Love for sail

Перед отправкой на корабль Юнхо практически не вылезал из казарм. Он всячески выслуживался и выполнял все поручения. Не перечил начальству, даже шутить стал меньше. Ему во что бы то ни стало нужно было туда попасть. Юнхо делал все, чтобы назначение Минги не вызывало ни у кого вопросов. Даже Банчан немного проникся к нему за это время. Пару раз в неделю Юнхо ходил к Хонджуну, разговаривал и любил его. Они обсуждали дальнейшие действия и все варианты того, что могло пойти не так. Впереди ждало море. Сердце Юнхо замирало от осознания скорой встречи. Минги прибыл в порт чуть ли не самым первым: дисциплина для него была превыше всего. Поднялся на один из своих кораблей, сделал тщательный обход и провел стандартное собрание с капитанами. Они обсудили еще раз маршрут, сверились с картами и возможными трудностям. Плавание обещало быть легким. Их путь лежал к недавно завоеванному полуострову, на котором королевство организовало большую колонию. Нужно было сделать там порт, хотя бы временный, оставить парочку своих ребят для охраны береговой линии, да и просто поприветствовать народ. Никаких сражений не предполагалось, миссия в этот раз была исключительно мирная. Минги остался на корме корабле, приветствуя всех членов команды. Все эти формальности и вдохновляющие речи Юнхо пропустил мимо ушей. Стандартно, неинтересно. Они зажигали глаза лишь у совсем юных мальчишек, которые море видели только на картинках. Большинство понимало, что впереди их ждёт лишь тяжёлая рутинная работа. Поведут себя как герои – награда капитану, как трусы – отправятся на дно. За это Юнхо и полюбил пиратство – за честность. Всё, что удалось добыть, – твоё по праву, будь то деньги, женщины или проблемы. В каюте пахло тиной, но Юнхо это не расстраивало. Впереди – бескрайнее море и важное дело. Ему нужно будет много слушать, запоминать и желательно как-то подобраться к документам королевского флота.   – Добрый вечер, сэр, – Минги зашел на офицерскую кухню в надежде поужинать в одиночестве, но наткнулся на Сонхва. – Я вам не помешаю? – Добрый вечер, Минги, – Сонхва потягивал ром, блуждая в собственных мыслях. – Нет, конечно. Проходи, садись. Твои капитаны прекрасно справляются c работой. Движемся чётко по графику. Минги поправил свой форменный китель, взял с полки тарелку с мясным пирогом и сел напротив Сонхва, стараясь откровенно не пялиться на него. Получалось скверно, если честно. Контр-адмирал сидел в одной рубашке, расстегнутой на пару верхних пуговиц. На кусочек молочной кожи невозможно было не смотреть, это просто издевательство. – Позволите? – Минги указал на бутылку рома, стоящую под рукой Сонхва. Тот кивнул, взял в руку ещё один стакан и наполнил его для Минги. – С удовольствием выпью с тобой. Вечер сегодня отменный. Можем поговорить без чинов, просто как приятели, ведь мы довольно долго уже знакомы. – Сочту за честь выпить с вами, – Минги взял стакан из рук Сонхва и, пользуясь секундной заминкой, коснулся чужих пальцев своей ладонью, будто случайно. - Тогда за удачу! – За удачу! Пусть она всегда будет с нами, – Сонхва уже немного захмелел, его щеки тронул легкий розовый румянец. Он сделал глоток и расстегнул ещё одну пуговицу на рубашке, немного раздвигая ткань в стороны. Минги честно старался взять себя в руки, отвести взгляд, но это глупое, очень неправильное влечение с каждым разом становилось все невыносимее. Невозможно было не задуматься о том, какой нежной и гладкой казалась кожа контр-адмирала в импровизированном «вырезе» рубашки. Как элегантно он держал стакан у своих приоткрытых полных губ. Поцеловать бы…Минги тряхнул головой. Нельзя-нельзя-нельзя. – Моя Лили говорила недавно о вашей бывшей жене, Жизель. Они же подруги. По рассказам очень милая девушка, добрая, хозяйственная. Почему вы развелись, сэр? – Минги и сам не понимал, зачем спрашивал об этом. Будто надеялся на что-то. – Она действительно прекрасна и женой была отменной. Всегда с улыбкой хлопотала на кухне и мило облизывала пальчики, перепачкавшись в креме от пирожных. Но, увы, ей сложно было принять, что часть меня отдана флоту безвозвратно. Запах соли, дерева, пороха. Это всё так глубоко в моем сердце. К сожалению, ни одной прекрасной особе не под силу поменять это. И ты, Минги, тоже есть в моем сердце. Хороших подчиненных я искренне ценю. На них опираются все решения. Не будь ваших заслуг, не было бы и моих, – Сонхва отставил опустевший бокал в сторону и подлил себе ещё немного рома, вечер заканчивать не хотелось. – Ну вы уж мне совсем льстите, – Минги улыбнулся, крупными глотками отпивая ароматный ром. – Хотя это, бесспорно, приятно. Вы достойны самой лучшей девушки в королевстве, и уверен, что скоро встретите ее. – Надеюсь, она будет любить море так же, как и я, – Сонхва облизал губы и продолжил понемногу потягивать ром: так он пьянел сильнее, но именно в этом и было особое удовольствие от процесса. – А ты, Минги, когда планируешь свадьбу? Может, деток? Или хочешь ещё поразвлекаться? Об этом говорить не принято, но я прекрасно понимаю горячую кровь. – Не думал пока об этом. Мне и так хорошо с Лили. И если свадьбу мы пару раз уже обсуждали, то к детям я точно не готов. Меня пугает такая ответственность, – Минги решил все-таки расстегнуть свой китель, на маленькой кухне становилось жарко. – Ну и, конечно, хочется еще какой-то относительной свободы. Я так же влюблен в море, как и вы. – За это ценю тебя вдвойне, – Сонхва прикрыл глаза: ему показалось, что море совсем близко, стоит лишь протянуть руку. Волны били о борт корабля, лишь усиливая это ощущение. – Чем живешь, кроме службы? Понимаю, девушка, хлопоты, поцелуи, но, может, есть что-то ещё. Про меня ты знаешь, люблю бывать в компаниях, словно и на суше не прощаюсь с командой и матросами. – Сонхва ухмыльнулся. – Ничего интересного, – Минги даже задумался. – Хожу по вечерам в бары, если есть время и настроение. Иногда веду занятия в Академии. Пожалуй, все. Я плох во всех видах искусств, из музыкальных инструментов владею только фортепиано на очень скромном уровне. Почти не читаю. Это вы можете поддержать любую светскую беседу, мне не хватит эрудиции. – Ты скромник, – Сонхва чувствовал, как его начинает клонить в сон. – Хотел отметить ещё, что и команду подобрал отличную. Мне говорили, для этого корабля ты даже матросов сам смотрел. – А… Да, я занимаюсь этим иногда, помогаю капитанам. Мне спокойнее, если я хотя бы поверхностно знаю каждого в команде. – Минги надеялся, что слухи про одного конкретного матроса до него не дошли. А то объясниться контр-адмиралу будет тяжело. – Похвально. Я, пожалуй, пойду к себе и, надеюсь, это не последняя наша беседа в этом плавании. Доброй ночи, Минги, – Сонхва опустошил свой бокал и, попрощавшись, отправился в каюту. Минги еще какое-то время сидел на кухне, уставившись на закрытую дверь. К концу подходил всего лишь первый день плавания вместе с Сонхва, а он уже готов был на стены лезть от желания. В ближайший месяц мальчики ему не светили, терпеть придется еще очень долго. Минги облизнулся, хлебнул ром прямо из бутылки и взял в руки стакан, оставленный Сонхва. Коснулся его губами, провел по кромке языком. Можно было представить себе, что это почти поцелуй. Минги стиснул руки в кулаки, зажмурился и быстрым шагом отправился к себе в каюту, дабы снять напряжение.   