Последний знак

      Сестра Тамара любила возиться с малютками. Ей нравились милые улыбки малышей, их искреннее восхищение простыми вещами, нравилось слушать их первые слова, наблюдать за их первыми шагами.       Впрочем, совсем малыши у них появлялись редко. Спасибо Ордену Меча и Спарде, что охраняет их. Но иногда случалось, что родителей убивали, и дети оставались без близких, готовых взять опеку. Тогда монастырь открывал для них свои двери.       С Неро было… иначе.       Сестра Франческа нашла его ранним утром на пороге монастыря, завернутым в черный шелковый платок, в честь которого его и назвали. За несколько месяцев до этого ходили слухи, что какая-то из проституток в портовом районе заболела, что могло значить либо сифилис, либо беременность. И пусть сестра Тамара не одобряла ее жизненный выбор, она была рада, что в результате «болезни» появился Неро.       Впрочем, малыш был странным не только из-за своего происхождения. Он вел себя очень странно. Следил за всеми, кто к нему подходил, словно его глаза уже умели улавливать и отличать людей. Постоянно и монотонно перебирал пальцами в разных… необычных для малыша последовательностях. Он не плакал, когда испражнялся. Громко кряхтел пару раз, когда кто-то заходил в комнату, чтобы проверить его, а потом спокойно переносил все купания и пеленание.       Ел как по часам. Не плакал по ночам. Хотя… сестра Тамара видела слезы на его распухших глазках. Замечая их, она просто брала его на руки и укачивала, как делала это с остальными детьми. Неро цеплялся за нее своими маленькими ручками, пока не засыпал.       Странным его считала не только сестра Тамара, но только после слов сестры Камилы:       -… а глаза такие мудрые, будто и не младенец вовсе…       Все для нее встало на свои места.       Сестра Тамара сомневалась во многих вещах, в том числе и в некоторых подвигах Спарды. Настоятельница часто журила ее за богохульные мысли, произнесенные вслух не перед теми ушами. Но были и вещи, в которых сестра Тамара никогда не сомневалась.       Как например в том, что души умерших возвращаются на землю, чтобы заново прожить новую жизнь. И что иногда они не сразу забывают свое прошлое.       — Ты ведь старше, чем кажешься, да, Неро? — улыбнулась она ему.       Неро, который все это время поочередно перебирал своими пальцами, замер, посмотрел на нее, моргнул, а потом медленно, словно показательно, поднял свою правую ножку, засунул ее себе в рот и начал жевать.       Сестра Тамара лишь усмехнулась:       — Не переживай, малыш. Я никому не скажу, — она приложила палец к губам. — Это будет наш с тобой секрет.

***

      Блять, как он мог так проебаться? Его раскрыли в первые же полгода жизни! Какого хрена? Да и откуда ему вообще знать, как ведут себя младенцы, кроме того, что они постоянно орут и гадят под себя? Хотя, конечно, некоторые порывы контролировать было сложнее, а любые возбудители вокруг него срабатывали в тысячи раз ярче, чем он помнил по прошлой жизни, Неро все еще по привычке вел себя сдержанно. Ну, как его научили в этом самом приюте и шлифанули в доме приемных родителей.       Возможно, не стоило контролировать себя так рьяно, и если хотелось заорать, то стоило заорать? В конце концов он много плакал. Тамара, которую он едва помнил из своей прошлой жизни, тоже заметила это. Ее объятья помогали пережить самые болезненные воспоминания, но это все равно ни в какое сравнение не шло с тем, какую надежность он чувствовал даже всего лишь от шарфа Верджила.       Было так обидно, что запах уже выветрился. Так хотелось снова закутаться в эту вещь и ощутить силу своего родителя. Гребаные неконтролируемые позывы! Агрх!       К сожалению, это несбыточная мечта. Во всяком случае на ближайшие лет десять. Если Неро точно рассчитал время, то где-то сейчас Верджил должен возводить Темен-ни-Гру, а Данте должен чистить ему лицо. Они оба скупо рассказывали о том событии — оказывается его отец был не только садоводом-любителем, но еще и архитектором, и вообще любил высокие башни и забираться на них.       — И это меня он называет ребенком, которому не хватает внимания, — смеялся над ним Данте. Верджилу было не до смеха.       Сразу после Темен-ни-Гру отец отправится прямиком в лапы к Мундусу и будет его игрушкой в течение следующих десяти лет. И если Неро не хочет, чтобы его сожрали, лучше ему забыть об идее отправиться в ад самостоятельно, чтобы попытаться вызволить своего недолюбленного идиота отца.       Неро вздохнул и перевернулся на живот. Сейчас даже это отнимало у него целую кучу сил. Его тело было слабым, чувствительным, вечно голодным и до слез беспомощным. Неро даже не мог его толком контролировать. Сплошное разочарование. Но хотя бы есть занятие на каждую свободную минуту, когда он не спит или не сходит с ума от голода, запаха испражнений или страха. Как же чертовски отвратительно быть младенцем. Неро прекрасно понимает, почему никто не помнит этот период своей жизни. Тут же свихнуться можно!       Как бы там ни было. Левая рука, большой палец, указательный, средний…

***

      К двум годам проще не стало.       Неро, как оказалось, ненавидел ходить. А еще ему очень не нравилось разговаривать. Первое из-за того, что это было так медленно и неуклюже, даже если он целыми днями только и делал, что пытался, пытался и пытался снова. Второе, потому что в первый год своей жизни он мало орал и лепетал, и так и не обрел достаточный контроль над своей глоткой и языком, чтобы издавать правильные звуки в правильной последовательности.       Ну, что ж, зато теперь даже сестра Тамара стала сомневаться в его адекватности. Потому что все, чем занимался Неро к своим двум годам, — это носился из одного конца монастыря в другой и нес всякую билеберду, пытаясь повторить хоть что-то похожее на речь. Его терпели, кажется, только потому, что он затыкался за едой, вовремя ложился спать и сам ходил на горшок.       Один раз он отвлекся и врезался в какого-то рыцаря. Точнее в меч, висевший на его бедре, — так он и понял, что это рыцарь. Упав на задницу, Неро сначала не понял, что произошло, а потом поднял свой взгляд на рыцаря.       Неро вздрогнул, узнав этот полный презрения взгляд хладнокровного ублюдка на мелкую букашку. Санктус скривился и отошел в сторону. А Неро, потому что больше не видел смысла скрывать своих чувств, заорал на него во всю мощь своих легких. Сестры тут же сбежались к нему со всех концов коридора, подхватывая его на руки и унося прочь от влиятельного чина (если Неро правильно помнил, сейчас он был верховным генералом), а Неро все орал и орал, пока не перестал видеть Санктуса.       С тех пор он взял за привычку орать всякий раз, стоит только увидеть старика. Санктус его уже ненавидел. Хорошо. Неро позаботится о том, чтобы нагадить ему всеми возможными способами.       В три Неро наконец-то стал достаточно большим, чтобы мочь самостоятельно брать большие книги. Да, они все еще были детскими. Нет, он все еще не мог нормально их читать. Мозг отказывался узнавать буквы, превращая содержимое страниц в красочные кляксы. Тогда Неро, как ответственный маленький мальчик, взял букварь и начал банально его переписывать. Заодно развивая отсутствующую мелкую моторику. Его маленькие ручки отказывались удерживать карандаш в нормальной позиции, поэтому он держал их как придется, продолжая заполнять все выделенные для рисования листы неровными строчками и столбцами однотипных букв. Разными цветами, чтобы не сойти с ума. Оказывается, маленькому мозгу как воздух нужны были все и каждый до последнего ошеломляющие стимулы, потому что иначе Неро чувствовал себя плохо. До слез, соплей и неметафорической боли в груди.       Изучив букварь вдоль и поперек, Неро наконец-то перестал путаться в буквах, снова складывая эти значки перед собой в понятные разуму слова.       Он расплакался над «Путешествием маленького рыцаря» — глупой сказкой, которую печатали только в Фортуне из-за религиозного содержания. Ему было плевать на сюжет. Он помнил его в общих чертах. Просто он был счастлив, что наконец-то смог прикоснуться к чему-то за пределами себя.       