Последний знак

      Неро было четыре, когда Солемнис впервые дал ему в руки меч.       Деревянный, детский, легкий — такой, каким он должен был быть для ребенка его возраста. Но Неро посмотрел на него с явным разочарованием.       — Можно взрослый? — попросил он, стараясь звучать как можно более уверенно.       Солемнис поднял бровь, но после секундного колебания кивнул. Он протянул ему такой же деревянный тренировочный меч, но на этот раз в полный рост Неро. Неро взял его без колебаний — рука привычно обхватила рукоять, пальцы тут же нашли свое место.       Они стояли в тренировочном зале замка Фортуны. Высокие каменные стены, тусклый свет факелов, запах дерева, металла и пота — все это было так знакомо, но в то же время ново. В прошлый раз это были он и Кредо, тренировавший его. Ностальгия.       Неро чувствовал, как его сердце забилось быстрее. Он снова держал меч. Не Красная Королева, конечно, но этот тоже сойдет.       — Нападай, — сказал Солемнис, принимая боевую стойку.       Неро не стал ждать. Он двинулся вперед, меч в руке стал его продолжением. Он почувствовал, как тело само вспоминает движения, которые он делал тысячи раз в прошлой жизни. Удар, блок, шаг в сторону — все это он делал на автомате, как будто его мышцы помнили то, что мозг уже начал забывать. Солемнис — выше и больше, тот род противников, с которыми и привык сражаться Неро — едва успевал парировать. Неро не был быстрым — его тело было слишком маленьким для этого, — но он был точным. Каждый удар был рассчитан, каждый шаг выверен сотней предыдущих боев.       Через несколько минут Солемнис оказался на полу, его тренировочный меч выбит из рук. Он смотрел на Неро с ужасом в глазах.       Неро отступил, опустив меч. Он смотрел на Солемниса, чувствуя, как страх сжимает его грудь. Он перестарался. Дорвавшись до любимого занятия, он забылся и показал слишком много.       — Ты... — начал Солемнис, но Неро перебил его.       — Вам можно доверять? — спросил он, его голос дрожал, хотя он даже не запыхался.       Солемнис медленно поднялся, все еще не отрывая от него взгляда.       — Я не буду снимать с тебя ответственность этого решения, — сказал он, — но, если тебя это беспокоит, об этом инциденте я не буду ни спрашивать, ни говорить.       Неро сжал кулаки. Он знал, что это риск. Но он также знал, что Солемнис заслужил правду. Хотя бы ее часть.       — Я... внук Спарды, — выпалил он, чувствуя, как слова жгут ему язык.       Солемнис замер. Его глаза расширились, а затем сузились, как будто он пытался понять, шутит ли Неро. Но выражение лица мальчика говорило само за себя.       — Внук... Спарды, — медленно повторил он, как будто проверяя эти слова на вкус.       Неро кивнул, онемевший от переизбытка чувств.       Солемнис закрыл глаза, глубоко вздохнул, а затем открыл их снова. В его взгляде явственно читалась решимость, едва сопротивляющаяся его же тревоге.       — Хорошо, — сказал он. — Следуй за мной.       Он повернулся и зашагал прочь. Маленькие ножки Неро едва поспевали за ним. Они прошли через лабиринт коридоров, пока не оказались в одной из самых захламленных подсобок замка, которую Неро когда-либо видел. Пыль покрывала все вокруг: старые коробки, сломанную мебель, стеллажи, а за ними, вдали от входа, располагался ничем не примечательный альков, над которым была высечена надпись из пяти рун.       Неро посмотрел на нее, чувствуя, как его сердце пропускает удар.       — Что это? — спросил он, его голос был едва слышен.       Солемнис стоял рядом, его лицо было напряжено. Он вытащил из-под воротника тот самый кулон — каплю, заключенную между двумя полуспиралями. Неро уже видел его раньше, но только сейчас понял, что это украшение может быть куда функциональнее, чем он считал раньше.       — У каждого викария есть секрет, — начал Солемнис, его голос звучал тихо, но четко, — который передается от действующего главы к наследнику. Этот кулон — ключ. Там, — он убрал руку с кулона и указал на стену, — тайник, в котором Спарда хранит предметы, которые нельзя давать в руки людей... но которые могут спасти им жизнь в случае крайней нужды.       Неро посмотрел на стену, не замечая в ней ничего особенного. Просто каменная кладка, покрытая пылью, ничего больше.       — Альков, — продолжил Солемнис, — не просто стена. Это магическая дверь. И пройти через нее может только тот, кто обладает кровью Спарды, — он снова ткнул себя в кулон, — и ведает смысл рун, начертанных над ней.       Неро ошарашенно уставился на Солемниса и сглотнул.       — Если ты действительно его... внук, — Солемнис усмехнулся, но в его голосе не было и тени веселья, — тебе не должно составить труда пройти.       Неро не ответил. Он уставился на руны, не замечая, что стоит почти в кромешной тьме. Лишь краешек света от факела снаружи подсобки освещал их. Он не заметил, что Солемнис наблюдал за ним. Что Неро видел, где находятся руны. Мог разобрать их, тогда как сам Солемнис едва ли помнил, где именно они находятся.

