Цитируя Уайльда

Локи просыпается резко, как от толчка, и в первые несколько секунд не может сориентироваться в пространстве. Вид за окном полнится ночными огнями Нью-Йорка, гостиная залита мягким приглушенным светом, он укрыт пледом, а его голова лежит у Тора на коленях. Сам Тор читает электронную книгу. — Проснулся? — переводит он взгляд на Локи. — Честно говоря, учитывая твою страсть к виски, не ожидал, что тебя срубит с одного бокала вина, — Тор улыбается. Встряхнув головой, Локи садится. — Я что, уснул у тебя на коленях? — он проводит рукой по волосам, чувствуя неловкость. — На плече, — поправляет Тор. — Просто я вставал за пледом и книгой. — Что это было за вино? Ничерта не помню, — Локи снова встряхивает головой. — Разговор наш помнишь? — голос Одинсона-младшего становится напряженным. Локи смотрит ему в лицо, пытаясь понять, не сболтнул ли он лишнего, будучи в состоянии опьянения. — Какой из всех наших разговоров? — осторожно интересуется он. — Последний, про Старка, — от пристального взгляда Локи становится не по себе. Вероятно, правильно оценив его растерянность, Тор накрывает лицо ладонью и мнет переносицу. — Что последнее ты помнишь? — Селин Дион, — подумав, отвечает Локи. — И то, что твоя мать погибла в автокатастрофе, — он опускает глаза. — Мне жаль. — Ты рассказывал про банду, — пробует Тор, вглядываясь в лицо Локи. Сглотнув, Локи бледнеет. — Надеюсь, без подробностей? В голове туман, и Локи никак не может вспомнить ничего, что происходило после того, как Тор поведал о своей матери. Что такого он мог рассказать Тору? То же, что и Наташе? Если так, то почему взгляд Одинсона-младшего настолько напряженный и задумчивый? Локи глубоко вздыхает и трет ладонями лицо. — Слушай, обычно я не рассказываю историю о том, как "Великие Асы" перебили всю мою семью, видимо, вино ударило мне в голову, — он бросает косой взгляд на Тора. — Мне жаль, что тебе пришлось это услышать. Давай просто забудем? — предлагает Локи. — Хочешь есть? — вдруг спрашивает Одинсон-младший, откладывая электронную книгу и поднимаясь. Локи моргает. — Пойдем в кухню, я что-нибудь нам приготовлю. — Что, неужели сам? — с наигранной трагедией в голосе уточняет Локи. — А мы точно не отравимся? — он откидывает плед и тоже поднимается. — Я еще понимаю завтраки, но ужин... Тор пихает его в бок локтем, однако Локи ловко уворачивается, и они оба смеются.

* * *

Вечер пролетает незаметно. Тор готовит пасту капрезе, и она удается ему ничуть не хуже сэндвичей на завтрак. Они ужинают перед экраном и все-таки смотрят "Однажды в Вегасе" — Локи по-прежнему раздражает, как именно Тор выбирает фильмы, но после целого дня, проведенного в склоках, он не хочет начинать новую, а потому просто наслаждается едой и выходками героев на экране. Они смеются, шутят, и — если забыть реальный контекст происходящего — Локи даже мог бы сказать, что ему комфортно в обществе Тора. Когда он не пытается его изнасиловать. Вновь вспомнив о первой ночи, проведенной здесь, Локи незаметно скашивает на Тора глаза, пока тот закрывает лицо ладонью, смеясь над сценой после титров, и думает — а как бы это было, если бы он не был против происходящего? От одной мысли о возможности подобного расклада, по спине и рукам пробегает волна мурашек, и Локи встряхивает головой. Одинсон-младший ловит на себе его задумчивый взгляд и вопросительно приподнимает брови, улыбаясь. — В чем дело Локи? Снова не понравился фильм? — интересуется он. Локи задумчиво щурится в ответ, а затем решается. Подавшись вперед, он ловит лицо Тора в ладони и целует — не настойчиво, как на работе, а скорее изучающе. Локи чувствует, как Тор притягивает его ближе, отвечая на поцелуй, но затем в какой-то момент отстраняется, тяжело дыша. — Что именно ты сейчас