Телекинез: когда твои руки не справляются, но голова - да

Холодный ветер с залива хлестал по улицам, словно пытался сбить остатки сна с Нью-Йорка. Макс стоял на краю крыши, вглядываясь в город. Он чувствовал, как ткань нового костюма слегка шелестит на ветру — теперь всё сидело как надо. Прочный, гибкий, почти не ощущался на теле. Как вторая кожа. Он вышел патрулировать почти инстинктивно. В голове крутились недавние события — сгоревшее здание, дети, которых он спас. С каждым разом он всё больше ощущал, как на него давит груз выбора. Он — не просто парень с силами. Он стал кем-то большим. Его замечали. Его обсуждали. Его боялись. Его называли. Ворон. “Глупо звучит. Но круто…”, — усмехнулся Макс, и тут же натянул капюшон поглубже. На пересечении двух улиц внизу раздался грохот. — Пошло оно всё. Работа не ждёт. Когда Макс добрался до места, улица уже была пуста. Один перекинутый мусорный бак, дымящееся авто, и… следы — глубокие вмятины в асфальте. Словно их оставила не нога, а чёртова гидравлическая лапа. — Это что, Халк баловался? Он услышал металлический скрежет, потом тишину. И тут же что-то метнулось из темноты — и только благодаря обострённой реакции Макс успел отшатнуться. В асфальт вонзился массивный щупальцеобразный манипулятор, искрящий на конце. Макс отпрыгнул в сторону, перекатился за припаркованную машину. — Ладно, это уже не Халк. Это, чёрт подери, кальмар! — Не совсем, — раздался тяжёлый голос. Хриплый, глухой, с металлическим отзвуком. Из-за поворота вышел силуэт — массивный человек в чёрной броне, к спине которого были прикреплены четыре механических манипулятора. Один щёлкал, другой подрагивал в воздухе, будто искал цель. — Ты — Ворон? — спросил он. Макс напрягся. — Смотря кто спрашивает. — Можешь называть меня Спрут. И мне нужно, чтобы ты исчез. — О, круто. Персональный киллер. А я только собирался сходить в МакАвто, — Макс присел, концентрируясь. Сила нарастала внутри него, тепло заполняло грудь. Спрут рванулся вперёд — невероятно быстро, как будто его система нацеливания не знала промаха. Макс едва успел отброситься назад телекинетическим толчком. Удар. Второй. Один манипулятор сшиб стену, другой пронёсся в сантиметре от головы Макса. Парень перекатился, отпрыгнул — и прямо в воздухе направил телекинетический удар в корпус нападавшего. Но Спрут не просто броня с лапами. Он отбил удар одной из рук и, будто разозлившись, активировал все четыре щупальца сразу. Они взвыли, словно живые, и понеслись к Ворону со всех сторон. — Ох ты ж… Макс прыгнул вверх, используя телекинез, чтобы оттолкнуться от воздуха, как от платформы. Он пролетел над врагом, сделал сальто, и, зависнув на миг, метнул в Спрута кусок бетонной плиты. БАХ. Манипуляторы отбросили камень в сторону. “Окей, он слишком силён в лоб. Надо измотать.” Бой продолжался почти десять минут. Ворон метался, как тень, бил и отступал, пробовал разные тактики. Он понял, что щупальца не просто механика — они будто предугадывают движение, работают с невероятной скоростью. Макс чувствовал, как силы убывают. Мышцы ныли, руки дрожали. “Ещё немного… Он же не вечный, верно?” Он прятался за машиной, тяжело дыша. Из виска текла кровь — одно из щупалец всё-таки задело. Руки горели. Ноги дрожали. Спрут выломал капот, за которым прятался Макс. Лицо под шлемом было непроницаемым. — Ты хорош. Лучше, чем говорили. Но ты — просто мальчишка. — А ты — недоучка из «Железного человека»! Макс взорвал энергию внутри себя. Последняя попытка. Он метнул телекинетический