Принцесса и убийца

      Долгий путь до городка проходил через самые разные местности, каждая из которых была по-своему уникальна. Утреннее солнце, мягко освещающее лесные тропы, постепенно уступило место полуденному зною на открытых холмах. Лес остался позади, его густые ветви больше не предлагали защиту от солнца, и теперь их окружали только волнистые зелёные поля. Лололошка шёл уверенно, его фигура немного сутулилась от привычки быть всегда готовым к любым неожиданностям. Он изредка останавливался, оглядывая окрестности — его настороженность не ослабевала, даже когда они оказались вдали от возможных угроз леса.       Эграссель же, напротив, смотрел на этот новый мир с любопытством, которое не угасало с каждым шагом. Он иногда задерживался, чтобы сорвать редкий цветок или рассмотреть необычный камень. Ему было легко дышать — этот мир за пределами замка был таким огромным, непохожим на замкнутые коридоры и унылые башни, где он провёл всю свою жизнь. Иногда он смотрел на Ло, ощущая себя защищённым. Даже если напряжённость спутника настораживала, она же придавала уверенности. — Долго ещё? — спросил Эграссель, когда они добрались до очередного склона. — Ещё немного, — коротко ответил Ло, не оборачиваясь. — За следующим холмом будет городок.       И действительно, после того как они пересекли последний холм, городок открылся перед ними внизу, уютно расположенный в небольшой долине. Его узкие, мощёные улицы извивались между простыми, но аккуратными домами с крышами из черепицы. На центральной площади кипела жизнь: торговцы кричали, предлагая свой товар, дети играли, бегая между деревянными лавками, а женщины смеялись, обмениваясь новостями. Здесь не было роскоши, к которой был привык Эграссель, но именно эта простота делала место таким тёплым и живым. — Здесь, наверное, есть приличная таверна, — сказал Ло, глядя на суету на площади. Его голос был спокойным, но взгляд всё ещё оставался внимательным. — Ты устал?       Эграссель чуть улыбнулся, чувствуя лёгкую усталость от долгого пути, но не хотел этого показывать. — Немного, — ответил он честно. Его голос звучал мягко, с ноткой благодарности. Ло не задавал лишних вопросов, не пытался утешить, но Эграссель знал, что в его действиях всегда скрывалась забота. Это чувство давало ему спокойствие.       Они вошли в городок, их шаги эхом отдавались по каменной мостовой. Люди мельком смотрели на них, но быстро возвращались к своим делам, не проявляя лишнего интереса. Эграссель с восхищением рассматривал лавки, уставленные всем: от ярких фруктов до диковинных безделушек. Ло бросил на него короткий взгляд, заметив, как его спутник почти замер у одной из лавок, где продавец выставил коллекцию сушёных трав. — Успеешь рассмотреть завтра, — буркнул он, подтягивая Эграсселя за руку. — Сейчас нужно найти место, чтобы остановиться.       Эграссель слегка смутился, но улыбнулся и послушно пошёл за Ло. Они пересекли площадь, где центр жизни города словно кипел вокруг большого фонтана, и вскоре подошли к небольшой таверне с вывеской, на которой красовалась нарисованная кружка эля. На вид заведение выглядело скромным, но изнутри доносились звуки веселья и запах свежей еды.       Ло первым вошёл внутрь, оглядев помещение. Тёплый свет камина освещал небольшую, но уютную комнату, полную людей. Воздух был насыщен запахами жареного мяса и свежего хлеба. Хозяин таверны, кругленький мужчина с добродушной улыбкой, подошёл к ним, приветствуя новых гостей. — Комната? — коротко спросил Ло, не теряя времени на лишние слова. — Осталась одна, — ответил хозяин, слегка пожав плечами. — С одной кроватью.       