За гранью бессмертия

Солнце медленно поднималось над островом, окрашивая небо в нежно-розовые тона. Елена стояла на берегу, вглядываясь в густой лес, простирающийся перед ними. Ветер трепал её волосы, принося с собой запах соли и неизвестности. – Значит, где-то там находится лекарство, – произнесла она тихо, обращаясь больше к себе, чем к остальным. Стефан подошёл и встал рядом, положив руку ей на плечо. – Мы найдём его, Елена. Обещаю. Деймон, наблюдавший за ними со стороны, саркастично хмыкнул. – Очень трогательно, брат. Только вот остров размером с небольшой город, а у нас нет даже чёткого представления, что именно мы ищем. – У нас есть карта, – вмешался Джереми, доставая из рюкзака помятый лист бумаги. – И описание места, где должен находиться тайник. Бонни, стоявшая рядом с Шейном, выглядела обеспокоенной. Что-то в этом месте заставляло её чувствовать странное беспокойство, словно сам воздух был пропитан древней магией. – Здесь что-то не так, – прошептала она. – Я чувствую... присутствие. Шейн положил руку ей на плечо, слишком интимно для простого профессора. – Ты чувствуешь силу этого места, Бонни. Здесь сходятся линии энергии, делая его особенным. Именно поэтому лекарство хранится здесь. Деймон закатил глаза. – Давайте оставим мистические разговоры на потом. Скоро стемнеет, и нам нужно найти место для лагеря. *** В то же время в особняке Майклсонов Ребекка сидела на диване, бездумно листая страницы старинной книги. Её мысли были далеки от текста – образ Кола не покидал её сознание с момента его смерти. Звук открывающейся двери заставил её вздрогнуть. В дверном проёме стояла Энни Гилберт. – Что ты здесь делаешь? – холодно спросила Ребекка, захлопнув книгу. Энни не двинулась с места, продолжая рассматривать Первородную с нескрываемым интересом. – Пришла к единственному человеку, который может понять, что я чувствую, – ответила она наконец. – И почему ты думаешь, что я захочу с тобой разговаривать? Твоя сестра и её друзья убили моего брата. Глаза Энни на мгновение наполнились слезами, но она быстро совладала с собой. – Я не Елена. И я тоже потеряла близкого человека. Кол... он был мне дорог. Ребекка усмехнулась, но в её усмешке не было обычной злобы. – Он рассказывал мне о тебе, – сказала Энни, делая несколько шагов вперёд. – О том, как вы были близки, когда были людьми. Как защищали друг друга. В глазах Ребекки промелькнуло что-то похожее на боль. – Зачем ты пришла, Энни? Действительно хочешь поплакаться о моём брате? – Я пришла, потому что со мной происходит что-то странное, – Энни опустилась в кресло напротив Ребекки. – С моими способностями банши. Я... я могу слышать Кола. *** Лес на острове становился всё гуще по мере продвижения группы вглубь. Бонни шла рядом с Шейном, который не переставал рассказывать о древней магии этого места. – Представь, Бонни, какую силу ты могла бы обрести здесь, – говорил он, не замечая, как его слова действуют на молодую ведьму. – Есть заклинания, о которых твоя бабушка даже не слышала. – И откуда вы так много знаете о магии? – спросил Джереми, недоверчиво глядя на профессора. Шейн улыбнулся, но улыбка не коснулась его глаз. – Академическое любопытство и много, очень много исследований. Стефан, шедший впереди вместе с Еленой, внезапно остановился. – Деймон, слышишь? Старший Сальваторе напрягся, вслушиваясь в звуки леса. – За нами следят, – произнёс он наконец. – И их не меньше трёх. – Кто это может быть? – шёпотом спросила Елена, инстинктивно делая шаг ближе к Стефану. – Понятия не имею, но оставаться здесь я не намерен, – Деймон повернулся к остальным. – Нужно двигаться быстрее. *** – Ты хочешь сказать, что можешь общаться с мёртвыми? – Ребекка смотрела на Энни с недоверием. – Не совсем так, – покачала головой Энни. – Это больше похоже на... временный мост. Я чувствую, когда смерть близко, это часть моей природы. Но после смерти Кола что-то изменилось. Я стала слышать шёпот с Другой Стороны. А сегодня утром... Она замолчала, неуверенно глядя на Ребекку. – Что