четвёртое.
12 апреля 2025 г., 14:54
на кухне стояла тёплая, почти сонная тишина. солнце мягко лилось через окно, окрашивая стены в мёд и карамель. воздух был густ с ароматом топлёного масла, ванили и чуть подгоревшего сахара — космо передержал первую партию печенья, но никто не должен был узнать. он аккуратно перевернул противень, надеясь, что чуть золотистый низ не вызовет вопросов.
всё должно быть идеально.
отвлечь самого себя.
всё — для них.
он нервно покосился на часы. до прихода остальных оставалось чуть меньше пяти минут, но он уже слышал шаги — лёгкие, будто под музыку, и один шаркающий, как у того, кто не привык спешить.
сначала зашла вии — мерцающий телевизор без сигнала, но с мягкой, почти дерзкой уверенностью в походке. она влетела, как гроза в солнечный день.
— космо) — весело и протяжно произнесла она. — это снова ты колдуешь? аромат стоит на весь дом!
космо застенчиво поправил фартук.
— просто печенье… — тихо ответил он. — добавил немного карамели. и корицы. всего понемногу, — теплая улыбка.
вии подошла ближе, уже собираясь что-то сказать, как в дверях появился финн — с вечно сырым ведром в руке, вода из которого весело бултыхалась на каждом шагу. его аквариумное тело отсвечивало бликами, и с ним, как всегда, оставались лужи.
— ААААА! — заорала вии, отскакивая. — ФИНН! БЛИН, сколько раз я тебе ГОВОРИЛА?! не подходи ко мне с этим МОРЕМ внутри!
— ну давай, — заливисто рассмеялся финн, качнув ведро поближе. — одну капельку... пшшш! — он сделал вид, что плеснул, и изобразил руками взрыв.
— ты сделаешь из меня ТОСТЕР! — зарычала вии, в панике отпрыгнув назад. её экран мигнул от возмущения. — я коротну прямо здесь, на месте! и ты будешь виноват! будет хруст и дым, а потом знаешь что? никаких ТЕБЕ сериалов!
— буб-буб-буб, — передразнил её финн. — всё ты преувеличиваешь. я рыба, а не шланг.
он сел, ставя ведро аккуратно на пол, но вода всё равно немного выплеснулась. вии сразу отодвинулась ещё дальше, укрываясь за космо, как за щитом.
— я буду жаловаться, — пробурчала она. — где-то должен быть закон про близость аквариумов к электронике. хотя бы на уровне морали!
— я его люблю, — пропел финн, тыча себя в грудь. — этот свой водный скафандр. он — моё тело. не моя вина, что ты электромилашка.
— я не ....ГХРР! Я ТВОЯ СМЕРТЬ на кнопках! — буркнула вии, но лицо у неё стало мягче, и она села за стол, только тихо ворча под нос.
следом, тихо и спокойно, как всегда, вошла брайтни. она была светом среди этого шумного балагана — спокойной лампой, которая не требовала внимания, но которой все доверяли.
— у вас тут, как обычно, — с доброй улыбкой заметила она. — словно снова пятнадцать разных ток-шоу в одной комнате.
— а ты декоративка в центре всего этого, — подмигнул ей финн. — признайся, у тебя на полках досье на всех монстров. и на нас))).
— почти, — ответила она, присаживаясь. — я просто люблю понимать, с кем имею дело. монстр с зеркалами, например, боится рассеянного света. а ты, финн... похоже, боишься только трезвого рассудка.
— ха! — воскликнул финн. — вот за это я тебя и уважаю, лампа!
космо всё это время молча разливал чай. слушал. ловил каждое слово, каждый жест, запоминал, как кто смеётся, кто как садится. кто ближе, кто дальше. в этом хаосе он находил уют.
но он знал — уют хрупкий.
он почувствовал его ещё до того, как дверь открылась. этот холодок по спине. тяжесть в воздухе.
и действительно — шаги.
тихие.
прямые.
спокойные.
вошёл спраут.
— привет, команда, — бодро сказал он, оглядывая всех. — о, печенье! космо, это снова ты?
космо замер. он даже не обернулся. только пальцы дрогнули. одна печенька соскользнула с тарелки, ударилась о край и не разбилась — как и он. просто осталась лежать. тихо. беззвучно.
— прекрасно пахнет, — сказал спраут, будто ни в чём не бывало. — особенно, когда ты рядом, космо.
он говорил всем. но смотрел только на него.
космо не ответил. не обернулся. просто стоял, словно прирос к полу.
вии бросила косой взгляд сначала на него, потом на спраута, потом снова на космо — но ничего не сказала.
финн хмыкнул, выуживая ещё одно печенье.
