Игрок 455

Очередной окурок полетел в пепельницу. Огромные синяки под глазами из-за недосыпание, похожи на убывающую луну. Разница лишь в том, что луна светлая, а синяки то темные. Ходят слухи, что если есть круги под глазами, то поздравляю, тебя поцеловала луна. Если это и так, то Ки Хуна видимо луна не целовала, а избивала.. Кхм, кхм.. В целом это полнейший бред. Синяки под глазами от недосыпания, а не какого то поцелуя или избиения, не живого предмета. Впавшие щеки от частейшего недоедания. Очень светлая кожа, словно бумага или снег. Именно так Джун Хо мог описать своего начальника. Джун Хо едет в собственной машине, и обдумывает: как же ему попасть на этот чертов остров? Может... Может поменять свою внешность... Хотя.. Для чего? Это все равно не поможет... А может взять старую визитку и позвонить по ней... Точно, они же не принимают звонки по несколько раз с одной визитки... Точно... Точно, точно, точно! Джун Хо же не выкинул тот пиджак того сукина сына! Там должна быть хотя бы одна визитка. Но... Теперь надо придумать очень грустную историю, чтобы его точно взяли. Понижение статуса детектива вплоть до увольнения... Пропавший брат... Слава Будде! Это может помочь Джун Хо сказать так, что его просто будет невозможно не взять. «Я хочу принять участие в играх. Меня изначально недолюбливали на работе, потом и вовсе понизили... А в конце концов уволили, у меня нету денег, так еще и брат пропал...» Ну да, немного приукрашено и звучит неубедительно, но главное то, что его должны любой ценной взять на игры. Если что, он включит воображение. Вдруг в голову заползли, как тараканы на еду, переживания по поводу своего Сон Ки Ху-.. Кхм, кхм.. Своего начальника, да, именно так.. Джун Хо прекрасно помнил случай на этой неделе... Он же был буквально пару дней назад! Вторник. Двадцать девятое октября: Оглушительный выстрел. Пуля пролетела и не попала в цель, в простонародье - мимо. Повторный выстрел, точно также - неудача. Джун Хо медленно переводит свой взгляд с автомата, на начальника. Взгляд вопросительный и обеспокоенный. Ки Хун же никогда не промахивался, он всегда стрелял и попадал в цель... Так было всегда, но сейчас что-то не так.. Руки начальника, если присмотреться - дрожат, и сам автомат вместе с ними... Лицо Сона безумно уставшее, с теми же синяками под глазами, впавшими щеками, во взгляде нет ничего. Он совершенно пуст. В воздухе, смешанным с тишиной, так и витает напряжение, что давит на голову обоих. Манекены со стороны Ки Хуна не тронуты, совершенно не тронуты... Лишь в стенах дырки от свинцовых пуль. - Господин Сон, что с вами? У вас что-то случилось? - Все в норме, не переживайте. - Словно гром среди ясного, но в данном случае не очень ясного, неба, прозвучал ответ начальника. Как будто это пуля, попавшая прямо в сердце Хвана. Опять эта ужасная черта, которая доминировала в Ки Хуне. Он снова не признается в том, что он мучается, что он страдает... Он не скажет об этом никому... Лишь себе... И то не вслух. И именно от не договора со стороны начальника, становилось обидно Джун Хо... Он считал, что он настолько плох, что даже не заслуживает чертовой правды! Хоть он и сам не досказал Ки Хуну, что знает лицо Фронтмена или же Ведущего... Но на самом деле, Ки Хун не хотел никого беспокоить по поводу собственного морального здоровья. Хотя где-то далеко, в самых глубинах души начальника Хвана, в самых темных уголках души и сердца, он хотел чтобы его обняли, приласкали... Чтобы он не был один на один с самим собой. Он не хочет оставаться один на один со своими темными и вечно навязывающими мыслями. Он банально хотел заботы о себе, чтобы его любили.. Он хочет быть любимым... После игр Ки Хун стал совершенно одиноким, никому не нужным мусором... Черт! Почему же... За что..? Главный страх Ки Хуна - стать одиноким, перешел в реальность, каждый день проведенный в одиночестве... Хотя, нет.. Каждая минута, если не секунда, проведенная в одиночестве, сводила Сона с ума... Все... Все погибли! Все близкие ему люди... Али, Се Бек, Сан Ву, мама... Он совершенно один. Ни друзей, ни семьи, ни просто близких... Ни-Ко-Го. Автомат с грохотом выпал из дрожащих рук, а сам владелец чуть дернулся, видимо он сам же не ожидал такого грохота. - Я скоро приду.. -небрежно кинутая фраза заставила волнение лишь нарастать... С Соном точно что-то не так... По крайней мере на данный момент. Ки Хун вышел из тренировочной "комнаты", где по логике, проходили тренировки стрельбы, и пошел в ванную комнату. Зайдя в нее, Сон сразу же небрежно прикрыл дверь и прикоснулся руками к раковине, смотря в собственное отражение. Включив холодную воду, Ки Хун приподнес руки к струйке воды. Она была