Глава 22.
8 августа 2025 г., 07:50
Возвращение Снейпа к действительности ознаменовалось довольно саркастичным вопросом о том, будет ли гостья есть или она насытилась его истрёпанными нервами и попорченной кровью. Сам он собирался пообедать, раз уж утренний кофе был безнадёжно испорчен борьбой умов. Гермиона приветствовала как привычное колкое обращение (в общении с понимающим и почти нежным Снейпом она сильно смущалась), так и предложение поесть. Ожидаемо, зельевар отлично готовил, когда утруждал себя этим. Но оба были голодны, так что перекусили холодным мясом с овощами. Обед тоже закончился сексом — ни один из пары пока не был готов надолго оставить второго одетым. На этот раз инициатива исходила от Снейпа и, похоже, возможность облизывать губы без последствий у Гермионы должна была появиться ещё нескоро. Мужчина перетерпел первое появление языка в поле зрения, на втором же просто отбросил вилку и Гермионе всё же пришлось познакомиться со столом, правда, обеденным, и оказалось не так неудобно, как она когда-то думала. В душе после, помыться, более чем очевидно, тоже удалось не с первой попытки.
После «банных процедур» Гермиона поняла, что недосып, нервозность начала дня и эйфория последующих часов исчерпали её силы окончательно, и попросила пустить её хотя бы на диван поспать, но была на руках доставлена в кровать хозяина. Стоило Гермионе устроиться в объятиях мужчины, неугомонное любопытство сказало, что всё же для неё имеет значение ответ на ещё один вопрос, поэтому, собрав последние крупицы воли и надеясь на то, что и у Снейпа на фоне бурного дня снижена защита, девушка как бы невзначай заговорила:
— А почему ты тогда, ночью, лёг так, будто прикасаться ко мне больше тебе нестерпимо?
Мужчина с нескрываемым трудом разлепил веки и привычно нахмурился:
— Ну нужно же соблюдать хоть какие-то приличия! Всё же ученица, девушка впервые в постели с мужчиной! Решил не навязывать своё общество.
— Побоялся быть отвергнутым? Думаешь, очарование могло развеяться так быстро или вид мужского оргазма настолько ужасающ? — уже совсем сонно усмехнулась она.
— Да будет тебе известно, что ещё никто не подозревал меня в трусости безнаказанно! — грозный голос удавался Снейпу в любых обстоятельствах и она бы даже по привычке задрожала, если бы он сам всё не испортил, несдержанно зевнув.
Гермиона умилённо улыбнулась, даже не пытаясь больше открывать глаза:
— Предлагаю перенести заслуженное возмездие на попозже.
Она постаралась удержать своё внимание на ответе, но, кажется, ей это не удалось, хотя Снейп, судя по всему, уснул вряд ли позже неё.
***
Проснулась пара на закате. Было принято решение ужинать на ковре у камина. Но и тут приём пищи завершился горизонтально, Гермиона не поняла, что именно спровоцировало этот приятный исход, но стоило ей проглотить последний кусочек, Снейп завалил визжащую, но несопротивляющуюся девушку на ковёр. Он находил множество способов доставить ей удовольствие, неизменно по-джентельменски пропуская даму вперёд в оргазм, но не прибегал к оральным ласкам, и Гермиона опасалась, что это теперь его принципиальная позиция. Стемнело окончательно, надо было думать о том, чтобы вернуться домой — завтра у неё был учебный день. Гермиона с трудом призналась в этом Снейпу, так как подозревала, что её статус ученицы может напоминать ему о плохом. Но бывший преподаватель принял необходимость расставания с присущим ему спокойствием. Оба наконец полноценно оделись (весь день её максимум составляли трусики и рубашка мужчины, он ограничивался брюками), но Гермиона никак не могла выйти за порог, находились всё новые вопросы, которые нужно было обсудить, было произведено более пяти прощальных объятий, но уйти было совершено невозможно. – Я не могу, – наконец признала она. – Если я выйду отсюда, ты исчезнешь. Это окажется сном. Или тебя собьёт машина. Или ты передумаешь и сменишь имя на какого-нибудь Эвана Принц, переедешь в Антарктиду и пострижёшься в монахи! – девушка от стыда спрятала лицо на груди мужчины. – Глупости! Мисс Грейнджер, Ваши рассуждения недостойны лучшей ученицы! – до боли знакомым менторским тоном возразил Снейп, но тут же погладил её по волосам. – Я никуда от тебя не денусь. И тебе деться никуда не дам! — не слишком убедительно изобразил он угрозу. — Завтра же «обрадую» Кингсли