Сердцу не прикажешь.

Офис Фора Чарльз Форд был человеком конкретным. Его родители выбрали для него имя неслучайно — Чарльз, родовое имя, и не подлежало обсуждению. Он рос единственным наследником семьи Фордов, и это обязывало. С самого детства он знал: его жизнь расписана заранее. Требовалось лишь соответствовать ожиданиям. Но он жаждал чего-то большего — свободы, понимания, хотя бы тени возможности быть собой. Однако отец не давал ни малейшего шанса расслабиться. В юности Чарльз пользовался популярностью у девушек, но, как и во всем, на первом месте у него стояли не чувства, а долг. Родители выбрали ему жену — подходящую, надежную, из семьи с нужными связями. Так он и жил, следуя их воле, а не своим желаниям. Но в глубине души он ждал. Ждал ту, что полюбит его самого, а не его фамилию, положение, богатство. Были любовницы — тайные, мимолетные. Семья жены была слишком влиятельной, чтобы позволить себе огласку. Поэтому он жил, сохраняя хладнокровие. Если не позволять себе думать о любви, жизнь оставалась упорядоченной. И это было хорошо. Или, по крайней мере, он так себе говорил. Но однажды все изменилось. Он увидел ее. Первая любовь... Она была хрупкой и звонкой, словно тонкая нить света, пробивающаяся сквозь тьму. Ее улыбка заставляла сердце сжиматься и замедлять ход. Живая, настоящая, непосредственная — она была тем, чего ему так не хватало. Тем, чего он не мог позволить себе. Ее отец? Человек, который уничтожит его одним движением. Ему даже не нужно будет прилагать усилий. И все же Чарльз не мог не мечтать. Эта девушка была тем, что могло бы вдохнуть в него жизнь. В его, казалось бы, устойчивую, но в действительности пустую, бессмысленную жизнь. Чарльз не был слабым. Просто он никогда не позволял себе размышлять о слабости. Жизнь коротка, и он тщательно следил за здоровьем. Он не считал себя старым, но и за молодыми уже не поспевал. Его восемнадцатилетняя дочь требовала к себе внимания лишь тогда, когда ей нужны были деньги. Это выводило из себя, но что он мог сделать? Чарльз жил так, как было принято, но впервые в жизни он задумался: а что, если изменить все? Что, если рискнуть? Ведь настоящая жизнь могла начаться только сейчас...