произошло утром? – нетерпеливо спросила та. – Сегодня утром я увидела его. Кола. Он стоял прямо передо мной, такой же реальный, как ты сейчас. Но только на несколько секунд. Ребекка резко встала, её лицо исказилось от боли и надежды одновременно. – Ты можешь сделать это снова? Вызвать его? Энни медленно кивнула. – Я думаю, да. Но мне нужна твоя помощь. Связь крови может усилить мост. Ребекка без колебаний протянула руку. – Что нужно делать? *** Клаус стоял у окна своей мастерской, наблюдая за Кэролайн, которая сидела на скамейке в саду. Её золотистые волосы переливались в лучах солнца, делая её похожей на ангела. Клаус улыбнулся – даже ангелы падают, рано или поздно. – Любуешься видом? – голос Тайлера из дверного проёма был полон едва сдерживаемой ярости. Клаус даже не обернулся. – А, блудный гибрид вернулся. Надеюсь, твоё путешествие было... познавательным? Тайлер сделал несколько шагов вперёд, но благоразумно остановился на безопасном расстоянии. – Я вернулся за Кэролайн. И на этот раз я не уйду без неё. Теперь Клаус повернулся, его глаза опасно блеснули. – А что если у неё другие планы? Что если она предпочтёт остаться со мной? Тайлер усмехнулся, но в его усмешке чувствовалась неуверенность. – Она любит меня, Клаус. Всегда любила и будет любить. – Любовь, – задумчиво произнёс Клаус, снова глядя в окно на Кэролайн. – Такое хрупкое чувство. Особенно когда между любящими столько лжи. – О чём ты говоришь? – О твоём маленьком приключении в горах с оборотнями. И о девушке по имени Хейли. Интересно, что скажет Кэролайн, когда узнает, как именно вы... сближались во время ваших тренировок по разрыву связи? Лицо Тайлера побледнело. – Ты блефуешь. Клаус только улыбнулся, доставая телефон. – Проверим? *** Энни и Ребекка сидели друг напротив друга на полу гостиной. Между ними горели свечи, образуя идеальный круг. Воздух в комнате казался густым, наполненным напряжением и ожиданием. – Дай мне руку, – произнесла Энни, закрывая глаза. Ребекка протянула руку через круг свечей, и Энни крепко сжала её. – Теперь мне нужна его вещь. Что-то, что имело для него значение. Ребекка на мгновение задумалась, затем достала из кармана старинный кинжал. – Это принадлежало ему, когда мы были людьми. Он всегда носил его с собой. Энни кивнула и взяла кинжал. Как только металл коснулся её кожи, свечи вокруг них вспыхнули ярче, а затем почти погасли, оставив лишь тлеющие угольки. – Кол Майклсон, – произнесла Энни низким, вибрирующим голосом, не похожим на её обычный. – Я призываю тебя с Другой Стороны. Услышь мой голос через завесу миров. Ничего не происходило. Ребекка начала нервничать, её пальцы сжимали руку Энни всё сильнее. – Кол, – снова произнесла Энни, но уже своим обычным голосом, с нотками отчаяния. – Пожалуйста. Я знаю, ты здесь. Я чувствую тебя. Внезапно свечи вспыхнули так ярко, что обеим девушкам пришлось зажмуриться. Когда они открыли глаза, перед ними стоял Кол – полупрозрачный, но узнаваемый. – Энни, – произнёс он с улыбкой, которую приберегал только для неё. – Ребекка. – Кол! – Ребекка дёрнулась вперёд, но остановилась, боясь разрушить связь. – Это действительно ты? – В некотором роде, – ответил он, оглядываясь по сторонам. – У нас мало времени. Мост, который создала Энни, нестабилен. – Почему ты пришёл? – спросила Энни, не отрывая от него взгляда. – Что ты хотел нам сказать? Лицо Кола стало серьёзным. – Сайлас. Он опасен. Гораздо опаснее, чем кто-либо из вас может представить. Если он проснётся, это будет концом для всех – живых и мёртвых. – Сайлас? – переспросила Ребекка. – Тот самый, о котором говорил Шейн? Но это просто легенда... – Нет, – перебил её Кол. – Он реален. И Шейн ведёт их прямо к нему. Лекарство и Сайлас связаны. Одно невозможно получить без освобождения другого. Энни почувствовала, как холодок пробежал по её спине. – Елена и остальные в опасности. – Все в опасности, – сказал Кол, его образ начал мерцать. – Мост слабеет. Слушайте внимательно: найдите белый дуб. Это единственное, что может остановить Сайласа, если