***
Уже дома у Феликса, когда вещи были разложены и убраны Хёнджином, брюнет протянул оранжевого цвета кружку Хвану, а желтую держал при себе. Они вдвоем уместились на диван. Горячий напиток обдавал паром, когда Хёнджин аккуратно принюхался. Чай с дольками апельсина, которых было очень много для одной кружки. Он слегка попробовал напиток на вкус, как рядом послышался низкий тембр голоса. – Это не то, что пьешь обычно ты, но я старался придать такой же вкус с помощью него. Хёнджин тут же поднял взгляд на парня. – С чего ты взял, что я пью такое? – Ну… – Феликс замешкался. Вспоминать такое сейчас не хотелось, – Когда я в первый раз был у тебя дома, то учуял этот запах по всей кухне. В том чайнике, кажется, был апельсин. – В первый раз? – Хёнджин пытался вспомнить, когда такое было. Однако на памяти было только завтрак с Феликсом после случайно их бурной ночи. – В тот день, когда… я хотел утопить тебя в ванной. – О! – все что смог выдать Хван. Вспоминать сейчас такое в такой обстановке было странно для него. Как-будто это было так давно и не с ним. Сколько же времени прошло, и сколько всего он прошел с Феликсом. – Тебе не понравилось? – Что именно? – Хёнджин будто пришел в себя из своих мыслей. – Чай, – кивнул брюнет в сторону кружки шатена, что держал в своих руках. – Нет. Все нормально, – Хёнджин легонько кивнул. Так они сидели пару минут в молчании и пили свои напитки с кружек. Но молчанию когда-то приходит конец, поэтому Феликс решает разбавить тишину своим голосом. – Мне очень жаль, что случилось с Минхо. Прими мои соболезнования. Шатен на это лишь молча кивнул и продолжал пить, рассматривая все вокруг, но не собеседника. – Каким бы он ни был, все-таки вы много лет работали вместе. Но Хёнджин не хотел поддерживать разговор, а лишь внимательно слушал, не удосужившись даже взглянуть на парня, что сидит перед ним и смотрит на него. Хван до сих пор не может поверить, что Минхо больше нет в живых. Хоть он и видел его во время падения, когда скорая погружала его в черный мешок, на похоронах прощался с ним в последний путь – всё это кажется было не с ним или ему приснилось. А Минхо уехал куда-то далеко, в коандировку, где нет ни связи, ни сейчас нет возможности у Хёнджина приехать к нему, так как есть незаконченные дела еще тут. Не то, чтобы он думал снова о суициде, но осознать, что того больше не будет рядом, не будет помогать и быть опорой для Хёнджина… да, несмотря на то, каким был Минхо, для Хёнджина он все же был той опорой и поддержкой, которой он не смог стать для собственного брата, Чонина. И стремление Минхо сделать из Хёнджина такого же, как он сам, теперь парню понятны. Чтобы он перестал надеяться на лучшее в людях и опирался на себя, был дальнозорким и ни перед кем не смог пресмыкаться и склонить голову. Но в жизни нет двух одинаковых дней, как двух одинаковых нет и на Земле людей. – Однако это так странно, – усмехнулся Ли, – Несмотря на то, что он неровно к тебе дышал, все же позволил мне позаботиться о тебе. И странно то, что он так отреагировал на наш брак. – Минхо не было дела до нас. Он всего-то хотел уберечь меня от ошибок и их последствий. Вот и все, – Хёнджин наконец смотрит на Феликса, но спокойным взглядом, без осуждения. И в его взгляде он не оправдывает Минхо, он будто отвечает за него, мыслит как он. – Выходит он хотел заключить с тобой брак чисто из-за того, что ты был его подушкой безопасности в случае, что случись с ним? – Выходит что так, – Хван вновь сделал глоток и поставил кружку на столик. – Тогда почему Минхо передал акции Сынмину? На собрании ты не был удивлен этому. Значит ты знал об этом. Это был ваш план, чтобы обвести меня? – Какой план еще? – Хёнджин устало закрыл глаза на секунду. Отчасти Феликс был прав, но сейчас мусолить то, что уже случилось и пошло, в принципе, у