Truth of tomorrow

      Мотоцикл тормозит у небольшого жилого двадцатиэтажного дома из тёмно-красного кирпича с чёрными панелями, который украшает местами подсветка. Парень ставит подножку мотоцикла, снимает шлем, достает телефон и ждёт, когда абонент возьмет трубку.    – Да? – на том конце провода слышится ему.    – Выходи. Забирай своего монстра, пока я не передумал его продать в качестве твоего долга.    – Хорошо, – и отключается сигнал. Хёнджин убирает телефон в задний карман и опирается задом о мотоцикл, рассматривая проезжую часть дороги ночного города.    – Хёнджииин, – тянет Чонин, подходя к нему, – Ну что там?    – Ничья, – коротко говорит Хёнджин.    – Что? – удивляется ответу младший. Хёнджин отдает ключи Чонину в руку и продолжает так же стоять.    – А ты что думал я перед ним на коленях ползать буду? Тем более он раскрыл меня. Понял, что это не ты. Да и многие, думаю, уже в курсе.    – Как? Что произошло? – всё не унимался Чонин.    – После финиша он не давал мне покинуть трассу и заставил снять шлем.    – А потом что?    – Все как неугомонный ребёнок требовал реванша и с тобой, и со мной в том числе.    – А ты что?    – Пожелал ему теперь жить с этим. Что мне оставалось? – усмехнулся старший.    – С другой стороны - это лучше, чем проиграть ему. Кто бы знал, что он загадал бы, – Чонин уже берет мотоцикл, собираясь вести его в подземный гараж, как его останавливает Хёнджин.    – Я напоминаю тебе, что ты мне обещал, что после выигрыша больше в это не ввяжешься, – Хёнджин смотрит в глаза ему и ждет ответа.    – Да, я помню. Но оставить и ездить на нём могу же? – Чонин кивает в сторону мотоцикла.    – Только аккуратно, – приподнимает уголок губ парень перед Чонином.    – Ну и какого спустя столько лет сесть снова за него да еще с таким камбэком делить с лидером первого места один пьедестал? – улыбается младший.    – Я не возвращался и не собираюсь. Но мышцы ломит, – Хёнджин начинает мять плечи и разминать их, делая круговые движения.    – Я куплю тебе двухчасовой сеанс массажа, – улыбается ему парень.    – Я не откажусь.    – Замётано.    – Тайского.    – Хорошо, – всё улыбается Чонин.    – И чтобы шейно-воротниковую зона была тоже и дольше.    – Хо-ро-шо, Хёнджин. Зайдешь на чай?    – После сегодняшнего мне надо выпить. Все-таки это как никак стресс для меня так резко сесть и потягаться с твоим ненаглядным.    – Он не мой ненаглядный, – уже на серьёзе говорит Чонин.    – Как знаешь. Будь другие обстоятельства, вы бы поладили, – Хёнджин улыбнулся и потрепал ладонью голову Чонина, приводя его волосы в некое подобие хаоса.    – С чего это ты решил? – Чонин удивляется сказанному и отодвинулся от наглого старшего.    – Вы оба такие язвы, как дети малые.    – Он – да, а я вот – душка.    – Подушка. Ты прямо кидаешься фразами как я в... – не договаривает Хёнджин и вовремя останавливается.    – В молодости? – улыбнувшись, спрашивает Чонин и, не дожидаясь ответа, продолжает, – Весь в тебя, Хён.    – Я тебя не породил.    – Но считай у тебя нахватался, от тебя напитался.    – Не выдумывай. Это ты сам где-то понабрался, – Хёнджин сложил руки на груди.    – У тебяяя, – наклоняясь к лицу Хёнджина и улыбаясь, тянет Чонин.    – Увидимся, – говорит тот и не даёт сказать прощальных слов Чонину, так как уходит. Чонин еще немного стоит и улыбается. А когда след Хёнджина пропал за поворотом из виду, покатил свой мотоцикл в подземный гараж.

