2.Когда ты — проклятие моего сосуществования

Существо поднялось выше. Камень вокруг трещины крошился, падал вниз, но не долетал до дна — исчезал, будто его съедала сама тьма. Сшитое тело дёргалось, движения были рваными, неестественными, словно каждая часть подчинялась разной воле. Лица на его поверхности менялись. Одни плакали. Другие кричали. Третьи молчали — и это было страшнее всего. — Оно выходит из-под контроля, — резко сказал Хуа Чэн. Му Цин стоял у самого края трещины. Свет его меча дрожал — не от страха, а от напряжения: энергия вокруг была слишком плотной, слишком чуждой. — Нет, — процедил он. — Оно никогда не было под контролем. Существо дёрнулось — и внезапно ударило. Не телом. Сознанием. Му Цин резко вдохнул — и мир вокруг сломался. Он увидел деревню. Лес. Людей — целых. Живых. А потом — нож. Кровь. Символы. Колени на камне. — Не смотри! — голос Хуа Чэна прозвучал будто из-под воды. Му Цин упал на одно колено. В голове загудело, будто сотни голосов одновременно пытались говорить через него. — Они… — прошептал он. — Они все здесь. Оно держит их в себе. Существо издало протяжный звук — почти довольный. И тогда Хуа Чэн шагнул вперёд. Алый свет вспыхнул резко, агрессивно, разрывая тьму. Воздух содрогнулся, словно сам храм протестовал. — Отойди от него, — сказал Хуа Чэн спокойно. И в этом спокойствии было обещание уничтожения. Он ударил. Красная энергия рассекла пространство, врезалась в тело существа. Оно взвыло — громко, нестройно, сотней голосов сразу. Части тела начали отслаиваться, падать обратно в трещину. Но вместо того чтобы ослабнуть, существо засмеялось. — …мало… — прошептали десятки ртов. — …мало… Трещина расширилась. Пол под ними качнулся. Му Цин поднялся, вытирая кровь с губ. — Хуа Чэн, если оно полностью выйдет— — Я знаю. Существо вытянуло руку. Не к ним. К потолку. Храм задрожал. Колонны начали рушиться. И в этот момент раздался звук. Лёгкий. Совсем не подходящий к происходящему. — Простите, я, кажется… опоздал? В воздухе вспыхнул мягкий белый свет. Существо замерло. Му Цин резко обернулся. — …что? Се Лянь стоял на краю зала, слегка запыхавшийся, с неловкой улыбкой, будто вошёл не в эпицентр катастрофы, а в чужой разговор. — Я шёл по следу странных искажений, — продолжил он, оглядываясь. — А потом увидел лес. И храм. И… — он посмотрел на существо. — Ох. Хуа Чэн на мгновение замер. — Гэгэ, — произнёс он тихо. — Ты как всегда вовремя. Существо взвыло — резко, яростно. Белый свет Се Ляня обжигал его иначе, чем красная энергия Хуа Чэна. Лица на теле начали отворачиваться, будто не могли вынести этого сияния. — Оно состоит из связанных душ, — быстро сказал Му Цин. — Их нельзя просто уничтожить. Се Лянь нахмурился. Улыбка исчезла. — Тогда их нужно отпустить. Он шагнул вперёд, поднимая руку. — Но это будет больно, — добавил он тихо. — Для всех. Существо дёрнулось, рванулось к нему. — НЕЕЕЕТ— — Се Лянь! — одновременно крикнули Му Цин и Хуа Чэн. Поздно. Белый свет вспыхнул ярче. Алый — ответил ему. А между ними — холодный, острый свет меча Му Цина. Три силы столкнулись в одной точке.