Юнхо с первого дня корабль не приглянулся. Он надеялся, что сможет найти для себя что-то полезное, но больше его всё раздражало. Все ходили как по струнке, отдраивали палубы, в них смотреться можно было – и всё это, чтобы показать контр-адмиралу высочайшую подготовку. Юнхо на глаза начальству не попадался. Имя, порой звучащее из чужих уст, было смутно знакомым. И чутье подсказывало: вспоминать обстоятельства общения не стоит. Днем он предпочитал прятаться где-то в недрах корабля, неспешно делая свою работу, пока господа гуляли на свежем воздухе. Юнхо же выбирался ближе к ночи. Где-то на пятый день их плавания он услышал, как Минги кричит на подчиненных. Новые знакомые ворчали, что коммодор перегрелся, раз с каждым днем находит всё больше поводов для претензий. То, за что в первый день они получали похвалу и поощрение, стало вдруг недостаточным. Минги – обычно собранный и сдержанный – действительно начал больше придираться к команде. Находил изъян в любой даже хорошо выполненной работе, отправлял на дополнительные дежурства и вахты, заставлял по несколько раз перемывать все поверхности на корабле. В целом, это можно было счесть за акт дисциплины, но причина была просто в постоянном присутствии Сонхва рядом. Минги хотя и старался избегать его общества, но в закрытом пространстве получалось плохо. Их каюты находились рядом, кухня у старших офицеров была отдельная, поэтому совсем не попадаться на глаза контр-адмиралу не получалось. И Минги уже устал дрочить по ночам, как подросток в переходном возрасте. На суше он бы давно уже отправился в бар снять напряжение. Но сейчас оно просто не находило здорового выхода и иногда выливалось в действительно несправедливые и даже грубые высказывания команде. Минги ненавидел себя за эту слабость, поэтому, чувствуя очередной прилив гнева, просто стал запираться у себя в каюте. Орать на ни в чем не виноватых матросов было уже просто неприлично.   По прошествии недели Юнхо не выдержал. Во-первых, если Минги не будет выходить из каюты, попасть туда будет проблематично. Во-вторых, с таким количеством поручений на это вскоре не останется сил. Да и разузнать что-то у команды, которая валится с ног от усталости, невозможно. Щепоткой приправ в этом был один матрос, который с чего-то вдруг решил объяснять подобное поведение коммодора болезнью. И, естественно, заразной. Юнхо уже несколько раз отпинывал от себя этого ненормального, пытавшегося размазать какую-то жижу по его голове. Бесило. Дождавшись, пока все разойдутся по каютам, Юнхо незаметно прокрался к Минги и, постучав, нырнул за дверь уже через секунду. – Ты их целуешь? Ну, мальчиков своих, – прислонил ухо к двери, прислушиваясь, не заметил ли кто, куда он вошел. Минги, едва успевший вынуть руку из своих форменных штанов после стука, резко накрылся одеялом. Из-за адреналина до него не сразу дошел смысл сказанных Юнхо слов. Сердцебиение застряло в глотке, губы резко пересохли. – Что? Какие мальчики, – Минги нахмурился. – Что ты здесь вообще забыл? – Ты ужасно несговорчивый. Тебе об этом говорили? – убедившись, что за ним никто не проследил, Юнхо развернулся к Минги. – И команду такими темпами изведешь. Ответь уже на вопрос, целуешь или нет? – Я не целую никого, кроме Лили. Какого черта вообще происходит, – Минги очень хотел бы встать и выдворить Юнхо за дверь. Но под одеялом у него были расстегнуты брюки и каменно стоял член. Ситуация, как ни крути, очень… щекотливая. – Вот и прекрасно. Меня тоже не нужно. И ещё: давай без нежностей, заглядывания в глаза, иначе меня вырвет, – Юнхо начал снимать с себя рубашку, какое-то время путаясь в вороте. – Твой секрет здесь знаю только я, а тебе очевидно нужно расслабится, – рубашка застряла на руках, но Юнхо быстро стянул ее и вывернул. – На людей кидаешься, покоя никому не даешь. И я помылся, не переживай. Юнхо следом снял с себя штаны и положил их к рубашке. Бегло осмотрев комнату, он уже понял, где могут лежать документы, нужно будет только улучить подходящий момент. – Идти к тебе или проваливать? – Юнхо засунул большие пальцы под белье и немного отодвинул его вниз, демонстрируя Минги головку члена. Пришлось подумать о приятном, прежде чем войти. Минги тяжело сглотнул. Значит, Юнхо все же знал больше, чем он думал. Иначе не стал бы так врываться в каюту. В таких «подозрениях» нужно быть уверенным, иначе есть риск попасть за решетку. Возможно, водил знакомство с хозяином бара или сам понимал, куда ведет едва заметная дверь внутри. Первая мысль была – прогнать Юнхо. Обвинить, назвать извращенцем и опозорить. Но раз уж он знал его секрет… Может, это была неплохая возможность обзавестись максимально доступным способом снимать напряжение? С учетом постоянного присутствия Сонхва на корабле, это казалось крайне привлекательным вариантом. – Об этом не должна узнать ни одна живая душа, понял? Иначе я быстро найду повод отправить тебя на виселицу, – Минги откинул одеяло в сторону. На это Юнхо лишь вздохнул. Он стянул белье, положил его всё в ту же стопочку и забрался на кровать, отметив приличный стояк Минги. – Смотрю, ты уже подготовился, – Юнхо усмехнулся, обхватил его член ладонью, не сильно сдавливая. – Представлять можешь какого угодно. Минги зажмурился от удовольствия. Руки у Юнхо были большие и крепкие, теплые. Даже их сухость от постоянного физического труда не делала ощущения менее приятными. Минги толкнулся бедрами в чужую ладонь. – Значит, слухи про пиратов не врут, – он