У Юджи вообще мало что получается

Сукуне бы наверное сейчас ничего бы не помогло. Кроме травки. И то врятли. Мысли сплавляются в одну или льются течью. Рот хочется не закрывать и пиздеть много. Это не получается, потому что пиздец как засушило. Поэтому остается ему только улыбаться склеиными губами. В такие моменты когда с ним разговаривает Юджи, он всегда кивает в ответ на его вопросы, которые в этот момент просто не укладываются в голове. Ладно, сорт что надо. Тоджи, кажется, говорил, что им стоит сегодня увидится, но ему совершенно никуда не хочется идти. Юджи такой громкий. А был ли он когда-то тихим? Почему Сукуна сейчас задается этим вопросом. Вопросы, вопросы, вопросы, на которые у него нет ответов. Хотя, если, сейчас его спросить: зачем тебе Юджи? Сукуна тихим голосом, потрескавшими губами, собрав всю мощь в раслабленом теле ответит искренне: люблю. И сколько еще будет любить не знает. Годы. Вечности. В следующей жизни найдет, отыщет. Наверное, в прошлой жизни он был полным подлецом раз в этой любит своего племянника. Хотя, и в этой жизни он так себе персонаж. Юджи лезет на руки, и это ощущается тяжело, но Сукуна балансирует на скамейке и умещается вместе с ним. Тяжесть теперь ощущается приятной. Юджи не нужно говорить, как сесть так, чтобы было приятно жарко. Он уже знает, что если сядет ближе к члену, Сукуна крепче схватится за бедра, чувственно помнет, а потом спуститься, чтобы схватить грубо за половинки сминая в руках. Он носом проводит но шее легко, смутно ощущая запах дезодоранта. И чего-то личного. Так, как пахнет только Юджи. Юджи не нужно предлогать, чтобы залесть на хуй и начать скакать. Сукуна гортанно мычит. Его губы слишком склеились из-за сухости. А теперь еще когда Юджи опускается своей мокрой, узкой дыркой на всю длинну, он просто высыхает. Мальчишка ритмично скачет под свой темп, тихо постанывает, а Сукуна одновременно хочет толкнутся быстрее и затянуть с этим по дольше, чтобы пацан сам начал прыгать, как отбитая сука. Ему интересно забыть его. Вспомнить как это просыпаться без мыслей о нем, ходить по улице. Не вспоминать между дел или когда видишь в магазине ебучий молочный шейк и чтобы не пролетало мысли о мелком засранце. Который засел в его голове так сильно, что выгнать не получится. Не то что забыть. Сукуне неинтересно что будет с ними через год. Хотя надеется, что они так же будут сидеть в его квартирке засратой в обнимку, и не важно какими и кем они будут. Обдолбанными наркоманами, законченными пьяницами или убийцами скрывающимися. Или же все вместе. Как ебанный опьяняющий коктейль, который все ненавидят, но жадно хлещат по выходным. Сукуне все равно. Действительно все равно. Что будет завтра, через пару часов, месяц, год или два. Единственное что он знает точно, что любить Юджи он будет всегда кристально чисто. Как детская слеза. Как кокс, который он продает крутым мразям (которые так о себе возомнили). Сукуне нужно лишь одно. Пару граммов и Юджи рядом. Дальше он придумает что делать. Они кончили почти одновременно, задушенно сладно, без лишних эмоций, но чистых и ярких. На двоих. Сукуна не спешит выходит из Юджи. Вытаскивать сейчас лень, да и их двоих все устраивает. Юджи сонно клюет носом в шею мужчины. Сукуна зарывается носом в волосы мальчишки. Сейчас все кажется таким нужным и правильным.