выход. Её шея блестела. Я провела языком от груди до шеи. Она непрерывно дышала. Взявшись за ручку двери, чтобы устоять на ногах, я лизала её, пока она наслаждалась моим жадным проявлением любви. Я схватила её за плечо и сжала от эмоций. Первый стон вырвался наружу, и она тут же прикрыла мне рот рукой. На её лице мгновенно отразилась улыбка, которая завела её ещё больше. Она склонила голову, облизнула свои губы, поднимая бровь. Стянув мои брюки и трусики вниз, она опустилась на колени. Я дышала ещё прерывистее. Было невероятно наблюдать за ней с учётом того, что такой я её никогда не видела. Её язык сразу нашёл набухший клитор. Стало горячо и влажно. Я уже не сдерживала стоны они вырывались громко, прерывисто, заполняя тесное пространство. Она взяла мою ногу и закинула себе на плечо, крепко держась за бедро. Язык двигался по кругу медленно, дразняще, то легко порхая, то сильно прижимаясь. Линден ласкала мои половые губы, то погружаясь глубже, то возвращаясь к клитору. Голова крутилась из стороны в сторону, не зная, куда деть себя от переполняющего удовольствия. — Ах… — вырвалось у меня протяжно. Она поднялась, прижалась к моим губам и поцеловала глубоко, заглушая стоны, пока пальцы продолжали круговые, медленные движения, растягивая каждую секунду наслаждения. Напряжение нарастало. Ноги начали подрагивать. Я облокотилась на неё, чтобы удержаться, и бёдра начали мелко подрагивать, дыхание превратилось в короткие всхлипы. Она ускорила движения, сильнее прижимаясь языком, и я наконец сорвалась. Сильно выгнулась, прижимая её голову к себе, и громко, протяжно застонала. Тело сотрясалось в сладких судорогах. Она не остановилась, лишь продолжала ласкать нежно и медленно, продлевая каждую волну, пока я не обмякла, тяжело дыша. — Если каждый раз ты будешь звать меня так, чтобы выйти с урока, то я не против, — прошептала я, всё ещё тяжело дыша. Линден убрала прядь волос за моё ухо и приблизилась, коснувшись губами мочки. — Я знала, что ты не откажешься, — выдохнула она низко и соблазнительно, облизнув мочку языком, прежде чем помочь застегнуть брюки. — Я расстегнула — я и застегну, — тихо ответила она. Мы начали приводить себя в порядок. Она одевалась, а я поправляла волосы и одежду. Внезапно Линден резко развернула меня лицом к стене. Её руки проникли под кофту, жадно сжали грудь, а пальцы нашли соски и слегка ущипнули. Громкий стон сорвался с губ от вспышки удовольствия. — Как-нибудь повторим… — прошептала она мне на ухо хриплым, довольным голосом, медленно убирая руки. — Только на коленях уже будешь ты. Я прикусила губу, прекрасно понимая, что ради её флирта встану не только на колени. Я первой вышла из туалета и вернулась в класс. Линден появилась через десять минут, неся с собой какие-то дополнительные документы, чтобы никто ничего не заподозрил. Она спокойно забрала у нас тесты, и урок закончился. После классного часа была демократия с герр Грундаем. Классный тип — любит политику больше, чем зарплату. — Анна, ты не написала прошлый тест, — сказал он, — хочешь написать его сейчас в тренинговой или после уроков? — Если можно, то сейчас, пожалуйста. — Конечно. Он дал мне листок и проводил до дверей тренинговой. Внутри была фрау Крассельт. Увидев меня, она улыбнулась, проводила за парту, подписала какие-то бумаги. Я заколола волосы на крабик и с прямой спиной приступила к заданиям. Голова ещё немного кружилась от Линден, и я невольно улыбалась, вспоминая наше утро. — Чего ты такая радостная, Анечка? — спросила фрау Крассельт, проходя мимо. — Хорошее настроение, фрау