Хёнджина не совсем по плану, нет желания и сил. – Минхо специально заявляет, что вы заключите брак, чтобы сбить меня с пути. А когда узнал, что мы с тобой вместе, то и вовсе стал действовать, чтобы задеть меня. Однако его план был не в виде тебя, а в виде Сынмина изначально. Выходит, ты был лишь пешкой в его игре, а его верным песиком был Сынмин. Тебе не обидно разве, что он доверял ему больше, чем тебе? – Почему мне должно быть обидно? – Хёнджина эти слова никак не задели. – На что ты надеялся, Хёнджин, когда поцеловал Минхо? – Так вот к чему весь этот разговор, – ухмыльнулся парень, – Не стоило заходить издалека, а стоило спросить прямо, Феликс. – Меня не только твои внезапные порывы чувств к нему интересовали, но и то, что вы провернули. – Я однажды тебе уже сказал, Феликс по этому поводу. Попробуй найти ответ на свой один из вопросов в своей памяти. Если бы что-то изменилось, я бы сказал тебе в тот же день. – Однако ты мог бы сказать, что сделал, – так просто Феликс не отстанет, пока парень рядом с ним не скажет правду. – Мог бы и не сказал, – устало выдохнул Хван, – Потому что время было неподходящее. Я бы сказал об этом позже. А скажи я тебе в тот день, ты бы уперся, напрочь не стал слушать, чтобы отозвать заявление. Я не хотел подливать бензина в огонь. Понимаешь? Феликс на это медленно кивнул. Парень был прав, но… – И когда бы ты мне сказал? Хёнджину надоел уже этот бессмысленный диалог. Голова стала немного кружиться то ли от усталости, то ли Феликс мог что-то подлить в чай, что так вяло себя чувствует парень и потерял интерес к диалогу. Будь что будет. Ему уже все равно. Он тяжко выдохнул, встал с дивана и направился в сторону спальни. Да и время уже было позднее, хотелось выспаться. И Хёнджин не любил разговоры по ночам. Утро вечера все-таки мудренее.***
Начало нового дня началось у Феликса с оперативки в Афине. Рабочие процессы и их результаты были выдвинуты на собрании, а также новые задания были предоставлены некоторым директорам самим генеральным директором. После собрания Феликс спустился в свой отдел, который по сей день делил с Амбреллой. Однако там натыкается на Сынмина, что помогал сотруднику что-то за монитором компьютера. Феликс за ним внимательно следил, за его бегающим взглядом по монитору, а потом по лицу и остановился на шраме. Сынмин заметил на себе чужой взгляд и поднял голову. На него смотрел Феликс неподалеку, что остановился возле одного из кабинетов. Ким немного приподнял брови в удивлении, а после попрощался с сотрудником и подошел к Ли, переставляя с каждым шагом трость. – Любишь следить за людьми? – слегка улыбнулся Сынмин. – Нет. Мне просто интересно, почему ты теперь хромаешь. – Неудачно упал, – все с той же улыбкой ответил ему новый директор Амбреллы. – Это как же так вышло? – сщурил глаза Ли. – А тебе настолько стала интересна моя персона? – вновь улыбка. Феликса уже стала раздражать она. – Ничуть, – Феликс уже хотел было развернуться и уйти, как голос Кима его остановил. – У меня к тебе есть разговор, который явно тебя заинтересует. Ли нехотя развернулся к парню. Ну что еще тот хочет? И с чего ему вдруг будет интересно лясы точить с этим человеком? – О чем ты хочешь поговорить со мной? – Ли наклонил голову чуть в бок. – Не здесь. Поговорим в более превратной обстановке. Ёнбок кивнул. – Пойдем, – Ким медленно пошел в сторону лифтов.***