делаешь? — уточняет Одинсон-младший, пока по экрану продолжают бежать под музыку имена участников съемочной группы. — А на что похоже? — усмехается тот. На мгновение Тор прикрывает глаза, облизывает губы и глубоко вздыхает. — Я ничего не подсыпал тебе в еду, — он настороженно вглядывается в глаза напротив. Локи снова целует его, на этот раз настойчивее и глубже. Одна ладонь Тора зарывается в его волосы, посылая мурашки вниз по позвоночнику, а вторая забирается под худи, касаясь обнаженной кожи. Локи дрожит и еле слышно стонет в поцелуй. Тор затаскивает его к себе на колени, и Локи, устраиваясь удобнее, отчетливо ощущает, насколько он на самом деле возбужден. — Локи, ты правда хочешь этого? — хрипло спрашивает Тор, снова разрывая поцелуй и спускаясь губами к его шее. — Я хочу выяснить, прав ли Старк насчет моей ориентации, — насмешливо хмыкает Локи, содрогаясь, однако, всем телом от каждого нового поцелуя. — И, поскольку у нас все равно уже был секс, то — как бы ни было это абсурдно в ретроспективе — ты кажешься лучшей кандидатурой для подобного эксперимента, — выдыхает он. Стоит Тору оторваться от его шеи, как Локи наклоняется и сам целует его в основание шеи, чуть прихватывая кожу зубами. Одинсон-младший стонет и вздрагивает, крепко обхватывая ладонями талию Локи. — Локи, — шумно выдыхает он, — если тобой движет лишь любопытство, то я могу тебе ответить уже сейчас: не знаю, все ли мужчины, но я тебя совершенно точно привлекаю, — он находит глазами глаза Локи. — Тебе необязательно для этого... Запрокинув голову, Локи смеется. — А у тебя кинк на насилие, да, Тор? — он насмешливо щурится. — По-другому не интересно? Ноздри Одинсона-младшего гневно раздуваются, что, впрочем, никак не влияет на силу его желания. — Ты специально нарываешься, да? — уточняет он. Локи легко соскальзывает с его колен и отходит к окну. — Нет, в целом, ты, может, и прав, — задумчиво тянет он. — Выборка из одного человека нерелевантна, — он усмехается. — Возможно, мне стоит попробовать с кем-то другим? Тор оказывается рядом в считаные секунды. — С кем другим? — он перехватывает запястья Локи, прижимая его к стеклу, и опасно щурится. — Даже не знаю. С кем угодно? — извадевательски качает головой Локи. — Я же такой красивый. Тор обрывает этот поток сарказма поцелуем, всем телом вжимая Локи в панорамное окно. — Отдайся мне добровольно, и я обещаю, что ты не пожалеешь об этом опыте, — горячо шепчет он ему в ухо, посылая новую волну возбуждения блуждать по венам. — Ты осознаешь, что я жалею вообще о знакомстве с тобой? — шепчет Локи, целуя Тора в кадык. Тор выпускает его запястья, снова забираясь ладонями под худи — на этот раз, чтобы снять его. — Ну не у окна же, Тор, — Локи закатывает глаза. Тор обнимает взглядом его обнаженный торс, прежде чем наклониться с поцелуями к ключицам. — Тор? Подняв лицо, Тор упирается лбом в лоб Локи, пока руки Локи обвиваются вокруг его шеи. — Это твой последний шанс прекратить свой дурацкий эксперимент, Локи, — Одинсон-младший дрожит, и Локи не представляет, каких усилий ему стоит сдерживаться, — потому что дальше, даже если ты попросишь — я не смогу остановиться, — говорит он прямо. — О, ну в твоей неспособности остановиться я даже не сомневаюсь, — насмешливо откликается Локи, прижимаясь к нему всем телом. Глухо зарычав, Тор подхватывает его, забрасывая на плечо, и направляется в спальню. — Вот так вот, как пещерный человек? — возмущается Локи. Тор опрокидывает его на постель, выбивая дух, однако Локи находит это странно-возбуждающим. — Это называется "страсть", Локи, — стягивая с себя свитшот, откликается Тор, опускаясь сверху. — Жаль, что вне сцены это чувство тебе незнакомо. Поцелуи смешиваются с прикосновениями в единое полотно. Локи старается не оставлять