Крассельт, — ответила я и снова уткнулась в тест. Она прошлась по партам, потом села напротив меня. Я чувствовала на себе её взгляд, но продолжала писать, пытаясь не отвлекаться. Через несколько минут она тихо сказала: — Я не хочу, чтобы ты обожглась. Мои движение замерли. Я медленно подняла на неё глаза. — Что это значит? Как мне это понять? — Ты хорошая девушка, — мягко ответила она с тревогой, в своём дрожащем голосе. — Фрау Крассельт, — я отложила ручку, — что значит «не хочу, чтобы ты обожглась»? Ей было тяжело говорить. Я видела это по тому, как она сжала пальцы. Внутри нарастало беспокойство. Я отодвинула листок, про тест я позабыла, пододвинулась ближе, взяла её за руку. — Фрау Бергер? — первое, что пришло в голову. __Может, она имела в виду, что меня подставят?__ Фрау Крассельт лишь слегка склонила голову — ни да, ни нет. — Фрау Поль? — снова тишина. — У меня закончились догадки, — сказала я, чувствуя, как внутри всё сжимается. Фрау Крассельт долго смотрела на наши сцепленные руки. Потом осторожно высвободила свою ладонь. — И хорошо. — Хорошо? Она начала говорить, подбирая слова как спички. — Ты очень изменилась в этом году, Анна. Расцвела. Но я вижу, как ты смотришь на некоторых людей. И как они смотрят на тебя. Я не хочу, чтобы ты пострадала. Ты ещё так молода, а мир взрослых… бывает очень жестоким, когда в нём оказываются те, кто ещё не готов. — Просто будь осторожнее. — С кем? На этот раз пауза затянулась. — Со всеми. — Это не ответ. — Другого у меня нет. Я невольно усмехнулась. К моему удивлению, она не улыбнулась. Совсем. — Аня. От того, как тихо она произнесла моё имя, улыбка сама исчезла. — Не каждый взрослый рядом с тобой говорит всё, что думает. И не каждый взрослый рядом с тобой оказывается рядом случайно. Сердце неприятно кольнуло. — Что это значит? Крассельт тут же покачала головой. — Я сказала больше, чем должна была. Она поднялась со стула и пододвинула мой тест обратно. — Дописывай работу. — Фрау Крассельт... — Дописывай, Аня. Закончив работу, я поднялась из-за парты и подошла к её столу. Она взяла его, не поднимая глаз. Я стояла и ждала.. надеялась, что сейчас она что-то скажет, хоть слово, хоть взгляд, хоть что-то. Но она просто взяла тест и отвернулась к стопке других работ, давая понять, что разговор окончен. — Вы пытаетесь мне что-то сказать, — не выдержала я. — Пытаетесь предупредить. Но вы обрываете информацию на нужном месте, и я не могу понять, чего вы хотите. Крассельт не подняла взгляда. — Если вы не можете сказать мне прямо, то хотя бы не давайте надежды, что я пойму намёки. Я не умею их читать. Уже взявшись за ручку, её голос остановил меня. — Анна. Я замерла и медленно обернулась. Она давно не произносила моего имени полностью. Кажется, лишь тогда, в первые недели, только в самом начале — когда между нами ещё сохранялась осторожная дистанция и мы были почти чужими. С тех пор она всегда звала меня просто Аней — Береги себя. Я тяжело выдохнула, понимая, что больше она ничего не скажет, несмотря на все мои попытки убедить её в обратном. — Пока я не узнаю, от кого или от чего, — ответила я, — я не могу этого сделать. Она виновато опустила глаза, совсем как кошка, разбившая любимую вазу хозяйки. После тренинга меня не покидало ощущение, будто мне дали ключ, но умолчали, к какой двери он подходит. После школы я направилась на работу. Дорога до кафе обычно помогала привести мысли в порядок, но не сегодня. Я снова думала о Линден. Наверное, пора. Я устала делать вид, что той части моей жизни никогда не существовало. Она всё равно