он проснётся. – Белый дуб? – Ребекка выглядела потрясённой. – Но он уничтожен. Мы сожгли всё, что осталось. Кол покачал головой, его фигура становилась всё более прозрачной. – Не всё. Есть ещё один... Поторопитесь. И с этими словами он исчез, оставив после себя лишь лёгкий запах озона и погасшие свечи. Энни и Ребекка смотрели друг на друга в полумраке, осознавая масштаб угрозы. – Нам нужно поторопиться, – наконец произнесла Энни. Ребекка кивнула, её лицо было решительным. *** На острове экспедиция продолжала свой путь, не подозревая о надвигающейся опасности. Бонни всё больше времени проводила с Шейном, внимая его рассказам о древней магии и силе, которая ждёт своего часа. – Ты особенная, Бонни, – говорил он, пока они шли немного позади остальных. – У тебя есть дар, который нужно лишь правильно направить. Джереми наблюдал за ними с растущим беспокойством. Что-то в профессоре вызывало у него инстинктивное недоверие, но Бонни, казалось, находилась под его чарами. – Не нравится мне это, – сказал он Елене, когда они остановились у небольшого ручья. – Бонни словно не своя рядом с ним. Елена посмотрела на подругу, которая с восхищением слушала очередную историю Шейна. – Я знаю. Но мы не можем заставить её держаться от него подальше. Он единственный, кто знает, где находится лекарство. – А если всё не так? – вмешался Стефан, подходя ближе. – Что если Энни была права и у него свои планы на это лекарство? Деймон, наполнявший флягу водой из ручья, обернулся. – Тогда нам просто придётся убедиться, что наши планы важнее. И никто из них не заметил, как тень улыбки скользнула по лицу Шейна, который краем уха слышал их разговор. – Скоро, – прошептал он, глядя на Бонни. – Совсем скоро. *** Ночь опустилась на остров внезапно, словно кто-то накинул на небо тёмное покрывало. Звезды мерцали холодным светом, не давая утонуть в абсолютной темноте. Экспедиция расположилась на небольшой поляне, разведя костёр, который отбрасывал причудливые тени на окружающие деревья. Джереми сидел у огня, задумчиво вглядываясь в пламя. Что-то не давало ему покоя с того момента, как они ступили на этот остров. Охотничьи инстинкты, которые развились в нём после активации метки, непрерывно сигнализировали об опасности. – Что-то не так? – Елена опустилась рядом с братом, заметив его напряжённое выражение лица. – Не знаю, – честно ответил Джереми. – Просто ощущение... как будто за нами наблюдают. И не только люди. Елена положила руку ему на плечо. – Мы найдём лекарство и вернёмся домой. Обещаю. На другой стороне поляны Бонни и Шейн тихо разговаривали, погружённые в изучение древней карты. – Завтра мы будем там, – говорил Шейн, указывая на небольшой круг на карте. – В гробнице, где спит Сайлас и где хранится лекарство. – А если Деймон прав, и это всё – ловушка? – спросила Бонни, всё ещё сохраняя частицу недоверия. Шейн улыбнулся. – Тогда ты сможешь нас защитить. Твоя сила растёт, Бонни. Я чувствую это. Скоро ты сможешь делать вещи, о которых другие ведьмы только мечтают. Бонни отвела взгляд, неожиданно смутившись от его слов. Что-то в его тоне заставляло её верить ему, даже когда логика кричала об обратном. *** Утро наступило слишком быстро. Экспедиция собралась и продолжила путь, ведомая Шейном к загадочной гробнице. Лес становился всё плотнее, а воздух – тяжелее. Деймон шёл впереди, расчищая путь и внимательно прислушиваясь к любым звукам опасности. – Мы почти на месте, – объявил Шейн, когда они вышли к небольшому скалистому выступу. – Вход в пещеру должен быть прямо за этим поворотом. Они обогнули скалу и оказались перед тёмным проёмом, ведущим в недра острова. Холодный воздух струился из пещеры, принося с собой запах сырости и чего-то древнего, давно забытого. – Итак, нам нужно войти в жуткую тёмную пещеру. Как оригинально, – саркастично заметил Деймон. – Лекарство внутри, – напомнил Стефан, переглянувшись с Еленой. – Нам нужно идти. Они зажгли факелы и один за другим вошли в тоннель. Бонни шла рядом с Шейном, её лицо было напряжённым, словно