За пределами логики

      Джаз едва уловимо вздрогнул, прервав наблюдение, когда в коммуникаторе раздался вызов от Оптимуса. Синий свет приборной панели озарил внутреннее пространство альт-формы, проецируя голограмму их великого лидера.       — Джаз, когда ты вернёшься на базу? — голос Прайма звучал спокойно, но непреклонно.       — Я остался в городе Ады, — ответил лейтенант, сверяясь с показаниями навигационного модуля. — Патрулирую в одном квартале от её дома. Ситуация требует дополнительного внимания.       Тем временем Ада вышла из подъезда и машинально огляделась — Джаза действительно не было видно поблизости. Но девушка знала, что он где-то рядом. Вечерний город окутал её привычной суетой: гул машин, мерцание неоновых вывесок, торопливые шаги прохожих. Она шла легко и уверенно — стук каблуков быстро растворялся в городском шуме. Впереди ждал телецентр. Работа. Именно то, что сейчас было нужно, чтобы отвлечься от тревог.       — Оптимус, я тут... проанализировал обстановку, — Джаз замялся, словно подбирая правильные слова. — Дай мне ещё пару дней, это ради её безопасности... ну и для нашей миссии, конечно.       Она ускорила шаг, сосредоточившись на дороге и стараясь не погружаться в водоворот мыслей. Ирония судьбы заключалась в том, что случайная оплошность подарила ей абсолютную свободу этим вечером. Занятая сборами, она машинально оставила телефон на зарядке, даже не заметив этого. Системы навигации продолжали отмечать её присутствие там, где её уже не было — в пустой квартире, хранящей следы её спешки.       Джаз, не прерывая разговора с Праймом, периодически проверял эти показания, убеждаясь, что всё в норме — она дома.       Но в нескольких метрах от входа в телецентр Ада неожиданно замерла. Пальцы инстинктивно скользнули по пустому карману куртки, а затем лихорадочно зашарили в сумке — телефон! Её осенило: он остался лежать на тумбочке. Тихо выругавшись, она тут же взяла себя в руки.       «Может, это и к лучшему», — мелькнула мысль. Теперь никто не потревожит, пока она будет заниматься делами.       — Держу периметр под контролем, — произнёс Джаз, всё ещё не замечая несостыковки в данных. — До связи, командир. Уверен, Анна одобрит твои действия по защите её сестры!       Девушка толкнула тяжёлую дверь телецентра. Внутри пахло бумагой, кофе и характерным запахом нагретой электроники. Знакомые ароматы мгновенно вернули её в привычную атмосферу, где каждый день кипела жизнь.       Медленно шагая по коридору, она глубоко вдохнула, мысленно благодаря судьбу за эту случайность. Телефон, оставленный дома, оказался неожиданным преимуществом — появилась возможность спокойно привести в порядок материалы, не отвлекаясь на звонки и сообщения.       Тем временем Джаз продолжал методично патрулировать её район, не подозревая, что его наблюдение дало сбой. Постепенно сужая круг, он приблизился к её дому, остановившись в тени деревьев неподалёку от подъезда.       А в телецентре подходил к концу рабочий день. Ада вошла в кабинет с натянутой улыбкой, стараясь выглядеть уверенной. Владимир Николаевич, главный редактор новостного отдела, встретил её пронзительным взглядом, его густые брови были недовольно сведены:       — Ариадна, ваше исчезновение было крайне несвоевременным, — начал он. — Ночью в городе произошёл инцидент. Речь о разрушениях в новом доме на улице Профинтерна.       Он сделал паузу, давая ей осознать сказанное.       — Сначала рассматривали версию с отголосками подземных толчков из района Кош-Агач, но сейсмологи её опровергли. Затем следователи нашли технические обломки и появилась новая версия — возможно, что это был вражеский дрон. В текущей обстановке нельзя исключать ничего.       — Действительно... ничего нельзя исключать... — машинально согласилась она, стараясь не выдать своего волнения.       Редактор откинулся на спинку кресла, лицо стало задумчивым:       — Есть и другая версия: инцидент мог произойти из‑за действий подростков, проникших на крышу — выход на пожарную лестницу оказался не закрыт...       Сердце ёкнуло на последних словах:       — Подростки... — она немного помолчала. — Есть доказательства?       — Нет, это лишь отдельные предположения. Истинная причина всё ещё устанавливается. На месте происшествия обнаружены частичные повреждения кровли, трещины на фронтоне. Но экспертиза признала урон зданию неопасным для проживания, поэтому эвакуация жильцов не потребовалась.       