Ло посмотрел на Эграсселя, как будто проверяя, будет ли это проблемой, но принц только слегка улыбнулся. — Это не страшно. Я уже привык спать рядом с тобой, — сказал он, его голос звучал беззаботно.       Ло хмыкнул, решив не комментировать, и быстро заплатил за ночь. Когда они поднялись в свою комнату, вечер уже начал окрашивать городок в тёплые, мягкие тона. Солнце клонилось к горизонту, оставляя за собой длинные тени и золотистое свечение. Из окна комнаты открывался вид на оживлённые улицы, где люди торопились завершить свои дела перед наступлением ночи. Лёгкий ветерок проникал через щель в оконной раме, принося с собой запах свежего хлеба и жареного мяса из таверны. — Удобно, — пробормотал он с лёгкой улыбкой.       Ло бросил быстрый взгляд на него, но ничего не сказал. Он бросил свой мешок на пол и начал проверять своё оружие. Эграссель наблюдал за ним, чувствуя, как тишина становится всё более привычной и комфортной для обоих.       Лололошка устроился у окна, проверяя своё оружие. Его движения были методичными, даже привычными. Он стиснул рукоять кинжала, чуть прищурив глаза, словно размышляя не только о своей работе, но и о чём-то большем. Эграссель сел на край кровати,проведя рукой по мягкой ткани, и взглянул на Ло с тихим интересом. Он всё ещё удивлялся тому, насколько сосредоточенным и целеустремлённым может быть его спутник. — Ты так часто проверяешь свой кинжал, — вдруг заметил Эграссель, улыбнувшись. — Он у тебя точно самый острый из всех, что я видел.       Лололошка бросил на него взгляд, слегка усмехнувшись. — Острый кинжал спасает жизнь, — коротко ответил он, вернувшись к своему делу. — Без него мне пришлось бы полагаться на удачу. А удача — штука капризная.       Эграссель рассмеялся, его смех был лёгким, как осенний ветер. — Если уж на то пошло, мне кажется, что твоя удача в том, что ты так много работаешь над всем этим. — Он указал на кинжал, но его слова явно касались не только оружия.       Лололошка не ответил, но его взгляд стал чуть мягче. Он решил не спорить, хотя внутри него что-то дрогнуло.       Они спустились вниз, чтобы поужинать. В таверне было тепло и оживлённо — голоса людей, смех, звон бокалов создавали уютную атмосферу. Эграссель с интересом смотрел на всё вокруг, его глаза задерживались то на паре, сидящей в углу, то на старике, рассказывающем истории детям у камина. Ло же сосредоточился на заказе еды.       Когда на столе появился горячий суп и свежий хлеб, Эграссель благодарно кивнул Ло. — Это... лучше, чем я ожидал, — сказал он, откусив кусок хлеба. — Намного лучше, чем еда в башне.       Лололошка усмехнулся, глядя, как принц с удовольствием ест. — Башня — это одно. Мир — другое, — сказал он, откинувшись на спинку стула. — Привыкай.       Эграссель улыбнулся, его глаза блестели в свете камина. — Думаю, я уже начал привыкать, — тихо ответил он.       Позже вечером, когда они вернулись в комнату, усталость начала ощущаться сильнее. Лололошка молча улёгся на кровать, оставляя достаточно места для Эграсселя. Но принц без стеснения лёг ближе, устроив голову у плеча Ло, словно это было самым естественным. Лололошка не стал протестовать. Он уже привык к этому и, хотя никогда не признавал, ему это не казалось странным.       Эграссель тихо улыбнулся, прежде чем закрыть глаза. — Ло... спасибо, что ты такой, — сказал он, его голос был почти шёпотом.       Лололошка не ответил, но его взгляд, устремлённый к потолку, стал чуть мягче.       Ночь принесла им спокойный сон, где оба были защищены друг другом, как будто мир за пределами этой комнаты на мгновение перестал существовать.