шла за мной по пятам, пряталась в случайных звуках, запахах, чужих прикосновениях. Линден заслуживала правды. Хотя бы её части. Рядом с ней становилось легче дышать. Иногда мне даже казалось, что там, рядом с ней, меня больше не может догнать то, что осталось далеко отсюда. Будто между мной и прошлым наконец появлялось расстояние. Я доверяла ей. Настолько, что впервые за долгое время всерьёз задумалась рассказать то, о чём молчала с самого приезда. Но стоило представить, что придётся произнести это вслух, как слова застревали где-то внутри. Они были слишком тяжёлыми. Набрав номер Линден, я прижала телефон к уху и тихо улыбнулась, когда она ответила. — Да, кошечка… — мягко и тепло прозвучал её голос. — Привет… — ответила я. — Что ты сегодня делаешь? — Работаю допоздна, как всегда. А ты чем занимаешься? — Сейчас зайду в кафе… — я сделала небольшую паузу. — А потом буду скучать по твоим прикосновениям. Линден тихо засмеялась. — Ох, Анна… — выдохнула она с лёгкой хрипотцой. — От одного твоего голоса я уже мокрая, а ты тут говоришь о каких-то прикосновениях… Мои щёки вспыхнули. Я прикусила губу, чувствуя, как по телу разливается приятное тепло. — Может… поужинаем сегодня у меня? — спросила я чуть неуверенно. Линден тяжело вздохнула, и в этом вздохе слышалось искреннее сожаление. — Я бы очень хотела… Но сегодня никак. Работы слишком много, я освобожусь очень поздно. Давай в другой раз. — Хорошо… — тихо ответила я, стараясь не показывать разочарования. После этих слов в трубке послышался тихий стук и приглушённые голоса на фоне. — Я не могу сейчас говорить, — быстро и чуть напряжённо произнесла Линден. — Ко мне только что зашли. Перезвоню позже. И она отключилась. После звонка я всё-таки зашла в кафе. Быстро закончила свою смену и вышла на улицу и направилась было домой. Однако уже через несколько шагов внутри что-то тревожно сжалось. Мысль о Линден не отпускала. Я остановилась посреди тротуара, развернулась и, не раздумывая больше ни секунды, пошла обратно в школу. На улице уже стемнело, но это не остановило. Хоть чем-то помочь ей с делами уже хорошо. Подойдя к кабинету Линден, я тихо постучала и приоткрыла дверь. — Я пришла помочь… — начала было я и замерла на пороге. За большим металлическим столом сидела Линден. Перед ней стоял бокал с красным вином. Напротив неё, расслабленно откинувшись на стуле, расположилась фрау Бариш — тоже с бокалом в руке. Воздух в кабинете был наполнен лёгким ароматом вина. — О… фрау Бариш, — растерянно произнесла я. — Извините, что помешала. Я, наверное, пойду… Фрау Бариш сразу поднялась со стула с приветливой улыбкой. — Анна, здравствуй. Не уходи, пожалуйста. Я не хотела мешать твоим планам. Она уже собиралась взять свои вещи, но вдруг остановилась и посмотрела на меня с теплотой. — Нет, погоди. Посиди с нами, составь компанию. Будет веселее. Я быстро перевела взгляд на Линден. Та сидела с невозмутимым выражением лица. Через пару секунд она медленно, почти незаметно кивнула, давая разрешение. Я прошла в кабинет и аккуратно села рядом с Линден. Теперь мы сидели плечом к плечу, а фрау Бариш расположилась прямо напротив нас через широкий металлический стол. Атмосфера в комнате стала ещё более густой. Фрау Бариш и Линден довольно долго обсуждали учеников 9 класса, то и дело путаясь в словах и тихо посмеиваясь. Учительница биологии уже заметно захмелела щёки горели, движения стали размашистее. Линден же оставалась гораздо трезвее, хотя и она выпила достаточно. В конце концов Бариш тяжело поднялась, вызвала себе такси и, слегка пошатываясь, направилась