Хёнджин приходит домой раньше времени. За два часа до окончания рабочего дня, сославшись на то, что работу он завершил и ему сегодня нечего делать. Он готовит салат из зелени и овощей, а также мясо. Сейчас ему можно уже переходить на такого рода еду, однако аппетита у него совсем не было, так как он готовил с мыслями, что это его последний ужин с человеком, в которого он влюблен, и который его предал. Выбора у него не было. А Феликс его не в первый раз его подводит. Вспомнить даже тот случай, когда он намекал Минхо про измену несуществующей пары, прикрыв за этим треугольником их троих. Когда основное блюдо готово, он открыл флакон и из пипетки набирает яд, поливая им мясо. Через двадцать минут в квартире появляется сам хозяин квартиры и принюхивается. Приятный запах приправ и чего-то мясного ударяют в ноздри. Хёнджин несет тарелку с салатом и мясом на стол, ставя их по разные концы. А в центр стола ставит соус, соль, перец и тарелку с фруктами. – Ого! Что за повод? – Феликс прошел в зал и снял пиджак, положив его не диван, после чего подойдя к столу. – Сегодня мой доктор сказал, что я могу переходить на привычную еду, но пока что стоит держать еще диету и такой резкий скачок не делать. Поэтому, – он подходит сзади брюнета, кладет ладони ему на плечи и подталкивает к столу, где стоит тарелка с мясом, – ты сегодня будешь есть это, а я обойдусь салатом. Феликс под настойчивые руки и взгляда парня сел за свое место и осмотрел стол. Все выглядело аккуратно, аппетитно. Однако у брюнета аппетит не разыгрался, так как знал, что в его тарелке предательство от любимого человека. Хёнджин сел с другой стороны стола и взял в руки столовые приборы, принимаясь к трапезе. Но заметив, что брюнет не спешил притронуться, он поднял взгляд со своей тарелки на него. – Феликс? – А? – отозвался парень и поднял взгляд на Хёнджина. – Ты не голоден? – Нет, – нервно улыбнулся Феликс, – То есть да, есть немного, – он медленно потянулся к ножу и вилке. – Тогда ешь уже, – улыбнувшись, подмигнул ему Хёнджин и отправил дольку помидора с листиком салата на вилке себе в рот. – Спасибо, – Феликс отрезал себе кусочек и последовал примеру парня. Хёнджин жует и молча наблюдает, продолжает улыбаться. Феликс заметив это, тоже ему улыбнулся в ответ и молча пережевывает мясо. На вкус очень даже хорошо. Только вот аппетита по-прежнему нет. – Я приготовил особый соус, – начал диалог Хёнджин. – Вкусно, – продолжил Феликс, – Что за соус? – Очень острый, – мило улыбнулся парень. – Острое я чувствую, – Ли вновь отрезал кусочек и, прежде чем отправить себе в рот, протянул вилку в сторону парня, – Не хочешь сам попробовать? – Острое. Я не могу, – Хёнджин вновь улыбнулся и вновь принялся есть свой салат. – Да. Не можешь, – Феликс следил за действиями парня и, немного подождав, все же отправил себе в рот кусок мяса. Ему известно настоящая причина почему тот не может. Как же он ловко врет. Будь на месте Феликса кто-то другой, то поверил бы в это. Но Ли неплохо узнал парня почти за весь год да и настоящую причину видел своими глазами, так что провести парню его так просто не получится. В этот момент у него кусок в горло не лезет. Но он с трудом проглатывает эту «ложь». (Следующий момент рекомендуется прослушать под Entrika – Cem Tuncer, Ercument Orkut) – Хочу чтобы этот вечер был незабываемым, – Хёнджин отпил из стакана апельсиновый сок. – А сегодня разве какой-то особый вечер? – Ну… – Хван поставил стакан на стол и поднял взгляд на брюнета, – Наш брак переходит на новую стадию, разве нет? – Какую стадию? – Феликс в этот момент съедает третий кусочек. – Скажем, следующим уровнем, – Хёнджин облизнул нижнюю губу, пройдясь по ней языком, и это не утаилось от взгляда парня напротив, – Мы уже почти говорим на одном языке, прекрасно друг друга понимаем. Верно? – Да. Это я не отрицаю, – Феликс тянется за стаканом с водой. – Кто мог подумать, что брак заключенный из-за такой авантюры, продлится всю жизнь, – Хван откинулся на спинку стула. Сейчас его взгляд устремлен в сторону Феликса. Ли прокашлялся. Потом ещё и ещё. – Не рано ли так еще говорить про… – Феликс сделал глоток из стакана, – Всю жизнь. Нет? – он вновь опрокинул в себя жидкость, но та льется мимо его рта, заливая рубашку, он начинает вновь кашлять. Стакан