***

      Такси припарковалось у бара с названием «Oddinary», в котором совмещал в себе и детали клуба. Музыка без остановки не играла и, оглушая, не била по слуху, как в обычном клубе. Тут можно было как потанцевать, так и выпить за разговорами. Периодически миксовал диджей с перерывами, чтобы люди могли отдохнуть. Вот и наши герои сегодняшнего заведения направляется ко входу туда. Заходя внутрь, сразу с порога обдает неоново-синий цвет от подсветок ламп, что висят на стенах узорами. Ребята проходят внутрь, встречая уже администратора у входа в зону бара и танцпола.    – Доброй ночи, вы бронировали столик? – спрашивает их милым голосом администратор.    – Нет, мы внезапно решили приехать сегодня, – отвечает Джисон. Девушка просматривает что-то в экране монитора ноутбука и выдает:    – Есть несколько свободных столиков, за которые вы можете сесть. Выбирайте сами, где не стоит резерв. Или можете расположиться у барной стойки. Официант к вам подойдет сразу же и даст вам меню.    – Хорошо, – дал согласие Джисон и вместе с Феликсом подошёл к столику с диванчиком, с обзором на барную стойку. Они располагаются за ним, и к ним подходит официант, вручает два меню.    – Здравствуйте, меня зовут ДжинУ, сегодня я ваш официант. Вы в первый раз у нас или уже были?    – В первый, – вообще Джисон давно хотел посетить этот бар, но все никак не было возможности, а собраться с ребятами была та еще проблема. А раз выдался шанс, то почему и не использовать его сейчас?    – Тогда вам порекомендовать что-то или вы сами выберете?    – Сами выберем, – Феликс взглянул на официанта.    – Через сколько мне подойти?    – Через 5-7 минут, – Джисон, недолго думая, ответил. Официант кланяется и уходит по своим делам. Ребята берут меню и рассматривают его. Не такое большое, что и нужно для содержания бара. Все-таки они не в ресторан пришли, чтобы выбирать между блюдами. А вот выбор алкоголя тут был неплох.    – Мы сюда напиваться приехали или чисто расслабиться? – Джисон взглянул из-под меню на Феликса.    – А зачем напиваться? Мы что-то празднуем? – интересуется Феликс, пока рассматривает меню.    – Скорее поминаем твою должность, – подшучивает Джисон. Феликс на это никак не реагирует. Спустя несколько минут к ним снова подходит официант. Парни заказывают небольшой сет из закусок в виде чесночных гренок, луковых кольц, долек яблока и апельсина.    – Мне коктейль oddinary и два шота текилы, – не отрываясь от меню, зачитывает Феликс.    – Если это всё, то рекомендую oddinary пить последним, – предлагает официант.    – Это еще почему? – Феликс поднимает взгляд на официанта.    – В этом коктейле несколько видов алкоголя, в том числе содержится абсент, а ещё секретный ингредиент.    – Тогда что ещё порекомендуете выпить из коктейлей? – Феликс возвращает свой взор в меню.    – Лучше вместе иду коктейли ordinary и oddinary. То есть лучше начать с первого, а закончить вторым.    – Тогда мне оба эти котейля, – заключает Феликс и дает слово Джисону.    – Мне только шоты: взрыв мозга, медузу, глаз Франкенштейна и две стопки текилы. Официант повторяет названный заказ, и когда ребята подтверждают его, он уходит.    – Так что насчет сегодняшнего недоразумения? – Феликс перевёл взгляд на друга. Джисон достает зажигалку с сигаретой из кармана толстовки, зажимает между губ, крутит колесиком дважды, чтобы пошло пламя и подносит к фильтру сигареты. Он затягивается, держа между пальцами сигарету, выдыхает, затягивается ещё и стряхивает пепел в пепельницу, что лежит на столике. Кажется, он собирается с мыслями, но не спешит начать диалог.    – Джисон! – окрикивает его Феликс.    – С тем, с кем ты сегодня был в гонке, зовут Хёнджин.    – Я уже в курсе, хоть и имя его уже позабыл. Ты откуда его знаешь? – спрашивает Феликс, оперевшись локтем о спинку дивана и наблюдая за собеседником.    – Откуда говоришь? – ухмыляется Джисон и снова делает затяжку и выдыхает, – До того как вступить к вам, несколько лет назад я был в одной команде с ним из одной организации. Мы часто не ладили и были стычки. Порой давали друг другу тумаков, а пить предложенный им кофе или чай, не зная, что он туда подмешал и то было опасно. Мало ли последний это стакан кофе в твой жизни или тебя атакует диарея. Диарея даже бы показалась безобидной по сравнению со смертью от его рук, – усмехается Джисон собственным словам и снова затягивается. Тем временем к ним уже подходит официант и раскладывает на стол закуски с выпивкой. Феликс берет шот с текилой и предлагает Джисону выпить. Они чокаются, слизывают соль с руки, выпивают залпом и закусывают лаймом, морщась от горечи и кислоты.    – И что ты стал его подопытным? – интересуется Феликс.    – Упаси господь! Я совсем еще из ума не выжил, чтобы, прекрасно зная его и его неприязнь ко мне, подставляться под него, – выдает Джисон, – Было другое...    – Что же?    – Между первой и второй перерывчик небольшой, – беря стопку с другим шотом говорит Джисон. Феликс чувствует, что Джисон не особо хочет рассказывать, но принимает условия его игры. А может тот хочет напиться так, чтобы рассказать всё налегке и не помнить этого разговора вовсе. Возможно Джисону тяжело это вспоминать. Они вновь чокаются и выпивают еще шот.    – Так что было? – спрашивает Феликс, чтобы Джисон не съехал с темы, и беря бокал с коктейлем, забыл спросить официанта, имя которого он уже не помнит, не понимая какой из них oddinary, а какой ordinary, он пробует на вкус. Приятный в начале, растекается мягко и легко, но горчит в конце.    – Хёнджин ушел по-английски из организации, никому ничего не сказав. Честно говоря, мы по началу не знали об этом. Всё шло своим чередом. Потом встали всплывать несостыковки, утечка информации, много пробелов в делах, из-за чего многое пошло по одному месту. Хёнджин исчез, разрушив часть системы. Организация пошатнулась из-за этого. Был упадок, потом мы смогли встать на плаву, но на этом всё. Больше подняться как раньше не смогли. Он слил нас конкурентам. Мы так думали. Правды так и не узнали, но скорее всего его рука приложена была к этому. Феликс, внимательно слушая, сам не заметил, как допил коктейль. Он все еще не особо понимал, о чем Джисон говорит, но что из себя может представлять Хёнджин уже знает. Джисон берёт ещё шот и опрокидывает в себя. Феликс не медлит и уже пробует второй коктейль. Но вот его вкус уже особо не чувствует. Странно.    – А почему между вами была такая вражда? – вновь прилетает вопрос от Феликса.    – Вражда? – поднимает бровь Джисон, – Не совсем она, мы пришли к ней. Сначала мы поддерживали друг друга, помогали, даже вместе ходили гулять. Когда мы развивались, мы стали видеть недочеты друг друга, требовать быть лучше. Честно говоря, я и сам не особо понял, когда мы пришли к вражде. Возможно многое хотели друг от друга, в отдаче, не принимая нашу неидеальность. Хёнджин становился холодным, требовательным порой до тирании. А порой был спокойный, как удав. Только вот от этого спокойствия тоже не было легче. Никогда не знаешь окажется ли сегодня удав ядовитый или нет. У него даже кольцо было в форме змеи, будто оно уже говорило каков его обладатель. Феликс внимательно слушает, хотя за словами уже не поспевает.    – Я тут подумал, – выдает он, – Раз этот самый Хёнджин сегодня приехал вместо АйЭна, выходит они знают друг друга. И раз аж вместо него приехал, то очень хорошо знают друг друга.    – К чему ты клонишь? – пытается уловить суть Джисон.    – Вот ты что-то знал о Чонине в то время, когда вы с Хёнджином вместе работали?    – Нет. Никогда не слышал от него этого имени, – пытается вспомнить Джисон.    – А этот Хёнджин вообще был общительным?    – Вполне. Он даже мог от души посмеяться, – заключает Джисон.    – Значит Хёнджин по-идее что-то мог о себе рассказать?    – В принципе да. Знаю, что он – единственный ребёнок в семье. Из развлечений ему нравились аттракционы летом, а также катался на коньках зимой. Чтобы он занимался гонками – никогда. Я даже и подумать не мог что он в принципе водит.    – Выходит Хёнджин предоставлял информацию, которую он сам решал какую предоставить. А может пускал пыль в глаза... Ты говоришь аттракционы, ты видел хоть раз сам, чтобы он на них катался?    – Да, мы вместе ходили даже.    – Или он так пытался пустить пыль в глаза, – размышляет Феликс, – Однако аттракционы – это выброс адреналина, а это и относится к гонкам. Возможно он и занимался ими уже тогда.    – К чему ты клонишь? – устав слушать какой-то лабиринт Феликса, спрашивает Джисон.    – Я веду к тому, что возможно Чонина он мог знать еще тогда, когда вы работали вместе. Но и нельзя отрицать того факта, что они познакомились после его ухода. Быть может, если они сошлись, предположим, на работе, а ты рассказывал, что после ухода Хёнджина у вас пошло под откос многое, говоря, что он мог слить конкурентам информацию, то скорее всего этот АйЭн перетащил его в то место, где сейчас работает Хёнджин. Или же они могли сойтись там и после. Джисон несколько раз моргает, смотря на друга.    – Или же они могли познакомиться вне работы или на тех же самых каких-нибудь в гоночных заездах, если Хёнджин уже тогда этим интересовался или позже. Какая разница, Феликс? Ты это из-за Чонина спрашиваешь?    – Не только. Они связаны между собой и не просто так. Я так чувствую.    – Не только из-за Чонина, но и? Зачем тебе это?    – А то, что это может мешать и нашей работе. Если Хёнджин знает тебя, и как я предполагаю они вместе с одной организации, то они могут выйти на нас.    – Ты бредишь, Феликс. Зачем им это?    – Сам подумай. Чонину не нравлюсь я, а ты – Хёнджину. А зная твой род деятельности, Хёнджин начнет копать под тебя и Чонин вместе с ним, под меня. Так они выходят на нас.    – Ты слишком высокого мнения о себе, Феликс.    – Ну а кто не захочет устранить нас? – ухмыляется Феликс.    – Хёнджин тебя знать не знает и ему неинтересно. А про меня он давно забыл. Если ты не заметил, он даже на меня не обратил внимания на гонке.    – Однако он заступился за Чонина, а я – главная проблема Чонина. Джисон хмыкнул, выпивает еще два шота, достает бумажник и обращается к Феликсу:    – А может они просто встречаются. Это вполне логично, что парень заступился за любимого. Мне уже пора, уже очень поздно.    – Оставь. Я сам заплачу. Это я тебя позвал.    – Я вызываю такси, ты со мной или сам себе вызовешь?    – Нет, я еще останусь, – откидываясь на спинку дивана и раскидывая руки позади себя, Феликс смотрит в потолок.    – Ну хорошо. Не засиживайся долго, – говорит Джисон и уходит.       Брюнет смотрит на второй пустой бокал и рассматривает окрестности бара в поиске официанта. Когда он видит его в поле зрения, то подзывает рукой к себе. Тот подходит к нему, и Феликс наклоняется вперёд.    – Мне счет за двоих, а ещё один бокал того коктейльчика.    – Какого?    – Ordinary или oddinary, не помню как его там...    – Это два разных коктейля, – напоминает ему официант.    – А? Да? Точно... – усмехается Феликс, что такой факт вылетел у него из головы, – в общем, мне тот, что в конце пить надо.    – Позвольте спросить. Вы какой коктейль сначала выпили? – уточняет официант.    – Не знаю. Я забыл у вас это уточнить, не знаю что выпил первым.    – А вот это плохо. Один был слабже по градусу, а второй крепче. Вы скорее понизили градус. Вы себя хорошо чувствуете? – вглядывается в глаза Феликса официант.    – Вроде... но перед глазами немного как замедленная съемка, а еще вкус последнего коктейля не чувствовал, будто не пил ничего.    – Тогда я вам рекомендую выпить воды, – предлагает официант.    – Нет. Ты давай принеси его, тот, что покрепче и воды.    – Хорошо. Я сейчас передам бармену ваш заказ и принесу вам счет.    – Спасибо, – Феликс снова откидывается на спинку дивана и смотрит на потолок. Потом он смотрит по сторонам, наблюдает за тем, как отдыхают люди. Голос официанта его отвлекает.    – Ваш счет и коктейль. Оплата будет картой или наличными? – уточняет он.    – Картой, – Феликс достает карту из кармана кожанки и прикладывает к терминалу. Оплата проходит.    – Хорошей ночи, – говорит официант и покидает Феликса. Феликс смотрит на бокал, в котором на поверхности зеленоватая жидкость, а вокруг этой жидкости золотыми блестками крутится подобие вихря. На дне красуется темно-красный цвет с брызгами, которые тянутся к зеленому цвету, будто капля крови провалилась на дно. Он сначала пробует на вкус и что удивительно, но чувствует его, а потом отпивает положенный глоток. Так остаток ночи Феликс проводит в компании коктейля, названия которого он так и не запомнил.