Дочь холода и войны

Спустя семь дней после рождения принцессы, юному принцу Се Ляню было наконец дозволено навестить сестру — но только в сопровождении взрослых. Он почти бежал по мраморным коридорам дворца, сердце его билось от волнения, а за ним, неспешно и величественно, ступал советник государства — Мэй Нянцин, облачённый в одежды цвета вечерней сирени и несущий в руке метёлку из конского волоса. — Ваше Высочество, — негромко произнёс он, — не стоит так спешить. — Но я хочу поскорее её увидеть! — воскликнул Се Лянь, остановившись лишь на мгновение. Он взглянул на советника. — Советник, как её назвали? — Имя ей дала сама императрица. Девочку нарекли Се Жоу, — с лёгкой улыбкой ответил Мэй Нянцин, отворяя тяжёлую, искусно резную дверь в покои новорождённой. Комната принцессы была просторной и светлой, и ничем не уступала покоям самого наследного принца. Воздух внутри был прохладен, словно дыхание весны, хотя снаружи солнце нещадно палило сады. Витые занавеси колыхались от лёгкого ветерка, которого не могло быть в помещении. Вокруг витала тишина, наполненная чем-то сказочным, неуловимым. Се Лянь бросился к колыбели, и остановился, затаив дыхание. Там, среди шёлковых подушек, покоилась она. — Это она?.. — прошептал он, не в силах отвести глаз. — Да, Ваше Высочество. Это ваша младшая сестра, принцесса Сяньлэ Се Жоу, — мягко проговорил Мэй Нянцин и тоже склонился над колыбелью, с неким благоговейным интересом. Словно услышав знакомый голос, девочка открыла глаза. Чистый аквамарин её взгляда сиял, как капли талой воды. Она улыбнулась — так, как будто уже знала, кто перед ней. Крошечные ручки потянулись вверх, и Се Лянь, затаив дыхание, подал ей палец. Принцесса с удивительной силой сжала его — совсем не так, как мог бы сжать обычный младенец. — Советник, смотрите! Она взяла меня за палец! — восторженно прошептал мальчик. — Почему у неё глаза голубые, а не янтарные, как у родителей? Мэй Нянцин задумался, глядя в сияющие глаза принцессы. — Быть может, у императрицы или у государя были предки с глазами цвета неба, о которых никто не знает… — произнёс он, подходя ближе. И вдруг… что-то изменилось. Лишь на долю секунды, но Мэй Нянцину показалось, что глаза девочки стали змеиными, и в их глубине вспыхнул странный свет. Он мягко взял её за запястье, проверяя пульс и... кое-что ещё. Но всё казалось в порядке. — Советник?.. — голос Се Ляня дрогнул. — С ЖоуЖоу что-то не так? — Нет, всё хорошо, — поспешно ответил тот. — Я лишь проверял её… удачу. На самом деле он действительно это делал. И его брови невольно чуть дрогнули — удача у принцессы была тревожно низкой. — У неё много удачи? — настойчиво спросил Се Лянь, чувствуя тревогу в сердце. Советник посмотрел на мальчика, затем вновь на младенца, и чуть улыбнулся, склонив голову. — Да, Ваше Высочество. Более чем достаточно. И в этот самый миг в воздухе заискрились серебряные искры. Незаметно, словно капли света, начали падать крохотные снежинки. Они кружились в медленном танце, оседая на подушках, на ручках девочки, на её щеке. Одна из них легла на ресницы Се Жоу и не растаяла. — Снежинки?.. — прошептал Се Лянь, потрясённый. — Но ведь за окном — лето… Советник молча смотрел на девочку, в глубине глаз его отразилось нечто, что он ещё не мог понять.