разбивается над тарелкой, и остаток жидкости проливается на стол. Феликс поднял взгляд на парня. – Милый? Ты подавился? – Хёнджин положил свою ладонь поверх руки брюнета и с улыбкой смотрит в ответ, – Под всей жизнью я подразумеваю твою. Ли пару раз откашлялся, встал из-за стола и потянулся руками в сторону Хвана. Его руки были направлены на горло парня, но тот удержал их, не давая к себе прикоснуться. Хёнджин издает смешок, пока тот падает на колени перед ним и пытается до него дотянуться, но не может. Парень с силой откинул от себя чужие руки, а брюнет свалился на пол. Хёнджин встал из-за стола, оглядев парня на полу. Тот еще мог шевелиться и ухватился за ногу шатена. – Пока, – Хёнджин помахал Феликсу под собой и поднял ногу, чтобы избавиться от хватки и сделал несколько шагов в сторону. Феликс тем временем перевернулся на спину, раскинув руки в стороны от себя и прикрыл веки. Хёнджин тем временем медленно подошел вновь к парню. Он присел на корточки и, прислонив два пальца на шее и, не почувствовав пульс, шумно выдохнул. Пульса нет. Мёртв. Подобное действие всплыло у него в памяти о недавнем происшествии на лестнице, когда Минхо покатился по ступенькам, а Чонин проверил его пульс. Хёнджин пошёл в спальню, и не проходит и минуты, как он возвращался уже с телефоном у уха, слушая гудки. – Скорая? – Мы вас слушаем, говорите, – послышался голос диспетчера. – Человеку стало плохо и, кажется, он мёртв. – Вы уверены? – Пульса нет. – Говорите адрес. Хван продиктовал адрес и отключился, когда услышал, что скорая медицинская помощь уже едет. Он не в состоянии сейчас был смотреть на труп, поэтому сел на диван и залез в телефон, чтобы отправить смску Сынмину о выполненном плане. Однако ответ не прилетает. Он нервно дергает ногой, держится за голову, шумно выдыхает несколько раз. Звонок в дверь раздается через десять долгих и мучительных минут, которые так показались Хёнджину вечным адом. Он тут же смотрит в сторону двери и резко соскакивает с дивана, направляясь к коридору. Открыв дверь, пропускает людей внутрь. Проходит около еще десяти минут, прежде чем тело Феликса погружают в чёрный мешок на замке. Хёнджин расписывается в документации, как его законный супруг, а потом медики уносят тело на носилках из квартиры. Хван закрыл за ними дверь и скатился спиной по двери, сев на полу. Он закрыл глаза, переварив только что произошедшее. Он до конца держал свою роль и в последний раз показался Феликсу не в своей оболочке. Мерзко. От самого себя. Что даже достойно не смог его отправить в последний путь. Всё произошло так быстро, что он до сих пор не может поверить, что Феликса больше нет, что он собственными руками убил его. Будь Минхо сейчас жив, он бы гордился его подвигами и, наверняка говорил, что это все временно, пройдет, потом уже будет не так больно. А сейчас как с этим фактом жить Хёнджину? Его же будут мучить кошмары, совесть, возможно и Феликс будет приходить ему во снах, изводя его. Разве это жизнь? (Следующий момент рекомендуется прослушать под Entrika – Cem Tuncer, Ercument Orkut) Через несколько минут он медленно встал. Подойдя к дивану, взял свой телефон и, не увидев ответа от Сынмина, ищет контакт близкого человека Феликса, которого он знает. – Нужно побыть грустным для Джисона, – Хёнджин выдохнул, сел за стол и нажал на кнопку блокировки экрана, прикладывая к уху, – Джисон, у меня ужасные новости, – он состроил грустное лицо, чтобы голос звучал правдоподобно. Хотя Хёнджину и не стоило играть, ему действительно было сейчас не до веселья. Однако он до сих пор находился в ступоре, будто никогда до этого не убивал и для него это впервые – вот и отходит от шока, – Феликс… он умер, – он убрал телефон от уха, провел по экрану, набирая код, а после его палец завис над кнопкой вызова контакта. Вдруг телефон