Напрасное далёко

Глухой стук тапок отзывался в пустом коридоре больницы. Вольтури шёл в кромешной темноте. Недостроенный корпус, в который одному Богу известно, как он попал. Ему было велено лежать в постели и отдыхать, но Аро осточертело вторую неделю смотреть в этот ужасный белый потолок. Он уже действительно стал подумывать, что его упекли в дурку. Хотя он ещё не в курсе, что это только начало его проблемы.

***

Поздней ночью Вольтури вернулся домой. Зашёл он уж точно не как мышка. Первой проснулась Дидим, сначала она аккуратно выглянула из-за стены, затем быстро спустилась по лестнице и стала звать родителей, увидев перед собой своего, промокшего до нитки, старшего брата. По кистям рук стекала кровь, где-то уже запекшая, а где-то совсем свежая. По дороге, видимо, на что-то вновь разозлился, либо это уже был психоз. Он еле стоял, держал его только косяк двери. Мать тут же стала звонить в больницу, а отец искать причину состояния сына. Объединяло их одно. Беспокойство о том, что их мальчик пропустит школу. «Родители века» — пронеслось в голове у Аро. Он засмеялся и все же скатился вниз, и сел на пол. Затем вспышки света, громкий шум сигналок скорой, а дальше пустота. Вероятно, именно в этот момент он и отключился. Если бы Вольтури был предусмотрительней, он не пошел домой. Нет, ни за что. Это точно не первое место, куда ему нужно возвращаться в таком состоянии. Он подставил самого себя. Естественно, отец потребовал полную проверку здоровья сына. И, конечно же, анализы выдали всё, что употреблял их мальчик в последнее время. Не долго он жил спокойно. Аро, наивный, думает, что никто не узнает, или родителей не оповестят о таком, чтоб не создать скандальные слухи о сыне наркомане. Но нет, они уже были в курсе, просто ждали полного выздоровления сына от лихорадки, чтобы принести «приятные известия».

***

Поднявшись на крышу, он запрыгнул на край, свесил ноги, зажёг сигарету, что обменял у медбрата на завалявшиеся деньги в кармане пиджака, и сделал желанную затяжку. Аро думал о том, как скоро вернётся в школу, увидется со своим ангелочком, как будет просить прощения, дарить дорогие подарки, и ухаживать до тех пор, пока Каллен вновь не обратит на него внимание. Обратит ли вообще? Объективно говоря, Аро бы даже не посмотрел на себя после такого. Разве, чтобы конкретно вмазать в морду. Но никто не отменял надежду, верно? Просидев на крыше чуть больше получаса, он поспешил вернуться на процедуры. Какой был сюрприз увидеть родителей в палате. Довольно неприятный, конечно, особенно после курения на крыше. Запах так себе выветрился, наверно. — Отец, какими судьбами? — спросил Аро, садясь на кровать, — Неужели соскучились? Лично я тут малость заскучал. — Придется это делать в другом месте, — строго ответил старший Вольтури, и младший вопросительно сощурился. — Долго будешь молчать или нам самим рассказать? — мать сложила руки на груди, взгляд был таким, будто она сейчас находится в суде, осуждать особо опасного преступника. — Не понимаю, о чём речь, — Аро улыбнулся и пожал плечами, но улыбка тут же спала с лица, когда в палате послышался глухой удар по щеке. — Дурачком прикидываться собираешься? — мужчина повысил голос, — Какого хрена мы узнаем, что наш малолетний сукин сын наркоман? В этот момент весь мир рухнул под ногами Аро. Он действительно настолько забылся, что не подумал о полном осмотре его тела, об остатках веществ в организме, и вдобавок выпитом алкоголе. Как же сильно его накрыло в тот вечер, что он вообще посмел забыть обо всём? Карма действительно ужасная штука… — Молись, чтобы это не просочилось в СМИ, иначе добром для тебя это не кончится, — отец возвысился над сыном, схватив за воротник пижамы, — Пока не станешь полностью чистым, ты не увидишь белого света, про деньги и думать забудь. Воспитали наркошу на свою голову. — Как будто бы вы вообще воспитывали, — Аро прошептал сквозь зубы и вновь почувствовал удар, сильнее предыдущего — Ты ещё смеешь дерзить, щенок? — Старший вдруг засвирепел так, что матери пришлось его оттаскивать от сына, — Больше не открывай свою пасть в мою сторону, пока не станешь нормальным. Ну, ничего, в Сидарс Синае и не таких возвращали с небес на землю. Будешь потом как миленький ходить прощения у меня вымаливать, а потом и благодарить за мою доброту. Аро хотелось выговориться, хотелось послать отца куда подальше к черту. Но злить сейчас не самое лучшее решение. Все опасения свершились, они действительно обо всем узнали. Глупо было предпологать, что это вообще не вскроется. Родители ушли, оставив его наедине со своими мыслями. Но единственное, чего ему на самом деле хотелось, это очередная доза успокоительного. Он слишком долго здесь находился, а такой стресс лишь делает хуже. Телефона нет, денег тоже уже нет, поэтому вариант с подкупкой больше не сработает. В голову пришла мысль позвонить со стационарного, но как оказалось, отец велел вовсе его не выпускать из палаты без надобности. Завтра Вольтури переведут в наркологическую клинику, где начнут «очищающий процесс». А пока ему ничего не остаётся кроме как думать о своих поступках.