***

      Мягкий свет раннего утра проникал через узкое окно, окрашивая комнату в золотисто-розовые тона. Воздух был свежим, и тихий звук пробуждающегося городка еле доносился снизу: где-то лаяли собаки, а повозки скрипели, проезжая по каменным улицам. Лололошка медленно открыл глаза, чувствуя удивительное спокойствие, которое было необычным для его беспокойного сна. Он даже не помнил момента, когда погрузился в сон — всё прошло так тихо, так естественно.       Его взгляд скользнул вниз, где голова Эграсселя удобно устроилась на его плече. Светлые волосы принца слегка блестели в утреннем свете, а дыхание было ровным и лёгким. Лицо Эграсселя, обычно выражавшее некую меланхолию, теперь выглядело совершенно умиротворённым, как будто весь груз прошлого наконец покинул его. Ло заметил, что на его щеках не было следов слёз. Это открытие удивило его. Он привык к тому, что Эграссель плакал во сне, погружённый в воспоминания о своём старом мире. Но сегодня всё было иначе.       Ло осторожно сдвинулся, пытаясь освободить своё плечо. Голова принца легко соскользнула на матрас, но Ло задержал взгляд на нём. Это было странное чувство — видеть его так умиротворённым. В голове Ло промелькнула мысль: возможно, их путешествие действительно начинает приносить ему то, чего он так давно искал — свободу от боли. Спокойствие Эграсселя стало частью их общего пути, и Ло, сам того не ожидая, почувствовал гордость за то, что смог стать для него опорой.       Эграссель медленно открыл глаза. Несколько секунд он моргал, привыкая к свету, а затем его взгляд встретился с глазами Ло. На его губах появилась лёгкая улыбка, такая искренняя, что Ло невольно отвёл взгляд. — Доброе утро, — сказал Эграссель, его голос был сонным, но радостным, как будто он действительно наслаждался этим моментом. — Доброе, — ответил Ло, его голос был чуть хриплым от сна, и, к своему раздражению, он почувствовал лёгкое смущение.       Принц потянулся, его движения были ленивыми, как у человека, который впервые за долгое время чувствует себя полностью отдохнувшим. Он сел на кровати, поправив волосы, и посмотрел на Ло с лёгким любопытством. — Ты сегодня рано встал, — заметил он. — Неужели я тебя не разбудил?       Лололошка усмехнулся, поправляя ремень на своих штанах. — Ты не толкаешься, как я ожидал, когда спишь. Спокойнее стал, — сказал он, но в его голосе не было обычной насмешки. — Это что-то новое.       Эграссель слегка наклонил голову, его взгляд стал задумчивым. — Думаю, я впервые за долгое время спал так... спокойно, — признался он. — Здесь не чувствуется ни страха, ни ожиданий. Только ты и... этот мир.       Ло на мгновение замер, изучая принца. Его слова звучали просто, но в них была огромная сила. Он хотел что-то сказать, но лишь коротко хмыкнул, возвращая свою привычную серьёзность. — Ты справляешься, — добавил он, бросив взгляд на Эграсселя. — И это хорошо.       Эграссель немного улыбнулся, и его лицо озарилось румянцем. Эти слова, хоть и сказанные сухо, были важны для него.

***

      Они сидели у окна, из которого открывался вид на оживлённую утреннюю улицу городка. Солнце, едва поднявшееся, заливало улицу мягким светом, играя на черепичных крышах домов. Торговцы раскладывали товар на деревянных прилавках, где уже начали мелькать первые покупатели. Лёгкий шум людской суеты доносился до них через толстые стены таверны, но здесь, за деревянным столиком с двумя чашками горячего чая, мир казался тихим и сосредоточенным.       Эграссель, обхватив ладонями свою чашку, задумчиво смотрел на тонкий пар, поднимающийся над ней. Его лицо выражало спокойствие, но в глазах читалась сосредоточенность, как будто он искал нужные слова. Лололошка, сидящий напротив, нарезал хлеб быстрыми, точными движениями, иногда поглядывая на Эграсселя. Он заметил, как тот несколько раз открывал рот, но тут же замолкал, явно колеблясь.       Наконец, принц поднял глаза, и в его взгляде появилась решимость.        — Ты знаешь, что я хочу продолжать идти с тобой, — тихо сказал он, и в его голосе звучала твёрдость, необычная для столь мягкого человека. — Ты... ты показал мне, как быть свободным. Я не хочу возвращаться к тому, что было.       Лололошка замер, его нож остановился на середине движения. Он несколько секунд молча смотрел на Эграсселя, его холодные глаза чуть прищурились, будто он пытался оценить искренность этих слов. Затем он медленно положил нож на тарелку, сцепив пальцы в замок. — Тогда мы будем путешествовать, — наконец произнёс он, его голос был тихим, но твёрдым. — Но не просто так. Деньги же брать откуда-то надо. Мы станем авантюристами. Вернее я вернусь в это дело, а тебе сделаем разрешение.       Эграссель моргнул, будто не сразу понял услышанное, но затем его глаза засветились радостью. Он поднял голову, его губы растянулись в широкой улыбке. — Авантюристами? — переспросил он, чуть не рассмеявшись от удивления. — Мне это нравится. Буду помогать тебе светлой магией и лечить.       Лололошка слегка прищурился, его взгляд стал внимательным. — Магией? Она может ещё что-то, кроме лечения?!       Эграссель улыбнулся, его черты вдруг стали живыми, будто он делился тем, что долго держал в себе. — Конечно, — сказал он с лёгкой ноткой игривости. — Хоть отец и заставлял меня изучать только исцеление, я втайне читал книги и по другим видам магии. Даже пытался повторять. — Значит, "принцесса" не таким уж божьим ангелочком была, да? Хех, — усмехнулся Лололошка, откинувшись на спинку стула.       Эграссель тихо рассмеялся, его смех был светлым и искренним. — Кто-то должен был найти способ справляться, — парировал он, пожав плечами. — Всё же невозможно вечно быть той, кем тебя заставляют быть.       Лололошка замолчал, его лицо стало серьёзным, но в глазах блеснуло уважение. Он снова взял кружку с чаем, поднёс её ко рту и произнёс: — Ладно, маг. Посмотрим, что из тебя выйдет. Но предупреждаю — авантюристом быть непросто. Это не просто сражения и травки для зелий. Тут важно уметь выживать. Думаешь, справишься? — Я не просто читал о травах, Ло, — ответил Эграссель, его тон стал чуть твёрже. — Я научился их находить, собирать, готовить настои. Несмотря на то, что я почти всё время был в башне. Ты сражаешься, а я буду твоей поддержкой. Мы будем... командой, — он задумался на мгновение и добавил с лёгкой усмешкой: — Или что-то вроде того.       Лололошка хмыкнул, но на губах его мелькнула почти незаметная улыбка. — Хм, командой, — повторил он, опустив кружку на стол. — Ну что ж. Посмотрим, что выйдет. Надо будет подойти в гильдию и зарегистрировать тебя. Благо у меня есть один знакомый.       Эграссель кивнул, его глаза сияли от радости, смешанной с волнением. Это был момент, который он запомнит надолго — момент, когда их путь приобрёл конкретную цель. Теперь они были не просто беглецами, но чем-то большим. И он знал, что рядом с Ло сможет справиться с любыми трудностями.       После этого они вернулись к более простым темам: говорили о предстоящем маршруте, о растениях, которые Эграссель хотел собрать, и о том, какие задания могут быть им по плечу в этом королевстве. Лололошка, обычно сухой и немногословный, удивил Эграсселя своей вовлечённостью. Он внимательно слушал, как принц с энтузиазмом описывал свойства разных трав, и даже пару раз коротко согласился, что такие знания могут быть полезными. — Знаешь, ты не так уж бесполезен, как я думал, — сухо заметил Ло, когда Эграссель в очередной раз начал говорить о своих знаниях. — Спасибо, — весело ответил Эграссель, притворно улыбнувшись. — Ты тоже не так страшен, как выглядишь.       Лололошка фыркнул, качая головой, но ничего не ответил. Это утро, наполненное лёгкими шутками и планами на будущее, неожиданно стало для них обоих чем-то важным. Это был новый старт — для Эграсселя, который нашёл свободу, и для Лололошки, который, возможно, начал находить причину для движения вперёд.