исчезает с его рук. Хёнджин дёргается, испугавшись. Он встал из-за стола, развернувшись, а перед ним стоит никто иной как Феликс. Мать. Его. Живой. Феликс. И улыбается. – Феликс? Позади того показывается Чонин. Хёнджин и на него резко переводит свой испуганный взгляд. – Чонин? – Не плачь, любимый. Я вернулся, – сказал Феликс. – Ты… – Хёнджин перевел весь свой фокус внимания на Феликса. – Говори, милый, – Ли нежно коснулся чужих волос, после чего убрал свою руку, – говори. – Как ты… выжил? – Хёнджин пребывал всё еще в шоке. Только что он собственными руками убил Феликса, медики погрузили его в мешок, а теперь он стоит перед ним. Он что спит? Или в обморок упал от стресса? – Прости, пожалуйста, Хёнджин, что я не мёртв. Надеюсь, ты меня извинишь. – Я не понимаю… – Как говорят «Хитрец хитреца видит издалека», – Феликс сделал шаг навстречу к Хёнджину. – Я правда не понимаю о чём ты сейчас говоришь. – Поймешь, Хёнджин. Сейчас же поймешь, – Феликс достал свой телефон и немного повозившись в нем, повернул экраном в сторону парня. Тот видит, как на камере на кухне стоит он сам же и поливает что-то из пузырька, набирая в пипетку, выливая в тарелку. Хёнджин отводит взгляд. – Когда досмотришь до конца, могу перемотать на момент, как ты улыбаешься мне, когда мне плохо, а потом спокойно смотришь на то, как я умираю. – Убери это, – Хван чувствует некую дрожь по телу. Паника настигла его. Он шумно сглатывает. – Чонин, принеси бумаги, – Феликс повернулся в сторону парня позади себя. – Какие бумаги? – Хёнджин поднял брови в непонимании. Чонин тем временем подошёл к ним с темно-синей папкой в руках и протянул Феликсу. Тот принял в свои руки. – Неужели ты думаешь, что я останусь в браке с человеком, который пытался убить меня, – на лице Ли появилась подобие ухмылки. – Я не пытался тебя убить. Ты ошибаешься. – Подписывай, – Феликс протянул папку парню перед собой, внутри которой была ручка, – Если не подпишешь, я напишу заявление в полицию. У меня достаточно доказательств. Так что подписывай. – Я всё объясню. Ты неправильно понял ситуацию. – Что ты объяснишь, Хёнджин? – Сынмин… он попросил тебя отравить, чтобы то видео, где упал Минхо с лестницы, и мы втроем там находились, не попало полиции. Он сказал, что если я не убью тебя, то мы все втроем попадем в тюрьму. Он был в тот день в компании, когда это случилось. – Я знаю, Хёнджин. Он мне все рассказал. – Что? Но… как? Flashback. – О чем ты хочешь поговорить со мной? – Ли наклонил голову чуть в бок. – Не здесь. Поговорим в более превратной обстановке. Ёнбок кивнул. – Пойдем, – Ким медленно пошел в сторону лифтов. Ли последовал за ним. Они вместе вошли внутрь. Сынмин нажал на последний этаж. Они вместе молча ехали весь путь. Но для Феликса было странным, что они вдруг решили подняться на последний этаж. Когда лифт оповестил звонком, что они прибыли на нужный им этаж и раскрыл двери, двое парней вышли в коридор, а оттуда Сынмин пошел в сторону лестниц. Феликс последовал за ним. Сынмин очень медленно поднимался по лестнице на крышу, а Феликс шел позади него, не понимая, что они здесь делают. Какой-то сюрприз ему устроил? Или решил столкнуть Феликса с крыши? Они стоят неподалеку от края крыши, что ограждено перилами. Сынмин подставляет свое лицо теплому ветру, что обдувает его и наслаждается его температурой и свежестью. Приятно. Феликс стоит рядом и смотрит на вид перед собой. Несколько птиц летают в хаотичном порядке, его лицо так же обдувает ветер, теребя его волосы, что ниспадали до плеч. Он посмотрел на Кима, что до сих пор молчит. – Зачем ты привел меня сюда? – Разве не прекрасно вести разговоры на свежем воздухе, чем в душном кабинете? – Феликс впервые видит искреннюю улыбку парня. В ней нет больше ни насмешки, ни притворства. – О чем ты хотел поговорить? – Ли решает быстро перейти