настолько холодной, что руки невольно отодвинулись от струи, а мимика лица стала хмурой, но после вернулась в исходной положение или же состояние, кому как удобно это воспринимать. Ки Хун сделал что-то на подобии ковшика руками, и набрав в них воду он резко поднес их к лицу и в итоге так умыл лицо. Так он повторил еще пару раз. Перед глазами пронеслись все смерти... Смерть Се Бек, то как она мучилась, смерть Сан Ву, то как он убил сам себя. Ки Хун точно не знал, как погиб Али, но подозревал, что погиб он от расстрела солдатов, хотя, это скорее всего стопроцентная вероятность. Мама... Он тоже не знал как она умерла, но точно помнил, как он обнимал ее труп, как плакал около нее, как положил собственную голову на ее грудь... Как он уснул с трупом в обнимку... Помнил как хоронил ее... И конечно же... Он сам. В зеркале показался тот, старый, добрый Ки Хун. Тот Ки Хун, что всегда оптимистичен, что всегда ищет что-то хорошое, даже в самой плохой ситуации. Но на играх... Он не нашел ничего хорошего, и в итоге сломался... Сломался морально, не смог спасти других, не смог спасти даже самого себя! Слабак! Он мог. Он мог всех спасти, но последний кандидат под вопросом, конечно же. Но. Он мог спасти их... Но затрусил. Руки снова задрожали, машинально выключив воду. С ненавистью к самому себе Ки Хун смотрел на собственное отражение. Послышался звонкий шлепок по лицу. Потом это повторялось из раза в раз. - Идиот! Ты мог всех спасти! - Ки Хун снова дал самому себе пощечину. - Мразь! Ублюдок! Трус! Ты просто затрусил! Ты должен был сдохнуть, а не Сан Ву! - Ки Хун снова больно ударил себя. Спустя еще пару обвинений и избиений самого себя же, Ки Хун успокоился и уже более спокойно посмотрел на отраженье. Снова включив холодную воду, Ки Хун опять повторил прошлую процедуру, а точнее опять набрал в руки воды и умыл ей лицо. После он вышел из ванной. Он думал, что никто не слышал его припадка ненависти к самому себе, но Джун Хо, к его большому сожалению, все слышал... Настоящие время: Сильно задумавшись о своем начальнике, Джун Хо банально не заметил, что руль, конечно же по его вине, повернул на лево, и машина вслед за ним. И детектив, что понизили по должности выписки штрафов из-за неправильной парковки, езды без шлема, или же ДТП, чуть сам не врезался в столб! Как так то?! Слава Будде, что не врезался. Сразу видно - Джун Хо профи в своем деле. Он выровнял руль и остановился. Страшно даже представить, что сделал бы с Хваном старший брат или же Господин Сон. Ки Хун бы, наверное... Хотя нет... Наверняка поругал бы за несоблюдение правил дорожного движения и за то, что он чуть не получил инфаркт от того, что Джун Хо мог пострадать.. А его коронная фраза бы была «По шее тебе надавать». Джун Хо не знает почему Ки Хун так говорит, но ему кажется, что для Ки Хуна эта фраза означало что-то родное, и детектив совершенно прав. Сону эту фразу говорила мама Сан Ву, когда тот приходил к ним весь в ссадинах, маленьких ранках и синяках. И для Ки Хуна эта фраза стала атрибутом того, что он переживает за кого-то, а сейчас в особенности за детектива. Но Ки Хуна можно понять почему он так переживает за Джун Хо.. Он переживает за Джун Хо потому что он видит в нем хоть какой то смысл в своей никчемной, по его мнению, жизни. Ки Хун хватается за Джун Хо как за кислород. Но и младший Хван очень сильно переживает за начальника. Он помнил, помнит и навсегда запомнил один выпад со стороны Ки Хуна. Это скорее всего было неосознанно, или же осознанно? Не важно, сам факт того, что Ки Хун до белой ручки напугал бывшего детектива. Среда. Двадцать третье октября: - Господин Сон, вы где?! - Крикнул Джун Хо, жаль что крикнул он в пустоту. Никто не отозвался на его крик, даже малейшего шороха не послышалось. Забежав в комнату или же номер, ну в принципе это одно и тоже, начальника, там никого не было. Лишь не заправленная кровать, стол, на котором валяется куча таблеток, что в баночке, что без и, конечно же, любимые Ки Хуном сигареты, зажигалка и множество окурков в пепельнице. Джун Хо обходил все номера Розового Мотеля, но так и не нашел начальника... Тут же младший Хван вспомнил про комнату тренировок стрельбы, и сразу помчался туда. Зайдя он увидел то, что как минимум не хотел бы увидеть, а как максимум такого и врагу не пожелаешь... Джун Хо остолбенел, смотря на начальника.. Ки Хун стоял спиной к младшему из братьев Хванов, но то, как он стоял... В его руке был пистолет, явно со всеми шести патронами, а дуло пистолета в свою очередь у виска. Ки Хуну явно все это время, все эти три года, требовалась помощь. Хоть какая то поддержка. Он потерял все. Он остался ни с чем... Он дошел до такой точки, что хочет