***

Ещё день назад Аро и представить не мог, как будет скучать по той удушающей палате. Сейчас же, находясь в более светлой, раздражающей комнате, где все пропахло лекарствами, спиртовыми салфетками, и ни единым лучем света, Вольтури думал о том как бы поскорее отсюда выбраться. Капельницы, что ему ставят совсем не помогают, транквилизаторы вообще ни к черту. Зато разум затуманился конкретно. Он стал раздражительней, его бесила каждая пылинка, каждый неуместный звук, или чавканье соседа за общим столом. Так больше не могло продолжаться, особенно после того, как через несколько дней его тело стало неприятно пульсировать. Он не мог спокойно идти, ощущение будто что-то хотело выйти из тела, либо его каждый раз бьют током, словно Аро лечат лоботомией. — Хороша клиника, раз вы не можете дать мне то, что избавит меня от этих пульсаций! — последнее он выделил достаточно агрессивно, что медсестра дала ему снотворное, дабы не создавать лишних проблем. Вставать с кровати вовсе не хотелось, а сны были словно в самом худшем ночном кошмаре. Это не больница, это не реабилитационный центр — это настоящий ад, в который отец его засунул, чтобы наказать. Пытаться сбежать не было смысла, контроль тут на высшем уровне, даже не подкупить сотрудников. Нервы Вольтури стали сдавать. Постепенно он перешёл в стадию «депрессии». Он не вставал с кровати, не ел, не принимал лекарства, просто лежал к стенке, царапая кожу на запястьях. Медсестра тут же надела защитные браслеты. Хотя ситуацию это не изменило, он все равно находил способ сделать себе больно. — Выглядишь не очень, — мужчина вошедший в палату сел на край кровати и потрепал парня по волосам, — совсем замучали тебя тут? Аро долгое время не отводил взгляда от стены, затем медленно, будто притупленно, посмотрел на мужчину. Сразу, видимо, не узнал. Конечно как тут узнаешь, когда не спишь чуть ли неделю, а тебя ещё и пичкают непонятными лекарствами. — Коррион? — вдруг выдал он хриплым голосом. — Нет, Кориолан Сноу, конечно я, глупенький, — мужчина засмеялся. — Ты пришел меня забрать? — Аро резко вскочил обнять своего дядю, в надежде услышать заветные слова. От такого, правда, у него закружилась голова, и он отстранился, схватившись за нее, — Тебя отец подослал забрать меня? — Нет, — лицо Корриона тут же стало серьезным и он сложил ногу на ногу. «Вот и черты отца проявились» — пролетело в голове Аро, — Мне брат сообщил чем ты тут занимался, и что с тобой произошло. Не хочешь передо мной объясниться? Какой пример сестре приподаешь? По-моему я тебя не так воспитывал. — У вас с отцом шаблонные фразы или как? — съязвил Аро и взяв зубочистку, которую благополучно украл из столовой, зажал меж зубами, начиная грызть — Тут дело не в фразах, а в том насколько они правдивы. — мужчина поправил прядь черных кудрявых волос за ухо и сложил руки на груди, — Помнится, я тебе говорил как отец ужасно давит на тебя учебой, и не нужно из-за этого забывать о себе. Видимо, ты не так воспринял мои слова, раз решил посвятить всё себе настолько, что угробил здоровье — А я про учёбу не забывал, если бы сделал это, то давно бы получил по голове. Я умею распределять всё так, чтобы никто не придирался. — Глупый. — Коррион вздохнул, — Словно со стенкой разговариваю. Наркотики вкупе с алкоголем конкретно тебе прошибли мозги, раз ты не понимаешь, в каком ужасном положении ты сейчас находишься. Скажи, кто тебе