к сути. – Что ты намерен делать дальше, Феликс? – Сынмин не смотрит на парня рядом с собой, как тот в ответ. Его взор устремлен в сторону зданий перед ним и неба. – О чем ты? – Я о тебе. Хёнджине. Твоей компании. – Тебя это не касается, – Феликс фыркнул. Еще чего. Не хватало ему еще с Сынмином обсуждать свое будущее. – Не касается, – ухмылка появилась на лице темноволосого парня, – Однако как хорошо ты знаешь того, кого считаешь своим супругом? – Достаточно. И у нас будет еще время узнать друг друга. – Если оно будет, – теперь Сынмин переводит взгляд на Феликса. – Что ты этим хочешь сказать? – Я давно и хорошо знаю Хёнджина. Думаешь он будет стоять в стороне и повиноваться тебе? Феликс внимательно смотрел на это лицо, что над ним надсмехалось сейчас. Хотелось стереть эту самодовольную улыбку с лица парня. – То, что вы сейчас в браке, не сыграет тебе на руку, Феликс. Хёнджин обязательно предпримет очевидный ход против тебя. – Какой же? – Такой же, как против Минхо. Он столько лет работал на него, согласился даже с ним на брак. Ты же не думаешь, что только ради защиты Чонина. Ему это тоже было выгодно в какой-то степени. Но вот его планы рушишь ты. И он отдал все, что собрал на Минхо, лично тебе в руки. А потом сам же попросил отозвать заявление из-за его якобы болезни. Пожалел его? Как думаешь? Сказанное никак не сходилось с информацией, что владел Феликс. Хёнджин говорил, что сделал это ради брата, потом сам отдал улики Феликсу. Рассказал о том, что хотел покончить собой, чтобы не идти на этот брак. А потом из-за состояния Минхо, он попросил отозвать заявление и сам сказал, что он понесет позже свое наказание. – Мне известны мотивы Хёнджина. И то, что ты сейчас говоришь, никак не совпадает с его словами. – Феликс-Феликс, он сказал тебе то, что он хотел. И ты поверил, – вновь ухмылка на лице темноволосого парня с еле заметным шрамом на лице, – Любой другой на его месте давно бы влился в доверие Минхо и устранил его незаметно, чтобы решить все проблемы. Может быть отравил… как странно, что за столько лет, он этого не сделал. – Я не думаю, что он желал подобного ему, – Феликс отвел взгляд в сторону. Он понял еще со вчерашнего разговора с Хваном, что тот не желал ему плохого, но требовал справедливости. – Не желал. Но то, что ты провернул недавно, подставил его перед Минхо дважды, думаешь Хёнджин так просто все это проглотит? – И что он может сделать? Побьет меня или убьет? – Именно. – Что? – Сейчас вы в браке. Хёнджин захочет устранить тебя и заполучить твою компанию. Такова будет месть за то, как ты его предал и, признай, Феликс, не устрой ты это шоу, Минхо бы был сейчас жив. Он явно это понимает, что ко всему этому он пришел из-за тебя. – Я не думаю, что он так поступит. – Это ты так думаешь, а что думает он? Напряженная тишина повисло между ними. Ким внимательно следил за бегающим взглядом брюнета, как тот мечется от его слов. Он посеял семя раздора и предпринимает следующий ход. Он достал свой телефон и вошел в чат с Феликсом, отправив ему файл. Звук оповещения о новом уведомлении раздается где-то в кармане брюк у брюнета. Он достал свой гаджет и нажал на новое сообщение, пришедшее от неизвестного номера. – Это я. Посмотри. Тебе это будет очень интересно. Феликс мельком смотрит на Сынмина, а потом открывает файл. Тот грузится, открывая видео. На нем он, Чонин, Хёнджин и Минхо на лестничной площадке, пытаются дотянуться до последнего. Тот отбивается, отходит назад, а они втроем подходят к нему, а потом Минхо падает назад, все трое выставили руки вперед. А дальше уже случилось то, что известно Феликсу. Он сглотнул и, зажмурив глаза, резко их распахнул и поднял взгляд на парня. – Откуда это у тебя? – В тот день я стал случайным свидетелем вашей потасовки. Но вы, конечно, понятия не имели, что кроме охранника