За пределами логики

      Вечер медленно окутывал город. Последние отблески заката растворялись в сумраке, а звёзды одна за другой загорались в темнеющем небе. Огни города разгорались ярче, разгоняя наступающие сумерки.       Анна сидела в полутёмной квартире, рассеянно перебирая вещи в комоде, когда раздался звонок в дверь. Она насторожилась — в последнее время её не покидало чувство тревоги из-за Шоквейва. Подойдя к двери, она осторожно посмотрела в глазок.       На лестничной площадке стоял высокий мужчина в строгом тёмном костюме. Круглые очки, портфель в руке... Что-то в его позе казалось нечеловеческим. Сердце сжалось от недоброго предчувствия.       — Кто там? — с усилием выдавила она.       — Здравствуйте. Отдел технадзора. Проводим внеплановую проверку электросистем. Нужно осмотреть щиток в вашей квартире.       — В такое позднее время? — нахмурилась Анна.       — Период повышенной нагрузки, — бесстрастно ответил незнакомец.       — Извините, я собираюсь отдыхать. Придите завтра.       — Это займёт пару минут.       Что-то в интонации незнакомца показалось до боли знакомым. Анна похолодела. «Только не потерять самообладание», — пронеслось в голове. Собравшись с духом, она спросила:       — Шоквейв... Неужели это вы?       Молчание. Затем холодный, почти механический голос:       — Ваша наблюдательность впечатляет, человек.       — Что вам нужно? — Анна прижалась к двери, чувствуя, как дрожат колени. — Оптимус неподалёку. Одно слово — и он здесь.       — Мне необходимо изучить природу вашей связи с Оптимусом Праймом. Откройте, я не намерен причинять вред.       — Ни за что! Думаете, я не знаю ваших намерений? Мы с Оптимусом любим друг друга.       — Любовь... С научной точки зрения это иррационально. Почему вы выбрали трансформера?       — Любовь не подчиняется логике! — резко ответила Анна.       — Любопытный феномен. Я вернусь, когда вы будете более сговорчивы.       Анна услышала удаляющиеся шаги. Выждав несколько секунд, она заглянула в глазок — коридор был пуст.       «Он нашёл меня... Что теперь будет?» — пронеслось у неё в голове. Признаться, что Оптимус был прав, и попросить его снова охранять её дом?— эта мысль жгла изнутри. Но другого выхода не оставалось. Дрожащими пальцами Анна потянулась к смарт-часам. В этот момент в дверь снова позвонили. Она медленно подошла к двери, посмотрела в глазок и с трудом сдержала вздох облегчения: за дверью стояла лишь Ада.       — А вот и я! — воскликнула сестра, но тут же перешла в наступление: — Кто это сейчас от тебя выходил? Я всего на пять минут в магазин отлучилась, а у тебя уже новый кавалер! Симпатичный, между прочим, получше твоего бывшего!       Анна побледнела.       — Ада, ну что за нелепые фантазии! — с трудом выдавила она.       — Признавайся, завела любовника? — не унималась сестра.       — Да как ты можешь такое говорить?! — Анна передернулась от отвращения. — Ни за что на свете я не желаю иметь с ним ничего общего!       — Ого... Похоже, у вас давняя история, — протянула Ада, сгорая от любопытства. — Ну же, рассказывай! Кто он?       — Тебе лучше не знать... — Анна прикусила губу, ногти впились в кожу ладоней. — Скажи честно... он тебя не заметил?       — Ещё как! — Ада рассмеялась, размахивая помадой перед зеркалом. — Мужик замер как вкопанный, смотрел, пока лифт не закрылся. Думаю, перепутал с тобой! — она повернулась к сестре, лукаво прищурившись. — Ты ему не говорила, что у тебя есть сестра-близняшка?       — Ада... — Анна побледнела, схватив сестру за предплечья. — Ты говоришь... он видел тебя? — её пальцы дрожали. — Слушай, оставайся у меня. Пожалуйста.       — С какой стати? — вскинула брови Ада.       — Ну... ты же давно не гостила у меня с ночёвкой. Давай устроим вечер как в юности: посмотрим фильмы, послушаем музыку, смешаем коктейли — у меня есть мартини!       — Не юли, — строго сказала сестра. — Выкладывай всё. Кто этот тип? Он что, угрожает тебе... или просто хочет секса? Мы можем заявить на него.       Анна почувствовала, как земля ушла из‑под ног. Часы на запястье вспыхнули алым — датчик стресса зашкаливал. «Только бы Оптимус не увидел эти показатели...» — пронеслось в голове.       — Ада, брось свои шуточки... — с досадой произнесла она, убирая руку от лица. — Если он тебя заметил... Спецслужбы не спасут... Тебе может грозить опасность. Он не тот, кем кажется. Безумец, лишённый моральных принципов. Учёный, который проводит эксперименты над... — голос перехватило от волнения, и она на мгновение замолчала, с трудом переводя дыхание.       Ада недоверчиво покачала головой, но руку сестры крепко сжала, почти силой потянув её на кухню. Щёлкнув выключателем, она с напускной лёгкостью спросила:       — И чем же он занимается, этот твой гений-безумец? Собирает коллекцию из жертв, как тот психопат из моего последнего репортажа?       Анна, следуя за уверенным шагом сестры, с трудом подбирала слова, стараясь вспомнить детали:       — Его интересы... — она сделала паузу, словно собираясь с силами. — Это не просто наука. Там всё: инженерия, механика, даже генетика и медицина... Это эксперименты...       Они уселись за стол, но атмосфера никак не становилась уютной. Каждое слово падало тяжело, как камень, разбивая иллюзию спокойствия. — Он называет это «оптимизацией». Но это...       Арианда фыркнула, перебивая:       — О, так он, как мой фитнес-тренер! «Оптимизируй питание, оптимизируй сон»... Может, он ещё и пластический хирург в свободное время? Я бы с ним познакомилась — давно мечтаю о коррекции скул!       Анна отшатнулась, словно её ударили.       — Арианда, нет! Ты не понимаешь... — в её голосе зазвучал ужас. — Он опасен. Смертельно опасен.       Арианда медленно подняла взгляд. Её ноготь, только что игриво крутивший прядь волос, впился в край стола, оставив на глянце царапину — тонкую, как трещина в её браваде.       — Что он тебе сделал? Говори. Или я сама позвоню в полицию... и скажу... что ты сошла с ума от сериалов!       Анна отвела взгляд к окну, где неоновые огни города мерцали в темноте майской ночи, как сигнальные огни. Её пальцы бессознательно сжали край свитера, растягивая ткань.       — Что сделал... — голос сорвался, и она с силой кашлянула. — Изрядно потрепал мне нервы. Но подавать заявление бессмысленно. — внезапно зашипел ультразвуковой увлажнитель, выпустив облако пара, что заставило обеих вздрогнуть. — Нам нужно быть осторожными. Один мой... знакомый уладит это.       — Какой ещё знакомый? — Ада резко развернулась, задев локтем вазу с сухими цветами. — Только развелась, а уже такая насыщенная жизнь! Я начинаю завидовать!       — Ада, я просто поражаюсь твоим умозаключениям! — с негодованием воскликнула Анна. — То, что ты видишь, далеко от истины. Рассказ о моём знакомом оставлю на потом. А этого злодея зовут Шоквейв, и он даже не принадлежит к человеческому виду...       — Что ты имеешь в виду? — озадаченно спросила Ада, чувствуя, как холодок пробежал по спине.       — В самом прямом смысле, — быстро проговорила Анна, понизив голос. — Он — инопланетный преступник, учёный, проводящий бесчеловечные эксперименты.       Ариадна застыла с выражением крайнего изумления и недоверия на лице:       — Да у тебя точно мозги набекрень, сестрица... — она нервно поправила чёлку, будто пытаясь «вернуть» себе образ беззаботной насмешницы. — Может, твой Шоквейв ещё и кровли чинит?       — Скорее ломает! Ада, я абсолютно серьёзна! — в отчаянии произнесла Анна. — Ещё вчера я не думала тебя посвящать в это, хотела уберечь от опасности. Но сегодня всё изменилось — ты невольно втянута в историю, исход которой неизвестен. Возможно, за нами наблюдают, даже слышат наш разговор...       — Аня, ну хватит уже! Ты сама себя не слышишь — что за странные вещи ты говоришь? Давай сходим к врачу? — она сжала ладонь сестры. — Твои новые друзья... случайно не наркоманы? Ты ничего не употребляешь?       — Я говорю чистую правду, — прошептала Анна, наклонившись ближе. — Помнишь трансформеров из фильмов? Это реальность! Я знакома с автоботами, а этот десептикон меня преследует.       — Конечно, понимаю! Теперь-то дошло... — с иронией подтвердила Ада. — И почему ты сразу не сказала? Кругом одни трансформеры... Так на какое число тебя записать к врачу?       — Ада, я серьёзно! Когда ты всё увидишь своими глазами, тебе будет не до смеха!       — Значит, я была права про фильмы... — с иронией заключила она и извлекла из кармана визитку с золотым тиснением, — У меня как раз есть телефон одного хорошего психиатра. Он поможет разграничить реальность и кинематограф. Звоним?       — Не смейся! — Анна вцепилась в край стола, белые костяшки пальцев контрастировали с тёмным деревом. — Ты сама видела... В прошлую пятницу... Тот силуэт за окном...       — О да! — Ада щёлкнула зажигалкой. Облачко дыма заклубилось, пока пламя выхватывало её насмешливую улыбку. — Первый час ночи, гигантская тень вместо лунного света... Думала, соседский кот шастает! — в тишине вдруг зашипел радиоприёмник на полке, ловя неизвестные частоты. — Ну и? Кто был этот ночной гость и почему прятался?       — Это... не кот. Не человек. — её рука сжала кулон. — И если бы он хотел прятаться, ты бы не разглядела даже тени. — Это был... Оптимус Прайм, — с лёгкой неловкостью призналась Анна. — Прости, что сразу не сказала.       — Что-о-о?! — Ада резко откинулась на спинку стула и расхохоталась. — Значит, твой телохранитель с Кибертрона? Настаиваю на знакомстве! — она вытерла выступившие от смеха слёзы, но её рука слегка дрожала, выдавая скрытое беспокойство за сестру.       — Я познакомлю вас... скоро, — Анна нервно провела пальцем по дисплею часов. — Он на дежурстве. И не знает, что Шоквейв...       — Аня! — Ада схватила её за запястье, и экран завибрировал, выдавая помехи. — Ты говоришь, как загипнотизированная. Объясни мне, что происходит? Кто этот «Оптимус» на самом деле?       — Увидишь сама! Сейчас позвоню ему. Только... не паникуй, — она нажала на кнопку смарт-часов. Дисплей засиял и трансформировался в необычное круглое устройство.       — Уже звонишь? Что за часы — Apple, какая-то последняя модель? Ухажёр подарил? — с любопытством спросила Ада.       — Да, это подарок... Тише! — Анна резко провела пальцем по дисплею, активируя комлинк. Над запястьем вспыхнула голограмма в виде спирали ДНК — их личный шифр. — Включаю громкую связь.       Последовал короткий шум, звук настраивающихся частот, словно кто-то перебирал струны невидимого инструмента.       — Здравствуй, Анна... — голос Оптимуса заполнил комнату, низкий и вибрирующий, как басовые ноты. — Твои биоритмы нестабильны... — В помехах прозвучал лёгкий щелчок, будто он сдерживал импульс. — Требуется моё присутствие?       — Всё в порядке, — Анна прикрыла глаза, чувствуя, как звуковые волны пробежали по коже мурашками. — Прости... что долго не выходила на связь.       Она провела пальцем по краю стола. Голограмма часов замигала алым — система фиксировала учащённый пульс.       – Просто... — её шёпот слился с гудением процессора, — Я очень сильно соскучилась по твоему голосу... По этим странным помехам, которые щекочут уши.       Оптимус замолчал. В динамике зашипело, словно он перезагружал речевой модуль. Когда он заговорил снова, голос звучал мягче, почти шёпотом:       — Через 4 минуты и 17 секунд я смогу быть рядом...       — Нет, пока не нужно приезжать, — ответила Анна, слегка запинаясь. — Просто... поговори со мной. Расскажи что-нибудь. Где ты сейчас? Далеко от меня?       — Я патрулирую сектор 7D — район старого завода, — ответил он после паузы. В фоне послышался рёв двигателя, переходящий в мелодичный гул. — Вижу холмы, где мы вместе любовались закатом. Помнишь? Ты тогда назвала мой корпус «ржавым закатным великаном».       Анна улыбнулась, и экран мгновенно отреагировал — золотые искры поплыли по периметру дисплея.       — А потом я испугалась летучей мыши, а ты... — она покраснела, вспомнив, как он обернул её коконом из кабелей и энергетического поля, — ...весь вечер объяснял мне земные созвездия через призму кибертронской навигации и... согревал.       Ада наблюдала за сестрой, чувствуя, как ситуация выходит за рамки обычного разговора.       — Даже если между нами будут целые галактики, — голос Оптимуса загудел, и стёкла в комнате задрожали, — я перенаправлю энергию ядра, чтобы согреть тебя... Твои глаза — единственные звёзды, которые имеют для меня значение.       