она прислушивалась к чему-то, что только она могла слышать. – Ты чувствуешь это? – шепнул ей Шейн. – Энергию этого места? Бонни молча кивнула. Каждая клеточка её тела звенела от магии, пронизывающей воздух вокруг них. Тоннель расширился, и они оказались в огромной подземной пещере. В центре возвышался каменный алтарь, а на нём лежала фигура, закованная в камень – словно статуя человека, пытающегося вырваться из каменного плена. – Сайлас, – благоговейно прошептал Шейн, подходя ближе. – А где лекарство? – спросила Елена, оглядываясь вокруг. – Оно внутри, – ответил Шейн, не отрывая взгляда от каменной фигуры. – Зажато в руках Сайласа. Единственный способ получить его – разбудить его. – Что? – возмутился Деймон. – Ни о каком пробуждении речи не шло. Мы пришли за лекарством, а не за тем, чтобы будить древнее зло. Шейн резко повернулся к ним, и в его глазах мелькнуло что-то нечеловеческое. – Он не зло. Он – ключ. Ключ к воссоединению с мёртвыми, к стиранию границы между жизнью и смертью. Джереми инстинктивно шагнул вперёд, заслоняя собой Елену. – Мы не будем его будить. Найдём другой способ. Шейн улыбнулся, и эта улыбка заставила всех замереть. – Уже слишком поздно. Пробуждение началось в тот момент, когда мы вошли в пещеру. Он повернулся к Бонни, протянув руку. – Помоги мне, Бонни. Вместе мы можем завершить ритуал. Представь, что ты снова увидишь свою бабушку, своих предков. Все, кого мы потеряли, вернутся. Бонни замерла, её глаза расширились от понимания. – Вы использовали меня. – Я направлял тебя, – поправил её Шейн. – К твоему истинному предназначению. Прежде чем кто-либо успел среагировать, Шейн выхватил нож и с молниеносной скоростью бросился к Джереми. Лезвие вошло точно в сердце, и глаза Джереми расширились от шока и боли. – Нет! – крик Елены эхом разлетелся по пещере. Шейн вырвал нож и поднял его, глядя на стекающую кровь. – Кровь охотника, – произнёс он с триумфом. – Последний ингредиент. Он подошёл к статуе и позволил крови капнуть на каменное лицо Сайласа. Камень начал трескаться, словно ледяная корка на весеннем озере. Деймон бросился к умирающему Джереми, пытаясь дать ему свою кровь, но было поздно – глаза юноши уже остекленели. – Он мёртв, – прошептал Стефан, обнимая рыдающую Елену. Бонни стояла неподвижно, её взгляд был прикован к разрушающейся статуе. Внезапно ей показалось, что пространство вокруг искривляется, словно тонкая ткань реальности натянулась до предела. – Завеса, – прошептала она. – Она истончается. Внезапно статуя раскололась, и из неё поднялась фигура – настолько древняя и мощная, что её присутствие физически давило на всех присутствующих. Сайлас проснулся. *** В тысячах километров от острова Энни Гилберт резко почувствовала боль. Боль пронзила её сердце, словно кто-то вонзил в неё нож. Она уже хорошо знала это ощущение – смерть. – Джереми, – прошептала она, задыхаясь от ужаса понимания. – Нет, нет, нет... Она схватила телефон, дрожащими пальцами набирая номер Елены, но в ответ слышала лишь гудки. Отчаяние накрыло её волной. Дверь распахнулась, и в комнату вбежала Ребекка. – Что случилось? – спросила она, оглядываясь в поисках опасности. – Джереми, – всхлипнула Энни. – Он мёртв. Я чувствую это. Как тогда, с Колом, но... сильнее. Глаза Первородной расширились от понимания. – Сайлас, – прошептала она. – Они разбудили его. Энни резко поднялась, вытирая слёзы. – Мне нужно связаться с Колом. Сейчас же. *** На острове воцарился хаос. Сайлас, приняв облик Шейна (настоящий профессор лежал безжизненной куклой в углу пещеры – инструмент, который больше не нужен), держал в руках маленький бутылёк – лекарство, за которым они пришли. – Так долго ждать, – произнёс он голосом, который звучал одновременно как один и как множество. – Так долго быть запертым в камне, ощущая каждую секунду вечности. Елена не слышала его слов. Всё её существо было сосредоточено на безжизненном теле брата, которое Деймон бережно держал на руках. – Нужно вернуть его домой, – сказал Стефан, пытаясь вывести Елену