убить себя, лишь бы не жить такой жизнью. Лишь бы забыть все то, что он пережил... Хотя нет... Он не пережил. Ну как не пережил? Пережил.. Телом или же физически - он и правда пережил, это даже ежу понятно. Но вот пережил ли он морально - это уже другой вопрос. Но ответ прост. Нет. Он, кажись, остался в то время, в то мгновение, когда Сан Ву убил Се Бек... Безжалостно убил ее, она могла выжить! Но он... Хотя Ки Хун считал, что в смерти Се Бек виноват именно он сам. Ни Сан Ву, а Ки Хун. Он ведь мог ее толкнуть подальше он моста чтобы в нее не попал околок. Он мог это сделать, но лишь затрусил. Он сам испугался, когда стекло начало ломаться, если бы он не испугался, он мог спасти Се Бек... Но, он этого не сделал. И теперь, Ки Хун с секунды на секунду может выстрелить себе в голову, лишь бы избавиться от чувства вины, что лишь нарастало с каждой прожитой им же секундой. Но для Джун Хо, секунды что Ки Хун держит пистолет у виска, наполнялись тревожностью, обеспокоенностью и страхом. Страхом за близкого человека. Страхом за Ки Хуна. Страхом, что Ки Хун может убить себя. Джун Хо резко подошел к Ки Хуну и выхватил из его рук пистолет, выкидывая куда подальше от Ки Хуна.. Джун Хо резко обнимает того, прижимает его тело к своему, дабы почувствовать тепло чужого тела. Хотя, не такое уж оно и чужое. За те недели, что они работали вместе, они сблизились друг с другом. Они стали друг другу больше чем коллегами, если можно так выразиться. Они стали для друг друга тем, что невозможно заметить... Они стали спасением для друг друга. Джун Хо видит в Соне - давно потерянного старшего брата... Сон в Джун Хо видит того, кого ему так не хватало, Ки Хун, хоть и не говорит о своем состояние, но он всегда более тепло относился к Хвану младшему. Хоть и казалось, что это холод, но на самом деле, Ки Хун по другому разучился и то, как он относится к Джун Хо - максимально тепло... Сон чувствует себя живым рядом с Джун Хо. Как раньше рядом с Сан Ву... Еще пара седых волос Джун Хо обеспечена... Настоящие время: От воспоминаний о том, как неудавшийся самоубийца попытался отъехать в мир иной, Джун Хо передернуло. Прибавив газ, Джун Хо начал следить за дорогой чтобы не создать очередное ДТП, спустя где то минут десять бывший детектив приехал к Розовому Мотелю. Пока он ехал, сердце колотилось так, что кажется вот-вот и оно выпрыгнет из грудной клетки. Волнение нарастало с каждой секундой. Руки подрагивали, но Джун Хо пытается держать себя в руках, хотя у него не очень то и хорошо получалось. Джун Хо зайдя в Розовый Мотель надеялся на лучшее и слава Будде, надежды его были услышаны и зайдя в номер Ки Хуна тот не был пуст. Ки Хун тихонько спал на стуле, но не так спокойно как хотелось бы... Было видно, что Ки Хун тяжело и с перерывами дышал, а если присмотреться то и руки подрагивали, но не сильно... Возможно от холода. Джун Хо осторожно коснулся своей ладонью лба начальника чтобы измерить температуру тела. Она, кажется была толи тридцать шесть и девять, толи тридцать семь и три. У Джун Хо нету градусника и точно сказать какая температура у Сона невозможно. Бывшему детективу почему то захотелось прижать к себе Ки Хуна, погладить его чтобы тот не переживал и забрать в себя всю ту боль и страх начальника, что тот не спешил показывать Джун Хо. Игры, наверное, несут пользу.. Хотя бы в том, что там человек не боится показывать настоящие я... Как было с другими игроками. С тем же громилой, вроде бы сто первым, что устроил тогда бойню между игроков... Хотя, было ясно что он может устроить такое. Или тот двести восемнадцатый... Сан Ву, вроде его так зовут... Был более менее нормальным, но в конце... Попытался убить того, за кого искренне переживал... Или та сумасшедшая двести двенадцатая. Слава Будде, что Джун Хо не пришлось находится рядом с ней. Он бы точно сошел ума рядом с ней. Но из всех игроков выделялся именно Ки Хун, четыреста пятьдесят шестой. Он не стал злым или безжалостным. Он пытался вразумить тех, кто стоит за всеми играми, что не надо чтобы игроки убивали друг друга. Как он тогда сказал: «Вы, что совсем с ума посходили?! Нам не хватало еще друг друга здесь переубивать!» Он тогда в прямом смысле отказался от приза размером в сорок пять миллиардов и шесть миллионов вонн ради друга детства, хотя тот друг если бы Ки Хуна ранило после пятой игры, наверное, убил бы его. И именно этим он вызвал интерес у Хванов. что у старшего, что у младшего. И Джун Хо рад, что может побыть рядом с Ки Хуном и того попытаться успокоить или же побыть просто рядом. Если посмотреть на Ки Хуна, то ясно, что ему снится что-то не хорошее или страшное... Скорее всего то, что его тревожит на протяжении долгих лет.