усмехнулся и обхватил пальцами подбородок Юнхо. – Ублажал своего капитана холодными ночами? – Мне кажется, я поторопился с одолжениями. Тебе нравится так, как есть, - Юнхо с явным пренебрежением во взгляде посмотрел на Минги, - раз находишь подобное уместным. Хотя подожди, – во взгляде мелькнула догадка. – Это ты на своего контр-адмирала тут все руки стёр, и поэтому такой дерганный. А я ещё думал, надо же, как парня всего за неделю вынесло. Минги перехватил руку Юнхо, положил свою ладонь на чужое плечо и развернулся, завалив его на спину. – Много болтаешь, матрос. Минги уперся коленом между ног Юнхо, раздвигая их. Провел ладонью по крепкому телу, по бедру. – Надо же, как я точно угадал, – Юнхо не противился, это не имело никакого смысла. Он впервые согласился на подобное и не совсем понимал, как себя вести. Голос стал тише, спокойнее, даже как-то глубже. – Тебя трогать, или не нужно? Я не мальчишка из бара, не знаю, как ты любишь или как хочешь, чтобы было. – Трогать можешь, но никаких поцелуев, – Минги быстро избавился от своих брюк, снял рубашку. – Я предпочитаю быть сверху, но заставлять не буду. Не хочешь – найдем еще варианты. – Про поцелуи мы уже решили, – Юнхо протянул руку и на пробу коснулся плеча, провёл по груди. Ощущения отличались от тех, что он испытывал с Хонджуном. Они были чуть ли не противоположными. – Делай, как хочешь, только не жести. И как мне встать лучше, перевернуться? Юнхо было до странного некомфортно. Слишком неясны правила игры. Он развернулся на живот, ведь Минги незачем на него смотреть. Свел колени поближе, приподнимая задницу. Главным сейчас было расслабиться и не дергаться лишний раз. – Я не садист и не насильник, но излишние нежности не люблю, – Минги сжал несильно задницу Юнхо, массируя напряженные мышцы. – Поэтому подожди. Пришлось встать с кровати, чтобы найти какую-нибудь замену смазки. На глаза очень удачно попалась баночка с жирной мазью, обещающая обезболивающий эффект. Как кстати. Минги вернулся на свое место, окунул пальцы в тягучую мазь и провел ими между ягодицами Юнхо, надавливая большим пальцем на вход. Заерзав, Юнхо устроился поудобнее. Выгнул немного спину, сложил руки и упёрся в них лбом. – Нежности и мне не нужны, – Юнхо выдохнул и немного подался назад. Минги на пробу вставил один палец внутрь, медленно. Юнхо был очень узким, но умел расслабляться. Явно такой опыт для него не впервые, что сильно облегчало задачу. Но спешить Минги не стал, ему самому тогда будет не особенно приятно. Член у него все-таки не маленький. Он продолжил растягивать Юнхо пальцами, пока не почувствовал, как тот стал меньше дергаться от каждого движения.   Минги отодвинулся чуть назад, смазал свой член и вошел на половину длины. Юнхо прикрыл глаза. Тянущая боль тут же дала о себе знать вместе с желанием прекратить контакт. К таким размерам Юнхо был не привычен, ощущения были совершенно новые, на лбу выступил пот. Вопреки желаниям своего тела, он подался назад, чтобы член Минги вошёл на всю длину. Юнхо зажмурился, сжался, словно пытаясь вытолкнуть, и сгреб в кулак одеяло. В голове тикала лишь одна мысль: «Дыши, расслабься». Это удалось не сразу, и Юнхо благодарен Минги, что не подгонял. Первые несмелые движения бёдрами, покачиваясь, через пару минут уже давались намного легче. – Можешь продолжать, – о каком-то удовольствии для себя Юнхо даже не думал. Оно было ему не нужно и даже отрицаемо. Не с этим человеком – он пришёл сюда не для того, чтобы кончить. – Зачем ты все-таки мне предложил себя? – Минги двигался очень медленно, внутри Юнхо было жарко и приятно. – Просто чтобы я на вас не орал? Не слишком ли благородно? – Думаешь, я хотел твоей любви? Или что, ограбить тебя? Может, подставить? – постепенно процесс становился менее болезненным. – Я квартирмейстер, как ты помнишь. В мои обязанности входило и за командой присматривать. Не люблю, когда всё через задницу, – Юнхо хохотнул и поморщился. – Ты не долго ломался. Так приперло? – Решил не отказываться, раз появилась возможность. Ты не уродец, а вполне симпатичный даже мужчина, хорошо выполняешь свои задания. А у меня есть определенные потребности. Почему бы нет, – Минги резко толкнулся вперед и одновременно с этим обхватил член Юнхо. Это было не обязательно, но Минги умел быть благодарным. – Твою же… – Юнхо сдержался: лишние звуки, тем более громкие, им были не нужны. Рука не члене прекрасно переключила на себя внимание, но вызвала, скорее, недоумение. – Мне не нужно. Или ты представляешь своего контр-адмирала? – Я не из тех, кто просто трахает и уходит. Даже если человек мне совсем не знаком и не вызывает каких-то чувств, – Минги действительно не нравился концепт «присунул-свалил». Да, Юнхо доставил ему хлопот, но, в итоге, пришел и предложил помощь. В своем стиле, конечно. И Минги не видел ничего такого в том, чтобы ответить условной взаимностью. Он так поступал со всеми своими мальчиками, Юнхо сейчас не особо от них отличался. – Спасибо, – благодарность была искренней. Так переносилось намного проще, и было даже приятно. Если не думать о том, где он и с кем, то весь процесс походил на обычный пьяный секс в каком-нибудь баре, хотя обычно в таком случае Юнхо занимал верхнюю позицию. Минги ничего не ответил и продолжил двигать бедрами, не забывая ласкать член Юнхо. В этом не было каких-то изысков или нежностей, банальная физика. Но Минги соврал бы, сказав, что ему не было приятно. Почувствовав приближающийся оргазм, он вытащил член, кончив Юнхо на спину, одной рукой прикрыв рот, чтобы не издавать лишних звуков. В каюте было тихо, как и за её пределами. Юнхо перевернулся, сел на кровати. Он пару минут просто смотрел на Минги. Тишину нужно было чем-то заканчивать. – Полегчало? – Юнхо слез с кровати под видом того, что ему нужно вытереться, прошёлся по каюте, стараясь запомнить как можно больше. – Вроде того, – Минги заправил за уши свои влажные волосы. – Спасибо. Но ты сам не кончил. Это как-то… непривычно. – Все нормально, – Юнхо улыбнулся: со стороны Минги было очень мило об этом подумать. – Меня этот момент не беспокоит и тебя не должен. С тобой хорошо… приятно. За это тоже можешь не волноваться. На столе Минги лежало множество морских карт, какие-то распоряжения и рекомендации, правки по курсу. Видно, что он все старался держать в своих руках. Отчеты вышестоящему начальству тут тоже присутствовали. Юнхо зацепился