Инвестиция

Прошло три месяца. Галерея Rosa.V процветала. Статьи в модных журналах, богатые клиенты, многозначительные кивки от людей, которые раньше не замечали её вовсе. С каждой новой выставкой — всё больше камер, все дороже ценники. Говорили, что это теперь главное место для коллекционеров, «новая кровь в искусстве с безупречным вкусом и серьёзным покровителем». Отгремела очередная выставка, шумная, сверкающая, с десятками фужеров и сотнями фраз «какая мощная работа!», «такой вызов зрителю!». В центре — Легрейди, модный, претенциозный, бесконечно пустой, по мнению Роуз. За стеклом витрины — его очередной шедевр, похожий на покрашенную в чёрный табуретку, с ценником, способным покрыть аренду на год. Когда все разошлись, Роуз осталась стоять у центральной инсталляции — зеркального куба, в котором бесконечно отражались ее усталые глаза. — Всё прошло идеально. Адам подошел сзади, его отражение появилось рядом с ее. Безупречный костюм, безупречная осанка, безупречные продажи. — Ты отлично справилась, — сказал он. — Как всегда. Она отпила шампанского и ничего не сказала. Он ждал ответа, но тишина затягивалась. — Роуз? — Я скучаю, — сказала она наконец. — По тому, как было раньше. Он слегка нахмурился. — Раньше ты ночами не спала, сама писала художникам, уговаривала арендатора не выгонять тебя, и пила вино из коробки. — Да, — усмехнулась она. — Но в этом был смысл. Она повернулась к нему, положила руку на его грудь. Их отношения за эти месяцы стали… странными. Они не обсуждали, что между ними. Иногда он ночевал у неё, иногда она — у него. Поцелуи, секс, ссоры, и редкие — как солнечные вспышки — искренние разговоры. Всё было между строк. Без ярлыков. Без гарантий. Он звал её просто «Роуз». Никогда — любимая, милая, моя. Она не знала, что он чувствует. Иногда казалось — он вообще не умеет чувствовать. Но он всегда был рядом, когда нужно. Иногда даже раньше, чем она осознавала, что нуждается в нём. — Помнишь, я рассказывала про выставку Хаски? Он чуть качнул головой. — Не думаю. — Это было до всего этого, — махнула она рукой, указывая на хром, стекло и глянец вокруг. — Он напился на открытии и нарисовал единорога фломастером прямо на стене. С рогом, который... ну, выглядел не совсем как рог. — Она рассмеялась. Искренне, звонко, впервые за вечер. — А я оставила и сказала, что это концепт. Он чуть приподнял бровь. — И ты скучаешь по этому? — Я скучаю по хаосу. По живому. Там всё было по-настоящему. А сейчас… Пауза. Она отвела взгляд. — Просто... мы с тобой — как эти работы Легрейди. — Дорогие? — спросил он, пытаясь поймать её мысль. — Пустые внутри. Он не ответил. Она ждала. Надеялась, может, он скажет что-то — важное. Но он молчал.

