не вешать нос, гардемарины!

— И так, господа гардемарины, сегодня начинается новый этап нашей жизни. — объявил Сашка. — Задача первая: архив Бестужева; задача вторая: Алёшка; ну и задача третья.. — Анастасия.. — перебил Никита. — Архив Бестужева, Алёшка и Анастасия.. — повторил Белов. — Так Корсак, из дома ни ногой. — наставил князь. — Слушайте! А может сожжём эти бумаги, а? Иначе вся эта шайка сотрёт нас в порошок! В камин их! Всё! Хватит! — воскликнул Лёша. — Да ты что Алёшка! Ты же слово дал их передать и слово своё должен сдержать! — перебил его Сашка. — Алёшка, не говори глупостей. Эти бумаги нужны Бестужеву. — бросил Никита. — А раз они нужны Бестужеву, значит они нужны России! — продолжил его слова Белов. Алёша замолк и согласился с ними. — Ну и кроме того.. Они ведь помочь и Анастасии могут... — бросил Саша. По правде сказать Никита всё был готов сделать, лишь бы Сашка был счастлив, пусть и не с ним. В тот вечер, ребята окончательно закрепили свой план, решили что Софья поможет им проникнуть к Анастасии. Корсак удалился вместе с Софьей. Два товарища остались наедине. Из камина виднелось пламя. Ветер за окном иногда давал о себе знать. — Всё же хорошо, что ты её любишь.. — решил нарушить тишину князь. — Верно.. Кстати! Что мы всё обо мне, да обо мне.. У тебя то есть любовь? — Кхм.. Конечно. Любовь живёт в каждом из нас, любовь это... — попытался выкрутиться Никита. Сашка усмехнулся: — Ну, пошутили и хватит. А по правде? — А по правде, да.. Но у нас с ней никогда ничего не получится. Любить её — всё равно что любить звезду. — Любви всё покорно. — Нет, ты не понимаешь и никогда не будешь понимать. Ты даже не представляешь о чём я. — Ты что это, считаешь я ребёнок? И все мои чувства детская симпатия? — голос Саши повысился. — Нет! Это не то что я хотел сказать, совсем не то.. — А ведь раньше мы всем делились друг с другом! А сейчас ты будто поставил между нами стену! — Да нет! Я не знаю как тебе это объяснить. Я в этом еще не до конца разобрался.. Никита хотел было еще что то сказать, но не успел. Саша встал и наклонился к нему. Князь отвёл взгляд. Белов нежно дотронулся до щеки байстрюка. Никита посмотрел ему в глаза, так отчаянно и тоскливо, так что эта тоска пробиралась прямо в душу. — Неужели я как то тебя обидел? Что то сделал не так? Ты просто скажи, я пойму. — с надеждой произнёс Саша. Князь поднял бровь и сделал удивлённый вид. — С чего это? Всё хорошо. — А может, тогда, когда мы прощались? Я что то не так сказал? Ты был чем то расстроен а я не заметил? Никита не верил своим ушам. «Да что он несёт!» разозлился он про себя. Обстановка накалялась. Князь вскочил на ноги и попытался перебить Сашу, но тот всё настаивал на своём. — Ты меня тогда поцеловал! А я не воспринял это в серьёз? Ты же знаешь, я тобой очень дорожу, ты очень хороший товарищ! Время снова остановилась. Начался гул в ушах и пульс начал бешено биться. Пальцы начали дрожать и с ног до головы на Никиту нахлынул пот. — Хочешь, я тебя сейчас сам поцелую! И Саша резко приблизился, расстояние между их лицами стремительно уменьшалось, руки всё больше и больше потели. И вдруг! Их губы соприкоснулись. У Саши они были влажные и уже не такие обкусанные как были в тот самый вечер — когда Никита не совладал с собой. Как бы он хотел чтобы это продолжалось вечно, но спустя несколько секунд Белов немного отпрянул. Он похлопал своего товарища по плечу и улыбнулся, а ошарашенный князь не с мог проронить ни слова. — Ладно, друг! Наверное пора нам разойтись по кроватям. Но ты там совсем не задумывайся, со своей любовью.. — подмигнул Саша. — Утро вечера мудренее. — Спокойной ночи.. Это «спокойной ночи» единственное что смог тогда промолвить Никита. Он решил обязательно доказать своему другу что никак не обижается, что ничто не повлияло их дружбе, и самое главное — помочь ему с Анастасией.