вестью о своём воскрешении и в пятницу предстану пред твоими друзьями в качестве твоего жениха. Только, пожалуй, вначале их обездвижу, – он как бы в задумчивости нахмурился. – И что за имя такое ты мне придумала?! – Ну там от Эйлин, – пожала плечами несчастная влюблённая. – Первое что пришло в голову. – Больше похоже на производное от Эванс, – обронил он. – Нет уж, Избранному придётся смириться, что я не стал ему отцом, так что стану другом семьи Поттер, – злодейская ухмылка на лице Снейпа не предвещала ничего хорошего Гарри. Гермиона хлопнула его ладошкой по груди и тут же поцеловала в место удара. – Трансгрессируй уже! Я тоже, знаешь, не бесчувственный! Что бы там не думали безмозглые малолетки, которых принято считать новым поколением магического населения, – Снейп слегка шлёпнул девушку по попке под мантией. – Если не исчезнешь сейчас, я отправлю сову Макгонагалл, извещая, что ты не сможешь на этой неделе посещать занятия, потому что я планирую затрахать тебя до состояния нестояния на ногах. Возможно, в ближайший месяц… – подумав, добавил он, за что удостоился ещё одного удара от Гермионы. Она в последний раз чмокнула мужчину в подбородок, лишь потому, что он больше не поддался на провокацию и не наклонился для ещё одного «прощального» поцелуя и вышла за дверь. – Жду в среду твои вещи, – добавил он ей в спину, она кивнула, стараясь не обернуться.***
Назавтра, в понедельник, ещё до завтрака Гермиону посетила сова, принесшая письмо с адресом дома Снейпа, кратким перечнем его идей по организации свадьбы и вопросом о количестве человек с её стороны. О том, что никаких пышных торжеств, вычурных одежд и журналистов не будет, они договорились ещё вчера. Самые близкие друзья, ресторан и работник Министерства. Кольца купит жених. Гермиона, честно говоря, думала, что со стороны жениха будет в лучшем случае пара школьных учителей, но в письме он обозначил только Макгонагалл и ещё семь имён, причём иностранных и совершенно ей незнакомых, пятеро были сопровождены пометкой «+1». Кто эти люди, Гермионе оставалось только гадать. Малфоев в списке не было. Зато само наличие письма говорило, что она действительно выходит замуж за Снейпа! Это радовало и пугало.***
За обедом в Большом зале Гермиона как бы между прочим поинтересовалась у Джинни и Полумны: – Вы заняты в пятницу вечером? – Да вроде бы нет, а тебе Гарри нужен? – ответила рыжая, медленно размазывая суп, после выходных все были несколько сонными. Полумна меланхолично помотала головой. – Да, и Рон с Лавандой, Невилл… Хагрида я сама позову. У меня есть крупный повод для праздника, – не сдержала счастливой улыбки Гермиона. Это не могло не заинтересовать Джинни, та даже ложку отложила и воззрилась на подругу во все глаза: – Тебя будто подменили за выходные, что случилось? – попыталась допытываться она. – Ничего не скажу, но буду ждать в пятницу, время и место точно сообщу, наверное, в среду, – и Гермиона как можно быстрее упорхнула от любопытной подруги, к счастью, занятия для неё на сегодня закончились. За спиной послышалось тихое Полумнино: – Давно её такой не видела…***
Вечером Гермиону ожидало ещё одно письмо, извещавшее, что Снейп заявился в кабинет Министра в чужой личине и снял её только наедине с Кингсли. «Охранные меры Министра никуда не годятся.» – заметил он, что, очевидно, было правдой, если Снейпа никто не остановил после освидетельствования палочки на входе в Министерство. «Проторчал у него почти весь день. Результата нет. Бюрократия. Завтра не увидимся.» – было ощущение, что манера письма Снейпа не была ограничена длиной браслета, он просто не любил эпистолярный жанр. Гермиона про себя похихикала: «Бедный, как же он читал мои домашние работы?» Вторник был у неё на этой неделе выходным и она провела весь день, запаковывая вещи. К счастью, их было совсем немного, преимущественно книги, в виду того, что времени на походы по магазинам с победы у неё почти не было в круговерти встреч и дел. Квартиру она собиралась сдавать для небольшого побочного дохода, либо продать. Благо, ремонт она так, считай, и не начала. Вечером девушка позвонила родителям, мягко сообщила, что хотела бы познакомить их со своим женихом. Постаралась максимально аккуратно подготовить их тому, что избранник старше неё и был её преподавателем. К счастью, чета