Это стало началом его запойного потребления детской библиотеки. А когда все книги там были прочитаны, он попросил у сестры Тамары принести ему еще. Он смутился, когда она расплакалась над ним, обнимая всем своим телом и причитая:       — Конечно, милый. Сколько угодно.       Пытаясь понять, что стало причиной такой реакции, Неро вдруг сообразил, что в отличие от других детей он никогда ни о чем не просил. А зачем? Еду и одежду и так предоставят. Игрушки его не интересовали. Гулять он ходил со всеми, везде развлекая себя однообразной гимнастикой или скороговорками под нос. Разве что на улице бегать было приятнее и падать на траву было не так больно. Правда, жуки были менее проворными, в то время как монастырские мыши давали ему хоть какое-то испытание в ловкости.       А сейчас его пустили в большую монастырскую библиотеку. И Неро принялся читать. Все подряд. Ему было все равно, будь то легенды и сказки, инструкции или рецепты, технические справочники или учебники, он поглощал все. Иногда записывая или зарисовывая какую-то особенно сложную схему или формулу, Неро попеременно тренировал свои руки, а также память и соображалку. Дорвавшись до книг, он понял, что помнит почти все, чему его учили в школе. А значит, освежив воспоминания, он может капнуть глубже, в те детали, которых ему так отчаянно не хватало в его взрослой жизни.       Базовая финансовая грамотность — провальная уже в двух поколениях, Данте, электрика, баллистическая физика, сопромат, а также психология и медицина. Иногда он развлекал себя легендами, которые на этот раз вычитывал до последней буковки, и поэзией, любовь к которой удивительным образом дожила до второго поколения, Верджил.       Сестры смеялись над ним, когда он с умным видом выписывал какие-то формулы из книг, а потом переписывал их снова и снова, подставляя разные числа своим смешным корявым почерком, но не мешали. Помешала банальность — закончились книги.       Библиотека в монастыре, пусть и казалась большой, имела весьма скупой набор действительно полезных книг или справочников. Это заставило Неро во второй раз обратиться к сестре Тамаре.

***

      Солемнис редко посещал настоятельницу в монастыре. В основном это был квартальный отчет, обмен запросами и мнениями. Он был бы рад проводить в ее обществе больше времени, но окружение определенно заметило бы это и истолковало вполне правильно. Солемнис, ввиду своей должности, не имел права на такие вольности, как свободное время и личная жизнь. Каждый час викария был расписан на несколько недель вперед, вплоть до времени, когда он имел право уединиться в уборной. И это не шутки, потому что после неудачного покушения несколько лет назад, рядом с ним всегда находился хотя бы один доверенный человек.       Сегодня это была настоятельница. За воротами его ждал отряд рыцарей, которых выбрал лично Санктус — самые преданные и верные духу ордена. Как и завещал Спарда.       Именно поэтому Солемнису редко доводилось бывать в обществе незапланированных людей. Поэтому он был удивлен, когда в дверь постучали, а потом из-за нее показалась мордашка совсем еще юной сестры.       — Настоятельница, у нас с Неро, — она смущенно отвела глаза в сторону от стола настоятельницы и наткнулась взглядом на Солемниса, враз вся побледнев, — простите, я не знала, что вы заняты. Мы в следующий раз зайдем.       — Пустяки, — поспешно выпалил Солемнис, — мы все равно почти закончили. Вы мне не помешаете. — Он так хотел увидеть хоть кого-то нового, хотя бы одно незнакомое лицо, дольше, чем на пару мгновений.       