взглядом за перечень кораблей под руководством Сонхва: указаны были коммодоры, капитаны. Эту информацию Юнхо постарался запомнить – пригодится. – Тогда не смею тебя больше задерживать, – Минги кивнул на дверь и отвернулся от Юнхо, собирая свои вещи и поправляя постельное белье. – Ты прав, делать мне здесь больше нечего. Чай не предложишь, – Юнхо нашел какое-то подобие полотенца, вытер им спину, насколько мог, оделся, попутно продолжая посматривать на документы. То, что Минги был занят, оказалось очень кстати. Юнхо так же тихо вышел из каюты, как и зашел. Поднялся на палубу, вдохнул прохладный морской воздух. Противно не было, но ощущение чего-то неправильного засело. Скорее всего, на это повлияли недавние ночи с Хонджуном. На контрасте они были полны любви и нежности. Хонджун всегда целовал и гладил, да даже девочки в баре относились ласковее. С другой стороны, Юнхо им за это платил. Встряхнув головой, он вернулся в каюту к другим матросам и постарался быстрее уснуть: совсем скоро их поднимут на работу. Минги встал уже по привычке на рассвете, размялся немного и, собравшись, отправился на палубу. Сегодня он решил не принимать участие в командовании персоналом, этим займется капитан. Он прогулялся по кораблю и долго всматривался в почти черное море. Волны были совсем небольшие, их шум успокаивал и не вызывал никакой тревоги. Минги чувствовал себя отдохнувшим и чуть более свежим, чем вчера. В произошедшем с Юнхо не было чего-то особенно страшного. Пираты всегда ставили честь превыше всего, и если он обещал не растрепать его секрет, значит, так оно и будет. Минги также честно выполнил свою часть уговора – взял на корабль. А значит, проблем дальше возникнуть не должно. Команда наконец выдохнула, и, судя по ощущениям Юнхо, вся. В том числе и капитан их судна. Вид спокойно прогуливающегося коммодора первые несколько минут волновал ожиданием новых команд, но затем, когда их не последовало, перестал иметь хоть какое-то значение. Юнхо занимался промывкой и смазыванием орудий. Стрелять они в этом походе не собирались, но боевую готовность нужно было поддерживать. Сонхва тоже решил прогуляться и, поравнявшись с Минги, положил руку ему на плечо. – Доброе утро. Смотрю, ты сегодня в прекрасном расположении духа. Я рад. – Доброе утро, сэр, – Минги вздохнул и развернулся лицом к Сонхва, все еще ощущая чужое прикосновение на плече. – Хороший сон творит чудеса. И после моей взбучки вся команда, наконец-то, стала работать куда лучше. Не к чему придраться. – Приятно слышать, – взгляд Сонхва скользнул по команде и остановился на спине, показавшейся смутно знакомой. – Вспомнил вдруг про одну стычку с пиратами, в такой же погожий день. Есть у меня личные счеты с одной шайкой, думаю, вы в курсе. – Да, я слышал про это, – Минги кивнул, вспоминая рассказы одного из адмиралов. – Вы успешно провели абордаж, разгромили пиратский корабль и вышли победителем. Мало кто не знает об этой блестящей операции. Вас же тогда и повысили до контр-адмирала. – Да, – Сонхва вернулся взглядом к спине, не дающей покоя. – Надеюсь, ни Хонджун, ни его команда никогда не попадутся мне на глаза. Грязные отбросы. Юнхо затылком чувствовал что-то нехорошее, поэтому глаза от работы не поднимал и старался вдвойне: сегодня он от капитана нагоняй получить не должен. Минги резко побледнел и едва не пошатнулся. Ну почему у Сонхва было сражение именно с командой Хондужна? Минги почти никогда не пересекался с пиратами и в подробности не вдавался. Знал каких-то основных капитанов и символику кораблей – по ней он Юнхо и распознал. Но все остальное проходило мимо него. И, кажется, очень зря. Минги лично взял матросом человека, которого ненавидел Сонхва, и за это по голове потом явно не погладят. Да, он не знал, ведь пиратов порой брали рабочими на корабль, некоторых даже в качестве наказания. Однако вряд ли подобный расклад устроит контр-адмирала. – Они давно всего лишились благодаря вам, не переживайте, – Минги сглотнул тяжело и постарался улыбнуться. – И я несказанно рад этому. Капитан без корабля ничего не стоит, а команда, скорее всего, уже разбежалась по углам, как крысы. У них нет ни чести, ни достоинства, – Сонхва перевел взгляд на Минги. – Не чета королевским войскам. – Вы правы, сэр, – Минги кивнул, избегая зрительного контакта с Сонхва. – Ни один пират не годится нам в подметки. – Когда-нибудь и ты даже щепки не оставишь от пиратского корабля, – Сонхва улыбнулся Минги и сделал шаг вперед, приглашая таким образом продолжить прогулку. – Постараюсь оправдать ваши ожидания, – Минги шел следом за Сонхва, пытаясь представить, в какую передрягу попадает, если его начальник обо всем догадается. А, увы, так, вероятно, и произойдет. В лучшем случае, его ждет выговор. В худшем… Даже думать не хотелось. О жестокости и непоколебимости контр-адмирала, когда дело касалось каких-либо нарушений, не говорил только ленивый. Поэтому никто не хотел попадаться ему под руку. Минги бросил быстрый взгляд на море. Если он не отправится на корм к рыбам, это будет большой удачей. Через три дня Юнхо снова пробрался в комнату Минги, не дожидаясь, пока тому снова прижмет. Последние дни он отмывал каюты матросов и даже о погоде на море лишь догадывался. – Не спишь? – Юнхо прижимался ухом к двери, и в этот раз проверяя, нет ли за ним слежки. – Ты напугал меня, – Минги в последнее время дергался от каждого шороха. Ему казалось, что сейчас зайдет Сонхва и размажет его по стенке. – Не сплю, как видишь. Зачем пришел? – Как и в прошлый раз. Не собираюсь дожидаться момента, когда тебя снова накроет, – Юнхо развернулся к Минги спиной и начал стягивать рубашку. – Тем более ты уже какой-то дерганный. – Юнхо, – Минги замялся. Он встал с кровати, подойдя к матросу. – Контр-адмирал Пак Сонхва – тебе о чем-то говорит это имя? – Твой главный? Имя знакомое, но не помню откуда. Это важно сейчас? Я бы хотел сегодня ещё поспать, – Юнхо не планировал проводить ночь в разговорах. – Очень важно, – Минги сделал глубокий вдох. – Сонхва был тем, кто руководил абордажем вашего корабля. Он разгромил его, отправив на борт крысу. И теперь, очевидно, желает вам только долгой и мучительной смерти. Твое присутствие на корабле очень опасно. Не попадайся Сонхва на глаза до окончания плавания. Это нужно и мне, и тебе. Юнхо сначала побледнел. Его лицо стало мертвецки белым, словно перед Минги сейчас стоял труп. Он