- Сан Ву, прошу, пошли домой. - Ки Хун протянул руку Сан Ву. В глазах промелькнуло что-то мокрое. Слезы это или же дождь - не ясно. Бедро обжигала знакомая боль, что охватила бедро, а с ладони стекала кровь, ладонь то насквозь пробита, так тем более в ней совсем недавно торчал нож. В глазах сверкает надежда, что гордость Сан Мундона одумается и возьмется за руку лучшего друга детства. Человека, что провел с ним все детство, человека, что искренне желал удачи Сан Ву, когда тот поступил в хороший университет. И фраза Ки Хуна навсегда осталась в голове Сан Ву - «Я прошу, только не забывай обо мне... Как мы с тобой о всех остальных. »

Дождь раздражающе раздавал характерное «кап, кап, кап» с секундой одна капля сменялась другой. Капли, что попадали на свежие раны начинали неприятно шипеть, вызывая ощутимую боль и волну мурашек по спине.

Рука, как на зло, дрожит, но все также уверенно тянется к Сан Ву.

Сан Ву лежал на песке, боль и дрожь, как от боли, так и от холода что пробирала до костей. Ох Будда, только сейчас Ки Хун понял Сан Ву.

Тот на первой игре помог и, конечно же, явно переживал за лучшего друга. Если бы не Сан Ву, то Ки Хун бы просто затрусил и также под влиянием паники побежал бы с другими игроками или же он просто сидел бы под телом другого человека не сдвинулся бы с места и его бы застрелили.

Во второй игре Сан Ву вечно кидал свои обеспокоенные взгляды и корил себя за то, что не сказал, что будет, подверг друга опасности. Когда Ки Хун вернулся, с его плеч, пали все те горы обеспокоенности за друга. И это даже отразилось на его лице, хоть и не слишком явно.