может быть еще кто-то в здании. – Что ты там делал? – А это уже, Феликс, тебя не касается. Да и какая разница теперь? – Хорошо. Что ты хочешь? – Чего я хочу? Хах! – усмешка, – всего-то предостеречь тебя. У меня нет намерения, как у Минхо, воевать с тобой. – Тогда зачем тебе это видео, и зачем ты отправил его? – Я не только тебе отправил. – А кому еще? – удивляется Феликс. – Хёнджину. – Ему? Но… зачем? – Чтобы показать тебе, каков он на самом деле. – Я… я не понимаю. – Вчера я поговорил с ним. Показал ему это видео и дал ему яд, чтобы он использовал его против тебя. – Что?! – Погоди, Феликс, это еще не все, – самодовольный парень так ему сейчас улыбается, будто он у штурвала и владеет судном, – Я предоставил ему выбор. Либо он отправит тебя, чтобы спасти хотя бы Чонина и себя, либо все трое отправитесь в тюрьму. – Зачем ты это сделал?! – Я же говорил тебе, Феликс, чтобы показать каков он на самом деле. И знаешь, что он сделал? Он взял его, яд. Вы в браке. Ему нужно спасти брата, пусть и про себя не думает. Как думаешь, кого он выберет? Ему будет выгодно избавиться от тебя и уйти в плюс. Ком обиды поселился где-то в горле у брюнета. Мандраж охватил его с ног до головы. Неужели Хёнджин так поступит с ним? Что если да? Ведь все это время он пытался отгородить Минхо от Чонина, а теперь на кону жизнь брата на свободе или в четырех серых стенах. – Помимо этого видео у меня еще есть видео, где Чонин появился на камерах в холле, где жил Чангюн. В день смерти Чангюна, Чонин был там. Это может так же заинтересовать полицию. Выпутаться Чонину из этого будет не так просто. Два убийства. – Хорошо. Что ты предлагаешь? – Я предлагаю тебе, – Сынмин сделал шаг в сторону Феликса, потом еще один, – Чтобы ты сам избавился от Хёнджина. – Я… я не смогу… – страх охватил брюнета. Представлять, что в этом мире не будет Хёнджина и по его вине, ему совсем не хотелось. – Я не предлагаю тебе убить его. – Тогда… что? – Ты поедешь сейчас домой после этого разговора, установишь камеры в своей квартире, пока Хёнджин на работе. Подготовишь договор о разводе, что Хёнджин не претендует на твое имущество после развода. В момент, когда ты почувствуешь подвох, ты сыграешь роль, будто умираешь. Яд ненастоящий. Здесь препарат, который замедлит пульс на короткое время. Потом он восстановиться. Если Хёнджин откажется подписать, то скажешь ему, что расставил камеры и на них видно, как он покушался на твою жизнь. Помимо этого, ты скажешь, что тебе пришлось так поступить, чтобы то видео, где упал Минхо, не было отправлено в полицию, как и то, где Чонин находится в доме Чангюна. И тогда он подпишет. Сказать, что Феликс сейчас был ошарашен таким планом – ничего не сказать. Так гениально продумать, давно ли вынашивал этот план Сынмин? – Зачем ты мне помогаешь? – Я бы не помогал тебе и вовсе, если бы мы не были союзниками внутри одной организации. Тем более я не хочу, чтобы в моей компании был человеком, что может не только тебя подвести, но и меня. Это может сказаться на работе в целом. Феликс хотел бы сейчас усмехнуться на все это и что ему слабо верится в намерения Сынмина, однако тот факт, что Хёнджин принял средство против Феликса… действительно ли тот поступит так и получится ли у него все провернуть? А вдруг Хёнджин взял яд, чтобы обвести Сынмина вокруг пальца? Как поступить теперь ему самому? Кому довериться?***