разом вспомнил крики своих товарищей, как ломались доски корпуса и как сам корабль взвыл раненым зверем, прежде чем пойти ко дну. Юнхо с трудом смог сглотнуть ком в горле. Тот день, каждая секунда, запечатлелись в его памяти. То, как изменился взгляд Хонджуна, и их недавняя встреча слились в одну картинку. Через секунду во взгляде Юнхо проснулась ненависть, всепоглощающая, чёрная. Он готов был сорваться с места и идти совсем в другую каюту, перерезать чужое горло и с упоением наблюдать, как эта тварь истекает кровью. Хотя нет. Это должен сделать Хонджун. Мысль о капитане привела Юнхо в чувства. А перед этим они вернут своё. Теперь он не сомневался в своём плане и точно знал, что будет делать. – Я постараюсь, – процедил Юнхо сквозь зубы. – Не вздумай устраивать здесь акт мести, – предупредил Минги. – Сонхва тебе не по зубам. Я поделился информацией, чтобы избежать на корабле открытого конфликта. Здесь ты один, и никто не станет заступаться, когда делом займется контр-адмирал. – Если я захочу отомстить, весь ваш флот не поможет, и заступничество мне не нужно, – Юнхо скрипел зубами так, что желваки ходили под кожей. – Спасибо за информацию. – Сонхва безумно жаждет встречи с тобой и Хонджуном, как и ты сам. Разбирайтесь вне мирного плавания. Уж не знаю, как вам удалось уйти от него в прошлый раз, но сейчас он такого не допустит. Работай тихо, не высовывайся, – Минги подошел к Юнхо ближе. – Я теперь с тебя глаз не спущу. – Как нам удалось? Серьёзно? Да что ты несёшь?! – Юнхо с силой оттолкнул от себя Минги. – Да если бы не крыса, качался бы твой Сонхва из стороны в сторону или рыб кормил. А смотреть теперь за своим членом будешь, чтобы не опух. Юнхо открыл дверь с ноги и вышел из каюты.   Минги грузно опустился на кровать. Он уже пожалел о том, что рассказал все Юнхо. По сути, он действительно в каком-то роде подставил Сонхва, пытаясь спасти собственную шкуру. Ситуация начинала выходить из-под всякого контроля, и Минги понимал, что банально начинает паниковать. Он всегда считал себя неплохим стратегом и хорошим руководителем. Но в нестандартной ситуации, когда на кону стояло слишком многое, не смог принять правильное решение. Минги участвовал в десятках боев, однако этот опыт не оказался решающим в вопросах более… личных. Стоило бы признаться Сонхва, пока не стало слишком поздно. Минги беспокойно уснул именно с этой мыслью, не ожидая, что проснется, и то самое «поздно» наступит и без его вмешательства. У Сонхва был чуткий сон. Он дёрнулся, когда где-то совсем близко резко открылась дверь. Этот шум заставил его заерзать в кровати, перевернуться и в конечном итоге всё же встать. Выйдя из своей каюты, Сонхва никого не увидел, было тихо и спокойно. Сон не шёл. Дрёма, которая совсем недавно окутывала его тело, рассеялась. Сонхва решил прогуляться на палубу, подышать воздухом. Море всегда дарило покой мыслям. Он снова заметил того матроса, что пару дней назад привлёк его внимание. Тот любовался морем в полном одиночестве. Сонхва подходил всё ближе, с каждым шагом узнавая одного из команды Хонджуна. Расстояние в десяток шагов он преодолел за два, резко дёрнул на себя. – Что ты здесь делаешь? Кто позволил? – резко выкрикнул Сонхва. Его глаза пылали яростью, сердце бешено стучало. – Тебя не спросили, – процедил Юнхо, нанося первый удар. В рукопашную он был сильнее. Юнхо почти праздновал свою победу, сдавливая ладони на чужом горле и прижимая Сонхва к борту. Но кто-то третий решил исход драки. В их дела снова кто-то вмешался. Юнхо осел на палубу без сознания. Банчан резко выпрямился по струнке, как только нападавший перестал представлять опасность. – Сэр, как вы? Нужна помощь? – Нет, – хрипел Сонхва, пытаясь отдышаться. – Кто пустил его на борт?! Кто?! Голос сорвался. – Коммодор Минги, – с дрожью в голосе ответил Банчан. – Этого в клетку, с Минги я сам разберусь.   Даже если бы Минги удалось заснуть крепко, звук резко открывающейся двери точно его разбудил бы. А тут, судя по шуму, ее пытались снести с петель. Минги подскочил с кровати, осмотрелся и тут же похолодел. – Господин контр-адмирал, – он встал по струнке, не зная, что еще может сказать. В горле пересохло, а язык словно к небу прилип. – Как ты посмел пустить пирата на корабль?! – Сонхва в ярости прошёлся ладонью по щеке Минги. – Да ещё и с личными рекомендациями! Минги ощущал, как горит кожа, но понимал, что это было заслуженно, поэтому даже не дернулся. – Но, сэр, ведь уже бывали случаи, когда пиратов брали в матросы. Они хорошо знают корабль, да и на территории королевского флота нет смысла рыпаться. Юнхо во время обучения был очень покладистым, успешно выполнял все задания капитана Банчана. Я… Простите, я не знал, что команда Хонджуна доставила вам хлопот. Поэтому и порекомендовал взять Юнхо на судно. – Я не хочу гробить твою репутацию, которую помогал выстраивать. Ты прекрасный коммодор, но эта ошибка, – Сонхва шипел змеёй, – будешь мне за неё должен. Я закрою глаза один-единственный раз на твою мерзкую оплошность, и то только потому, что мотивы не вызывают подозрений. Юнхо в клетке, и я уверен, никто не будет возражать. По прибытии он предстанет перед судом, а до этого момента его существование на корабле – моя забота. Возражений нет?! – Нет, сэр, вы и так слишком добры ко мне, я заслуживаю более серьезного наказания за то, что не проверил более тщательно личность Юнхо, – Минги опустил взгляд в пол, не смея смотреть на Сонхва. – Любой другой уже был бы лишён всех чинов, но мне нужен надежный человек. Будет жаль, если твоя жизнь пойдёт прахом из-за грязного пирата, – Сонхва кривился от одного упоминания Юнхо. Он коротко попрощался с Минги и отправился на кухню, чтобы как следует выпить. Минги рухнул на пол, прислонившись спиной к шкафу. Ноги его просто не держали. С самого начала появление Юнхо вызывало множество опасений и вопросов. И Минги вместо того, чтобы просто убрать или сдать пирата, продолжал непонятные заигрывания с фортуной. В Академии учили боевым стратегиям и тактикам сражений. Но как решать другие, не менее важные задачи – упускали. Минги в который раз обратился к богу, в которого давно не верил, с просьбой сделать его обычным мужчиной. Без странных и неправильных влечений, едва не ставших причиной полного краха всех трудов и жизни в целом. Одно радовало: если за Юнхо взялся Сонхва, больше в жизни Минги пират не появится, да и слухам от него никто не поверит точно. Но доверие контр-адмирала точно пошатнулось, и очень сильно. Минги придется выгрызать его обратно зубами.   