Ген ALTA. Второй курс. Возрождение

Я благодарна вам, что вы ждете, пишете отзывы, которые очень интересно читать. Я бы даже рекомендовала перед чтением новой главы пройтись и почитать комментарии с размышлениями, интересными мнениями под прошлой главой. Большое спасибо, что делитесь своим видением того, что происходит в истории. Но я надеюсь что не только мне, но и вам самим очень интересно читать отзывы друг друга 💜 На этой неделе было много контента от Бантан, думаю вы не скучали в ожидании главы. Приятного чтения ✨🌷✨ __________________

***

      — Так тихо, даже жутко, — передергивает плечами Тэхён, оглядывая пространство вокруг.       — Да, замершая тишина как будто. У нас с тобой нет цели, куда идти. Есть какие идеи? — спрашивает Чимин, он тоже смотрит по сторонам, но пока картина одна и та же: черная земля, которая местами, как застывшая лава, и повсюду цветы с черными листьями и красными бутонами. Поверхность не везде ровная, а по сторонам видны разной величины холмы.       — Как кувшинки смотрятся, только на земле, — говорит Тэхён, кивком показывая на растения. Он озирается, ежится, видит, что и Чимин также поступает: очевидно, что ему тоже некомфортно.       — Лучше уж без них было бы. Они выглядят, как кровавые пятна.       — А так вообще все чёрным было бы, поэтому хорошо, что есть цветы, — не соглашается Тэхён.       — Природа? — не выдерживает Чимин и тихо посмеивается.       — Она самая, — улыбается Тэхён, и обстановка сразу становится не такой жуткой, атмосфера разряжается, и ребята начинают шагать более расслабленно.       — Наверное, мне стоит позвать кое-кого. Я обещал не рассказывать, но мы сейчас в её мире, и есть шанс, что она поможет, — начинает неуверенно говорит Тэхён и поглядывает на Чимина, чтобы поймать его реакцию. А тот резко вскидывает голову и цепляется за Тэхёна пытливым взглядом: — Ты о ком? Зови, конечно, кто бы это ни был.       — Аниея, Аниея, — не тихо, но и не громко говорит Тэхён, и при этом все равно оглядывается, вдруг здесь лучше не кричать.       — Какое имя необычное, — отмечает Чимин.       — Она и сама необычная. Думаю, ты удивишься, — улыбается Тэхён.       Два друга идут дальше, вид все такой же: кроваво-красные кувшинки на черной лавовой земле.       — Не услышала может? — спрашивает Чимин.       — Здесь свои порядки. Аниея говорила, что им мало земли оставили для обитания. Везде живут мрачные существа, так что мы, видимо, идем как раз по этой территории и надо быть осторожнее, — говорит Тэхён и тут же добавляет, — наверное, она не может к нам прийти, будем надеяться, что позже получится. Но она точно знает, что мы здесь, в Нижнем мире.       — Откуда такая уверенность? — любопытничает Чимин.       — Она должна была слышать, что я её звал, не спрашивай, я не знаю, как это работает. Ну и я уверен на сто процентов в Тэтэ, — издает смешок Тэхён.       — Ох, Тэтэ! Он там наверху точно наводит шороху сейчас, я не сомневаюсь. Как у тебя всегда получается удивлять. Вот кто бы знал, когда ты успевал всё? Столько тайн вокруг тебя, — Чимин хлопает по плечу Тэхена.       — Да какие тайны... — лопочет Тэхён.       — Не скромничай! — тут же говорит Чимин и опять хлопает по плечу Тэхёна и поднимает другую руку, чтобы показать подушечку большого пальца. — Здесь один из шрамов — это обет за тайну с Тэтэ. И это малая часть всего удивительного, что происходит вокруг тебя. Да, то, что мы здесь, — хрюкает от смеха Чимин, — уже достаточно!       — Заметь, — Тэхён толкает локтем в бок Чимина, — ты тоже здесь.       — Вот это действительно непонятно!       Парни идут какое-то время, как вдруг Чимин говорит: — Посмотри по сторонам. Тебе не кажутся странными эти все холмы? Пойдем глянем, что за ними.       — А что в них странного?       — Не знаю. Но они как будто в одну линию идут, видишь?       Тэхён кивает, останавливается и ещё раз осматривает всё вокруг, стараясь выцепить и обозначить все детали.       — Похоже на долину, — предполагает Чимин.       — Это русло! — удивленно вскрикивает Тэхён. — Мы идем по пересохшему руслу реки. Смотри, вот и камни здесь более гладкие, они были сточены водой. И кувшинки эти алые, но это все равно кувшинки, а они любят влагу.       — Да какая тут влага, одна чернота выжженная.       — Но мы же не знаем, как выглядит Нижний мир. Может, здесь реки черные — это норма.       — Логично, и да, мы на самом деле ничего не знаем. Выберемся наверх из этой типа реки и посмотрим, что там?       — Полезли, — соглашается Тэхён, и они решительно направляются в сторону холмов.       На Физподготовке все соки из студентов выжимают совсем не зря, и парни забираются на ближайший к ним холм быстро и усталости ни капли не ощущают.       Перед ними открывается уже другая картина: привычного цвета земля, вокруг серые, местами черные камни, небольшие пучки растительности с черными листьями и коричневыми стеблями, а сверху свисают корни деревьев, что создает ощущение своеобразного леса.       — Так странно всё, — подытоживает Чимин, глядя вперед.       — Это Нижний мир. Здесь не может быть также, как у нас, — говорит Тэхён.       — Это понятно. Сам не знаю, что я ожидал. Ладно, все равно круто. Мы первые, кто здесь очутились, — с ноткой гордости говорит Чимин.       — Осталось понять, как выбраться. Предлагаю идти вдоль русла реки. Куда-нибудь да выйдем, — озвучивает предложение Тэхён, ещё раз покрутив головой в разные стороны и оглядев всё вокруг.       — Согласен, идем, — кивает Чимин.       — Аниея, Аниея, — говорит Тэхён, чуть ждёт, вздыхает и продолжает идти.       Чимин, смотрит на Тэхена, трогает кинжалы, которые висят справа и слева в ножнах, затем переводит взгляд вперед       — Раз нас дерево отпустило, значит, выход есть. Осталось его найти, — вселяет уверенность Чимин в Тэхена. Да и в себя тоже.       Ребята идут какое-то время, изредка перекидываясь словами, огибают свисающие корни деревьев:       — Насколько территория Нижнего мира соответствует Среднему? Наверху это наш лес, а корни этого леса вот они? Тогда если мы идем от дерева на север, то выйдем скоро к общежитиям, а там особо деревьев нет, — размышляет Чимин и обходит очередную плеть светло-коричневого цвета.       — Осталось разобраться, в какую сторону мы пошли, а это вряд ли возможно, — поддерживает разговор Тэхён. — Здесь по-своему красиво и необычно. Даже в некоторых местах есть цветы на корнях деревьев, они хоть и тоже коричневатых тонов, но оживляют вид.       — Может, все-таки надо по самой реке идти? — спустя пару минут спрашивает Тэхён       — Не знаю. Но здесь мы хоть как-то скрыты, а по руслу нас видно за километр. Это безопаснее.       — Слышишь? — шепчет Тэхён и бессознательно увеличивает шаг, чтобы оказаться ближе к Чимину.       — Слышу. Идем чуть быстрее, старайся тише двигаться, — очень тихо говорит Чимин.       Тэхён тут же пытается расслабить икры ног, как они проходили на Физподготовке, так как напряженные мышцы создают больше шума. И теперь начинает шаг с мыска, переставляя его на пятку, чтобы идти тише. В итоге ребята совсем замирают, стоят так несколько минут, и противный шипящий скрип-скрежет затихает по левой стороне. Тэхён выдыхает с облегчением: — Что это было?       — Вряд ли я смогу тебе ответить, — отвечает Чимин, не убирая ладоней с рукояток кинжалов в ножнах. — Ладно, пошли дальше.       — Пойдем, так и продолжим идти вдоль по руслу реки, да? — спрашивает Тэхён, оставляя минимальным расстояние между собой и Чимином.       — Да, это лучший вариант. У нас хотя бы будет ориентир.       — И мы сможем вернуться в дерево, если что, — бормочет Тэхён.       Сейчас хоть и старается идти рядом с другом, но тем не менее он с интересом разглядывает окружающее пространство, как, впрочем, и Чимин.       Они идут уже больше часа, русло реки всё так же по их правой стороне, корни деревьев то становятся гуще, то практически сходят на нет, и тогда высоко наверху просто земля.       — Почему здесь светло? — вдруг задает вопрос Чимин.       — Действительно. Непонятно. Но это другой какой-то свет. Не сравнить с солнечным, — говорит Тэхён, которого выдернули из созерцания этого мира.       — Конечно, нет. Но интересно. Что это светит, почему здесь не темно. В шахты мы спускались, там искусственный свет, нами технически созданный. А тут что? — Чимин огибает очередной корень и перед парнями открывается небольшая поляна, на которой растут красные цветы. — Оу. Ликорисы?       Тэхён в изумлении останавливается, с широко раскрытыми глазами садится на корточки, и, как обычно, он любит сделать, легко и невесомо, едва дотрагиваясь, ведет рукой по лепесткам цветов.       Чимин всегда замирает на таком и боится дышать, ведь издать громкий звук и помешать в этот момент, словно прервать священный ритуал. Иногда Чимину кажется, что и природа замирает и … наслаждается нежнейшими прикосновениями этого удивительного человека. Человека ли? Чимину страшно себе признаться, но он чувствует своего рода благоговение или трепет перед Тэхеном, что он какими-то струнами своей души, а может и тела знает, что должен защищать его. Вероятно так работает круг? Но почему тогда к остальным друзьям именно такого внутреннего волнения он не ощущает? Потому что Тэхён кажется слишком искренним и таким беззащитным?       Резкий вскрик Тэхена разрезает пространство, Чимин тут же оказывается рядом и видит, как Тэхён держит себя рукой чуть выше правого запястья, а к самому запястью присосались лепестки ликориса.       — Черт, Тэхён, отдирай этот цветок! — Чимин садится рядом, и протягивает руку к ликорису.       — Стой, подожди. Мне не больно. Не больно. Давай подождем. Для чего это он так, просто подожди, — говорит ошеломленно Тэхён и не сводит глаз с лепестков цветка на руке. — Как бы странно это ни звучало, я не думаю, что оно хочет причинить мне вред. Пусть оно и высасывает сейчас мою кровь.       — Что-о? Блин, Тэ, давай отдирать! — ошарашенно говорит Чимин.       — Нет, — безапелляционно говорит Тэхён.       И вот в этот неподходящий момент, Чимин улыбается. Вот как это сочетается в одном человеке? Сейчас никто не смог бы сказать, что Тэхён тот, кого нужно защищать.       — Ты это видишь, Чимин? Ты это видишь?       — Да, вижу. Это… это… — не находит слов Чимин, видя, как лепестки ликориса постепенно становятся белыми, как будто весь красный цвет уходит в стебель, а потом и в корень.       Оба замирают и смотрят, как из основания стебля, где он соприкасается с землей, начинает расти ракушка. Она становится больше и больше, Чимин легонько дотрагивается до руки Тэхена и спрашивает:       — Ты знаешь что это? Может, в твоих книжках о растениях об этом где-то было написано?       — Нет. Не написано. Мне сложно объяснить, но я чувствую от цветка, что мне не надо бояться, оно делает что-то хорошее, — Чимин слышит голос Тэхёна, а сам не отрываясь смотрит на ликорис.       — Замерла. Больше не растет эта штука, — шепчет Чимин.       — Смотри, рядом цветы тоже белеют, — тихо говорит ему Тэхён.       И правда, Чимин обводит глазами ликорисы и видит, что один ряд цветов вокруг такой же белый. Раздается тихий щелчок, и ракушка открывается.       — Что это? Жемчужина? — спрашивает Чимин.       — Похоже на нее, да. Только кроваво-красного цвета они не бывают, — говорит Тэхён и осторожно протягивает руку к ракушке, которая, как оказывается, с небольшими шипами по краям и внутри она такая же алая, как и сама жемчужина, которая находится точно в центре. Тэхён аккуратно дотрагивается до нее, и она тотчас же отделяется и катится по створке, но совсем недолго, так как оказывается на ладони у Тэхена.       — Внутри нее маленький бутон ликориса, — поднимает свои глаза на Чимина Тэхён, — смотри. Какая красота…       — Что это и для чего, вот что максимально любопытно, — практичность и рациональность Чимина, как обычно, побеждают, но он не в меньшем восторге разглядывает красную прозрачную жемчужину, внутри которой виднеется алый ликорис.       — Когда-нибудь узнаем, — говорит Тэхён, — а пока ее надо убрать и хранить.       Тэхён проводит нежно по цветам и тихо шепчет слова благодарности. Бутоны чуть раскачиваются в разные стороны, жаль, что они не могут видеть две пары изумленных глаз, которые с таким восхищением сейчас на них смотрят.       — На ремне есть небольшой подвесной кармашек, уберу туда, — произносит Тэхён и встает, Чимин поднимается вслед за ним.       Они покидают это место, оставляя поляну красных цветов и небольшое белое пятно из десяти ликорисов.       Их путь продолжается, русло реки немного уходит в сторону, верхний лес из корней деревьев редеет, становится свободнее, и они могут быстрее идти, и, видимо, это очень хорошо, так как они снова слышат противный скрип-скрежет, который раздается за их спинами вдалеке.       — Может это что-то на поляне? — Чимин не знает, но он абсолютно прав. Сейчас одно существо стоит и смотрит на белые ликорисы и шевелит небольшими усиками-рожками, которые расположены у него наверху тела, именно они издают это противный звук, и он становится все громче.       — Идем быстрее, — озираясь, говорит Тэхён и ускоряет шаг.       Парни хоть и пошли сразу же быстрее, но сейчас они понимают, что их догоняют.       — Их больше чем один. Слышишь сколько стало этого скрипа? — спрашивает Чимин, он уже не заботится о том, чтобы говорить тише, так как очевидно, что эти существа близко.       — Бежим? — и Тэхён переходит на легкий бег.       — Бежим! И быстрее, — Чимин значительно ускоряется и смотрит за Тэхёном, чтобы тот не отставал.       — Не оглядывайся! Слышишь? Ни в коем случае не оглядывайся!!! — кричит Тэхён, который вспомнил рассказ пикси о мрачных существах, и сейчас ему что-то подсказывает, что это именно они. Чимин кивает, показывая Тэхёну, что понял его. Они становятся быстрее и все больше смещаются к руслу реки, так как там меньше растительности и передвигаться удобнее.       Скрип-скрежет, удары собственного сердца и дыхание — вот что слышат Тэхён и Чимин, которые бегут вперед.       — Не оглядываться, — твердит Тэхён.       — Я понял, понял. Береги дыхание, молчи, — произносит на выдохе Чимин. — Давай, ещё быстрее. Можешь?       Тэхён вместо ответа увеличивает темп, но Чимин видит покрасневшее лицо, дрожь в ногах и понимает, что Тэхён бежит уже на пределе своих возможностей и долго поддерживать такую скорость не сможет, но, наверное, и смысла в этом нет, так как звук все ближе и ближе. Очевидно, что убежать они не смогут.       Мысли Чимина скачут одна за одной, как он останавливается, хватает Тэхёна за руку и говорит: — Стоп. Наш бег бесполезен. Стой.       Тэхён замирает, старается отдышаться, пока есть время, скрип все ближе и ближе. Он уже за спиной. Мурашки идут по коже у обоих, но они боятся посмотреть друг на друга, так как для этого надо повернуть голову. Скрип затихает, но движения все равно слышны. Оба взмокли, и оба спиной ощущают, что существа буквально стоят за ними.       Чимин делает шаг. Тэхён повторяет. Существа за ними. Ещё шаг. Еще.       — Это была ошибка, — в тихом голосе Чимина звучит горечь.       Оба слышат скрип по сторонам, существа хотят их обогнать, тогда они смогут посмотреть парням в глаза.       — Бежим, — кричит Чимин, и они срываются с места.       Противно скрежещет громкий скрип, и несколько существ оказываются впереди. Чимин рывком достает свои кинжалы из ножен, скрещивает перед собой руки, готовый в любой момент одним слаженным движением двух рук ударить кинжалами. Он сейчас на шаг впереди Тэхёна, специально оставляя его за своей спиной.       Чимин смотрит на существ, которые разглядывают их полностью черными глазами, усики-рожки на голове шевелятся, издавая этот противный звук, когда соприкасаются друг с другом. Голова у этих существ вытянутая, глаза овальные, шеи нет, сразу начинается тело, и оно укрыто все, словно крыльями, как у летучих мышей.       — Какие яркие, какие цвета, — скрипит существо.       — Молодые, — скрипит второе.       — Спящие, не проявившиеся, — скрипит третье.       — Заберем — скрипят сразу несколько.       — Мы хотим вернуться в свой мир. Пропустите нас, нам здесь ничего не надо, — говорит Тэхён.       — Ты уже взял то, что принадлежит этому миру, — скрипит одно существо с более длинными усиками-рожками.       — Я отдал взамен свою кровь, — говорит Тэхён.       — Ха-ха-ха, а нам отдашь? — со всех сторон раздается ритмичный скрежет, и парни видят, как трясутся существа, скорее всего, от смеха.       Чимин делает решительный шаг вперед, и два кинжала разрезают тела впереди стоящих, черная жижа хлещет рекой, Чимин моментально делает второй шаг и повторяет свои действия и новая порция черной крови оседает брызгами на лице, одежде и руках.       Чимин сжимает челюсти, он чувствует секундную резкую боль на руке, и внезапное удивление расширяет грудную клетку, где сердце замирает, переставая отбивать ритм. Его браслет-меч впивается в кожу, и из острия в тело вытекает черная как сажа капля, которая начинает ползти под кожей и расплываться черными письменами.       — Он тот…— шипит какое-то существо, в нерешительности делая шаг назад.       — Он тот, кто… — шипит еще одно существо, пятясь в сторону.       — Нападать! — скрипит существо с длинными усиками-рожками. — Мы сражаемся только с одним. Второй не сможет поднять руки. Посмотрите на цвет его линий.       Чимин на секунду оборачивается на Тэхена, видит, как желваки играют на его челюсти, но при этом в зеленых глазах плещется отчаяние. Чимин подмигивает, подбадривая, отворачивается и идет вперед, взмахивая руками. Он чувствует, как сила хлещет по мышцам, адреналин шарашит внутри, а на лице, руках и одежде появляется все больше и больше черной жижи.       Чимин не понимает, чем нападают эти существа, но когда он подпускает их слишком близко к себе, не успевая отбить, как кожу пронизывают ожоги и начинает струиться кровь, но черные письмена внутри множатся, и словно штопают рану, восстанавливая даже кожу.       Чимину некогда удивляться всему, он будет это делать позже, сейчас он полностью сосредоточен на том, чтобы жить и убивать этих существ, ведь он защищает не только себя, но и друга, который сейчас находится за его спиной. Поэтому очередной взмах рук и шаг вперед, взмах рук и шаг вперед.       Тэхён смотрит в ужасе по сторонам. Он выхватывает свой кинжал, но тут же замирает с ним. Убить? Убить живое? Тэхёна разъедает внутри, в животе боль ползет и жжет, медленно добираясь до груди, Как можно убить? Лишить жизни. Как он может? Это же живое, оно дышит.       Но это живое пытается уничтожить. Его друга. Разве Тэхён может оставаться в стороне? Чимин бьется сейчас. За них двоих! А Тэхён никак не соберет волю в кулак, и от этих мыслей становится больно физически. Он сможет. Надо просто поднять руку. Просто. Поднять. Руку.       