инициативу целиком в руках Одинсона-младшего, попутно спрашивая себя — а нравится ли ему самому целовать и касаться или приятны только чужие прикосновения? От своих брюк Тор избавляется самостоятельно, следом берясь за джоггеры Локи. Когда он стаскивает их вместе с бельем, Локи вдруг чувствует всплеск страха, что, вероятно, отражается в его глазах, потому что Тор замедляется, а его прикосновения становятся нежнее. Спустившись поцелуями по его груди, он целует живот и пах Локи, покрывает поцелуями бедра, отчего Локи невольно закусывает собственную ладонь — совсем как в первый раз. Вернувшись вновь к его лицу, Тор убирает его ладонь, захватывая оба запястья у Локи над головой, и вовлекает его губы в долгий чувственный поцелуй, не останавливаясь, пока Локи не начинает стонать. Наконец дав ему глотнуть воздуха, Тор тянется за смазкой. Если в прошлый раз Локи не вполне осознавал происходящее, а в первый предпочел держать глаза плотно закрытыми, то сейчас он испытывает непередаваемое смущение от того, что видит, а потому отводит взгляд. Заметив это, Тор смеется, крепко обхватывая Локи рукой за талию. Наклонившись к самому его уху, пальцами второй руки он находит вход и плавно проникает внутрь. — Как так вышло, что в таком возрасте ты настолько неопытен? — от шепота мельчайшие волоски на шее снова поднимаются дыбом, а от движений пальцев внутри дыхание Локи становится прерывистым. — Как я и говорил, — на середине фразы он закусывает губы, чтобы громко не застонать, — мне вполне достаточно себя. Пальцы исчезают, и Локи снова охватывает тревога, несмотря на то, что ощущения ему уже знакомы. Поднявшись, Тор приподнимает его за бедра и, разведя их в стороны, входит — на этот раз сдержать стон у Локи не получается. Тор выбирает такую позу, в которой Локи ничего не остается, кроме как сжимать в пальцах простыни и стараться не думать о том, как пристально он на него смотрит, вглядываясь в любые незначительные изменения в мимике. Сам Локи бросает на Тора лишь редкие взгляды, не в силах удерживать зрительный контакт. Выскользнув из его тела, Тор ложится рядом, меняя позу. Он прижимается к Локи со спины, целуя его в особое место за ухом и снова входя. — Ты ведь уже был со мной, — горячо выдыхает он Локи в загривок. — Откуда столько смущения? — ладонью он находит член Локи и крепко сжимает, обводя указательным пальцем чувствительные участки. Локи не отвечает. Он заводит правую руку за спину, зарываясь пальцами в волосы Тора и ощутимо прихватывая их при особенно сильных толчках. Влажные пряди волос самого Локи липнут ко лбу и мешают губам Тора изучать его плечи. Удовольствие поднимается жаркими волнами, заявляя о себе как о том, что Локи не сможет больше отрицать, даже если очень захочет. Движения Тора становятся более хаотичными и быстрыми — он уже на грани, Локи и сам чувствует, что на грани и что ему не хватает буквально какой-то мелочи, чтобы через нее шагнуть. Неожиданно Тор ловит зубами мочку, после чего проходится языком по так и оставшейся в ней серьге, а затем за ухом. С ослепительной вспышкой перед глазами и низким стоном Локи кончает, увлекая Тора за собой — Тор кончает в него, и Локи впервые думает о том, что подобная степень близости выходит за все рамки того, что он считает для себя приемлемым. Но прямо сейчас — в моменте — это почти его не волнует. Они оба тяжело дышат и покрыты потом, Тор прижимается лбом к основанию шеи Локи, покидая его тело. — Локи, скажи... — внезапно спрашивает Одинсон-младший, — это правда, что я — твой первый партнер? Послеоргазменная расслабленность в теле Локи сталкивается с внезапным напряжением, но все же побеждает его. — Я не намерен отвечать на этот вопрос, — бросает он, выскальзывая из объятий Тора, и уходит в сторону душа.