***

      Взгляд Неро скользнул по рунам, но они казались такими... неправильными. Он попытался прочитать их по одной, что естественно не открыло никакого тайного смысла; затем по двойкам, которые уже знал. Ничего не выходило. Руны оставались просто закорючками, не складывающимися в единый смысл.       «Инстинкт, да?» — со вздохом подумал Неро, чувствуя, как внутри него поднимается раздражение. Он представил Спарду из легенд — великого воина, демона, который пожертвовал всем ради человечества. Нет, это явно не то.       Он подошел ближе и положил руку на сырой пыльный камень.       А потом он вспомнил Данте и Верджила. И если хоть капля их безбашенности досталась им от него, то Спарда был, без сомнения, самым безумным засранцем, которого Неро только мог себе представить. Значит, эта надпись должна была быть чем-то, что ни один другой демон не смог бы понять или воспроизвести. Что-то, что шло вразрез с их логикой, их инстинктами.       И тогда что-то в его голове просто щелкнуло. Фраза родилась сама собой. Не логически, как и предупреждал его Солемнис, а чем-то глубже, как будто… как будто она всегда, блять, там лежала.       — «Отдать все ради того, что дороже жизни», — прошептал он, слишком поздно сообразив. Магия пяти рун. Она высосет его миниатюрное чертверть-демоническое тело досуха.       «Нет, — усилием воли он отогнал панику, — это важно. Это важнее меня и всего остального».       И будто бы пройдя какой-то тест, Неро, почувствовав небывалый прилив сил и воодушевление, провалился прямо сквозь пыльный сырой камень в потусторонний магический карман.

***

      Они оказались в знакомом эфирном пространстве. Данте учил Неро пользоваться таким. Сам Данте хранил в таком же свои Дьявольские Руки. Чертовски удобно, хотя в случае Неро бесполезно — в его жизни была всего одна Дьявольская Рука, и ту оторвал отец.       Солемнис вошел следом, оглядываясь с видом человека, который давно не был дома.       — Не был тут много лет, — подтвердил он, его голос отозвался эхом, как будто пространство повторило за ним каждое слово. — Ничего не изменилось.       Неро огляделся. Вокруг царила тишина, нарушаемая лишь слабым гулом, который, казалось, исходил отовсюду и ниоткуда одновременно. В воздухе вокруг висели странные объекты — оружие, доспехи, артефакты, которые он не мог опознать. Все это парило на небольшом расстоянии от того, что Неро мог бы назвать полом.       — Что это за место? — спросил ради приличия Неро, не отрывая взгляда от странного меча, который висел в нескольких метрах от него. Его клинок копошился, словно был сделан из абсолютно черных червей, и тут же замирал, стоило Неро обратить на него пристальный взгляд.       — Магический карман, — ответил Солемнис. — Спарда отделил его от своего собственного эфирного пространства. Использовал как оружейную и хранилище полезных артефактов. Здесь есть множество Дьявольских Рук, которые могут пригодиться тебе для твоего развития.       Неро огляделся, а потом посмотрел на меч в своей руке, который так и не выпустил. Деревянный тренировочный меч казался здесь чем-то совершенно неуместным, но Неро уже проходил этот этап. Нет ничего надежнее человеческого упорства, а Данте может подавиться всеми своими Дьявольскими Руками. Неро не завидует. Не-а. Нет. Не дождетесь.       — Думаю, пока что мне и этого хватит, — сказал он, крепче сжимая рукоять.       Солемнис усмехнулся, но в его глазах читалось что-то похожее на одобрение.       — Уверен, что так, — произнес он с иронией.       Неро нахмурился. Он не верил, что Солемнис привел его сюда, только чтобы похвастаться или проверить его кровь или алчность. Здесь было что-то еще.       — Тогда зачем мы здесь? — спросил он, не отрывая взгляда от викария.       Солемнис огляделся, вдохнул поглубже и посмотрел на Неро.       — Помимо прочего, здесь есть стражи, — сказал он, указывая на яркие звездочки поодаль. — Пятеро демонов, чья сила растет в геометрической прогрессии. Спарда приходил сюда тренироваться с ними. Ну, так говорил мне мой наставник. Не уверен, что он сам был свидетелем этому.       Демоны. Сильные. Достаточно сильные, чтобы Неро мог тренироваться с ними, а не со слабыми людьми. Это звучало как действительно здравое предложение.