Грейнджер уже давно смирилась с неординарностью своей дочери и вряд ли ожидала, что их вундеркиндша найдёт себе ровесника. Встречу предварительно назначили на четверг. Сообщать, что свадьба в пятницу, Гермиона не решилась – у любого принятия есть границы. Во время звонка прилетела сова с очередным письмом. «Завтра опять в Министерство. Буду вечером. Какая нужна помощь в доставке вещей? Во сколько ждать?» Гермиона решила, что справится сама и после стажировки в Министерстве (Снейпа, к сожалению, не видела), собиралась отправить вещи магической доставкой, осуществляемой, к счастью, без кучи пыли, ругающихся грузчиков, огромных машин и тому подобных неудобств. Обычно этим занимался один сотрудник «транспортной» компании, с помощью магии собиравший и уменьшавший вещи, перелетающий с ними по новому адресу (в случае небольшого объёма можно было воспользоваться каминной сетью) и распаковывающий имущество на месте. Но прибыла записка от Снейпа «Задерживаюсь. Не могу принять вещи.» Внутри конверта лежал ключ, очевидно, от дома. Неужели он оставил жилище без магической защиты? Гермиона дождалась «грузчика» и трансгрессировала. Никаких заминок с открыванием двери не возникло, хотя она почувствовала барьер, очевидно, настроенный на неё. Это заставило её задуматься, что она забыла у мужчины в воскресенье, что он смог настроить защиту без её присутствия. Ничего кроме биологических следов в голову не пришло, и девушка смущённо покраснела. В отсутствие хозяина Гермиона не решилась идти в дом дальше кухни и гостиной. Там и дождалась доставки. Аккуратно оставила коробки и свёртки в углу под окном, видимо, специально расчищенном под них. Правда, всё её имущество заняло вряд ли пятую часть от того пространства, которое было оставлено Снейпом для невестиных пожиток. Снейп, как и предупреждал, не собирался слишком менять своё жизнеустройство с появлением в доме женщины, «нормальная» девушка оскорбилась бы столь малым уголком гостиной, выделенным на его территории и, очевидно, в жизни, чтобы вместить всю её жизнь. По счастью, Гермиона, прожив год в палатке и с бисерной сумочкой вместо книжного, кухонного и одёжного шкафа, не страдала тягой к накопительству. Хотя сложно было не признать, что её гардероб вынужденно расширился за счёт коктейльных и вечерних платьев, а так же нескольких парадных мантий, появившихся по необходимости в последние полгода. С другой стороны, если бы Снейп сказал, что ей можно взять с собой в новую жизнь только чемодан равный ручной клади самолёта, она бы и тогда не растерялась, несомненно, набив его доверху книгами. Было ли это умно, здоро́во и отражало ли приобретённое ею знание собственной ценности? Гермиона, замершим взглядом созерцавшая развалы своих коробок, знала, что нет. Но и не слишком тревожно, если здраво рассудить. Она буквально нашла любовь своей жизни живым и совершенно внезапно готовым немедленно принять её в свою жизнь, так имеет ли такое уж первостепенное значение размер угла, который он отвёл для неё? Волшебница она или нет? Может и в спичечный коробок школьную библиотеку запихнуть! И её любимый мужчина это прекрасно знает! Весело тряхнув кудрями, Гермиона прошла на кухню и обнаружила, что там шаром покати, Снейп, очевидно, не имел времени готовить в бюрократической неразберихе. Она задумалась, не выйти ли в деревню за продуктами, однако, решила, что это может вызвать недовольство у хозяина дома, ценящего свою приватность, ведь в маленьких деревнях слухи разносятся моментально и новая девушка, появившаяся ниоткуда, не могла не привлечь внимания. А если деревня магическая, то появление Героини войны будет ещё более заметно для общественности. Поэтому Гермиона зажгла камин Снейпа, проверила, что он подсоединён к сети, и добавила свой адрес в число доступных для посещения. Она трансгрессировала к себе (попасть к ней в камин могли тоже только избранные адресаты, а она не подумала добавить в список Снейпа), оттуда сходила в магазин. Вернулась к себе, под удивлённым взглядом Живоглота, и отправилась к Снейпу через камин. Это было несколько рискованно, поскольку верчение в пути могло разметать купленное по всем каминам в округе, но трансгрессия с крупными предметами тоже удавалась не всем и не всегда легко, поэтому Гермиона, осознавая своё явно нервическое состояние, решила не рисковать здоровьем и выбрала меньший риск, наложила на продукты чары стазиса, уменьшила, плотно запаковала в застёгивающуюся сумку и только тогда ступила в огонь. Готовила Гермиона не из рук вон плохо, но неважно, так что не стала подвергать опасности своё семейное счастье и здоровье зельевара, потушила мясо с минимальным количеством специй, нарезала свежие овощи и хлеб, оставила это всё под чарами стазиса и удалилась.***