Сестра посмотрела на настоятельницу. Та кивнула. Сестра приоткрыла дверь чуть шире и бочком протиснулась. Вслед за ней, держась за руку, вошел совсем крошечный малыш. Спарда помилуй, он был таким хорошеньким! Солемнис обожал детей. До того, как стать рыцарем, он постоянно помогал в приюте, нянчась с каждым, до кого могли дотянуться его загребущие ручки. Об этом мало кто помнил, так как Солемнис был стар, а с их родом деятельности многие не доживают до седин. Поэтому Солемнис не позволял своей натуре повредить своему имиджу. Но простое наблюдение за тем, как этот малыш уверенно топает вслед за сестрой, придавало ему столько сил, что он чувствовал себя готовым свернуть горы! Он готов был на всё ради счастья этих малюток. Собственно, поэтому он и стал рыцарем.       — Так, что вы с Неро хотели, сестра Тамара? — кивнула им настоятельница, будучи одной из тех, кто знал маленький секрет Солемниса.       Тамара наклонилась к Неро и с улыбкой кивнула ему, подбадривая. Неро, этот круглощекий очаровательный карапуз серьезно кивнул ей и сделал шаг вперед.       — Настоятельница, я хотел бы попросить у вас новые книги.       — Хм, — задумчиво потерла подбородок настоятельница, — мы действительно давно не пополняли детскую библиотеку. Ваше святейшество, не могли бы вы попросить прихожан поделиться чем-то с приютом, если это возможно?       — Конечно, настоятельница, — совершенно серьезно кивнул Солемнис, внутренне визжа как ненормальный от счастья. — Я передам приходу ваши пожелания.       — Это все, Неро? — уточнила настоятельница.       — На самом деле меня интересовала не детская библиотека.       Солемнис моргнул. Что?       — Да, как бы это сказать, — неловко поправила капюшон сестра, — Неро разделался с детской библиотекой еще полгода назад. Мы с сестрами разрешили ему пойти во взрослую, ну и… — она развела руками.       Солемнис снова моргнул.       — Не хочешь же ты сказать, что прочитал все книги из монастырской библиотеки? — нахмурилась настоятельница.       — Конечно нет, — фыркнул малыш, закатывая глаза — слишком взрослый жест, — я прочел только те, что интересовали меня больше всего.       — И что же это за книги?       Неро совершенно очаровательно залился краской. Он перечислил несколько названий, которые совершенно не вязались со столь юным личиком.       — Весьма… интересный выбор для такого юного читателя, — с немалым удивлением произнесла настоятельница. — И какие же тогда книги ты хотел бы видеть в библиотеке?       Неро тут же приосанился:       — Больше книг по общей физике или естествознанию. Может быть, что-нибудь про выживание в дикой местности и про изобретения. Вообще любое ремесло, от электроники до гончарного дела. Было бы здорово почитать больше истории… истории материка, я имею в виду. Я знаю все о Спарде, но я не знаю, когда человек впервые придумал меч! И я бы с удовольствием почитал об истории мечей и другого оружия. Возможно, книги о полководцах, о стратегиях и тактиках. Даже сказки и поэмы о материковых сражениях были бы полезны. — Взахлеб перечислял мальчик, загибая свои крошечные пальчики. — На самом деле я бы почитал даже простой букварь, будь он на другом языке.       Когда Неро замолчал, на комнату опустилась тишина. Сестра Тамара, красная как помидор, стойко охраняла спину Неро, пока настоятельница удивленно пялилась на мальчика.       Солемнис был первым, кто засмеялся. Громко, привлекая внимание, он утер выступившую слезу.       — Какой удивительный юноша передо мной. Неро, да? Воспитанник этого монастыря?       Тот развернулся к нему всем телом и кивнул.       — Солемнис, — представился он, сделав легкий кивок в ответ, — викарий Спарды и Ордена Меча. Ты знаешь, что это значит?       — Что в этом городе нет никого, кто был бы выше тебя по званию.       — Кое-кто все же есть, — усмехнулся Солемнис, — но на этом острове его не видели уже более ста лет.       — Спарда, — фыркнул мальчик.       — Не веришь в него? — вскинул бровь Солемнис.       — Предпочитаю знать, — слишком взросло для трехлетнего мальчика ответил Неро.       Солемнис довольно усмехнулся. Он едва сдерживал себя от того, чтобы затискать эти невероятно серьезные щечки. Однако ум этого крохи требовал пристального внимания. Не мог трехлетний ребенок читать такую литературу и разбираться в ней. Хотя, погодите, а он точно разбирается? Слова его были взрослыми и имели зерно логики, но понимал ли Неро хоть что-то из того, что говорил? Дети ведь были известны своей непосредственностью и невероятной способностью глаголить истину не осознавая ее.       