Когда была "судная" или же кровавая ночь, Сан Ву пытался защитить Ки Хуна и какого было его удивление, что из-за одной ночи к ним в команду добавилась Се Бек, что даже защитила Ки Хуна, когда тот спас ее от удара сто первого и удар пришелся именно Сону.. Тогда Сан Ву попытался защитить друга и, слава Будде, у него получилось это сделать.

В третьей игре он переживал за свою жизнь и скорее всего из-за этого кидал обеспокоенность на Ки Хуна, но может он переживал за четыреста пятьдесят шестого? Да, он снова переживал за друга. Он не хотел чтобы Ки Хун погиб, но даже так если он умрет то все из команды тоже умрут. Но... Смог бы двести восемнадцатый жить без друга? Без того лучезарного человека, того кто помогал Сан Ву расслабиться? Конечно же не смог. Так что... Либо Ки Хун выживает, либо умирает, а за ним идет и Сан Ву.

А ночью, когда они построили баррикады для собственной обороны и безопасности, Сан Ву был самым первым, кто был против того, чтобы они следили по одному. Сан Ву знал, что Ки Хун уже много времени не мог нормально спать... И все из-за случая на работе Ки Хуна... Когда погиб человек, на его глазах. И тогда, Сан Ву не захотел чтобы все следили по одному. Он надеялся, что есть все будут следить в паре, то Ки Хун сможет расслабиться и возможно уснуть. Когда Сан Ву уже устал, он подошел к Ки Хуну.. Тот наконец-то спал. Двести восемнадцатый не знал, стоит ли будить друга детства или нет. Все таки разбудив его, Сан Ву перепугало, что Ки Хун дернулся. Но после того, как Ки Хун наконец успокоился, двести восемнадцатый с облегчением выдохнул. Но не спал. Он следил за Ки Хуном, чтобы если что помочь ему.

В четвертой игре двести восемнадцатый будто знал или же подозревал, что в игре нужно будет убить своего партнера или же сокомандника. И поэтому он сразу перебил просьбу Ки Хуна быть в одной команде, предложив играть Али, а не Ки Хуну. Да, не хочется чтобы погиб Али, он к нему привязался, но Ки Хун намного ближе и дороже чем Али. Сан Ву не переживет если Ки Хун погибнет.

В пятой же, Сан Ву мог не толкать стекольщика, и он бы возможно выжил бы, но тогда бы Ки Хун не выжил. Ему бы просто-напросто не хватило бы время. И Сан Ву не мог такого допустить. Он не мог допустить смерти четыреста пятьдесят шестого.

От понимания всего этого рука задрожала, но все также упорно продолжала тянуться к Чхо Сан Ву. К гордости Сан Мундона.

- Я помню... Как мы играли во дворе... Когда были детьми.

- Сан Ву, пошли домой. - Голос старшего дрожал от слез и эмоций, что упали на него лавиной.

- Хен, прости меня... -Сан Ву воткнул себе в горло нож.

