Ты знаешь

Библиотека дышала тишиной. Лунный свет, просачивающийся сквозь витражи, рисовал на дубовых стеллажах причудливые узоры, а в воздухе витал терпкий аромат пергамента и чернил. Таня стояла у массивного стола, её пальцы нервно перебирали страницы древнего фолианта. Она не читала – просто пыталась отвлечься от мыслей, которые уже несколько ночей не давали ей спать. Вдруг – едва уловимый звук шагов. Таня замерла. Она узнала эту походку – лёгкую, почти бесшумную, но такую знакомую. – Опять не спала? – голос Марии прозвучал прямо за её спиной, тёплый, с лёгкой хрипотцой. Таня не обернулась. Её сердце бешено застучало, но она сделала вид, что полностью поглощена книгой. – А ты как здесь оказалась? – спросила она, стараясь, чтобы голос не дрогнул. – Я искала тебя. Таня наконец повернулась. Мария стояла в полуметре от неё, её высокие скулы подсвечивались лунным светом, а в тёмных глазах читалось что-то неуловимое – то ли вызов, то ли... нет, не может быть. – Почему? – прошептала Таня. Мария шагнула ближе. – Потому что устала притворяться. Их взгляды встретились, и Таня почувствовала, как земля уходит из-под ног. Она видела это выражение раньше – в те редкие моменты, когда Мария думала, что никто не смотрит. Но сейчас... сейчас не было никаких масок. – Что... что ты имеешь в виду? – голос Тани дрогнул. Мария медленно подняла руку, осторожно коснувшись её щеки. – Ты знаешь. И тогда Таня поняла – это не грёзы, не её воображение. Мария смотрела на неё так, будто она – единственный человек во всей вселенной. – Я... – начала Таня, но слова застряли в горле. – Молчи, – прошептала Мария. И поцеловала её. Это было нежно и в то же время отчаянно – губы Марии, тёплые и чуть шершавые от ветра, прижались к её губам, а пальцы вцепились в её рубашку, будто боясь, что Таня исчезнет. Таня закрыла глаза, и мир сузился до этого мгновения – до запаха Марии, до её дыхания, до биения сердца, которое, казалось, сейчас вырвется наружу. Когда они наконец разомкнули губы, Таня была бездыханна. – Ненавижу тебя, – прошептала она, но в её голосе не было ни капли злости. Мария усмехнулась. – Врешь. Таня не выдержала – её лицо расплылось в улыбке, широкой, искренней, какой не было у неё уже давно. – Да, вру, – призналась она, и вдруг засмеялась – звонко, по-девичьи. Таня всё ещё чувствовала вкус Марии на своих губах, когда та внезапно отстранилась. В библиотеке стало так тихо, что слышалось только прерывистое дыхание обеих женщин. Мария сделала глубокий вдох, её пальцы дрожали, когда она взяла Таню за руки. — Я развелась с мужем, — прошептала она, и слова повисли в воздухе, тяжёлые и значимые. — Окончательно. Навсегда. Таня почувствовала, как её сердце пропустило удар. Она пыталась найти в глазах Марии подвох, шутку, но видела только искренность — чистую, почти болезненную. — Почему... почему ты говоришь об этом сейчас? — голос Тани звучал хрипло. Мария провела большим пальцем по её костяшкам, медленно, словно боясь спугнуть момент. — Потому что больше не могу молчать. Я тебя люблю, Таня. Давай встречаться? По-настоящему. Без скрывания, без этих... вечных намёков. Лунный свет скользил по её лицу, высвечивая каждую эмоцию — страх, надежду, уязвимость, которую Мария никогда никому не показывала. Таня почувствовала, как комок подкатывает к горлу. Она вспомнила все эти годы — украдкой брошенные взгляды в университетских коридорах, случайные (такие неслучайные) прикосновения, ночи, когда она лежала без сна, думая о Марии, злясь на себя за эти мысли. — Ты уверена? — прошептала она. — Это же так сложно будет... Мария резко сжала её пальцы. — Сложно? Да. Но жить без тебя — невозможно. Я пробовала. — Её голос дрогнул. — Эти три года замужества были самой большой ошибкой в моей жизни. Потому что каждый день я думала о тебе. Капля скатилась по щеке Тани. Она не сразу поняла, что это слёзы. — Я тоже... — начала она, но Мария перебила её, прижав палец к её губам. — Не надо слов. Просто скажи "да". Или "нет". Но только правду. Таня закрыла глаза. Вдруг вспомнила, как месяц назад видела Марию на выпускном — стоящую отдельно ото всех, красивую и такую одинокую. Как тогда захотелось подойти, обнять... Она открыла глаза. — Да. Это было всего одно слово, но мир будто перевернулся. Мария застыла на мгновение, словно не веря своим ушам, потом её лицо озарилось такой яркой улыбкой, что Таня невольно улыбнулась в ответ. — Правда? — переспросила Мария, и в её голосе звучала детская неуверенность. Таня кивнула, не доверяя своему голосу. Потом потянулась и поцеловала её первой — мягко, нежно, обещая без слов, что всё будет хорошо. Где-то за окном запел первый соловей, возвещая рассвет. Но они этого не слышали, потерянные в своём маленьком мире, где наконец-то не нужно было скрываться.