***

      Неро никогда так не ошибался.       Избитый, изувеченный, со сломанными костями, он был залит демоническим ихором с головы до пят.       …Его деревянный меч, сломался. Неро пришлось использовать руну, чтобы усилить осколок, превращая его в подобие короткого кинжала. Но даже это не помогало.       Демон, с которым он сражался, был чудовищно большим. Высокий, с шестью конечностями, кожей, покрытой чешуей, которая отражала свет, как зеркало. Его глаза горели желтым огнем, а из пасти, усеянной рядами острых зубов, капала ядовитая слюна. Он управлялся с огромным двуручным топором, который весил больше, чем чертов Солемнис! Каждый удар этого монстра сотрясал пространство вокруг, заставляя Неро отступать, едва уворачиваясь.       Битва была адом. Неро пытался использовать руны, чтобы усилить свои удары, но демон был слишком быстрым, слишком сильным. Неудачный взмах топора сломал Неро руку, удачный — едва не отрубил голову. Неро падал, поднимался, снова падал. Его тело кричало от боли, но он не мог остановиться. Он знал, что если остановится, то умрет.       И вот, в последний момент, когда демон схватил его, поднося к своей пасти, Неро извернулся и вонзил свой деревянный «кинжал» в незащищенное горло демона. Чудовище заревело, его кровь — демонический ихор — оросил все пространство перед собой, потом его тело начало распадаться, превращаясь в черный дым, из которого снова сформировалась звезда. Самая маленькая из пяти. Неро упал на колени, судорожно дыша, всхлипывая от боли и шока…       Мгновением спустя он обнаружил себя в руках Солемниса.       — Тише, мой мальчик, тише. Все хорошо. Ты молодец, — тихо приговаривал Солемнис.       Неро хотел ответить, но вместо этого только застонал. Солемнис достал флакон с зеленой эссенцией и влил ее в рот Неро. Почти мгновенно боль утихла, кости срослись, а раны затянулись, оставив только испачканного в демонической крови хнычущего сопляка.       — Молодец? Ты шутишь?! — выдохнул Неро, едва придя в себя. — Я блять нахуй только что чуть дуба не дал! — истерично взвизгнул он.       — Ты выжил и победил, — ответил Солемнис, как будто это было единственное, что имело значение.       — Слепая удача! Больше никогда! — закричал Неро, вырываясь из больших заботливых рук. Все его тело дрожало от адреналина и злости.       — Возможно, с этим стоит повременить, — кивнул Солемнис, поднимаясь на ноги. — Но ты ведь не станешь отрицать, что в свои четыре года пережил сражение, которое не осилил бы ни один известный мне человек?       Неро вдруг замер. С одной стороны, он действительно смог. С другой... в его голову закрались подозрения.       — Спарда победил и заточил их здесь. Он их хозяин. Но… что будет, если я проиграю?       Солемнис кивнул, как будто ожидал этого вопроса.       — Ты прав в том, что Спарда победил и заточил их здесь. Но заклинание настроено таким образом, что хозяин их — вошедший.       Неро сглотнул.       — Они вынуждены подчиняться, так как заклинание сильнее любого из них. Если появится такая необходимость, они могут выйти и сражаться на стороне людей. Однако… стоит хозяину вызвать их на бой и проиграть, как они тут же убьют его и покинут это место, обретя свою свободу. Естественно, украв все возможные артефакты для собственного усиления. В таком случае жители Фортуны, скорее всего, погибнут.       Неро чуть не выдрал волосы на своей голове.       — Почему ты не предупредил меня?! — закричал он.       — Да, возможно, я поступил немного самонадеянно, — признал Солемнис, ни капельки не раскаиваясь в содеянном. — Но на то есть две причины.       — Какие еще причины? — зло буркнул Неро.       — Мне показалось, что тебе жизненно необходим небольшой толчок.       — Толчок?       — Я не знаю, что с тобой произошло, но мне кажется, что с тобой случилось что-то плохое. Эта битва должна была вернуть тебе немного уверенности в своих силах.       Неро глупо моргнул.       Как, не зная ничего о Неро, Солемнис мог оказаться настолько правым? Теперь впору самому Неро пугаться невероятной прозорливости этого человека.       — А вторая? — неуверенно уточнил он.       — А вторая... я просто верил в тебя. — С улыбкой пожал плечами Солемнис.       Неро захотелось загрызть этого человека. Но вместо этого он только тяжело вздохнул, чувствуя, как ярость медленно уходит, оставляя после себя только усталость.       — Ты... — начал он, но не смог найти достаточно злости.       — Ты справился, — кивнул Солемнис. — И это все, что имеет значение. Но ты прав в том, что пока тебе рано справляться с такой опасностью без присмотра, — Солемнис задумчиво пожевал губу. — Да и в лес тебя одного никто не отпустит, а показывать твою силу кому-то еще я пока не намерен. Как же быть?       Неро нахмурился, не совсем понимая, к чему клонит Солемнис.       — Впрочем, на что только не пойдешь ради собственного внука, — развел руками Солемнис, ехидно ухмыляясь.       Сердце Неро пропустило удар. Он выпучил глаза, в панике пытаясь понять, где проебался и как выдал себя и Марию.       — Ну, так бы сказал Спарда, — с грустным смешком добавил он, позволив Неро выдохнуть. Старый черт.       — О чем вы вообще?       — Тебе нужна практика. Демоны. Более слабые, пока ты не вступишь в свою силу. Что-то, на чем ты сможешь отрабатывать свои приемы без моей необходимости присутствовать. Ну и где ты сможешь без опаски использовать руны, которые изучил. Очевидно, что единицы и двойки не вызывают у тебя проблем.       — Пятерка не вызвала, — ошеломленно произнес Неро.       — О нет, юноша, эти знаки особенные. Они не забирают твои силы. Они восполняют их.       Неро недоверчиво вскинул бровь, а потом вздохнул. Ну да, только Спарда мог придумать что-то настолько безумное. Впрочем, это интересно. Ему понравился один его дед, возможно второй тоже был не так уж плох. Хотелось бы ему узнать его поближе.       — Разве вы не нарушили какие-то клятвы, если рассказали об этом месте мне? — вдруг спросил Неро.       Солемнис вскинул брови, а потом на минуту провалился в размышления.       — Кроме того, что я не смог бы помешать тебе войти сюда? — протянул он. — Нет, не думаю.       — Но ведь вам разрешено рассказывать об этом только наследнику. Санктусу, я полагаю.       Солемнис тут же мотнул головой.       — Каким бы хорошим генералом он ни был, Санктус никогда не станет викарием, пока это зависит от меня. В том числе из-за этой комнаты.       — Не странно говорить такое о собственном ближайшем подчиненном?       — Санктус не плохой человек. Но ему кое-чего не хватает.       — Мозгов? — фыркнул Неро.       — Сердца, — просто ответил Солемнис. — Ему не повезло рано потерять родителей, а также жить в менее изобильные для Фортуны годы. Он знал много лишений, так что я могу понять его желание защитить других от этого опыта. Но некому усмирить его фанатизм.       Неро замер, удивленно уставившись на Солемниса.       — Что?       — Я… просто… я никогда не думал…       — О чем?       — О том, почему… злые люди становятся злыми. Он ведь… не так сильно отличается от меня.       — Да, пожалуй, — задумчиво хмыкнул Солемнис, — между вами разница всего в одного любящего человека.       Если бы у Неро не было Кирие. Если бы ее родители не усыновили его тогда. Если бы он все это время был один… он бы стал таким же безумцем, как Санктус?       Как Верджил?       Что-то подсказывало ему, что он был бы еще хуже.       — Хватит о грустном, — отвлек его от размышлений Солемнис. — И вообще, пойдем отсюда. Нам нужно придумать, как бы тебе поймать подходящего для тебя спарринг-партнера.