Наутро никаких вестей от Снейпа не было, и Гермиона начала волноваться. Сразу привиделись непойманные Пожиратели, излишне любопытные авроры и т.д., и т.п., но всё включало пытки, задержания, Азкабан без суда и следствия. В таком нерадужном настроении девушка отправилась в Хогвартс. Пришлось отвечать на вопросы сгорающей от нетерпения Джинни, но ничего определённого Гермиона сказать ей не могла и подруга быстро заподозрила, что что-то не так, сменила направление вопросов. Гермиона, чтобы не раздувать любопытство ещё сильнее, уклончиво сказала, что (пока) всё в силе, но с местом она ещё не определилась. Определился ли зельевар, она не знала. На уроках Гермиона не могла найти себе места и уже решила трансгрессировать к Снейпу из Хогсмида, чтобы не тратить время на заход домой, но за обедом её поймала записка «Всё в порядке. Проспал. Спасибо за еду. Встречаемся с твоими родителями как договаривались.» и от сердца немного отлегло. Так что девушка всё же отправилась в свою почти пустую квартиру, переоделась, но так и не смогла сдержать нетерпение – решила заявиться к жениху, рискуя вызвать его недовольство, на полчаса раньше назначенного времени, чтобы иметь возможность поговорить без свидетелей до встречи. Его короткие записки были пыткой для неуёмного гриффиндорского любопытства. Уже полностью одетая Гермиона только потянулась к Летучему пороху, когда в дверь позвонили. Крайне раздосадованная она направилась к двери. В дверной глазок она увидела Снейпа! Не стесняясь любопытных соседей, которые могли заинтересоваться внезапными гостями неразговорчивой девушки, она вылетела на лестницу, почти сбивая мужчину объятьями. Он характерно хмыкнул в ответ, как будто утверждая чрезмерность подобных проявлений чувств, но произнёс тоже с толикой облегчения в голосе: – И я рад Вас видеть, мисс Грейнджер. Кажется, его губы коснулись её макушки, руки почти невесомо обняли девушку в ответ, раздражающе прилично! Но она ничего не готова была замечать кроме того, что он снова настоящий, ощутимый, больше не отталкивает, от него пахнет травами, сыростью, всё пальто в мелких капельках и ужасно колет щёку. «Косметика наверняка оставит след на чёрной ткани. Плевать! Только бы он был рядом!» Ещё раз сжав мужчину изо всех сил, чтобы убедиться в его телесности, Гермиона разомкнула объятия и подняла на мужчину счастливые глаза. С удивлением обнаружила, что из уголка вытекает слеза. Снейп, очевидно, удивился не меньше, его искристый взгляд затуманился и он задумчиво стёр слезу пальцем. Затем, поднёс палец к глазам, внимательно осмотрел каплю и слизнул её языком. Гермиона обомлела. – Думаю, нам всё же лучше зайти в помещение, – как ни в чём не бывало сказал мужчина, ласково подталкивая её внутрь квартиры. Она одурманенно повиновалась. – Это тебе, – во второй руке Снейп держал охапку цветов, при чём отдавал ей только половину, на немой вопрос в глазах вздохнул с чисто Снейповским выражением разочарования в чужих умственных способностях: – Второй для миссис Грейнджер. Гермиона тупо захлопала глазами. Мысль, что Снейп может подарить цветы на знакомство её матери, была совершенно дикой. Какой-то противоестественно человечной. А привычка воспринимать мужчину рядом с собой человеком, а не закрытым на все замки преподавателем и шпионом у неё ещё не сформировалась. – У нас есть ещё минут десять на особенно важные вопросы – начинай, – предложил Снейп, верно оценивая гриффиндорскую суть, осушая пальто заклинанием и опираясь на стену в прихожей. Гермиона снова захлопала глазами. Вопросы, теснившиеся в голове в течение четырёх дней, как-то разом потеряли актуальность, когда она смогла убедиться в реальности существования и намерений Снейпа. Всё остальное стало казаться неважным. – Получилось восстановить себя в правах? – наконец откопала она в голове что-то более-менее умное. – О да, – очень многословно