Очнулся Юнхо, когда на него вылили ведро ледяной воды. Он сразу понял, что руки связаны и полноценно двигаться нет возможности, но всё равно по инерции дернулся, ни на что не надеясь. Ещё одно ведро, третье, четвертое, пятое. Юнхо с трудом успевал вдохнуть в коротких перерывах. Тело начало трясти от озноба. – Где Хонджун? – голос спокойный, холодный и совершенно бесчувственный. – На суше, – Юнхо всегда считал, что прекрасно умеет шутить. За ответ последовал удар, да такой, что в голове зазвенело. Юнхо почувствовал вкус крови на губах и ухмыльнулся. Королевские крысы понятия не имели, кто такие пираты, иначе бы не церемонились. Ещё одно ведро воды. Юнхо тряс головой, глаза щипало. Вопрос повторялся всё снова и снова, а после него следовал очередной удар. Потом снова вода, и так по бесконечному кругу. Когда всё резко прекратилось, Юнхо замер. Это означало лишь одно: что будет хуже. Но на какое-то время все прекратилось. Юнхо не кормили, давали лишь немного попить, после чего обязательно следовала пощечина. Ещё Сонхва любил дергать за волосы, выворачивая шею так, что Юнхо шипел от боли. Кровавая корка на губах почти не образовывалась. Они постоянно трескались снова, и вкус крови во рту стал привычным. О туалете не было даже речи. Юнхо ходил под себя, за что его вновь и вновь окатывали водой. Благо из-за отсутствия пищи случалось такое нечасто. Кроме Сонхва, Юнхо не видел никого. Тот всегда приходил с новой порцией пыток и одним и тем же вопросом. Сонхва обожал дергать связанные руки и наступать каблуками своих ботинок на пальцы. Делал это с особым садизмом, вынуждая Юнхо вскрикивать. В один из дней он принес плеть. Юнхо смотрел исподлобья, заранее понимая, чем это грозит. Он почти не двигался, экономя силы, и старался выглядеть слабее, чем был. Сонхва хлестал так, что кожу моментально разрывало, после каждого удара делая глоток рома. Когда спина больше стала похожа на кровавое месиво, он подошел ближе и вылил на раны всё, что оставалось в бутылке. Юнхо кричал, но не так громко, как немногим позже. Сонхва вернулся через час, когда кровь подсохла, и сдирал с Юнхо рубашку, которая успела уже присохнуть, задавая один и тот же вопрос. В какой-то момент сознание покинуло заключенного. Невыносимо пахло мочой и кровью. – Через полчаса облейте его водой и дайте немного поесть. Мне не нужно, чтобы он сдох раньше, чем ответит.   Минги в эти дни старался вести себя как образцовый коммодор, пресекая любые слухи на корабле. Банчану пришлось коротко пересказать их разговор с Сонхва и принести извинения за свой непрофессионализм. Капитан, конечно, просто отмахнулся, всякое случается, нельзя быть идеальным человеком. Но испугался он в тот день до мурашек. Сонхва в гневе – это то, с чем не пожелаешь столкнуться даже самому страшному врагу. И Минги знал об этом. Поэтому прекрасно понимал, что с Юнхо на нижней палубе не церемонятся. Он жив, в этом сомнений не было, контр-адмиралу нужна информация. Но вот в каком состоянии – огромный вопрос. Минги несколько раз слышал сдавленные крики Юнхо, когда спускался вниз. И его не то чтобы было жалко, но странное чувство своей причастности не отпускало. С другой стороны, Юнхо сам напросился на корабль и по невнимательности не обратил внимания на имя Сонхва в списке офицеров. Как вообще можно было забыть человека, разрушившего твою жизнь? Вероятно, Юнхо с ним очень опосредованно столкнулся во время абордажа и не запомнил лицо в пылу сражения. Но, тем не менее, ситуация была странной со всех сторон. Матросы болтали, строили какие-то догадки, но, не находя подтверждений своим словам, быстро обо всем забывали. Юнхо не первый и не последний, кого запирали в этой клетке, подумаешь, велика беда. Высадка на берег прошла спокойно и без приключений, но на отдых на суше у них было всего два дня, которые Минги без зазрений совести провел в беспробудном пьянстве в портовом баре. Заводить знакомства ни с кем не стал, а в качестве собеседника использовал Банчана, который по званию не мог отказать своему коммодору. – Господин контр-адмирал, мы прибудем в порт ровно через три дня, как и планировали по графику. Ожидаем завтра небольшой шторм, но делать крюк нет нужды, – отрапортовал Минги, стоя в кабинете у Сонхва. – Хорошо, – Сонхва белоснежным платком вычищал из-под ногтей подсохшую кровь. Но потом он встрепенулся, отложил его на стол и улыбнулся Минги. – Очень рад, что мы скоро будем дома. Плавание, к сожалению, не прошло гладко, хочу расслабиться и выпить. Ты со мной? – Конечно, сэр, – у Минги сложилось четкое впечатление, что в Сонхва уживаются две личности. Одна – это дружелюбный адмирал, который со всеми своими подчиненными на «ты». А вторая – демон из преисподней. Минги краем глаза удалось увидеть то, в каком состоянии находился Юнхо после пыток Сонхва. И, если честно, лучше бы контр-адмирал его уже пристрелил. Но это было слишком просто. Юнхо выглядел очень плохо, как изувеченный труп, который воскрешали несколько раз просто для того, чтобы снова предать самым изысканным мучениям. После всего произошедшего Минги стал еще сильнее побаиваться Сонхва, поэтому и согласился вместе выпить. – Расслабься, Минги, я не злюсь. Сейчас даже рад, что этот пират оказался на корабле, иначе мне бы подобная возможность поквитаться не выпала, – Сонхва только невероятно бесило то упорство, с которым Юнхо молчал. Но ничего, на суше больше места для маневра. – Считай это приглашением на дружескую посиделку. Надеюсь, совсем скоро мы сотрем с лица земли все остатки этой грязи. Упомяну тебя при отчете. – Я все еще считаю, что вы были слишком добры ко мне, – Минги поднял взгляд от пола, чуть улыбнулся. – Поэтому выпивка за мой счет. Как вам такая идея? – Прекрасная, – Сонхва похлопал Минги по плечу. – А теперь иди, занимайся делами. Минги кивнул, покидая чужой кабинет. На душе стало чуть легче, поводов опасаться за свои чины больше не было. Почему-то глупая совесть все еще неприятно отзывалась на мысли о Юнхо, но тут даже самый черствый человек пожалел бы бедолагу. Банчана вообще чуть не стошнило от дурноты представшей перед ним картинки. Минги вздохнул, надеясь, что больше жизнь ему не будет подкидывать подобных приключений.   