***

      Прошло несколько месяцев, прежде чем Солемнис смог организовать свой совместный с Неро поход в патруль. Основной проблемой стал даже не Санктус, а настоятельнца, которая молча сверлила Солемниса неодобрительным взглядом. Женщины…       Впрочем, им наконец-то удалось выбраться в лес. Рыцари косо смотрели на малыша, который, казалось, был здесь совершенно неуместен. Но Солемнис уверял их, что все в порядке, и они, хоть и неохотно, промолчали. Неро чувствовал их взгляды на своей спине, но старался не обращать внимания. У него была задача.       Они наткнулись на логово Ассаултов. Демоны, похожие на гибрид волков и ящериц, с клыками, острыми как бритва, и когтями, способными разорвать сталь. Из одной байки, которую ему рассказал Верджил, необычно для себя напившись, Неро узнал, что демонов этих создал сам Мундус в незапамятные времена, чтобы охотиться на людей.       По их проворству и повадкам было видно, что они не воспринимали людей всерьез. Но и рыцари были не лыком шиты. Они бросились в бой, разбираясь с основной кучей, пока Солемнис прикрыл Неро, чтобы тот мог сделать свое дело.       Неро сжал в руке артефакт-ловушку — маленький кристалл, который должен был заточить демона в его собственную «звезду». Он знал, что все, кроме, пожалуй, драки, в этом плане было рискованно, но другого выхода не было. Демон, которого он выбрал, был молодым, опасным и достаточно проворным для навыков Неро. И Неро действительно пришлось повозиться, прежде чем демон оказался достаточно слаб для захвата в ловушку.       Он едва успел прежде других рыцарей и все еще выглядел жутко помятым и грязным. Подозрительно, но рыцари продолжали молча терпеть такой глупый, по их мнению, фаворитизм.       Солемнис явно предполагал, что Неро будет тренироваться в магическом кармане, который он ему показал. Неро не стал его разубеждать, но оставил при себе, что уже успешно использовал собственное эфирное пространство. Оно было таким же, как и в его воспоминаниях о прошлой жизни. И здесь Неро мог тренироваться без ограничений, не боясь, что кто-то увидит его силу или он кому-то случайно навредит.       Кроме того, Неро решил не менять осколок деревянного меча на новый. Он попробовал починить его, используя руны, чтобы усилить обычную деревяшку. Поначалу это просто было игрой, сможет ли Неро или меч окончательно сломается и оставит его с голыми руками против злого и голодного Ассаулта. Неро даже в шутку прозвал его Пешкой. Но, к его удивлению, постепенно меч стал крепче, почти не уступая настоящему оружию. Из-за десятков боев дерево пропиталось демоническим ихором и собственной кровью Неро, став темно-красным, почти черным, и невероятно крепким, а трещины, словно у живого организма, зарастали к каждому новому бою.       Он продолжал учить новые последовательности рун и пробовать применять их в бою или повседневности, если это было безопасно. Как Солемнис и обещал, Неро стал запоминать больше за одну неделю. Особенно когда имел возможность отрабатывать их почти неограниченно.       Хотя бывали сложности. Сестры в монастыре начали задавать вопросы, куда он исчезает почти на весь день и почему возвращается в драной и заляпанной одежде. Неро решил эту проблему, перейдя на ночные тренировки. Он полностью снимал с себя одежду, чтобы не пачкать ее, и возвращался в постель, едва успев отдохнуть пару часов.       За это время Солемнис пару раз переносил занятия к себе домой. Он познакомил Неро поближе со своей родней. Дочерью Марией, племянницей Кристиной (которая, кстати, узнала его с первого взгляда, но скрыла это лучше, чем бледнеющая Мария) и еще несколькими людьми, каждый из которых норовил потрепать Неро за щеки.       Неро было пять лет, когда Солемнису надоело и он просто отдал ему книгу для изучения троек, взяв с него обещание оберегать ее как зеницу ока. Сам же викарий взялся обучать его другим предметам: этикету, тактике, политике и стратегии.       Мария пошутила как-то, что так часто видит Неро на коленях у своего отца, что тому уже в пору усыновить его.       Солемнис в тот раз серьезно задумался над этим. Даже спросил у Неро:       — Что ты думаешь об этом?       Неро был в шоке от вопроса. Он замер, чувствуя, как его сердце начинает биться быстрее. Потом задумался. Он только-только познакомился с Кирие. Даже если ее родители не усыновят его в этот раз, он хотел бы узнать ее получше. Хотел бы, чтобы она узнала его.       — Я думаю, пока рано, — наконец сказал он, звуча довольно смущенно.       Солемнис кивнул, будто в таком ответе не было ничего странного.       — А когда будет в самый раз? — спросил он, его голос звучал спокойно, но в глазах читалось что-то похожее на надежду.       Неро не хотел слишком торопиться, поэтому наобум бросил:       — Лет в девять, наверное.       Потому что именно тогда его усыновили родители Кирие.       Солемнис кивнул и продолжил занятие. Мария, счастливее обычного, снова покинула кабинет.