импульс во все четыре щупальца одновременно, вкладывая всё, что оставалось. Металл взвыл, раздался треск. Один манипулятор заклинило. Второй — искрился. Спрут пошатнулся. Макс рванулся вперёд, и с разбега ударил в корпус противника. Всё внутри отзывалось болью. Он сжал зубы, наваливаясь на него всем весом, всей силой. Снова — телекинез. Давление. Металл трещал. Грохот. Спрут отлетел назад, проломив стену соседнего здания. Макс упал на колени. Пульс гремел в ушах. Полиция прибыла только через пару минут. Макс успел скрыться, оставив за собой только краткий след и вмятины на асфальте. На крышу он добрался почти ползком. Он сидел, тяжело дыша, сжав трясущиеся кулаки. — Это был… наёмник. Настоящий. Не бандит, не вор. Его прислали. За мной… Он посмотрел на небо. Ветер успокаивался. Где-то вдали во тьме мигали огни вертолёта. Макс вытер кровь, поднялся на ноги. — Спасибо, Кингпин… Теперь я знаю, что ты меня боишься. От лица Спрута (после драки) Он тяжело дышал, прячась в тени разваливающегося склада. Кровь медленно стекала по виску, мешая видеть. Одна из масок с термозащитой была порвана — остался только один глазок. Рёбра ныли. Левая рука почти не двигалась. Словом — он выглядел, как будто попал под асфальтоукладчик. Но был жив. А это уже считай победа. — Этот пацан… — пробормотал он, плюнув кровью. — Чёртов сопляк, а дерётся, как ветеран спецназа. Он не ожидал такого. Ни откуда. Он думал, что это будет быстро. Что поймает “масочника” на горячем, вырубает, сдаёт людям Фиска — и домой, в Мексику, пить ром на пляже. А вместо этого — Ворон. С ловкостью, скоростью, рефлексами… и этой чёртовой телекинезной хренью. Он кидал ящики, машины, даже, кажется, в него однажды полетела парковочная урна. Псих. Но псих с планом. Спрут не был идиотом. Он не будет умирать за деньги. Сейчас главное — уйти. Отлежаться. И, возможно, пересмотреть свою карьеру. Он проскользнул в канализационный люк и исчез, оставив за собой только лужу крови и изломанный нож. (От лица Макса) Ночь в Нью-Йорке была, как всегда, беспокойной. Где-то выли сирены, где-то скрипели ржавые двери старых пожарных лестниц, а на крышах зданий шаги Макса звучали почти неслышно. Он давно привык к ночному городу — здесь каждый шорох был предупреждением, каждая тень могла таить в себе опасность. Он не знал, почему решил сегодня выйти на патруль раньше. Просто было… ощущение. Как будто что-то должно было случиться. Он проскользнул через три квартала, как всегда, прыгая с крыши на крышу. Его новый костюм почти не шуршал, встроенные амортизаторы гасили удар при приземлении. Всё было идеально. И тут — грохот. Он остановился на краю крыши и посмотрел вниз. В переулке — драка. Нет, не просто драка — бой. Несколько фигур в чёрном окружили одного человека в красном костюме. Они двигались слаженно, молча. С мечами. — Кто у нас тут? — пробормотал Макс, прищурившись. — Косплей? Нет… мечи настоящие. Он присел, наблюдая. Красный мужчина — очевидно, герой. Его движения были точны, продуманы. Он парировал удары, уходил от атак с потрясающей реакцией. Но численный перевес был не на его стороне. Один из мечников ударил сбоку, и только чудо спасло героя — меч разрезал воздух в сантиметрах от его шеи. — Чёрт. — Макс сжал кулаки. — Не люблю влезать в чужие дела, но… похоже, без меня он не справится. Он прыгнул. Падал почти беззвучно — и в последний момент активировал телекинез, чтобы смягчить приземление. Земля под ногами дрогнула. Все бойцы в чёрном повернулись. — Кто…? — начал один, но