к двери. Она даже не вспомнила, что в кабинете остались мы. Как только дверь за ней закрылась, Линден одним глотком допила остатки вина из бокала и медленно развернулась ко мне. Она протянула руки, обхватила меня за колени и уверенно потянула к себе. Я послушно поддалась, и она облокотила меня на свою руку, словно хотела рассмотреть каждую черточку моего лица. — Ну так что? — низким, чуть хриплым голосом спросила она. — Зачем ты пришла? — Хотела помочь тебе с документами… — тихо ответила я. — У меня всё под контролем. Я не выдержала этого взгляда. Встала со своего места и медленно, словно в трансе, села к ней на колени, оседлав её бёдра. Линден удивлённо выгнула бровь, но тут же положила свои тёплые ладони мне на бёдра, крепко сжав их. Когда наши лица оказались совсем близко, Линден едва слышно шепнула: — Сейчас ты достаточно близка ко мне? — Нет… — выдохнула я почти в самые её губы. — Не достаточно. Я внимательно рассматривала её. Длинные тёмные ресницы, ярко подведённые глаза, аккуратный нос и пухлые от поцелуев губы. На лицо падали каштановые пряди. Придерживая Линден за шею, я притянула её к себе. Наши губы встретились, и в эту секунду всё вокруг потеряло значение. Самым важным стало тёплое дыхание, мягкие губы, скользящие по коже, и изгибы талии, которые я жадно сжимала. Линден приоткрыла рот, впуская мой язык, и совершенно не стесняясь, ответила, ловя влажный кончик своим. Всё это казалось каким-то несбыточным безумием, феерией чувств, которая буквально сшибала с ног. Как же это было долгожданно и вкусно. Долгожданно — потому что с самого утра я не чувствовала её губ. Вкусно — потому что на них оставался лёгкий персиковый оттенок помады. Прикосновение её груди к моему телу сводило с ума. Хотелось дотронуться, сжать в ладонях, но я не желала пользоваться тем, что она выпила. Линден нагло покусывала мои губы. Поцелуй стал жадным, словно всё это время она только и ждала момента, когда сможет сделать это со мной. Её крепкие пальцы обхватили бёдра с такой силой, что я почувствовала всю её власть. «С ней так хорошо… так приятно и так спокойно. Она сильная, красивая и невероятно сексуальная». Девушка ненадолго оторвалась. Линден посмотрела на меня мутными, точно пьяными глазами. — Что? Что такое? — выдохнула я. — Я хочу знать о тебе всё, — прошептала она. — Хочу, чтобы ты доверяла мне. Я опустила ладонь и с нежностью погладила её бедро. Линден уткнулась лбом в моё плечо, пытаясь унять сердцебиение и немного охладить накал, вспыхнувший между нами. Она облизнула губы, с удовольствием отмечая, что на них остался мой вкус. — Ты пьяна… — прошептала я, отрываясь от её губ лишь на секунду. — Я отвезу тебя домой на такси. Линден тихо, хрипло рассмеялась и посмотрела мне прямо в глаза. Её зрачки были расширены, дыхание неровное. Линден провела большим пальцем по моей нижней губе и вдруг тихо спросила, почти серьёзно: — Что ты со мной сделала, Анна? Я слегка нахмурилась. — Что я сделала? Она притянула меня ещё ближе, так, что наши лбы почти соприкоснулись, и прошептала, обжигая дыханием мои губы: — Я думаю о тебе каждый день. Хочу тебя каждый день. Спрошу ещё раз… Что ты со мной сделала? — Я не знаю... — тихо ответила я, чувствуя, как её колени слегка раздвигаются подо мной, притягивая меня ближе. — Ты просто… вошла в мою жизнь, и я перестала дышать по-старому. — Значит, мы квиты, — ответила я, и мой голос прозвучал неожиданно хрипло. Я опустила взгляд на её губы, чувствуя, как близость тел выжигает между нами весь кислород. — Потому что я забыла, как дышать, ещё