продавал эту дрянь. — В ужасном положении я находился, тогда, когда меня насиловали учёбой! Когда не мог позволить себе расслабиться или просто найти друзей, чтобы не сойти с ума! — И ты решил уйти в отрыв? Что в вашей крутой школе нет нормальных парней с кем можно дружить без зависимостей и тусовок? Аро замолчал. Был такой, да вот только он не появился тогда, когда все это только зараждалось. Кто знает, может его жизнь вовсе пошла бы в другую сторону, если Карлайл Каллен оказался с ним в тот его переломный момент. — Не было. — сухо ответил парень. — Долго думал. Аро, обманывать плохо. — Коррион вздохнул, и встал с кровати, положив пакет с фруктами на тумбочку, — Последний раз спрашиваю. Кто тебе поставлял всё это? Бауэр? Тот разгильдяй из семейки, с которым твой отец не ладит? — Не он, даже не смей что-то плохое о нём думать. Мне совершенно плевать на их старческие недомолвки, но Кай единственный кто был рядом со мной в трудные моменты, пока он и не думал обращать на меня внимание. — Тогда кто? — Ты сказал что спрашиваешь в последний раз, поэтому отвечать я не намерен. — А ответа и не было на мой вопрос — Можешь не стараться. — Какой же ты всё-таки ребенок. — Коррион вздохнул, — Я беспокоюсь о тебе. Наркодилеры не друзья, и не приятели. Ты хоть раз помнил себя в состоянии эффекта? — мужчина наклонился сжав подбородок младшего, — Помнил, что ты делал? С кем делал? Или кто с тобой это делал? — Не понимаю, о чём ты, — Аро вдруг засомневался в своей памяти и в словах дяди — А о том, что тебе могут давать такое, что ты и мать родную можешь не вспомнить. И не дай Бог этот человек воспользуется твоим телом в своих интересах! Ты думаешь, я не понимаю, о чем говорю? Что я очередной взрослый, который хочет вставить палки в колёса? — он сощурился, — по глазам вижу, что так и есть, но страх и сомнения присутствует. Отец тебе когда-нибудь говорил, что сам увлекался этой дрянью? Хотя, если бы сказал, то вряд-ли ты сидел здесь. Мелкий нашел себе дружка, что подсадил его на это, а он тем самым стал подсаживать других. Что только они не вытворяли с детьми, которым продавали. Тебе лучше не знать. Это сейчас он паинька, потому что боится за свою репутацию, а тогда мне пришлось самому его воспитывать и вытаскивать из этого дерьма. Так что и ты, будь добр возьми себя в руки, пей чертовы лекарства и перестань уже быть ребенком. Если конечно не хочешь на себе испытать то, что испытал когда-то твой отец. — он резко отпустил его и отстранился, — С одноклассниками ведёшь себя, как джентльмен и крутой парень, а на самом деле разбитый мальчишка с кучей травм, что не может ответить за свои поступки. Дверь захлопнулась, а шум в ушах Аро так и остался. Вся эта новая информация совсем не укладывалась в голове. Честно ему в какой-то момент стало казаться, что это просто сон или галлюцинация. Но дядя был вполне реальным. Паника действительно была, руки дрожали, а ноги были холодными. Он пытался вспомнить все разы, когда встречался с Питером, но это словно смотреть в темноту. Ничего кроме черной картинки. Вольтури постарался себя успокоить тем, что Коррион его специально напугал, дабы тот стал лечиться. Но мысли все равно никуда не хотели исчезать. Однако все же метод был эффективным. Аро решил вновь начать пить лекарства, что притупляет его мозг, дабы выбраться отсюда и разузнать всё о себе. И узнать не творил ли Винсент с ним грязные дела.