Тэхён зажмуривает глаза, но его душит страх, что он почувствует через кинжал, как острие войдет в тело, в котором бьется жизнь, заберёт её… и рука не поднимается. По его щекам струятся слёзы, разочарование начинает есть, съедать всё внутри, и ядовитая желчь липко стекает из глотки, не давая сделать вдох. Он садится на корточки, склоняя голову к коленям, обхватывает её руками и кричит.       — Тэхён, черт, Тэхён, — на секунду оглядывается Чимин, хотя это ему может дорого стоить. — Ты как? Тебя ранили? Тэхё-ён, — переходит на крик, при этом орудуя кинжалами, его одежда уже полностью пропитана черной кровью, но он этого не замечает, а лишь режет, вспарывает, вонзает…и слышит приглушенный крик Тэхена за своей спиной.       «В руне Уруз ᚢ заключена первобытная энергия Земли — неистребимая жажда быть, формообразующая энергия природы, которая выживает в любых условиях и вопреки всем попыткам её уничтожить. Когда старые формы себя изживают, она перестраивается и образует новые структуры. Таким образом, энергия Уруз — это непобедимая, грубая, примитивная и невероятно мощная сила. Руна Уруз символизирует силу, выносливость, стойкость и умение приспосабливаться к изменяющимся условиям. На более высоком плане Уруз воплощает собой целительную энергию — процесс восстановления физического тела и восполнения сил. — говорит Чимин.       — Руна Уруз ᚢ учит нас терпению, выдержке и отваге, а также умению проявлять агрессию в нужное время и в подобающих обстоятельствах. Так-то агрессия — это, конечно, зло, — добавляет Юнги.       — Не скажи — не соглашается Тэхён — В нашем обществе агрессивность воспринимается как сугубо негативное качество. В людях воспитывают кротость; и как итог слабые могут править сильными, иногда отказывая им в праве на силу. Однако агрессию можно рассматривать и как созидательную энергию — как силу, которая разрушает устаревшие формы и творит новые. И ведь агрессия может проявляться как инстинкт выживания, как бессознательная сила, побуждающаяся нас бороться до конца и выживать, несмотря ни на что. Уруз ᚢ — это воля к жизни, первобытное побуждение к бытию и становлению. Она тесно связана с ростом и преодолением препятствий в испытаниях и борьбе, с мощью самоутверждения и отстаивания своих прав на личное пространство.              Это воспоминание вихрем несется в мыслях Тэхена.       ᚢ Уруз. ᚢ Руна старшего Футарка. ᚢ Руна на его аватаре. ᚢ Руна, которую он когда-то выбрал. ᚢ Руна, на которую так сильно отзывается все его существо.       Секунда, Тэхён делает вздох, поднимается, вытирает рукой слезы, решимость огнем полыхает в глазах, он поднимает кинжал, на зеленом клинке которого играют блики, второй рукой задирает свою футболку, и четким движением руки начинает вести руну Уруз ᚢ на месте солнечного сплетения.       Кожа горит огнем, кровь, которая тонкой линией стекает по животу, шипит и пузырится красным. Тэхён морщится, но молчит, лишь крепко сжимает зубы, ещё одна полоса и руна будет завершена, и вдруг он видит, как с лезвия его кинжала плавно перетекают зеленые капельки прямо в рану, тают там, расплываясь несколькими зелеными оттенками, и запечатывают рану. Последний штрих и руна ᚢ Уруз завершена.       Решительность, сила разгоняются и несутся по каждой клеточке Тэхёна, он трясет головой, поднимает ее, выходит из-за спины Чимина и взмахивает своим кинжалом.

***

      А в это время на Кедровой линии, 56, маленький малыш-кобольд лежит на кровати.       Он, как и Тэхён минуту назад, вытирает слезы со своих глазок и хватается рукой за живот, сгибается пополам и тихо стонет. Следующим движением резко катится по кровати, падает с нее, при этом улетая в свое пространство, активно машет крылышками и летит к яме.       Ким Сокджин, включив на максимум свое магическое зрение с выжженной на руке руной «Видение невидимого», бежит по лесу от дома Тэхена за мелькающими черными крылышками.