договорить не успел. Сильнейший толчок телекинеза отшвырнул ближайших троих от Сорвиголовы, выбив их из баланса. Красный костюм вздрогнул, и Макс увидел, как человек чуть не выронил палку. — Подмога? — спросил он с трудом, переводя дыхание. — Просто мимо проходил, — усмехнулся Макс. — Решил, что тебя скоро нарежут как суши. Остальные бойцы окружили их. Макс и Сорвиголова встали спина к спине. — Они из организации “Рука”, — быстро сказал Мэтт. — Убийцы. Ниндзя. Не спрашивай, длинная история. — Я и не собирался. Главное — у них нет огнестрела. А значит, у нас есть шанс. — А ты кто вообще? — Позже. Сейчас давай разбираться с ними. Один из бойцов прыгнул, нацеливаясь на Макса. Но Ворон активировал телекинез раньше — выдернул мусорный бак с края переулка и швырнул его в прыгуна. Раздался глухой хруст. Сорвиголова двигался, как вода — текуче, плавно, но с неумолимой точностью. Его палка вырубала одного за другим. Макс же действовал иначе — с силой. Он поднимал доски, кирпичи, даже бетонные осколки с земли — и метко кидал. Один из ниндзя успел уклониться, но его напарника сбила с ног летающая решётка. — Ты довольно… разрушительный. — прокричал Сорвиголова, уклоняясь от удара меча. — Ты не представляешь, насколько. В какой-то момент, когда трое остались стоять между ними, Макс резко рванул рукой вверх. Невидимая сила подбросила всех троих вверх на метр, а затем с грохотом швырнула на асфальт. Один больше не поднялся. — Всё? — спросил Макс. — Нет, они всегда приходят волнами. Надо уходить. У меня есть место недалеко. — Ты уверен? Я могу просто поднять их всех разом и швырнуть куда подальше. — Они не только физически опасны. Это культ. С магией, странными ритуалами. Поверь, лучше убираться. Макс колебался. Обычно он не уходил, пока всё не было закончено. Но сейчас — он чувствовал, что это не обычные уличные бойцы. Эти были… другие. И Мэтт выглядел уставшим, но говорил уверенно. — Ладно. Веди. Они скрылись в переулках, как два призрака. Через несколько минут Макс оказался в каком-то заброшенном подвале, где Сорвиголова держал свою заначку. — Ну, теперь ты скажешь, кто ты такой? — Имя не скажу, но зови меня Ворон. Мэтт приподнял бровь. — Мрачно. Тебе подходит. — А ты, я полагаю, тот самый Сорвиголова? — Хм. И ты обо мне слышал? — Немного. Я вообще стараюсь не влезать в чужие дела. Но “Рука” — это что-то новенькое. — Не совсем. Они древние. И они не забудут, что ты им мешал. Так что теперь ты у них на радаре. Макс вздохнул и посмотрел на свои руки. — Отлично. Теперь ещё и ниндзя-мстители на хвосте. — Добро пожаловать в клуб. Они переглянулись. Не друзья, ещё не союзники… но уважение уже было. Макс развернулся к выходу. — Спасибо за помощь, — сказал Мэтт. — И тебе. Мы ещё встретимся, я думаю. — Надеюсь, не в бою. Макс усмехнулся, накинул капюшон и исчез в ночи. С новым врагом на горизонте и новым союзником — в тени. (Некоторое время спустя ) Ночь в Бруклине была на удивление тихой. Как всегда, это казалось подозрительным. Макс сидел на крыше старого ангарного комплекса, глядя вниз на тёмный переулок. Его новый костюм, усиленный лёгкой бронёй и маскирующим слоем, сливался с тенью. Только узкий холодный блеск линз выдавал в нём наблюдателя. Он выждал. Камеры на заброшенном складе работали — странно, учитывая, что по документам здание давно не эксплуатировалось. Но с воздуха, сквозь мутное стекло, Макс заметил движение — коробки, ящики, мужчины в чёрном. Всё выглядело слишком организованно. — Очередной подпольный склад. А