Он подался вперёд, его глаза сверкнули:       — И вот что особенно подозрительно: инцидент произошёл глубокой ночью. Некоторые жители слышали странный шум, но большинство ничего не заметили. Что ещё интереснее — крыша высотки, где произошли разрушения, находится вне зоны видимости уличных камер. Получается, что проверить достоверность показаний практически невозможно.       Владимир Николаевич замолчал, впиваясь взглядом в её лицо, словно пытаясь прочитать мысли:       — И знаете, что самое любопытное? Это оказался дом вашей сестры.       Ада напряглась, но постаралась изобразить искреннее удивление:       — Что?! Не может быть... — она сделала короткую паузу, словно обдумывая новость. — Как же так... — рука машинально поправила прядь волос. — Сестры в тот момент не было дома. Сегодня утром, когда я звонила вам, мы были за четыреста километров отсюда. Я сопровождала сестру в пансионат... У неё сейчас такой сложный период после развода.       Внимательно наблюдая за ней, редактор скептически приподнял бровь:       — И хороший пансионат? — спросил он, щёлкая компьютерной мышью. — Давайте материал, посмотрим, что у вас есть...       Девушка кивнула, демонстрируя внешнее спокойствие:       — Да, неплохой... — ответила она, доставая карту памяти из диктофона и протягивая ему. — Возьмите.       Она переключилась на рабочий тон:       — В ближайшее время я обязательно разузнаю подробности и подготовлю репортаж с комментариями местных жителей.       Пока начальник загружал материал, они обсуждали детали материала и будущего интервью. Рабочий разговор продолжался, но мысли то и дело возвращались к событиям прошлой ночи.       Внезапно он произнёс:       — Очень хорошо получилось... Осталось только добавить фотографии. Вы их уже обработали?       Ада застыла, её пальцы машинально потянулись к сумке, словно надеясь найти там то, чего не было:       — Простите... Флешка... Она дома...       — Ариадна Юрьевна, ну как же так?! — в голосе редактора проскользнуло раздражение.       — Я... оставила её в компьютере... — пробормотала она, вспоминая, как в ту ночь флешка так и осталась в ноутбуке сестры.       — Опять? Вы же знаете, что материал нужен к утру...       — Я сейчас схожу и принесу, это не займёт много времени...       Он покачал головой, глядя в окно на сгущающиеся сумерки:       — Уже поздно. Не стоит. Отправьте по почте основные кадры.       — Хорошо, будет сделано.       Редактор помолчал, барабаня пальцами по столу:       — Знаете, зря вы ушли из видеоотдела. У вас невероятный талант проводить интервью, чувствовать людей. А все эти технические мелочи... Они не для вас. Может, вернётесь?       — Вам не нравится моя работа? — в её голосе прозвучала искренняя обида. — Отдел новый для меня, но я быстро освоюсь. Простите за флешку... Обещаю, такое больше не повторится.       Он внимательно посмотрел ей в глаза:       — Дело не в этом. Вы особенная. Ваш дар брать интервью, проникать в суть вещей... Он не должен пропадать впустую среди технических деталей.       Ада выдержала его взгляд.       — Ценю ваше мнение, но у меня есть свои причины оставаться здесь. Я справлюсь.       — Понимаю, — кивнул редактор, и в его глазах мелькнуло нечто вроде уважения. — Но если передумаете...       — Решение окончательное, — твёрдо ответила она. — Спасибо за понимание.       — Хорошо. — Он наконец отступил. — Тогда идите. И будьте осторожны.       — Спасибо. — Ада одним ловким движением упрятала диктофон в сумку. Пальцы с привычной точностью профессионала скользнули по замку — молния бельтбега закрылась с тихим щелчком. — До встречи!       Выйдя из телецентра, она ощутила, как время неумолимо поджимает. Флешка должна быть у неё до рассвета — иначе она подведёт свой отдел. Порыв ветра швырнул в лицо пыль и запах сырого воздуха. Где‑то вдали прокатился глухой раскат грома. Спустившись с крыльца, Ада остановилась, всматриваясь в непроглядную тьму: звёзд не было видно, небо плотно затянуло тучами. Погода стремительно менялась — от недавнего тепла не осталось и следа. Она прикидывала варианты: без телефона такси не вызвать, но на последнюю маршрутку в сторону Октябрьского района ещё можно успеть. Нужно торопиться, пока не хлынул ливень...       