В тот же день Феликс по словам Сынмина едет домой, устанавливает камеры в зале, спальне и даже на кухне. Потом просит Чанбина подготовить договор о расторжении брака между ним и Хёнджином, когда пребывает в Зеро. Тот в шоке ничего не понимая хлопает глазами, интересуется зачем ему, но тот просит делать то, что он просит. И желательно, чтобы к вечеру все было готово. Так же он говорит об этом инциденте с Чонином. Сначала аккуратно, расспрашивая того, смог бы Хёнджин поступить так, ведь те знакомы более пяти лет. И получив неуверенные ответы, все-таки рассказывает о разговоре с Сынмином и просит об этом не говорить Бан Чану и остальным. И впервые работают как команда, чтобы провернуть затеянное дело. Уже вечером Феликс сидел в машине недалеко от своего дома. Наблюдая через экран телефона, он стал свидетелем того, что Хёнджин полил тарелку чем-то из пипетки. Потом парень отнёс тарелку с мясом, в котором был предполагаемый яд на стол, а сам вновь отправился в зону кухни. Феликс выключил телефон и откинулся на сиденье, устало пройдясь ладонью по лицу. Он тяжко и шумно выдохнул, закрыв глаза. Шумно сглотнул, что его кадык дернулся вверх. Через пару он медленно открыл глаза, смотрел на потолок своей машины и о размышлял о своем. Спустя время он разблокировал телефон и набрал нужный ему контакт. На той линии послышался голос спустя три длинных гудка. – Слушаю, Феликс. – Лисёнок. У тебя всё готово? – Да, я сейчас наберу ребятам. – Хорошо. Останови скорую, когда прибудет и отдай им эти деньги. После чего пусть твои ребята идут. – Да, Феликс. Звонок прервался на той линии. Феликс устало откинул телефон на пассажирское сиденье и приложил лоб к рулю. Ладонями обхватил руль. Один. Два. Три. – АААААА!!! Он силой сжимал предмет, а потом стал ладонью бить по нему. Хотелось сейчас кричать, бросаться предметами, выбить из одного человека всю эту дурь, возможно пару раз его ударить. А потом поговорить с ним и вместе придумать, что делать дальше. Но все ходы к отступлению перекрыты. Либо они втроем окажутся за решеткой. Либо все останутся хотя бы на свободе, но не вместе. Феликс взвыл, крича в себя, и вновь откинулся на спинку кресла, глотая слезы. Казалось, что все, что было с Минхо, ¬были еще цветочки. А теперь ягодки созрели и стали пускать свой яд. End flashback. Хёнджин пребывал в шоке. Но осознание приходит позже, когда до него доходит, что Сынмин все так гладко провернул. Выстрелил одной пулей и попал в двух зайцев. Этот на вид безобидный программист оказался тем еще пройдохой в таких делах. Он так обставил Хёнджина. Обставил Феликса. И не оставил им двоим выбора. И самое ужасное, что Хёнджин не сможет больше реабилитироваться в глазах Феликса и Чонина. Но неужели те не понимают, что Хёнджин это сделал ради Чонина? – Хёнджин? Так ты подпишешь? Парень вырвал папку с чужих рук и, быстро расписавшись, вернул Феликсу. – Отдай мой телефон, – Хёнджин протянул руку к брюнету. Феликс передал папку Чонину и вытащил из кармана гаджет, вернув владельцу. Хёнджину больше нечего было сказать. Что он сможет сказать в свое оправдание? Все было очевидно. И все трое это понимали. Он отправился в сторону спальни, а парни проводили его взглядом. Через несколько минут Хёнджин с сумкой вышел из спальни, пока эти двое расположились на диване. Хван окинул их быстрым взглядом, и покинул квартиру. Негромкий хлопок двери раздался по квартире. Вот и все. Хёнджин ушёл. Феликс шумно выдохнул. Чонин смотрел в стену. – И что дальше? – в полной тишине раздался голос Чонина. – Не знаю, – Ли прошелся ладонью по лицу и прикрыл веки. Тяжелый вечер выдался для всех троих. Чонин так и не поговорил с братом об их родственной связи. Феликс понимал, что сделал все для них троих, как и Хёнджин это сделал для Чонина. Сынмин его тоже обманул. Он изначально это понимал. Однако все равно были мысли, что Сынмин возможно нарочно хотел, чтобы Феликс знал от чего умрет, и он действительно мог бы умереть. Однако все вышло так, как они вдвоем предполагали. А вот что будет дальше – никто не знал. Хёнджин, не ожидавший такой подставы не только от Сынмина, а то что и Феликс с Чонином будут заодно с тем. Хотя разум далеко в голове говорил, что Феликс это сделал ради того, чтобы ни Хёнджин, ни Чонин не попали в тюрьму.