***

      Когда они готовились к выходу, тихий разговор за соседним столом привлёк их внимание. Мужчины, сидящие там, явно старались говорить негромко, но их слова всё равно долетали до ушей Лололошки и Эграсселя. Эграссель уже собирался подняться, но замер, когда услышал первую фразу. — Говорят, в соседнем королевстве началась революция, — сказал один из мужчин, его голос был напряжённым, почти тревожным. — Король совсем сошёл с ума после пропажи принцессы. — Он уже давно был странным, — подхватил второй, постукивая пальцами по кружке. — Но теперь это... ужас. Люди больше не могут терпеть.       Эграссель застыл, его взгляд устремился в стол. Лололошка бросил на него короткий взгляд, но решил ничего не говорить. Он вернул внимание к мужчинам, слушая их разговор, хотя на его лице не было видно ни удивления, ни тревоги. — Слышал, — продолжал первый мужчина, — что двор теперь почти пустой. Министры либо сбежали, либо были казнены. Говорят, он требует найти принцессу любой ценой, как будто от этого зависит всё королевство. — А кто-то вообще верит, что она жива? — хмыкнул второй. — Столько времени прошло. Впрочем, это уже не важно. Солдаты больше не подчиняются, крестьянские деревни бастуют. Я слышал, в западных областях уже формируют свои отряды, чтобы выступить против короля. — И это неудивительно, — тихо добавил третий голос, который до этого молчал. — Он превратил дворец в мрак. Кто может выдержать такую тиранию? Вот и конец его правления.       Мужчины замолчали, и только звуки таверны заполнили тишину, словно подчеркивая весомость сказанного. Эграссель сидел неподвижно, его пальцы нервно сжимали ткань одежды. Он чувствовал, как его сердце колотится в груди, а горло словно сдавило. Всё, что он оставил позади, теперь рушилось. Но вместо облегчения он ощутил странную смесь вины и тревоги.       Лололошка наблюдал за ним искоса, не произнося ни слова. Он видел, как лицо Эграсселя побледнело, но не торопился задавать вопросы. Вместо этого он медленно коснулся его локтя, отвлекая от тяжёлых мыслей. — Нам пора, — спокойно сказал он, его голос был мягким, но твёрдым. — Это больше не твоё дело. Ты сделал свой выбор.       Эграссель поднял на него взгляд, его глаза казались потерянными, но в них была тень понимания. Он кивнул, его руки дрогнули, но он встал, следуя за Ло. На миг он хотел что-то сказать, но не нашёл слов. Всё, что он знал, теперь стало чем-то чуждым, незнакомым.       Когда они вышли из таверны, Лололошка медленно повернулся к нему, опираясь на угол стены. — Ты сам знаешь, что назад дороги нет, — тихо сказал он, его взгляд был прямым, но лишённым осуждения. — Твой отец... он давно потерял себя. Если бы ты остался, ты бы тоже.       Эграссель опустил взгляд, его плечи слегка поникли. Несколько долгих секунд он молчал, но затем, глубоко вздохнув, заговорил. — Но теперь... люди страдают из-за того, что я ушёл, — его голос был едва слышен. — Если бы я остался, я мог бы предотвратить это. — Сомневаюсь, — отрезал Ло. — Ты думаешь, твой отец стал бы другим, если бы ты остался? Или что ты мог бы что-то изменить, сидя в этой башне? — он фыркнул. — Ты спас себя, и это главное.       Эграссель смотрел на Ло, его взгляд снова стал сосредоточенным. Слова Ло звучали резко, но в них была правда, которую он не мог отрицать. Всё, что он пережил, всё, что он оставил позади, должно было остаться там. Их путь теперь лежал вперёд. — Я знаю, — наконец сказал он, его голос стал твёрже. — Но это... сложно принять. — Никто не говорит, что будет легко, — сказал Ло, оттолкнувшись от стены. — Но ты справишься. Мы справимся.       Эграссель слабо улыбнулся. Он чувствовал, что Ло прав. Путь вперёд был единственным, что у них осталось. И хотя воспоминания о прошлом ещё долго будут его преследовать, он знал, что рядом с Ло он сможет их преодолеть.