из ступора. – Елена, слышишь меня? Мы должны уходить. Но Елена не двигалась. Что-то внутри неё сломалось – словно выключатель щёлкнул, погружая мир во тьму. Её глаза, полные слёз минуту назад, теперь были сухими и пустыми. – Елена? – Стефан с тревогой вглядывался в её лицо. – Я в порядке, – ответила она механически. – Нам нужно уходить. Деймон и Стефан обменялись встревоженными взглядами, но времени на разговоры не было – Сайлас, казалось, только начинал осознавать свою новую свободу, и оставаться рядом с ним было смертельно опасно. Бонни словно в трансе смотрела на древнее существо. В её голове звучали голоса – тысячи голосов с Другой Стороны, взывающих, кричащих, требующих. – Бонни, – позвал её Стефан. – Нам нужно идти. Сейчас же. Но она не слышала. Её разум был заполнен видениями – Завеса между мирами истончалась, и она могла видеть сквозь неё. Там, по другую сторону, стояла её бабушка, улыбаясь и протягивая руки. – Я могу вернуть их всех, – прошептала она. – Всех, кого мы потеряли. Сайлас повернулся к ней, и его губы изогнулись в улыбке, которая не предвещала ничего хорошего. – Да, Бонни. Ты можешь. Ты избранная – та, кто опустит Завесу. Навсегда. *** Ребекка помогла Энни подготовить всё для ритуала. На этот раз свечи были расставлены в форме пентаграммы, а в центре лежал кинжал Кола, смоченный кровью Энни. – Ты уверена, что это сработает? – спросила Ребекка, наблюдая за тем, как Энни закрывает глаза, концентрируясь. – Должно, – ответила Энни. – Связь между близнецами сильнее всего. Если Елена рядом с Джереми... я смогу почувствовать их обоих. Она начала произносить слова на латыни – древние слова, которые она откуда-то знала, словно они всегда были частью её сущности банши. Пламя свечей затрепетало, а затем стало тёмно-синим, отбрасывая странные тени на стены. Внезапно воздух в центре комнаты сгустился, и появился Кол – более чёткий, чем в прошлый раз, почти материальный. – Энни, – произнёс он, и его голос звучал обеспокоенно. – Ты не должна так часто открывать мост. Это опасно. – Джереми мёртв, – сразу сказала Энни, её глаза были полны слёз. – Скажи мне, что ты его видел. Скажи, что он не один там. Кол на мгновение замолчал, его взгляд стал отстранённым, словно он смотрел через другое измерение. – Он здесь, на Другой Стороне. Но что-то... не так. Завеса истончается, Энни. Сайлас пробудился, и он начал свою работу. Ребекка шагнула вперёд. – Что нам делать? Как остановить его? Кол перевёл взгляд на сестру. – Белый дуб – это только начало. Нужно нечто большее, чтобы остановить его сейчас, когда он свободен. Его взгляд вернулся к Энни. – Твоя кровь. – Сказал Кол, его взгляд становился всё более серьёзным. Энни нахмурилась, припоминая недавние эксперименты с Колом. – Почему это сработает на Сайласа? – Потому что Сайлас не просто вампир, он намного древнее и опаснее, чем кто-либо из нас. Твоя кровь... она нарушит его бессмертие. – Что я должна сделать? Кол прижал ладонь к виску, как будто пытаясь понять, как объяснить. – Сначала нужно будет использовать твою кровь, смешанную с магией, чтобы ослабить его силу. Это откроет его уязвимость, но, это не будет вечным. Тебе нужно будет найти его до того, как он восстановит свою силу, и уничтожить его, пока он не вернётся к своему бессмертию. Энни почувствовала, как холодок пробежал по её спине. – Но что если этого будет недостаточно? Кол молчал несколько секунд. – Это не простое решение, Энни. Но оно единственное, которое может сработать. Ты – единственный шанс, чтобы остановить Сайласа. Прежде чем она успела задать ещё вопросы, Кол снова начал исчезать, оставляя за собой только холодное ощущение. – Торопитесь, – произнес он, его образ исчезая. – Сайлас уже в пути. *** В особняке Майклсонов Клаус наблюдал за Кэролайн, которая нервно ходила по комнате, сжимая в руках телефон. – Они должны были уже связаться с нами, – сказала она, впервые обращаясь напрямую к Клаусу после их последнего разговора. – Что-то случилось. Клаус хотел ответить, но внезапно