*****

Спустя несколько дней... Адам появился в дверях её кабинета без предупреждения. Роуз подняла взгляд - он стоял, прислонившись к косяку и просто смотрел на нее. — Что-то случилось? - заволновалась девушка. — Нет, - спокойно ответил он. — Нужно добавить еще одного бездарного художника? - спросила она с подозрением. — Нет, - Адам качнул головой с легкой улыбкой. — Хочешь сказать, что просто так заглянул ко мне в середине рабочего дня без всякого дела? - она прищурила глаза, сомневаясь, что угадала. Но он кивнул. — Отменил пару неважных дел. Роуз приподняла бровь: — Адам Вейл нарушает график? Мир определённо катится в тартарары. Она выскользнула из-за стола, подошла к нему. Положила ладонь ему на грудь, наклонила голову и захлопала ресницами. — И чем ты планируешь заняться? Ее рука скользнула вниз по его животу, к ремню брюк. Адам хмыкнул, оттолкнулся от косяка и зашел в кабинет, закрывая за собой дверь. — Тобой. ***** Она сидела на краю своего рабочего стола, он стоял почти вплотную между ее раздвинутых ног. Одна рука гладит спину под блузкой, другая сжимает ее бедро. С трудом оторвавшись от его губ, Роуз выдохнула: — Кто ты такой и что сделал с Адамом Вейлом? Уголки его губ дернулись вверх: — Дал ему выходной на денек. — Пусть отдыхает почаще, - промурлыкала Роуз, вновь впиваясь в его губы. Его пальцы потянулись к пуговицам на ее блузке и быстро избавили ее от ненужного сейчас предмета одежды. Она спустила с его плеч пиджак. И в этот момент завибрировал телефон в кармане. Роуз разочарованно вздохнула, ожидая, что он сейчас отвлечется на свои важные дела и уйдет. Однако Адам вновь удивил ее. Он бросил на экран быстрый взгляд и сразу отложил устройство, вернувшись к ней. Девушка успела только заметить краем глаза слова «Легрейди» и «Ллойд». Он приник к ее шее с какой-то незнакомой ей жадностью, покрывая кожу поцелуями. Быстро избавившись от всего ненужного, уложил ее аккуратно на стол, с которого посыпались ручки и скрепки. Под жар его рук на ее теле, под тихое поскрипывание стола, Роуз вдруг четко ощутила, что в этот  момент в его сценарии была только одна сцена - она сама.

*****

Когда он ушел - оставив ее в легком недоумении - Роуз вдруг вспомнила про сообщение. Ллойд - финансовый  консультант Адама, почему он пишет ему про Легрейди? Ей стало интересно и она открыла бухгалтерскую программу. Она давно сюда не заходила, ведь Адам полностью взял все скучные вещи на себя. Как оказалось, зря… Работа Легрейди была продана за двойную цену. Работы Колмана и так стоили бешеных денег, но они продавали их еще дороже. Она нашла с десяток таких записей только на первой странице. Роуз застонала и уронила голову на руки - Адам отмывал деньги через ее галерею.

*****

— Адам, что это? — голос Роуз звучал чужим. Она продолжала надеяться, что ошиблась, и он сейчас все ей объяснит. Он кинул взгляд на экран и спокойно ответил. — Бухгалтерия. — Это то, о чем я думаю? - нервно спросила она. Он прищурился, не сразу сообразив о чем она говорит. Наконец, понял. Спокойно кивнул: — Да. — Зачем? — ее голос дрогнул. — Это бизнес, Роуз. — Это преступление! Адам вздохнул, как взрослый, уставший объяснять очевидное ребенку. — Ты так удивлена? — Конечно, я удивлена! — она шагнула к нему. — Я думала, что мы… Она осеклась. Что? Что она думала? Что он вложился в неё из чистого интереса? Что это была просто инвестиция? Адам чуть качнул головой, и в его глазах было что-то похожее на усталое разочарование. — Галерея никогда не приносила прибыль. Ни до меня, ни после. Твои "талантливые" художники — расходы. Я сделал их активами. Она почувствовала, как пол уходит из-под ног. — Ты... использовал меня. — Я дал тебе все, — он сделал шаг вперед. — Имя. Связи. Успех. — Поддельный! — Настоящий, — его голос стал жестче. — Те каталоги, что ты листаешь по утрам? Твои фото в Forbes? Овации на открытиях? Модные художники? Это все — благодаря мне. Она сжала челюсти, тяжело дыша. Он не понимал, что все это было ей не нужно. Честно не понимал. — Ты отвратителен. — Я эффективен. Роуз схватила сумку. — Я ухожу. — Куда? — он усмехнулся. — В никуда? К твоим пьяным единорогам? Ее пальцы впились в кожаную ручку. — Лучше никуда, чем быть твоей... ширмой. Адам вдруг стал серьезным. — Ты не выйдешь за эту дверь. — Попробуй меня остановить. Он тяжело вздохнул, будто что-то решая для себя, и не двинулся с места. Просто смотрел, как она идет к выходу. — Контракт. Роуз обернулась. — Что? — Соглашение о коммерческой тайне, ты должна молчать. — Ты угрожаешь мне? — Я защищаю инвестиции, — сухо сказал он. — Подумай, прежде чем делать что-то глупое. Дверь захлопнулась с такой силой, что со стены упала картина.