ответил Снейп, закатив глаза. – Кхм, всё прошло гладко? – уточнила девушка. Снейп зыркнул на неё без видимого эффекта и с тяжким вздохом начал монотонно перечислять: – Да. Запугал до смерти пару милых бюрократических старушек, кажется, они видели Дамблдора ещё младенцем. Два раза чуть не вызвал на дуэль Кингсли за его предложения по «полезным» для имиджа встречам и интервью. Согласился присутствовать на одном светском рауте только затем, чтобы он отстал. И под угрозой Круциатуса для него и всех его заместителей запретил разглашать новость о моём воскрешении до субботы, – злодейская ухмылка прорезала черты Снейпа. Гермиона в ужасе задрожала, представляя сколько трудностей ожидает её мужа в ближайшем будущем после такого многообещающего начала. – Уже жалеешь о решении выйти замуж за проблему всего магического мира? Ещё не поздно передумать, – вздохнул Снейп, но Гермиона слышала в его тоне не опасения, скрытые за иронией, а угрозу. – Не дождётесь! – фыркнула она, уперев руки в боки. – Хотя… – Снейп грозно нахмурил брови, – Подумываю не брать твою фамилию. Всё же я тут лучшая ученица за последние сто лет, а ты – всего лишь один из героев одной из войн столетия, кстати, даже не удосужившийся почить с миром, чтобы не мешать тебя любить окружающим. – Согласен только на двойную, – отрезал он. – А вот последнее верно. Мёртвый я явно устраивал всех больше! – горькая усмешка. – Прям почувствовал теплоту встречи на всех уровнях, придя в Министерство и при воссоединении с «союзниками». Особенно не рады мне были гоблины, когда я заявился в Гринготтс с бумагой о правах на свою ячейку. Думаю, добиваться положенных Герою выплат придётся до старости. Министерские крысы, поди, уже всё золото поделили на кучки типа: «Венок на могилу Снейпа» (отправить, если найдут тело), «Выплаты дальним родственникам» (в случае подачи оными письменного заявления в трёх экземплярах в соответствии с пунктами 3840 подпункт цэ и 4931 подпункты а и дэ закона, принятого при Римской империи в таком-то году до нашей эры), «В фонд поддержки обороноспособности Министерства» (сам усопший желал бы этого), последняя, конечно, составила бы примерно весь объём капитала, но пусть закатают губу обратно, мне молодую жену содержать нужно! И подпевалы Кингсли тоже зря боятся. Сдалось мне их правительство, Министерское кресло и слава в придачу! Хочу спокойствия, тихую нору на отшибе и Героиню войны в сексуальные рабыни! – расхохотался он, притягивая к себе девушку. Гермиона рассмеялась, отвечая на поцелуи мужчины. Она очень соскучилась, её не стесняло ни его колючее пальто, ни не менее колючий характер. Руки Снейпа уже пробрались в вырез её собственного пальто, платья и запустили пальцы под кружево белья. Она не осталась в долгу, приподнимаясь на носочки и трясь о него всеми доступными местами. В брюках мужчины становилось приятно твёрдо и она изнывала от желания ощутить его в себе. – Чёртово время. Думал же пораньше прийти, – пробормотал Снейп, прикусывая мочку девичьего уха. Ответом ему был согласный стон. – Стоп. Мы опоздаем. Я не могу себе этого позволить. Снейп с усилием оторвался от девушки и, не глядя на неё, принялся поправлять сбившуюся одежду, в том числе ширинку, до которой уже успели добраться шаловливые пальчики Гермионы. Мысли ослушаться у неё не было, со вздохом она пошла в ванную, где осталось последнее в доме зеркало, чтобы оценить ущерб косметике и причёске.***
Они не опоздали. Встреча прошла несколько натянуто, но ровно. Снейп был сама галантность. Необременённый заботами о судьбах всего человечества он стал выглядеть только лучше и у родителей не возникло чувства, что они «отдают свою дочурку на растерзание старику и педофилу», как ворчал по пути жених. Тем более, что Гермиона была поздним ребёнком, отец её уже отпраздновал своё пятидесятилетие, так что и проблемы с тем, что дочь выходит за ровесника отца не существовало. Звёздным часом Снейпа стал момент, когда он на глазах родителей церемонно попрощался с Гермионой у её двери, а сам вызвался сопроводить слегка подвыпившего мистера Грейнджера до дома. Тут бы любая растаяла. Уже поздно вечером Гермиона разослала приглашённым точное время и место встречи на завтра. Снейп вспомнил, что не сообщил ей название забронированного ресторана только по пути на встречу с родителями.