По прибытии в порт Сонхва сразу же распорядился, чтобы Юнхо выводили с мешком на голове, а лучше чем-нибудь накрытым полностью, не пугать же встречающих. Он мило улыбнулся Лили, в очередной раз напомнив, какой замечательный у нее мужчина и какое прекрасное будущее его ждет. Матросов поблагодарили за службу, выплатили им вознаграждение. Особо отличившимся предложили остаться и служить на флоте дальше. Сонхва начал волноваться, когда офицеры, которых он послал конвоировать Юнхо, долго не отчитывались о выполнении задания. Наконец один из них предстал перед взором контр-адмирала с докладом. – Контр-адмирал, сэр, пирата Юнхо не удалось вывести с корабля. В клетке пусто. Никто ещё не видел, чтобы Сонхва так быстро передвигался. Юнхо на корабле не оказалось, и тщательный его осмотр ничего не дал. Пирата словно не существовало, но кровь, веревки и остатки его тряпок говорили об обратном. Хонджун весь этот месяц провел в поисках своих ребят, которые готовы были помочь и вернуться, а также старался скопить денег. После встречи с Юнхо он словно обрел второе дыхание. Снова хотелось жить. Юнхо вновь находился рядом, но выглядел при этом совсем не так, как планировал. Мысли о побеге родились у него сразу же, как только он оказался схвачен. Сонхва старался никого не подпускать близко, однако не мог находиться всегда рядом. Так как Юнхо пропал довольно резко, любопытствующих хватало. С ними заключенный и разговаривал, особенно с теми, кто ему симпатизировал. Так и получилось слово за слово организовать побег. На ногах Юнхо держался с огромным трудом. В ту комнату, где он оставил Хонджуна, его внесли двое ребят и, под охание хозяина, уложили на кровать. – Юнхо, – Хонджун даже не знал, с чего начать осмотр. Он ожидал увидеть Юнхо в добром здравии и отличном расположении духа. Но картина перед ним ужасала. – Я позову доктора. Тебе нужна помощь. Это… Офицеры? За что? – Капитан, – Юнхо расплылся в улыбке, услышав такой родной голос. Он попытался встать, но силы его окончательно оставили. – Я немного устал. Мне нужно поспать пару дней, и все будет хорошо. Не волнуйтесь, – Юнхо сделал паузу, чтобы немного набраться сил. – Это наш старый знакомый. Сонхва. Это он подослал к нам крысу и разбил корабль. Сонхва искал вас, я молчал, капитан. Хонджун выдохнул от удивления, руки его сжались в кулаки. Конечно, он знал, кто такой Сонхва. Сражался с ним один на один, глядя в эти глаза, полные высокомерия и триумфа. Тогда ему удалось выйти победителем. Но Хонджун жаждал мести. За свою команду и особенно за Юнхо. И просто так офицеру это с рук не сойдет. – Ты самый смелый человек, которого я встречал, – Хонджун взял полотенце, смочил в прохладной воде и начал аккуратно протирать тело Юнхо, избавляя его от жалких лоскутов одежды. – Дождемся доктора, он тебя подлатает. Хонджун еще долго возился с Юнхо. Давал воды и обезболивающие микстуры, рассказывал какие-то глупые истории. Доктор зашил несколько особенно глубоких ран и наложил перевязки, составил целый список мазей и лекарств, без которых Юнхо мог бы и не протянуть. Хонджун денег не жалел. Он оставил львиную долю заработанных грошей в аптекарской лавке. Лишь бы его квартирмейстер быстрее встал на ноги. На поправку Юнхо пошел не сразу. Он держался там, в клетке, чтобы были силы вернуться к Хонджуну. Но когда цель была достигнута, сдал. Однако, бесконечно преданный, пил и ел всё, что давал ему капитан. Через какое-то время Юнхо начал вставать, в тело вернулись силы. Он брал иногда руку Хонджуна в свою и прижимал ее к щеке. Тепло. Вместе с силами возвращалась и жажда мести. Юнхо рассказывал обо всем увиденном на судне. Какое построение, кто, как и когда отдает приказы, устройство обратной связи. Он доложил Хонджуну, сколько и каких кораблей закреплено за Сонхва, про капитанов, даже отчеты о ремонтах. Вновь готов был служить, как и прежде. На спине остались шрамы. Юнхо их не видел, но полюбил то, как Хонджун прикасался к ним губами. Он снова был со своим капитаном, и это было самым важным. Деньги, потраченные на его лечение, Юнхо поклялся вернуть в тройном размере. Сонхва рвал и метал. Юнхо явно помогли, а значит, должны быть те, кто за это ответят. Он лично допрашивал тех, кто должен был конвоировать пирата. Но, судя по показаниям, они пришли уже после того, как Юнхо покинул клетку. Матросы, которых удалось отловить по трактирам, были в таком невменяемом состоянии, что не помнили собственные имена. И уж тем более ничего не могли сказать о пирате. Сонхва остался ни с чем. Его злило, что подобное произошло снова. Эти мерзкие, грязные ублюдки уже второй раз ускользают из его рук. И снова именно в тот момент, когда победа, казалось, была неизбежна. На встречу с Минги Сонхва решил приодеться неформально. Дорогой шелк рубашки мягко струился, делая рельеф крепкой груди ещё более выразительным. Брюки подчеркивали аппетитные формы. Теплая накидка на плечи, отороченная мехом, сделала Сонхва больше похожем на принца из сказки, чем на реального человека. Он точечно нанес ароматическое масло, собирая образ воедино. Минги должно понравиться. Сонхва давно уже видел все его взгляды и вздохи, но не заострял на этом внимание. Лишнее. В работе не мешает, а в данный момент должно было даже помочь. Минги долго смотрел на свой форменный китель, но Лили отговорила его от строгой одежды и предложила костюм-тройку из рубашки, жилета и брюк. Просто, но со вкусом. – Это же неформальная встреча, – настаивала девушка, – будь попроще. А то контр-адмирал подумает, что ты выслуживаешься или пытаешься угодить. – Хорошо, – Минги кивнул, соглашаясь. – Постараюсь вернуться пораньше, но не обещаю. Сама понимаешь, руководство… – Скоро и сам будешь адмиралом, вот увидишь, – Лили подмигнула Минги и чмокнула в щеку. – Удачи. И хорошо проведи время. – Спасибо, – Минги покинул свой небольшой, но уютный домик и отправился в бар, не понимая, что ожидать от встречи с Сонхва.   