***

      Где-то в пять с половиной Неро понял, что запоминать последовательности рун — пустая трата времени. Был ли это возраст, его возросшая сила или демоническая магия, текущая в его венах, Неро мог просто взглянуть на последовательность и «понять», что она значит. Да, ему потребовалось чертовски много времени, чтобы понять, почему именно Солемнис просто отдал ему книгу со страницами, заполненными тройками рун без какого-либо пояснения. Обычно именно Солемнис рассказывал о значении того или иного сочетания. Но чем дольше они изучали, тем реже Неро требовались подсказки.       Теперь Неро просто листал книгу как очередной справочник, выискивая и зарисовывая самые интересные на его взгляд сочетания. Такие, которые могли бы пригодиться в бою или повседневности.       Да после того, как Пешка сломалась во время очередного боя, Неро впервые использовал тройку, чтобы вернуть ее к жизни. Ну, это не убило его, хотя оставило с ощутимой дрожью в коленях. Зато с тех пор Пешка не ломалась, а Неро с осторожностью пробовал интересные для себя последовательности.       Примерно в это же время Солемнис впервые попросил Неро о чем-то для себя.       — Ты хочешь, чтобы я тренировался с Санктусом?       Солемнис был необычайно хмур в последние недели, что нервировало Неро. Если уж этот жизнерадостный старик в плохом настроении, что-то было далеко не в порядке.       — Не пойми меня неправильно. Я не думаю, что Санктус ровня тебе. Более того, я уверен, что, если бы ты выложился на полную, ты бы сам мог научить его паре приемов. Однако я прошу тебя по другой причине.       Неро собранно кивнул.       — Что-то происходит. Что-то не очень хорошее. И мне нужен кто-то, кто мог бы присмотреть за Санктусом.       Неро напрягся:       — Присмотреть как защитить, или…       — Или, — с тяжелым вздохом признал Солемнис. — К сожалению, я не уверен, кто в ордене все еще лоялен. Редким людям я могу действительно довериться, но Санктус… сам понимаешь.       Неро вздохнул. Да, он понимал.       — Но станет ли он тренироваться со мной?       — Я прикажу ему.       Неро кивнул. Это была посильная задача, хотя ему предстоит сыграть очень тонкую и хитрую роль. Заинтересовать Санктуса своими навыками, показать «неограненный талант», но при этом не раскрыть истинных умений и опыта. Чертовски сложно, учитывая то, какие рефлексы он вбил в себя тренируясь с демоном, созданным для охоты и убийства людей.       — Я сделаю, что от меня требуется, — снова кивнул Неро.       Солемнис по-отечески тепло улыбнулся ему и потрепал по голове.       — Ты такой хороший мальчик, Неро. Мне так жаль, что я отнимаю у тебя детство всеми этими взрослыми разборками.       — Это ничего, пока я могу защитить свою семью, — просто ответил Неро, заалел щеками и поспешил добавить, — и людей, которые мне дороги.       — Оу, как мило, малыш, — протянул Солемнис, — я дорог тебе?       — Не заставляй меня об этом жалеть, старик, — пробурчал в ответ Неро.