Ки Хун резко подскочил. Его немного затрясло, а его разум долбил, будто засыпая солью рану: «Ты мог его спасти. Ты должен был умереть вместо него. Этот нож должен был оказаться у тебя между ребер.» Ки Хун закрыл уши руками, тихо говоря.. - Нет, нет, нет, нет, нет... Я не виноват... Не виноват... Он сам.. Я не убивал его.. - Ки Хун тихонько всхлипнул. Он ничего не видел перед собой из-за пелены слез пред глазами. Джун Хо видя все это, попытался успокоить Ки Хуна. Он прижал его к себе, тихонько покачивая, словно маленького ребенка, которому приснился кошмар. Джун Хо сам не знал, что делать, но пытался поддержать Ки Хуна... Поддержать также, как когда-то его поддерживал Ин Хо. Детство Джун Хо: Джун Хо приподнялся на кровати и заплакал. -Снова кошмар? Не бойся, старший брат рядом, я защищу тебя от всех бед и неприятностей. - Ин Хо подошел к кровати Джун Хо и обнял его, покачивая. При этом он говорил тихо, успокаивающе, пытаясь успокоить младшего. И это всегда помогало, такие действия влияли на человека со стороны психологии и успокаивали его на подсознательном уровне. Настоящие время: Ки Хун почувствовав тепло чужого тела, обнял его за талию... Будда, как ему сейчас плохо. Бедненький. Все то, что он пережил в играх, оставило непоправимый осадок в разуме Ки Хуна. Это все гнило внутри Ки Хуна, словно осенние листья зимой. Но вместо неприятного запаха, оно оставляло неприятные воспоминания. Чертово ПТСР, Ки Хун понимал, что сейчас ему проще, но когда он будет на играх... На вряд ли он сможет пронести с собой таблетки, что хоть как-то помогают ему. ПТСР давно у него, но не было таким сильным, а сейчас... Думаю, всем ясно, что сейчас. Спустя где-то минут десять слез, Ки Хун начал успокаиваться, а дыхание приходить в норму. Отлипув от Джун Хо, Сон посмотрел на него и тихо-тихо, хриплым и уставшим голосом сказал. -Спасибо... За помощь... - Ки Хуну было так непривычно говорить слова благодарности о помощи ему же... Ему последний раз помогали... Пожалуй года три назад, на стеклянном мосту... Когда Ки Хун забыл куда прыгать, а Се Бек подсказала ему... Твою ж... Опять дрожь пробила тело Ки Хуна, заставляя немного дрожать, но вскоре это чувство пройдет.. - Я не хотел напрягать вас этим... Детектив Хван. - Господин Сон, вы чего? Я наоборот только рад помочь вам. Вы многое сделали для меня... И даже пообещали, что попытаетесь найти моего брата. - Я не уверен, что найду его. - Но главное, вы не оставили меня наедине с болью. И я не хочу вас оставлять... Если честно, вы стали для меня... Как Ин Хо... Как брат. - Мозг Джун Хо не успел сообразить, почему он сказал так откровенно, но, наверное, это не будет лишним? Все таки правду скрывать не очень хочется. Особенно от того, кто стал тебе близок. - Вы... Можете показать его фото? Я же не буду там бегать и спрашивать кого как зовут? - Ну... У меня не осталось его фотографий. Я на порыве гнева выкинул и удалил их все.. - Тут же более менее спокойное лицо Ки Хуна приобрело искру волнения, что разгоралась как огонь. - Почему вы мне не сказали? Я бы мог вам помочь. - Я... Я думал, что у вас много своих проблем и не хотел беспоко-.. - Для вас, я всегда свободен, не беспокойтесь обо мне. - Ки Хун перебил Джун Хо. - Я... -Тут Джун Хо решился на роковой шаг.. Ну, как ему казалось. - Мы.. Можем перейти на «ты»? - Конечно.. Не спрашивайте... - Ки Хун помотал головой, а после исправил себя. - Не спрашивай.. - .. Раз, это наш последний разговор, я хотел бы спросить.. Как долго ты скрывал это все? Все свои эмоции. И что вообще случилось? - Ничего страшного не случилось... Не беспокойся.. Если говорить честно, то... - Ки Хун сжал одеяло под собой, а после продолжил. - Ты тоже стал для меня чем-то родным... Поэтому ни в коем случае не отправляйся на остров. - Ки Хун взял Джун Хо за плечи, а в глазах мелькнули слезы. - Я не выдержу, если потеряю и тебя. Прошу, будь осторожен. Пожалуйста. Джун Хо не ожидал такого, но все таки кивнул, а Ки Хун в свою очередь, уже сам обнял Джун Хо, а после лишь положил голову ему на плечо. -Я... Прошу тебя... Только живи и не подвергай себя опасности. А то, я третий раз пойду на игры, но уже чтобы выбыть, ты меня понял?! - Спокойный голос сорвался на крик, на отчаянный крик. Руки Ки Хуна задрожали, а из гортани вырвался всхлип. - Не нужно, Ки Хун, не нужно. Я не подвергну себя опасности, успокойся, я буду жить. - Джун Хо начал поглаживать Ки Хуна по спине, а после сам для себя осознал, что наврал Ки Хуну.. Но... Он не мог не сказать об этом... Он не мог сказать Ки Хуну, что отправится на остров.. Но это ради безопасности самого Ки Хуна.. Джун Хо скоро пойдет домой, как только успокоит Ки Хуна, и как только тот уснет. Вскоре Ки Хун уснул на руках Джун Хо. Младший Хван положил Ки Хуна на кровать, накрыл его одеялом и вышел из Розового Мотеля. Он сел в машину и поехал в свою квартиру. За пиджаком Вербовщика.