в ту секунду, когда ты впервые так на меня посмотрела. Мы поцеловались. Я приоткрыла губы, и её язык сразу скользнул внутрь. Влажные звуки, тяжёлое дыхание, лёгкое чмоканье всё было так сладко. Внезапно Линден звонко шлёпнула меня по пятой точке, крепко сжав ягодицу. Я ойкнула ей в рот, а потом обе засмеялись, не отрываясь друг от друга. — Какая же ты грязная, когда выпьешь… — прошептала я, улыбаясь. Линден хрипло рассмеялась и снова притянула меня к себе. — Тебе нравится, — выдохнула она мне в губы, прежде чем снова впиться в них. Я нехотя слезла с её колен, хотя каждая клеточка тела протестовала против этого. Пока Линден ещё тянулась к пустой бутылке в надежде найти в ней хоть каплю, я быстро собрала все документы со стола, сложила их в папку, прихватила её вещи и сумку. Затем осторожно надела на неё пальто, застегнула верхние пуговицы и аккуратно положила её руку себе на плечо. — Пойдём, — тихо сказала я. На улице уже сгустились сумерки. Школа почти опустела, коридоры были тёмными и тихими. Нам повезло — никто не встретился по пути. Мы быстро вышли и начали спускаться вниз по дороге с горы. — Нет, Анна… мне нужно домой, — слабо запротестовала Линден. — Ты переночуешь у меня, — твёрдо ответила я, крепче придерживая её за талию. — Утром поедешь, куда тебе нужно. В таком состоянии, я не могу отпустить тебя. Она не стала спорить. Только тихо усмехнулась и прижалась ко мне чуть сильнее. — Но я не настолько пьяна, чтобы так на тебя облокачиваться, — лукаво произнесла она. — Так и скажи, что просто хочешь затащить меня в свою постель. Я почувствовала, как щёки вспыхнули, но не смогла сдержать улыбку. — Линден, пойдём уже, — мягко, ответила я, слегка подталкивая её вперёд. Она тихо рассмеялась, уткнувшись носом мне в волосы, и послушно пошла рядом. Вечерний ветерок обдувал нас, а между нами снова повисло тёплое напряжение, которое всегда появлялось, когда мы оставались вдвоём. — Ты вновь взяла инициативу на себя. — Что ты имеешь в виду? — спросила я, слегка улыбнувшись. Линден коснулась виска, словно пытаясь вспомнить. — Когда я подвернула ногу… или руку, уже не помню. Ты тогда приехала ко мне, хотя никто тебя не просил. И мы впервые поцеловались. Я улыбнулась, чувствуя, как внутри разливается нежное тепло. — Тогда я впервые поняла, что могу на тебя положиться. — Помню… Если бы я тогда не решилась, то сейчас не шла бы вот так с тобой за руку. Линден тихо засмеялась и продолжила: — А сейчас ты целуешь меня не только в губы… и уже не дрожишь так сильно, как в тот первый раз. — Ты и вправду много выпила сегодня, — мягко поддразнила я. — Мне всегда нравилась твоя решительность, — призналась она. — Где-то она уместна, а где-то совсем нет. Но именно это и делает тебя такой… какой ты есть. Мы перешли дорогу. До моего дома оставалось совсем немного. — Знаешь, когда я поняла, что ты мне нравишься? — вдруг спросила Линден. Её слова окатили меня ледяной волной. Я замерла прямо посреди дороги. Не потому, что она не могла идти, а потому, что она впервые сказала это вслух. — Когда мы вместе ходили к врачу… — продолжила она. — Когда сидели в коридоре и ждали приёма. Я погрузилась в воспоминания, и всё всплыло до мельчайших деталей. — Мы сидели почти что в обнимку… — тихо произнесла я. — Да, — кивнула Линден. — Я вдыхала запах твоих волос… они пахли яблоком. И думала, прилично ли всё это. Я улыбнулась. Наверное, впервые за весь вечер. Эти слова оказались неожиданнее всего, что Линден говорила раньше. Я столько раз убеждала себя, что всё придумала. Столько раз пыталась не