И почти бегом бросилась к остановке, прикрываясь от ветра. «До дома сестры. Оттуда отправлю материал. А дальше... Дальше разберёмся».       На ходу она набрасывала план. Квартира после нападения осталась открытой — нужно всё осмотреть. Потом решить: вернуться к себе или остаться у сестры до утра. И главное — как подать случившееся, чтобы не вызвать сомнений.       В голове крутились обрывки фраз: «Следственный комитет обнаружил... обломки неизвестного происхождения... предположительно дрон... — решение напрашивалось само, и она наконец определилась. — Значит так и запишем: столкновение беспилотника с крышей многоэтажки».       В сознании мгновенно выстроился чёткий алгоритм: подготовить кадры с места событий, выяснить, что говорят соседи, набросать официальную версию для статьи.       Ветер трепал полы куртки, подгоняя её вперёд. Ада спешила к дороге, высматривая 55‑й маршрут. В этой суете она успела забыть о своём защитнике, который по‑прежнему незаметно дежурил у её дома, словно тень.       Джаз продолжал наблюдение из укрытия. Местоположение квартиры Ады определялось на пятом этаже дома с восточной стороны. Он на мгновение ощутил искушение просканировать помещение, но подавил его, помня своё обещание «не подсматривать». В её окнах уже около двух часов не горел свет. Он сделал вывод, что она легла спать, восстанавливая силы после дороги. Люди быстро устают — им требуется больше условий для отдыха, чем кибертронцам.       В девятом часу вечера датчики зафиксировали аномальное электромагнитное поле. Источник не соответствовал ни одному из известных образцов человеческой техники. Вскоре он заметил то, что оставалось невидимым для людей: по стене дома, сливаясь с текстурой кирпича, полз десептиконский дрон‑скорпион. Его сегментированное тело плавно изгибалось, а клешни тихо скребли поверхность, выискивая точки доступа.       Разведывательный модуль мог принадлежать Шоквейву, но сенсоры не улавливали его сигнатуру. Был ли тот в засаде или лишь отправил шпиона прощупать обстановку? В любом случае девушке грозила опасность — и это было единственным выводом, не требующим дополнительных расчётов.       Он попытался взломать его частоту, запустив последовательность дешифрующих алгоритмов, но столкнулся с многофазным шифрованием. Каждый уровень защиты использовал динамические ключи, меняющиеся с интервалом в 0,3 секунды. В этом угадывался фирменный почерк Шоквейва — продуманный до мелочей, точный и расчётливый. Перехват в реальном времени оказался невозможен.       Как ни странно, дрон, достигнув её окна, не стал проникать внутрь. Вместо этого он провёл быстрое сканирование пространства, после чего отступил на крышу. Там, трансформировавшись в квадрокоптер, он взлетел.       Лейтенант последовал за ним. Догонять долго не пришлось: в первом же безлюдном переулке, куда не добирался свет фонарей, он активировал оружие в режиме «стелс‑форс» и произвёл точный выстрел. Дрон, вздрогнув, начал снижаться, оставляя за собой едва заметный шлейф дыма.       В тот же миг Джаз рванулся вперёд. Шестерни трансформации щёлкнули, корпус стремительно перестраивался на ходу: прыжок, быстрый разворот в воздухе и вот он уже перехватывает разведывательный модуль. Манипулятор сжал его до хруста, вспышка искр — деформированный беспилотник дёрнулся в последний раз и развалился надвое.       Он осторожно извлёк информационный носитель — кристаллическое ядро из головного отдела. Подключившись к последним данным, Джаз понял, почему дрон отступил: квартира Ады была пуста, а отчёт «Объект отсутствует на месте» достиг канала связи — Шоквейв уже знал об этом.       Но где она?       Навигационный модуль по‑прежнему показывал, что она не покидала квартиру. Метка на внутреннем экране мерцала в одной точке, словно издеваясь над ним. Значит, она оставила телефон и вышла в ночь, а он даже не заметил!       Импульсы мыслей вспыхивали вихрем в системе, рождая череду вопросов: Специально ли она оставила телефон? Из‑за него? Она же говорила, что ей не нравится, когда нарушают её частную жизнь. Может быть, она сейчас не одна?..       Он почувствовал нечто похожее на тревогу: как найти её теперь? Без зацепок, среди моря человеческих биополей — как иголку в стоге сена.       «Я обещал защитить её, а сам... упустил из виду», — с горечью признал он.       