застыл, прислушиваясь. – Что такое? – спросила Кэролайн, заметив его реакцию. – Кто-то здесь, – медленно произнёс он, принюхиваясь. – Кто-то... знакомый. Из тени коридора вышла фигура, которая заставила их обоих замереть. – Здравствуй, брат, – произнесла Хенрик, младший брат Клауса, погибший тысячу лет назад. – Скучал по мне? Кэролайн в ужасе смотрела на незнакомого мальчика, от которого исходила аура древности, несмотря на юный возраст. – Это невозможно, – прошептал Клаус, впервые на её памяти выглядя по-настоящему шокированным. – Ты мёртв. Хенрик улыбнулся, но его улыбка не коснулась глаз. – Разве? А может, ты просто бросил меня там, в лесу, истекающего кровью? Может, на самом деле я выжил, Никлаус? Клаус сделал шаг назад, его лицо исказилось от внезапной боли и вины. – Клаус, – осторожно позвала Кэролайн. – Что происходит? Кто это? Но Клаус не слышал её. Всё его внимание было приковано к брату, которого он потерял тысячу лет назад – потеря, которая привела их семью к бессмертию и проклятию. – Ты не настоящий, – наконец произнёс он, собравшись с силами. – Ты – нечто другое. Улыбка Хенрика стала шире и неестественнее. – Ты прав, брат. Я не твой брат. Я – нечто большее. Фигура Хенрика начала меняться, растворяясь и вновь формируясь, пока перед ними не предстал мужчина средних лет с каштановыми волосами и глазами, в которых отражалась вечность. – Меня зовут Сайлас. И я пришёл выполнить обещание, данное тысячи лет назад. *** Елена, Деймон и Стефан наконец выбрались с острова. Тело Джереми было бережно завёрнуто и уложено в лодку. Бонни осталась в пещере, несмотря на все их попытки увести её оттуда. Что-то изменилось в ней после смерти Джереми и пробуждения Сайласа – словно часть её осталась на Другой Стороне. Елена сидела неподвижно, глядя на воду. Её лицо было пустым, как маска, а глаза – безжизненными. – Елена, – осторожно позвал Стефан, присаживаясь рядом. – Поговори со мной. Пожалуйста. – О чём говорить? – её голос звучал механически. – Джереми мёртв. Все, кого я любила, умирают. Родители, Джон, Дженна, теперь Джереми. Может, это я – проклятие. – Не говори так, – Стефан попытался взять её за руку, но она отдёрнулась. – Почему нет? Это правда. И знаешь что? Я устала чувствовать эту боль. Просто устала. Деймон, сидевший на носу лодки, повернулся к ним. – Елена, послушай. То, что ты чувствуешь сейчас – это нормально. Это горе. Но оно пройдёт. – Я не хочу ждать, пока оно пройдёт, – ответила Елена, и что-то в её тоне заставило братьев напрячься. – Я хочу, чтобы оно прекратилось. Сейчас. – Что ты имеешь в виду? – осторожно спросил Стефан. Елена посмотрела ему прямо в глаза, и в её взгляде читалось решение, от которого Стефана бросило в холод. – Я выключаю это. Всё. Человечность. Боль. Любовь. Всё. – Елена, нет! – Стефан попытался схватить её за плечи, но было поздно. Как по щелчку выключателя, всё выражение лица Елены изменилось. Боль и отчаяние исчезли, сменившись холодным равнодушием. Она улыбнулась – но это была не улыбка Елены, которую они знали. Это была улыбка хищника, освобождённого от цепей морали и эмоций. – Так-то лучше, – произнесла она, откидываясь на борт лодки. – Намного лучше. *** Бонни стояла в центре пещеры, её руки были подняты, а с губ срывались слова древнего заклинания. Вокруг неё мерцали призрачные фигуры – тени тех, кто застрял на Другой Стороне. Сайлас, или то, что когда-то было Шейном, наблюдал за ней с удовлетворённой улыбкой. – Продолжай, Бонни, – подбадривал он. – Ты чувствуешь силу. Чувствуешь, как истончается Завеса. Ещё немного – и мы сможем вернуть всех, кого потеряли. Бонни не отвечала. Её разум был далеко, в месте между мирами, где голоса мёртвых звучали громче голосов живых. Среди этих голосов был голос её бабушки, призывающий её остановиться, но Бонни больше не слушала. Её переполняла сила – древняя, тёмная сила, которая текла через неё, словно река. Завеса между мирами начала распадаться, и первые тени мёртвых просочились в мир живых, принося с собой холод и пустоту Другой Стороны.