брайтни приподняла бровь, но лишь добавила.
— мы планируем забег. обсуждаем, кто идёт на какой этаж. тебе это интересно?
— конечно, — ответил спраут. — особенно если космо пойдёт с нами.
космо не ответил.
он просто стоял, держа в руках пустой поднос, будто это щит. и никто, кроме спраута, не замечал, как у него дрожат пальцы.
они оба играли.
он — в молчание.
тот — в беззаботность.
между ними — ничего.
ни прикосновений.
ни слов.
только невидимая тень.
тяжёлая, как ком в горле.
а печенье, всё ещё тёплое, казалось приторным. как будто сахар стал пылью.
за окном мягко ползли сумерки.
луч остывающего света касался кухонного пола, вытягивая длинные, яркие тени. на столе между чашками с чаем и уже наполовину опустевшей тарелкой с печеньем вдруг оказалось тесно — туны приходили один за другим, заполняя пространство теплом, шумом и своими особенностями.
первым вбежал губ — шумный, слишком высокий, с руками, что болтались по сторонам, как нити воздушного змея. он чуть не сбил чашку вии, ткнулся плечом в косяк, от чего встряхнулся весь, как мокрый пёс.
— хе-хе, ой! пардон, пардон! — хохотнул он, усаживаясь рядом с финном, — у меня сегодня "день невидимых дверей", ха!
за ним, почти неслышно, на кухню заглянул бокстен. фиолетовая шкатулка с банданой неловко топтался у входа, будто боялся, что шумная компания не заметит его… или наоборот — что заметит слишком сильно.
— можно я тоже… к вам?.. — спросил он, пряча взгляд под крышечкой.
— бокстен! — закричал губ, радостно вертя руками по бокам. — ты же как раз тот, кого не хватало! давай сюда! садись! мы как раз планируем... этот, ну... как там... забег! забежим! забежимся!
— забег, — поправила его брайтни, с улыбкой.
все немного потеснились. вии фыркнула, защищая своё личное "пространство от воды", но никто не возражал. космо тихо придвинул к бокстену кружку с фруктовым чаем. бокстен моргнул, как будто не ожидал такого жеста, и быстро кивнул, кутая руки в рукава.
обсуждение шло своим ходом.
финн с энтузиазмом предлагал самый опасный маршрут — через десятый этаж, где обитают "те, у кого нет лиц, но есть уши", как он выразился.
вии назвала его идиотом.
губ заявил, что он мог бы забраться на самую крышу башни и громко кричать, чтобы отвлечь монстров от других. только знал бы, где у неё лестница..
брайтни предлагала идти осторожно, с картой и ночёвкой в безопасной зоне. все спорили, смеялись, размахивали руками — кроме двоих.
спраут сидел рядом с космо. ближе, чем нужно было для разговора.
он почти не говорил. только смотрел. то на на других, то на стол, но чаще — краем глаза — на космо. на его тонкие пальцы, чуть дрожащие от напряжения. на аккуратно заправленные волосы. на плечи, которые неестественно напряжены, даже в этой атмосфере уюта.
в какой-то момент, когда разговор утих, когда вии спорила с финном насчёт палаток и еды, спраут чуть сдвинул руку. его пальцы, тонкие и мягкие, как лепестки, почти коснулись ладони космо. почти.
космо вздрогнул, как от холода. на лице ничего не отразилось, но он медленно, как будто нехотя, отодвинулся на пару сантиметров. не резко. почти незаметно. но это было движение.
ответ.
он ждал ответа.
хватило.
спраут отвёл взгляд. ему не нужно было больше. в этом молчании было всё.
— мы можем устроить пикник, — предложила брайтни, ставя чашку на блюдце. — завтра. на поляне за мостом. там почти нет тумана утром. и никто не отвлечёт нас.
— я возьму удочку, — сказал финн. — может, поймаю свою вторую половинку.
— если это намёк, я тебя утоплю, — отрезала вии.
все рассмеялись. даже бокстен — тихо, чуть покашливая. губ хлопал себя по коленям, чуть не перевернув стул.
космо тоже улыбался. всё это — шум, свет, разговоры, запахи, оживлённые жесты — размывало страх. делало его не таким острым. спраут снова рядом, но уже не тянется, не дышит в ухо своим вниманием. просто сидит. просто есть.
и, может быть, этого достаточно.
пока.
...
спраут выдохнул. — извини, — прошептал он. тихо. почти шёпотом, как будто не хотел, чтобы слова напугали космо. космо не посмотрел. не ответил. но спустя пару мгновений, всё ещё глядя перед собой, он чуть улыбнулся и кивнул. только кивок. короткий. и этого