Контр-адмирал ждал своего подчинённого за столиком, потягивая вино. Для рома атмосфера была не располагающая. В таком виде в пору было встречаться на балах, обсуждая судьбы мира на балконе с бокалом игристого. Сонхва привлекал внимание, но стоило ему поднять взгляд, как любой шёпот тут же прекращался. – Присаживайся, Минги, – он указал на стул напротив себя. – Поедим, потом прогуляемся немного. Не хочу, чтобы мою просьбу слышали посторонние. Минги уже по привычке скользил взглядом по Сонхва. И думал только о том, что быть таким красивым, утонченным и сильным одновременно – это точно преступление. На чужом фоне коммодор чувствовал себя шкафом, как однажды выразился Юнхо. Большим, широким и невзрачным. – Я никогда не бывал в этом месте, – Минги сел напротив Сонхва, оглядываясь. Бар оказался изысканным, с хрустальными люстрами и фарфоровой посудой. – Здесь красиво. – Юные особы очень любят это заведение. Пьют здесь чай, сплетничают, очаровывают кавалеров. Если хочешь порадовать Лили, загляните как-нибудь с ней, – Сонхва осушил свой бокал. – Я бываю здесь нечасто, только по делу. Возьми себе вина, десерт, мы тоже посплетничаем. Минги подозвал официанта и просто попросил принести ему игристое и сладкое на свой вкус. Он был не очень силен в распознавании изысканных вин, поэтому оставил это на профессионала. – Спасибо, что позвали, сэр, мне крайне лестно, – Минги взял в руки бокал и сделал глоток сладкого красного вина. – Что ты думаешь о Юнхо? – Сонхва улыбнулся. Он походил на змея-искусителя, и путь к нему лежал через пропасть. – Я в нем видел обычного матроса, – Минги решил не юлить и не накидываться с обвинениями. – Ничего более. В Академии он отличался отличной дисциплиной, дотошностью к деталям. Был иногда шумным, но ничего серьезного. Как я говорил ранее, из-за отсутствия опыта взаимодействия с пиратами не смог разглядеть в нем двойное дно, а стоило бы. Он же в итоге напал на вас, хотя и знал, что шансов нет. Поэтому сложно ответить конкретно на ваш вопрос. Для меня он просто пыль теперь. – Не недооценивай врага, Минги. Это может сыграть с тобой очень злую шутку, – Сонхва сделал глоток вина и убрал пальцем каплю с краешка губ. – Дотошный, дисциплинированный. Он прекрасный подчинённый своего капитана и, как бы прискорбно ни было, не выдал его даже под пытками. Не верю, что Юнхо оказался на корабле случайно. При ловле любого зверя необходимо знать его повадки, и я пытаюсь понять, что движет этой крысой. – Может, ему нужен корабль? Это первое, что пришло мне в голову. Если Юнхо воссоединился с Хонджуном, то они наверняка захотят вернуться в море. Хотя, конечно, без команды это не получится. Угнать судно королевского флота вдвоем просто невозможно, – Минги попросил себе еще бокал вина. – Юнхо явно где-то рядом, он не мог сбежать во время плавания. Мы быстро его отловим. – Значит, они будут собирать команду. Юнхо точно быстро не встанет, если вообще подобное возможно. Может, сдох уже, но в подобную удачу я не верю, – Сонхва задумался. – Корабль, значит. А ты умён, Минги. Если им нужно судно, значит, мы им его предоставим, но только то, которое сами решим. – Что вы имеете в виду, сэр? Зачем нам отдавать корабль пиратам? – Минги удивленно посмотрел на Сонхва, замечая на дне его глаз что-то очень темное и пугающее. – Чтобы похоронить в нём, – Сонхва поймал его взгляд и не давал отвести, гипнотизируя, выжидая, пока эта мысль усядется. Затем Сонхва улыбнулся. – Если мы просто не дадим им захватить корабль, боюсь, снова разбредутся. А так покончим со всеми разом. Нужно подобрать такой, чтобы было не жалко пустить на дно, навести их на него. Представляю выражение их лиц, когда поймут, что произошло. – Вы превосходный стратег, – Минги улыбался. – План просто отличный. Хотя на месте капитана Хонджуна я бы давно уже утопился от стыда за поражение и смерть части команды. Я удивлен, что он жив. – Думал, он сопьется, найду в ближайшей канаве, пну, – Сонхва не раз представлял себе этот момент. – Но что-то его держит на этом свете, никак не отвалится. А вслед за ним и другие пираты теряют всякий страх перед королевским флотом. Сонхва приступил к десерту, ловко орудуя приборами. Минги, если честно, не испытывал жгучей ненависти к Юнхо или Хонджуну. В конце концов, в отличие от Сонхва, у него не было личных счетов с пиратами. Но работа есть работа. Свои офицерские обязанности Минги привык выполнять с блеском и достоинством. – Они никуда от нас не денутся и получат по заслугам, – Минги отсалютовал Сонхва своим бокалом, выдохнув при виде того, как элегантно его контр-адмирал поправлял кружева на манжетах рубашки. – И ты станешь адмиралом, – Сонхва улыбнулся Минги и, протянув руку, коснулся чужого запястья. – Сможешь найти их для меня? Для нас. Минги физически чувствовал, как предательски розовеют его скулы от прикосновения. Хорошо, что можно было все списать на алкоголь и не сдать себя. – По-другому и быть не может. Я никогда не подведу вас, сэр, – тихо ответил Минги. – Нужно придумать причину оказаться среди них. В то, что ты вдруг решил стать пиратом, Юнхо не поверит, да и второй раз такое не сработает, – Сонхва продолжал постукивать пальцами по чужому запястью. – Легенда должна быть такая, чтобы сомнений не возникло. – Не уверен, что внедряться к ним сейчас в целом – хорошая идея. Уровень их доверия к офицерам флота минимальный. Просто необходимо более надежно спрятать нужные нам корабли и оставить один на виду. Подкинуть какие-нибудь документы фальшивые, – Минги тяжело было сосредоточиться, пальцы Сонхва приятно обжигали кожу, но он старался придумать рабочую тактику. – А не вызовет ли подозрение то, что мы куда-то вдруг решили отослать все важные суда? Хотя если прикрыться учениями, – Сонхва улыбался Минги. Он провел по руке большим пальцем немного вверх, словно запуская корабль в путь. – Это может сработать. Воспользоваться их тактикой, пройтись по излюбленным местам, нашептать тому и другому. – Да, пустим слушок о предстоящих учениях. Все корабли сразу выводить не будем, можно по несколько, чтобы сомнений не было. Оставим не самую развалюху, а какой-нибудь середнячок. Я знаю мощности каждого своего судна, проблем с погоней не возникнет, – Минги под действием вина посмел развернуть свою ладонь, чтобы пройтись большим пальцем по коже на запястье Сонхва. – Это будет наш триумф. – Так приятно понимать, что я в тебе не ошибся, – Сонхва почти чувствовал вкус победы, поэтому немного закусил губы и снова заулыбался. Он боялся радоваться раньше времени, но план был чертовски хорош. – Хочешь пройтись по набережной? Немного проветримся и обсудим детали. – Хорошая идея, – Минги встал со своего места, в голове было приятно и легко. – Ужин за мой счет, я вам должен. – Благодарю, – Сонхва махнул рукой, подзывая персонал. Он встал, поправил накидку на плечах и пошел к выходу, дожидаясь там, когда со счетом будет покончено.