Вечер в Бронксе

С того момента в раздевалке Шэдоу перестал терроризировать Соника. Вернее, не перестал, но сбавил обороты. Он все еще создавал ощущение непрекращающегося соперничества: постоянно вел счет, кто из них больше отобьет мечей, кто сколько раз промахнется, кто поставит рекорд на скорость(всегда Соник) и кто больше заработает очков на поле. Однако работать в команде стало намного легче и даже приятнее, потому что давящее желание Шэдоу превосходить Соника исчезло и парень наконец-то перестал излишне зазнаваться. Когда они играли заодно, игра шла удивительно гладко и разбитых носов становилось меньше.  Шэдоу начал здороваться с Соником во время по утрам и иногда говорить о тренировках. «Ты пойдешь сегодня?», «я сегодня идти не собираюсь, скажи капитану, что я заболел», «ты же придешь?», «ты потерял значок от рюкзака в раздевалке, забери» — только такие фразы иногда Шэдоу говорил однокласснику. Сухо и по необходимости.  Но друзья Соника все равно замечали все эти короткие разговоры, что весьма их удивляло.    — С каких пор вы общаетесь? — удивился Тейлз, когда Шэдоу поздоровался перед первым уроком. — Вы же друг друга терпеть не могли.    — Нуу… Мы вместе ходим на тренировки, пришлось взаимодействовать, как никак. Да и мы сейчас не гнобим друг друга. Шэдоу вообще ведет себя нормально, если так посмотреть.    — Серьезно? Нормально себя ведет? — Наклз быстро разозлился и, визуализировав Шэдоу, начал избивать его в своем воображении. — Он постоянно язвит и всех унижает! Вспомни, как этот идиот бил тебя, меня, Теилза, как он растоптал наш картонный макет в восьмом классе, выкинул мой рюкзак с окна, «случайно» облил Эми чаем в столовке, а сейчас ты его оправдываешь!   —Я его не оправдываю, просто думаю, что с тех пор прошло много времени, и он… банально вырос.    — Ага, вырос. За неделю, — Эми присоединилась к сплетням. — Вспомни, ты буквально недавно ходил с разбитой губой из-за мячей на волейболе, и это опять его издевательства.    — Поразительно, — Тейлз поправил очки и тихо посмеялся, не дай бог Шэдоу это услышит, — настоящая эволюция одноклеточного организма всего за неделю! Да он — высшая форма жизни!    Да, компания у Соника была интересная. Наклз — широкоплечий громила с красными дредами, между прочим, тоже спортсмен. Только он ходил в боксерскую секцию, школьные клубы его не очень-то интересовали. Его любили девушки, потому что Наклз красивый, сам по себе очень добрый, заботливый и преданный, если не учитывать его проблемы с контролем гнева.    Эми была школьной активисткой, членом театрального кружка и прилежной ученицей, круглой отличницей. Считалась одной из самых симпатичных девушек в старшей школе, потому что стильно одевалась и красила розовый в зефирно-розовый. Она всеми силами старалась хорошо учиться, чтобы поступить в престижный университет и наконец-то выбраться из ненавистного ею Бронкса. В этом они с Тейлзом мнениями сходились. Еще она была «тайно» влюблена в Соника — об этом знали все, кроме самого парня, который просто хотел с ней дружить. У Эми был готовый сценарий в голове: дружба, близкая дружба, свидания, отношения, свадьба, дети, старость, смерть в один день. И все с Соником. Только вряд ли подозревала, кто именно сможет легко размазать ее планы.    Она явно не учла, что Соник вообще-то общается не только с привычной компанией, но и со спортсменами из волейбольной секции. От Шэдоу даже прилетали некоторые комплименты в виде страховки во время игры, пасов и особой жалости(не целился мячами в лицо). В первую неделю было тяжеловато тренироваться почти каждый день, особенно с более опытными игроками, но потом стало полегче. Шэдоу хоть и не мучил Соника, как раньше, но все равно спокойно жить не давал. К примеру, он запустил мяч в труднодоступную точку на поле со всей дури, ожидая, что никто не успеет среагировать и отбить. Но Соник прыгнул в ту сторону так, будто собрался нырять в пол, мяч отбился о костяшки пальцев и игра продолжилась. Только вот парень очень сильно ударился косточкой на щиколотке о пол, из-за чего по всей ноге прошла визжащая боль. Он прошипел, свернулся калачиком на полу и зажмурился от остроты в костях. Шэдоу напряженно нахмурился, поднял сетку и прошел под ней, хотя прерывать игры не разрешали.    — Ты чего? — Шэд присел на корточки, осматривая соперника.    — Костью на лодыжке со всей силы ударился, — Соник оперся о локоть и другой рукой приспустил носок на ноге, где красовалось огромное красное пятно, которое вот-вот станет фиолетовым.    — Не сломал?    — Не знаю.    — Как «не знаю»? Попробуй встать.    Соник оперся о плечо Шэдоу и осторожно встал. Остальные участники команды подошли к ним, когда поняли, что это не просто безобидное падение. До конца тренировки оставалось всего несколько минут, поэтому все единогласно решили, что лучше сегодня закончить пораньше. В раздевалке Соник разнылся вдребезги. Был не перелом, а сильный ушиб, все равно приятного мало.    — Боже, у меня тяжелые сумки, болит нога, еще и родители не смогут забрать, — кисло ворчал он и собирал вещи куда медленнее, чем обычно.    — Я подброшу тебя, — Шэдоу явно устал слушать все эти жалобы из-за обычного удара.    — Не надо, не хочу беспокоить твоего деда.    — Я сегодня на байке.    Соник округлил глаза и даже приоткрыл рот от удивления. Ему не показалось? Шэдоу изъявит желание подбросить его до дома на своем драгоценном мотоцикле?    — Уоу! Шэдоу! Это признание в любви, да? — Соник игриво улыбнулся и начал подкалывать нового приятеля. — Завтра что, женимся?    — Так тебе помогать, или нет? Кому ты будешь нужен, если не дойдешь до дома с таким-то настроем?    — Не сомневаюсь, что если я сдохну где-нибудь в подворотне, на моих похоронах ты будешь плакать громче всех! — Соник моментально собрал все сумки и переобулся. — Бронкс, Кэстел-Хилл авеню. Там рядом еще закусочная.    — Выглядишь здоровым. Пойдешь пешком.    — Нет! — Соник помотал головой и прохромал к выходу, еле удерживая на плечах рюкзак и спортивную сумку, потому что цеплял их второпях. — Пошли быстрее! Он на парковке?    — Где ж еще? — Шэдоу закатил глаза, достал шлем из шкафчика и пошел за ним, но явно не торопился. Обычно он хранил шлем именно в шкафчиках, потому что оставлять висеть на руле как-то рискованно.    Мотоцикл был действительно очень крутым и явно подходящим Шэдоу. Черный, спортивный, с красными вставками, наверняка дорогой. Никому нельзя было к нему прикасаться, никто не делал этого даже из вредности, потому что не хотели себе проблем. А тут Соник мог с чистой душой подойти к байку ближе, чем на расстоянии десяти метров, так еще и прикоснуться!  Одинокий байк стоял на парковке для учителей, как алмаз среди обычных камней. Да и преподских машин было немного, потому что позже спортсменов мало кто уходит.    — Поверить не могу, что я на нем прокачусь! — Соник начал вертеться вокруг байка, трогать руль, сиденья, красную отделку, пару раз посигналил и проверит шины на упругость. — Буду падать на волейболе почаще!    — Не обольщайся, это разовая акция, — Шэдоу достал ключи из кожаной куртки и перекинул одну ногу через мотоцикл. — У меня только один шлем, так что держись крепче и не дергайся. А то упадешь и размажешься.    — Ой, спасибо большое за заботу! — Соник расплылся в театральной улыбке и поднял брови. — Неужели ты так этого боишься?    — Ага, до смерти, — Шэдоу саркастично фыркнул и надел шлем. — Ездил уже на мотоцикле?    — Да, каждый день катаюсь до Эст-сайда, тусуюсь с Биббером и ем устрицы на ужин, обычное дело. Да конечно ни разу! — Соник пощекотал Шэдоу вместо того, чтобы нормально обвить его руками.    — Эй! Ты совсем идиот? Я тебя реально сейчас высажу! Возьмись за меня нормально!    — Хорошо-хорошо! — Соник «обнял» его со спины, чтобы не свалиться во время езды. Вот уж не думал он, что однажды окажется в таком положении. — Адрес помнишь?    — Ты десять минут назад его говорил. Думаешь, я успел забыть?    