Она так легко обвела его вокруг пальца — и, похоже, не только его... Шоквейв тоже остался в неведении. Эта мысль заставила его на долю секунды зависнуть: если десептиконы не знают, где она, значит, Ада в относительной безопасности. Или это часть ещё более сложного плана?       Решение было принято: нужно отследить места возможного появления десептиконов. Только так он сможет защитить её — пусть даже на расстоянии.       «Надеюсь, с ней всё в порядке», — подумал он, растворяясь в темноте. Джаз переключил сенсоры в режим активного сканирования и двинулся вперёд — туда, где чаще всего фиксировались аномалии.       Маршрутка повернула на проспект Строителей. За окном проплыли «Привокзальная площадь» и кинотеатр «Мир».       — Сделайте, пожалуйста, остановку на площади Октября, — сказала Ада.       Выйдя из тёплого салона, она тут же почувствовала, как по спине пробежал озноб от порыва холодного ветра. Застегнув куртку доверху, подняла воротник и шагнула в прохладный полумрак подземного перехода. До дома сестры было недалеко: нужно лишь пройти по переходу направо, подняться наверх у торца «Молодёжного театра», а затем у небольшой кованой калитки повернуть налево — в переулок Комсомольский.       Она быстро преодолела последние ступени перехода. Поднимаясь, Ада бросила взгляд вперёд. Вдалеке виднелся фасад художественного музея, подсвеченный прожекторами, рядом мерцали огни ресторанов. Ада шла быстро, огибая редкие скамейки и цветочные вазоны. Переулок плавно спускался вниз, ведя её к широкому перекрёстку. Впереди, на углу Комсомольского и Профинтерна, за театром возвышался дом Анны — массивное многоэтажное здание.       Подойдя к подъезду, она отыскала в связке ключ от домофона. Они с сестрой обменялись дубликатами: в случае отъезда одна присматривала за цветами, другая — за котом. С самого детства они привыкли всегда быть рядом и поддерживать друг друга.       Поднимаясь на лифте, она мысленно прокручивала последние события. У самой квартиры остановилась в задумчивости. Потянула за ручку — заперто. Но она отчётливо помнила, что они покидали дом в спешке, им было не до замков. После появления Оптимуса Анна ни разу не возвращалась. Так кто же закрыл дверь?       Ада прислушалась — за дверью стояла тишина. Может, Аня всё‑таки успела это сделать, а она просто не заметила?..       Решительно тряхнув головой, чтобы прогнать сомнения, она вставила ключ в замочную скважину, повернула пару раз и открыла дверь. В квартире было темно. Шагнув внутрь, Ада нащупала выключатель в прихожей и щёлкнула им — свет залил пространство. На первый взгляд, всё было на своих местах. Да и какой смысл грабителям закрывать дверь? Они бы вынесли что‑нибудь ценное и сбежали...       Скинув уличную обувь, она надела тапочки и направилась в ванную освежиться. Пока умывалась, её обоняние уловило едва заметный аромат. Он коснулся её внезапно, словно след из прошлого, который материализовался в воздухе. Лёгкий запах подозрительно напоминал парфюм бывшего мужа сестры — этот пижон всегда душился без меры. Неужели наведался в их отсутствие?       Аня забрала у него ключи, но замок после развода так и не сменила — ничто не мешало ему изготовить дубликат. Однако в квартире Ада не обнаружила никаких следов присутствия — ни сдвинутой вещи, ни даже новых отпечатков на зеркале. Оно блестело, как и вчера вечером. На всякий случай она прошлась по комнатам: гостиная, спальня, кухня...       Осмотрев всё ещё раз, она взглянула на часы — почти десять вечера. Размышлять больше не было времени — пора браться за дело. Нужно как можно скорее отправить фотографии редактору.       Она поставила чайник греться, а затем прошла в комнату. В планах было сразу набросать черновик истории для колонки, утром взять интервью у соседей и только потом ехать к себе.       Ноутбук стоял на столе — там, где они его оставили. В разъёме была флешка. Лёгкая волна облегчения накрыла её. Включив устройство, Ада открыла фотографии и внимательно проверила качество снимков. Убедившись, что всё в порядке, она зашла в почту, набрала адрес редакции, прикрепила файлы и нажала «Отправить».       Выдохнув, она откинулась на спинку кресла. В комнате было душно. Она расстегнула пару пуговиц на блузке и в этот момент чья‑то рука легла на её плечо.       Ада вскрикнула от неожиданности, но ей тут же зажали рот ладонью.