замечать, не надеяться, не искать смысл там, где его могло и не быть. И вот теперь оказалось, что я была не одна в этих сомнениях. Что те дни, которые казались важными только мне, запомнились и ей. Странное чувство разлилось внутри. Будто долгое время я несла на плечах тяжёлый груз и только сейчас заметила, что его больше нет. Мне хотелось рассмеяться. Хотелось остановиться посреди улицы и просто стоять. Хотелось переспросить ещё раз, чтобы убедиться, что я ничего не ослышалась. Столько месяцев вопросов, догадок и бессонных мыслей внезапно потеряли значение. Впервые за долгое время мне не нужно было гадать. ••• Мы дошли до дома. Я тихо открыла дверь, даже не став переобуваться. Быстро провела Линден в свою комнату, закрыла дверь на ключ и только потом аккуратно усадила её на кровать. Сняла с неё обувь и спрятала в шкаф, а свою оставила в прихожей. Линден сидела на краю моей кровати и смотрела на меня. — Ты голодная? — тихо спросила я. Она молча кивнула и начала медленно снимать пальто, слегка пошатываясь. Я быстро подошла и помогла ей. — Я сейчас что-нибудь принесу. Сиди тихо, чтобы родители не услышали. Линден кивнула, хотя я всё равно переживала, оставляя её одну. На кухне мама варила борщ. Я молча налила большую чашку, подогрела в микроволновке, заправила сметаной и положила пару ломтей ароматного ржаного хлеба. Когда я уже шла обратно с тарелкой, меня перехватила мама. — Почему так поздно? — Задержалась в школе с делами, — спокойно ответила я. — Покушай на кухне. — Мам, я очень устала. Поем у себя. Спокойной ночи. — Ну хорошо… Спокойной ночи, солнце. Я дождалась, пока она уйдёт в свою комнату, и быстро проскользнула к себе, закрыв дверь на ключ. Линден уже устроилась в моём длинном чёрном лонгсливе, который был ей до середины бёдер, и в моих коротких домашних шортах. Она выглядела так уютно и по-домашнему, что у меня перехватило дыхание. — Ты уже как дома, — улыбнулась я, протягивая ей тарелку. Я села в кресло напротив и просто наблюдала, как она ест. Это было невероятно мило. — Моя одежда тебе очень к лицу, — тихо сказала я. Линден подняла на меня взгляд и улыбнулась. — Я всегда это знала, — ответила она между ложками. — Последний раз я ела настоящий борщ, когда была в России, в Смоленске. Вот бы всегда так… Она скрестила ноги и откинулась чуть назад. В моей одежде, с распущенными волосами, она казалась такой домашней… будто мы уже давно живём вместе. Будто это нормально что она в моей комнате, в моей кровати, и в жизни. Вдруг Линден встревожилась: — Мои документы… — Всё в папке, не переживай, — мягко успокоила я. Она спокойно выдохнула и продолжила есть. — Спасибо, Персик. Было очень вкусно. Когда она закончила, я убрала тарелку, положила её вещи на стул и принесла стакан воды с таблеткой от головы. — Какая ты заботливая… — тихо произнесла Линден, глядя на меня с нежностью. Её уже сильно клонило в сон. Она то и дело тёрла глаза. — Ложись, — сказала я. — У меня кровать большая. Линден забралась под одеяло и похлопала ладонью по простыне рядом с собой. — Иди сюда, моя кошечка, — ухмыльнулась она, продолжая постукивать по месту рядом. Я быстро переоделась в свою пижаму, выключила свет и в темноте на ощупь нашла кровать. Линден сразу притянула меня к себе под одеяло. Та обнимала меня одной рукой, а я уютно устроилась у неё на груди. Моя нога перекинута через её бедро, а ладонь спокойно лежала под её лонгсливом — на тёплой, мягкой коже живота. Она уснула почти моментально. Ещё пару минут её пальцы лениво гладили мою спину, а потом дыхание стало глубоким и ровным.