Анна прижала часы к груди. Дисплей замигал тревожным оранжевым — система предупреждала о перегреве.       — Ты превращаешься в поэта, — она рассмеялась, смахивая слезу, которая исчезла в сиянии экрана. — Как я могу не любить тебя?       — Любовь — это 97% моих вычислительных ресурсов, выделенных на твою безопасность, — он сделал паузу, и в помехах послышалось что-то вроде вздоха. — Расскажи о своём дне. Каждая деталь важна. Даже... аромат твоих духов в радиусе 5 метров.       — Всё как обычно... С сестрой весь день. Она сейчас в соседней комнате... — Анна подняла глаза на Аду, делая ей едва заметные знаки мимикой. — Ой, кажется, она идёт. Ладно, Оптимус, до связи...       — До следующей синхронизации, искорка... — его голос рассыпался на цифровые обертоны.       Анна поспешно завершила разговор, чувствуя, как сердце сжимается от невысказанных слов. На дисплее ещё мерцало сообщение: «Ты — мой системный приоритет». Пальцы дрожали, когда она нажимала на кнопку отключения связи.       Ада хранила молчание, её взгляд скользил по лицу сестры, пытаясь разгадать правду за натянутой улыбкой. Спустя несколько мучительных мгновений она спросила:       — Кто этот человек? Почему он представляется трансформером? Это розыгрыш, да? Вы решили пошутить надо мной?       Анна нервно сглотнула, следя за реакцией сестры. Она лихорадочно соображала, как объяснить этот невероятный разговор, как убедить Аду в правдивости происходящего.       — Нет, это не розыгрыш! — почти выкрикнула она. — Оптимус... он не человек. Поверь, он действительно трансформер.       — Трансформер? Серьёзно? — Ада приподняла бровь так высоко, что казалось, та вот-вот сбежит в линию волос. — Как в этих твоих дурацких фильмах? — Она резко встала, и стул завизжал по полу, будто протестуя. — И ты хочешь, чтобы я проглотила эту... эту космическую сказку?       Анна втянула воздух, будто готовилась нырнуть в ледяную воду.       — Да, это звучит как бред. — Голос дрогнул, выдавая месяцы сдержанного напряжения. — Но если бы ты видела его глаза, Ада... Они не горят — мерцают, как спутники на орбите. — Она обхватила себя за плечи, словно внезапно замёрзла. — И да, он... заботится. Больше, чем кто-либо.       Ада замерла. Тень от её ресниц упала на щёку, скрывая взгляд.       — Ладно, — она швырнула на стол смятую пачку сигарет, и ментоловый запах врезался в воздух. — Но если он такой крутой киборг, почему прячется в кустах под твоим окном? Вы что, — губы искривились в усмешке, — настолько близки?       Тишину разорвал звон бокала — Анна, потянувшись к графину с водой, чуть не уронила его. Румянец залил её щёки алым.       — Мы... — она закусила губу, переводя взгляд на окно, где уже серела полоска рассвета, — ...он называет это «синхронизацией импульсов».       — Божечки! — Ада вскинула руки, и её браслеты звякнули, как колокольчики сарказма. — Мартини. Сейчас же. Или я взорвусь раньше, чем твой механик-Казанова! — она швырнула в сестру подушку, но уголки губ дёрнулись вверх против воли.       Коктейль лился в бокалы гуще, чем признания. Анна рассказывала о первом свидании в ночном лесу, о том, как Оптимус спас её от Шоквейва и как потом обнимал.       — Так крепко, что сердце замирало, — добавила она, прижав ладонь к груди. — Его металл оказался тёплым, как живая плоть...       Ада слушала с неподдельным интересом. К пяти утра, когда за окном запели первые птицы, она вдруг прервала монолог:       — Ладно. Беру свои слова обратно. — Но если этот твой грузовик «с глазами как два голубых солнца» такой галантный... почему до сих пор не познакомился с родственницей?       На горизонте занимался рассвет, окрашивая их смех в тёплые тона. Где-то вдалеке раздался грохот — то ли гром, то ли завёлся мотор невидимого наблюдателя. Ада, будто не заметив странного звука, легонько толкнула сестру локтем и с притворной строгостью в голосе добавила:       — Но если он тебя обидит — я натравлю на него весь отдел новостей. И поверь, мои репортажи страшнее любого трансформера!