Стоило провести небольшой тест, прежде чем что-то предпринимать.       Вытащив из-под воротника магический амулет, Солемнис показал его мальчику.       — Видишь это украшение? — маленькая капелька, заключенная между двумя полуспиралями. Ничем не примечательная на вид, она была похоже скорее на женское украшение. И тем не менее висела на его шее, рядом с его сердцем. — Глядя на него, что ты мог бы мне о нем рассказать?       Неро застыл с разинутым ртом. Проблема была в том, что он блядь нахуй точно знал, что это за хуйня такая. Какого хрена она висела на шее викария, понятно не было, так как сам Неро увидит ее еще не скоро. Должен был увидеть не скоро. Кирие отдала его ему на двадцатый день рождения, сказав, что нашла этот подарок за пару дней на пороге дома с подписью «для Неро». Он проверил его всеми возможными способами и не обнаружил ничего, кроме легкой пассивной защиты и едва ли активного заклинания усиленной регенерации.       В его время эта безделушка не продалась бы и на дьявольском рынке, так как в ней было слишком мало энергии. Но сейчас… она выглядела другой. Более наполненной.       Проблема была в том, что просто так выпалить об этом викарию Неро не мог. Тот явно проверял Неро, а значит, ему нужно подать свою цепь рассуждений максимально логично для мальчика, который собирается читать книги о стратегии и физике.       — Украшение выглядит женским, — сразу же зацепился Неро, — а если его носите вы, значит в нем есть что-то необычное. Я читал, что Спарда создавал много разных артефактов. Возможно, это один из них. Тот, который делает человека сильнее. Или умнее, — ехидно оскалился он.       Судя по блаженной улыбке, озарившей лицо викария, ответ Неро не показался ему оскорбительным. А жаль.       — Что ж, ты с блеском прошел мой маленький тест, — викарий спрятал амулет обратно под воротник. — Полагаю, ты заслужил награду.       Неро обрадованно подобрался.       — Но меня поразил твой неординарный ум, — Неро напрягся. — Поэтому я предлагаю тебе выбор, — Неро сглотнул. — Ты можешь согласиться на все те книги, которые прихожане пожертвуют в библиотеку. Или ты можешь согласиться на личное посещение моей собственной библиотеки. Один раз в неделю, на пару часов, только ты, я и все мои книги.       Неро нахмурился.       — Я могу узнать, какие книги у вас есть?       — Нет, — мотнул головой Викарий. — Это секрет Ордена.       Неро нахмурился сильнее. Он попытался вспомнить библиотеку Ордена. Кучи книг об оружии, демонах и расчленении второго путем применения первого. Но почему-то у Неро были сомнения в том, что викарий говорил об этой библиотеке.       С другой стороны, а что он теряет? Несколько томов «Ранних годов Спарды» или «101 морской узел»? А с викарием хотя бы поговорить интересно. Тем более что Солемниса он не застал.       Неро заледенел.       Солемнис умер до его рождения.       Какого хрена?       — М? — удивился тот. — Что-то не так?       А потом Неро снова посмотрел на его грудь, туда, где под формой был спрятан амулет. Возможно, эта вещица случайно оказалась на нем в тот нужный раз и действительно спасла ему жизнь.       Но тогда…       — Не будет ли мне опасно? — спросил Неро прямо, потому что трехлетний мальчик наедине с викарием это помимо прочего пиздец как подозрительно.       Солемнис нахмурился, а потом вскинул удивленные брови. В следующую секунду на его лице отразилась такая жуткая буря эмоций, что Неро на секундочку заблудился.       — Нет, Неро, — безуспешно пытаясь говорить дружелюбно, произнес Солемнис, — рядом со мной ты будешь в большей безопасности, чем где-либо еще. Это я обещаю. Клянусь своей жизнью и всем, во что я верю, рядом со мной тебя никто не обидит.       Ну, такая серьезность в обещаниях трехлетнему мальчику определенно внушала доверие. Поэтому Неро кивнул.       — Хорошо. Я согласен.