Драбблы по Артону

      Антон сидел на кухне, с чашкой чая в руках и не зная, что делать. Он снова взглянул на часы: Арсений уже целый день не выходил из комнаты. Их маленькая квартира стала казаться для Антона пустым местом, а воздух — плотным и тягучим, как если бы она была месяцами заброшена. Он поднялся с места и направился к двери спальни. За ней, в полумраке, лежал Арсений. Его лицо было бледным, а глаза, несмотря на то что он пытался скрыть боль, оставались затуманенными. — Как ты себя чувствуешь? Ты весь день меня к себе не подпускашь, я же переживаю… Что случилось? Я тебя обидел? — Антон мягко присел рядом с кроватью, кладя ладонь на лоб Арсению. Он был горячим, тело буквально пылало от температуры — Что-нибудь принести? — Не знаю… — голос Арсения был тихим, изломанным, и Антон почувствовал, как сердце сжимается. Это было что-то большее, чем простая усталость. Он болен, но этим не ограничилось. Всё в поведении Арсения выдавало тревогу — тот был закрытым, как всегда, но теперь скрывал не только свои чувства, но и свою боль. — Ты голоден? Что у тебя болит? — Антон продолжил, надеясь разговорить своего парня и хоть как-то ему помочь — Хочешь я заварю тебе твой любимый чай? — Арсений слабо покачал головой, его взгляд был почти безжизненным. — Нет. Просто… — он запнулся, явно пытаясь найти слова — Просто не хочу, чтобы ты меня видел таким… слабым. — Антон вздохнул, его пальцы невольно сжались вокруг руки Арсения. — Неужели ты думаешь, что я могу от тебя уйти из-за этого? — голос Антона звучал твёрдо, но в его глазах стояли слёзы. Он понял, что за этими словами скрывается гораздо больше. Арсений всё ещё не мог доверить ему всю свою боль. — Ты не понимаешь, — Арсений едва шевельнулся — Я не могу быть таким. Я не могу… быть таким слабым рядом с тобой. — Антон склонился, чтобы погладить его по волосам, пытаясь найти слова утешения. — Ты всегда был и будешь моим партнером, Арсений. Я тебя полюбил не за твою силу, хоть и не без этого, да, я тебя полюбил за твою заботу, за поддержку, но это ведь не единственное, что могло бы удерживать меня с тобой, я люблю тебя за умение оставаться позитивным даже когда всё вокруг кажется серым, за твою душу и искренние чувства. Мы с тобой — лучший дуэт, даже больше, мы с тобой семья. Ты не обязан быть сильным, все мы иногда нуждаемся в отдыхе. Не нужно быть сильным. Сильным буду я. Тебе нужен отдых.       Арсений взглянул на него с удивлением и лёгким сомнением, но ничего не сказал. Он лишь снова попытался закрыться, отвернувшись от Антона. Но Антон не отступал. Он взял руку Арсения в свою и легко поцеловав её тыльную сторону, прижал к своей груди, а второй аккуратно развернул его лицо к себе. — Я всегда буду рядом с тобой. Я тебя не оставлю одного. Ни в коем случае. Слышишь? — Антон сильнее прижал руку и заглянул в небесно голубые глаза напротив — Я тебя слишком сильно люблю, чтобы отказаться от тебя вот так просто. Запомни: Я. Тебя. Люблю. И. Буду. С. Тобой. Навсегда. — с огромной уверенностью в голосе и во взгляде произнёс шатен.       Арсений почувствовал, как его дыхание выравнивается, а напряжение немного уходит, как будто в его теле на мгновение появилась легкость. Он даже вымученно, но всё же улыбнулся. — Ты… ты правда… — ему не дали договорить. Губы Антона с жаром его поцеловали, наплевав на болезнь. Антону всё равно, сейчас это далеко не самая важная вещь. — Да, я всегда серьёзен, когда речь идёт о тебе, Арс. — Антон чуть улыбнулся, оторвавшись от губ брюнета. Несмотря на слёзы, которые собирались вот вот политься из его глаз, и не смотря на лёгкую усталость, вызванную сильными переживаниями за любимого человека.       Он оставался рядом с Арсением, пока тот не заснул. Антон продолжал сидеть в тишине, поглаживая его волосы, не думая о том, как долго это будет длиться. Болезнь не пройдёт за ночь, и ему придётся быть рядом в течение всего этого времени, но он был безумно рад посвятить всего себя ради Арсения. Ради его Арсения.

***

      Через несколько дней Арсу стало немного лучше, но Антон по-прежнему не покидал его. Он с готовностью бы провёл любое количество времени, требующиеся на восстонавление здоровья его парня.       Когда Арсений очередным утром открыл глаза и встретился с взглядом Антона, его голос снова был слабым, но в нём уже появилась искренность. — Ты действительно не уйдёшь? — спросил он, почти с опаской, как будто боясь услышать отказ. — Да, я останусь. Навсегда, если нужно.       И в этот момент, когда тёмные облака ещё не исчезли, а у Антона была мимолётная усталость на лице, он знал одно — что бы ни случилось дальше, они будут преодолевать это вместе. Боль, слёзы, страх — всё это ничего не значило по сравнению с тем, что они смогли создать друг для друга.