я уж думал, что сегодня будет скучно, — пробормотал он себе под нос, проверяя перчатки и усиливающий браслет на запястье. Он прыгнул вниз, аккуратно, словно тень, и двинулся к боковому входу. Замок взломать не составило труда — телекинез сделал своё дело. Дверь отъехала в сторону, и Ворон скользнул внутрь. Внутри пахло металлом, потом и чем-то, что напоминало свежую смазку. Ящики были промаркированы. Макс подошёл к ближайшему — на нём был логотип компании, которую он уже начинал ненавидеть — “GenCore Industries”. — Ну конечно… Опять вы. Он открыл крышку. Внутри — оружие. Не просто пистолеты. Продвинутое — с экспериментальными технологиями. Где-то в глубине склада раздались голоса. — Быстрее, грузим, пока полиция не сунула нос… Макс, не теряя времени, направил телекинетический импульс на одну из опорных балок. С треском обрушился верхний ярус склада. Паника. Кричащие люди, сыплющиеся ящики, летящие инструменты. Он вошёл в зал с грацией хищника, уверенный, быстрый. Метким движением поднял троих в воздух и ударил об стену. Один попытался достать оружие — Макс вырвал его телекинезом прямо из рук. — Совет на будущее — не работайте на жирного лысого ублюдка, — кинул он, сбрасывая обломки на оставшихся. Всё заняло не больше четырёх минут. Когда сирены начали доноситься с улицы, Макс уже выходил через чёрный ход, оставляя склад в руинах. Камеры, по его расчётам, давно были выведены из строя. Он не оставил следов. Но он знал — это был не конец. Он стоял на крыше соседнего здания, глядя вниз на охваченный дымом ангар. Где-то внутри сработала самозащита — система уничтожения остатков. Пламя полыхнуло вверх. — Кажется, я наступил кому-то на мозоль, — с ухмылкой подумал он. Он сделал шаг назад и исчез в темноте.  (От лица фикса) Уилсон Фиск сидел в кожаном кресле, спиной к огромному окну своего пентхауса. Город сиял внизу огнями, но он не смотрел на них. В его руках был отчёт — фото развалин склада, список потерь. Всё это сопровождалось короткой припиской внизу: “Работа Ворона.” Он сжал бумагу так сильно, что та зашуршала. — Это уже второй объект за месяц, — произнёс он холодно. — И Спрут… не оправдал ожиданий. Рядом стоял человек в строгом костюме, один из его приближённых. — Мы пытаемся выследить его, но он осторожен. Маскирует сигналы, не оставляет улик. Даже камеры ломает за секунду до атаки. Фиск медленно встал. Его массивная фигура казалась ещё более угрожающей в полумраке кабинета. — Тогда пора нанять кого-то другого. Того, кто работает бесшумно. Кто не бежит в лобовую, а изучает цель, разбирает её по кусочкам. Он подошёл к сейфу и ввёл код. Изнутри достал чёрную папку с красным клеймом. На обложке — надпись: “Проект Молот”. — Свяжись с ним, — приказал он. — Он знает, что делать. (От разных лиц) Где-то в Восточной Европе. Заброшенный ангар. Мужчина с побритой головой и металлической повязкой на глазу разбирал снайперскую винтовку. Его движения были точны и спокойны. За ним числились десятки ликвидаций — все чисто, без свидетелей. В углу запиликал старый военный планшет. Он открыл сообщение, прочитал и усмехнулся. — Нью-Йорк, значит? Новая цель. Новый герой. Он нажал «Принять контракт», встал и пошёл к выходу. — Ворон… посмотри, как охотятся настоящие хищники. В то же время, Макс, в образе Ворона, патрулировал город. Он чувствовал себя почти расслабленным — после победы над складом была редкая ночь без тревоги. Он не знал, что теперь за ним охотится кто-то, кто предпочитает не вступать в драку, а убивать молча.