Облако были, свист трения колес об асфальт, черный полукруглый след на парковочных местах, ветер в волосах и холодное жжение в ушах. Вот, почему Шэдоу просил держаться крепче — потому что он водит, как ненормальный. Соник зажмурился и сильнее вцепился в Шэдоу, потому что стало страшнее, когда они выехали на дорогу. Машины со свистом проносились мимо них, а глаза сушились от такой скорости. Это был довольно рисковый аттракцион, но крутой — не дай бог родители об этом узнают. Соник любил скорость, поэтому такая поездка с ветерком весьма его воодушевила. Шэдоу был крутым парнем. Мало того, что он умеет водить мотоцикл, так еще в последнее время с ним можно было поговорить без драк. С какой же интересной стороны показывают себя враги, если однажды ступили на путь примирения. На самом же деле, темная личность или светлая — зависит от освещения, и Шэдоу после откровений о психотерапевте и о сестре начал казаться не таким уж и плохим.    «Сейчас ты его оправдываешь!»  «Я его не оправдываю»   Конечно, Соник начал искать поступкам Шэдоу оправдания, что бы он не говорил своим друзьям. Пазл начинал складываться — самые дерьмовые поступки он совершал именно в те года, когда Мария умерла. То есть около трех-четырех лет назад. У Шэдоу и раньше был сложный характер из-за проблем с проявлением эмоций и недоверчивостью. С седьмого класса он стал более агрессивным, но наверняка в глубине души он не такой плохой человек, каким кажется.    Всего за несколько минут они оказались на нужной улице, но Соник явно покатался бы еще. Он встал с мотоцикла и попытался устоять на ногах, парня немного замотало.    — Это было очень круто! — он аж подпрыгнул, забыв об ушибе и тяжелых сумках. — Я еще хочу!    — Купи себе свой.    — Ага, завтра пойду и куплю! Звучит смешно, я живу в Бронксе и спускаю все деньги на кроссовки.    — Это был намек на то, что мне мотоцикл кто-то купил? Просто потому, что старик богатанький и может позволить разбрасываться деньгами? Да он ни цента не согласился мне давать на эту покупку! Я вообще-то сам заработал.    — Извини, я не знал, — Соник тут же почувствовал себя немного неловко, ведь действительно считал, что мотоцикл был просто подарком от богатого родственничка. — А кем ты работал?    — В трех заведениях был официантом и консультантом в музыкальном магазине.    — Так ты трудолюбивый, оказывается?    — Нет. Я бы работал в одном месте, но меня вечно увольняли. Денег хотел, а общаться с людьми не особо.    — Пфф, ну ясно! — Соник глянул в сторону дешманской, но атмосферной закусочной в виде огромного хот-дога с яркими вывесками. — Не хочешь получить дозу ностальгии по своей старой работе официантом и забежать перекусить?    — Конечно не хочу, — Шэдоу слез с мотоцикла, поставил на подножку и повернул ключ в отверстии возле руля. — Пошли.    Следующая стадия — принятие. Шэдоу решил, что в этот раз не было желания отшивать Соника, поэтому решил сходить поесть ща компанию. Возможно, в нем говорило чувство голода или вины(за травму). В любом случае, синий уже не казался таким уж раздражающим и показушным, с ним вполне себе можно было по говорить — это было первым открытием за тот день. Вторым открытием стали чилли-доги, они оказались чертовски вкусными.    — Хорошее место. Жаль, что рядом с моим домом похожих кафешек нет.    — А далеко живешь?    — Ну, минут тридцать ехать, наверное. На байке поменьше.    — Многовато, — Соник откинулся на стуле от обжорства. — Но я бы за это заведение душу продал. Хоть три часа потратил, но приехал бы.    — Видимо, так и буду делать.    — Ты можешь ходить со мной и с моими друзьями сюда. Мы здесь почти каждый день за редкими исключениями. На самом деле, ты нормальный парень, ты отлично вписался бы в—    — Нет, — отрезал Шэдоу, настроение явно испортилось, когда Соник заговорил про свою компанию. — Твоих друзей я не выношу еще сильнее, чем тебя.    — Что? Но я думал, они лучше, чем я.    — Подумал бы получше, — Шэдоу встал, взял свои вещи и посмотрел на наручные часы. — Мне пора. Ладно, до завтра.    Соник так и не понял до конца, что парень имел ввиду. Неужели он считает Теилза куда более раздражающим? Как такой добрый и спокойный парень может кого-то раздражать? Они были лучшими друзьями с самого детства, постоянно вместе играли, потому что жили очень близко, а потом еще и пошли вместе в одну школу. Поэтому они могли ходить друг к другу в гости без предупреждения или разрешения(иногда даже без стука). Соник решил сначала поздороваться с родителями, оповестить, что он вернулся, а потом отправиться к другу на этаж ниже.    — Мам, пап, я дома! — он зашел в квартиру и направился в сторону кухни. — Я ненадолго! Обещал зайти сегодня к Теилзу.    — Привет, — Том выглядел довольно нервно и обеспокоено, как и Мэдди. Он теребил в руках больничный конверт и стучал по нему пальцами. — Ты хромаешь? Все в порядке?    — Да, пустяки, упал на тренировке, просто ушиб. А еще я сытый, так что ужинать не хочу.    — Но тебе в любом случае лучше присесть, — Мэдди отодвинула стул, а сама села напротив с Томом.    — Мам, все нормально?  Соник насторожился и сел, обычно людей просят сесть, когда им говорят какие-либо шокирующие новости. Что это может быть? Смерть? Банкротство? Переезд? Чье-то увольнение с работы? Уголовная статья? Конец света? Кража всей коллекции кроссовок?   — В общем, мы не знаем, как ты к этому отнесешься, но ты уже взрослый, поэтому имеешь право знать правду, мы не могли скрывать это всю жизнь, — Мэдди старалась не отводить взгляд, но все равно волновалась. Было ощущение, что она признается в многолетней лжи. — В общем, много лет назад мне сказали, что я не могу иметь детей. Мы с твоим отцом уже были в браке, мы очень расстроились, но решили… усыновить ребенка из детского дома. В общем, ты приемный. Не знаю, что ты чувствуешь по этому поводу…    Родители всегда были в очень близких отношениях с Соником. С ними всегда можно было поговорить на любую тему, какой бы стыдной, странной или интимной она не была. Том всегда таскал его на рыбалку, на бейсбол, на спортивные матчи, учил кататься на велосипеде, стоять на коньках и держать клюшку. Они были лучшими друзьями всю жизнь, Том всегда был супергероем для своего сына, даже типичной подростково-скандальной фазы они все дружно избежали. Мэдди любила готовить, а Соник в детстве постоянно путался у нее под ногами на кухне. Он был слишком гиперактивным и любознательным, чтобы не залезать головой в духовку с печеньем или лазаньей. Тому приходилось держать его на руках и показывать, что делает Мэдди, когда готовит, чтобы совсем-совсем маленький ребенок, который еще разговаривать нормально не умел, не капризничал. Мама никогда не запрещала Сонику залезать в свою косметику, никогда не запрещала пробовать какие-то новые хобби, даже если они казались ей странноватыми. Даже когда ее сын, обладатель идеального пепельного блонда, заявил, что всю оставшуюся жизнь будет краситься в синий и только в синий, она не бросилась отговаривать парня, а просто подобрала хороший пигмент и помогала прокрашивать труднодоступные места.  Соник лет до десяти боялся спать у себя в комнате из-за темноты. Он насмотрелся ужастиков и мог уснуть, потому что боялся монстров в шкафу и под кроватью, поэтому каждую ночь приходил к родителям. Иногда Том уходил спать на диван, когда места стало не хватать, но выгонять ребенка не хотел, сам ведь он темноты не боится, ему не сложно поспать одному. Родители не пропустили ни одного школьного матча, так еще и всегда приходили со школьным мерчом, все разукрашенные в цвета команды. Они никогда не занудничали.  Их семья была настоящей идиллией: поцелуи на ночь, пикники на природе, дни рождения в пиццерии, «папа в доме главный, мама ему разрешила» и «все лучшее — детям». Поэтому Том с Мэдди были очень напуганы тем, что какое-то письмо может оставить трещину на таких теплых взаимоотношениях.    — Да, и… — Том решил не затягивать, поэтому протянул белый конверт сыну, наконец-то избавив себя от терзаний, — это письмо от твоих биологических родителей, они хотят с тобой встретиться и поговорить.    На кухне повисла гробовая тишина. Соник даже не смотрел на конверт, только на родителей. Том с Мэдди начали переживать, что он сейчас распсихуется и уйдет. Или вообще перестанет с ними разговаривать. Начнет припоминать все их ссоры и в чем-то упрекать.    — Ха, ну теперь понятно, почему я такой белокожий, — улыбнулся он, и эта шутка вызвала у Тома глупую улыбку. — Так я могу пойти к Тейлзу?    — Что? Ты серьезно? — Мэдди расслабилась и выдохнула. — Так тебе все равно? Я думала, ты начнет ругаться или что-то в этом духе… Ты даже не открыл конверт.    — Мне правда все равно. Вы всегда были рядом со мной, значит, вы мои родители. Я не хочу видеться с теми, кто ни разу меня не навещал. Если бы я им был нужен, они бы приехали раньше, сейчас они мне не нужны. Письмо можете сжечь.    — Тебе даже не интересно, как они выглядят?    — Ну, наверняка они белые.    — Так, — Том скрестил руки на груди. — Слишком много шуток про цвет кожи за эти десять минут, закругляйся.    — Ладно, извините, это просто шутка. Ну все, скоро буду!    По интонации было ясно, что все останется, как прежде. Соник останется жить у них, никуда не переедет, не станет выбирать между родными родителями и приемными, да у него даже настроение не испортилось от такой новости! Он буквально просто пошел к своему лучшему другу поиграть в компьютерные игры перед сном. Мэдди выдвинула предположение, что Соник наверняка сейчас обсудит это с Теилзом, но ребята просто засели в приставку и поели чипсов.    Теилз все свое время посвящал учебе и подготовке к университетской олимпиаде, так что в последнее время он с Соником виделся не так часто, как хотел бы. И был очень рад, что лучший друг к нему пришел.    — Мда, сегодня я продуваю, — Соник разлегся на кровати и свесил одну ногу, мысленно отвлекаясь от игры.    — Ага, не похоже на тебя, — Теилз задумчиво посмотрел на друга, — поддаешься мне?    — Нет, не знаю, что со мной.    — Ты не ужинал?    — Ужинал. Я ел чилли-доги. С… с Шэдоу.    — Что? Серьезно? — Тейлз поднял брови домиком и поморщил нос. — Тебя заставили?    — Нет, все нормально. Он вообще парень нормальный. Мы с ним стали чаще общаться, сегодня отлично посидели. Думаю, он мог бы вписаться в нашу компанию.    — Мне кажется, ты забываешь, кто это. Он издевался надо мной очень долго, особенно когда я грустил из-за развода родителей. Вряд ли мы подружимся.    — Это было давно, Шэдоу был маленький, у него был тяжелый период, все такое…    — У меня после каждой драки с ним был «тяжелый период». Не вижу, что он исправляется. Просто… я тебе верю. Ты бы не стал общаться с полным мудаком. К тому же, я не знаю подробностей его жизни. Да и ты осуждал его раньше, поэтому понимаешь, что хорошо, что плохо, и, возможно, он действительно изменился. Если смотреть с этой стороны, то, в целом, я был бы не против с ним попробовать пообщаться. Просто я всю жизнь стараюсь держаться от него подальше.    Парни просто его оправдывали. Наверняка Тейлз так говорил, только чтобы не поругаться с Соником, все-таки от Шэдоу ему прилетало постоянно. За любые слова, особенно за жалобы. Пожалуется — получит, похвастается — получит, ответит грубо — получит, проигнорирует — получит. С ним невозможно было разговаривать. Есть ли человек на свете, с которым Шэдоу хотел бы общаться?    Ответ на этот вопрос Соник узнал часа в два ночи следующего дня. Крепкий сон прервал телефонный звонок, который очень сильно взбесил парня. Он не открыл глаза и перевернулся на другой бок, но телефон продолжал звонить.    — Черт, — раздраженно шепнул он и устало протянул руку к телефону. Номер неизвестный, наверняка мошенники. — Ало! Если я заказал пиццу и забыл о ней, скормите ее муравьям!    — Соник, это Шэдоу, — голос парня звучал нейтрально, потому что он умел сдерживаться. — Я разбудил тебя?    — Что? Разбудил? Брось, в это время я ежедневно глажу ежей в контактном зоопарке, моя рутина!    — Соник, прошу, — звонящий сидел на мотоцикле под крышей заправки, на улице шел дождь. — Мне больше некому звонить.    Соник же сел на край кровати и насторожился, поняв по посторонним звукам в трубке, что Шэдоу находится не дома. Он понял, что подколки в очередной раз были лишними, и тут же о них пожалел.    — Что случилось? Тебе нужна помощь?    — Честно говоря, я не хочу тебя ни о чем никогда просить.    — Но тогда ты бы мне не позвонил, да?    Трех секундное молчание, кто-то посигналил сзади, дождь затарабанил по крыше сильней, телефон прислал уведомление, что вот-вот разрядится, последние деньги ушли на бензин.    — Можно я у тебя переночую?