Серый игрок

      — Ты в курсе, что с тобой случится, если ты нас подведёшь? — Брюс говорил достаточно убедительно, чтобы Питер понял, что с этим человеком шутки плохи. И Пит знал это лучше многих людей, кому “посчастливилось” столкнуться с Мальсибером.              Эван, который тоже находился в помещении вместе с ними, выглядел непринуждённо, лениво подпирая спиной стену. Когда он услышал угрозу товарища, то скользнул взглядом по спине Мальсибера, что не скрылось от глаз Питера. Детали он подмечал слишком хорошо, а потому смог разглядеть в лице Эвана лёгкую настороженность.              — Мальсибер, мы не убиваем без веской на то причины, — напомнил ему Розье, рукой вынимая пачку сигарет из кармана штанов. Он вытянул сигарету, зажав её между пальцами. — Если Питер передаст товар, то он может быть свободен от обязанностей.              — Я… передам товар, — прохрипел Питер. Эван нравился ему больше, чем Мальсибер.              — Я надеюсь, Пит, — кивнул Розье. — В любом другом случае Мальсибера останавливать я не стану.              В тот момент Питер, правда, думал, что справится. Ему всего-то нужно было передать товар, получить деньги и вернуться с ними обратно.              Он по-крупному облажался.              Тяжелый удар пришёлся прямо по спине. Петтигрю потерял равновесие, упал на асфальт, рефлекторно прижал голову к груди и обхватил её руками. Небольшой свёрток с товаром выпал из внутреннего кармана; когда он заметил эту оплошность, то потянулся к нему, вот только нападавший вовремя среагировал, наступив на руку Питера сапогом. Следующий удар по лицу заставил парня вскрикнуть и вновь прикрыть голову одной единственной рукой.              Питер Петтигрю был лёгкой мишенью. Ещё с начала младшей школы ему никогда не удавалось противостоять мальчишкам-задирам, а потом за него начал заступаться Джеймс, который стал относиться к нему так, как никто никогда не относился. Этого мальчика хоть и можно было причислить к «хулиганам», но сердце Поттера было наполнено добротой.              И что мог Питер сейчас? Трусливо поджимать хвост, сбегая от своих проблем?              Джеймс встал на его защиту снова. Он стоял впереди него, подняв руку вверх, пока Мальсибер держал его под дулом пистолета.              «Если ты хочешь выкупить жизнь Пита, то отплати своей…»              По спине прошёлся леденящий душу холод. В голове болезненно билось: «Борись. Борись, Питер!»              Друг, который спасал его почти всю жизнь, мог принять смерть вместо него.              Джеймса отделял от смерти только один выстрел.              И Мальсибер выстрелил. Звон в ушах, будто колокол, возвестил о случившемся, а сердце Питера болезненно забилось о рёбра, словно птица в клетке, а затем замерло, скованное ужасом. Петтигрю видел, как рухнул Джеймс, как безвольно обмякло его тело, с глухим стуком ударившись об асфальт. Каждое мгновение, словно осколок льда, пронзало душу невыносимой болью, оставляя незаживающую рану в сердце.              Нет. Нет, нет, нет, нет.              Больно. Больно… Больно.              Сердце юноши стиснула ледяная хватка, лишая возможности вздохнуть. Каждый вдох обжигал лёгкие, словно раскалённое железо, оставляя в груди лишь пепел и боль.              Покрывшись холодным потом, Петтигрю упал на колени, продолжая слышать эхо выстрела в своей голове.              Сознание прояснилось лишь тогда, когда он открыл глаза, тяжело дыша всей грудью. Схватившись за простыни, Питер крепко сжал ткань пальцами, пытаясь привести себя в чувство.              — Джеймс жив, — прошептал он сам себе. Кошмаров он уже давно не видел. — Он жив. Жив…              Взгляд переместился к тумбочке, на которой лежал его телефон. Он быстро взял его, нашёл номер телефона Джеймса и нажал на кнопку вызова.              Он посчитал пару гудков, прежде чем на той стороне раздался голос друга:              — Питер? Что-то случилось? — в его голосе слышалась привычная тревога.              «Джеймс жив… Это его голос. С ним всё в порядке».              — Всё… всё… в порядке.              — У тебя дрожит голос, — заметил Поттер, в его голосе стало больше тревожности. — Ты точно в порядке? Время три часа ночи, тебе не спится?              Питер стиснул зубы, чувствуя, как глаза обжигают горячие слёзы. Он поджал колени к груди, подобрал одеяло к себе ближе и всхлипнул, пряча лицо в скомканном одеяле.              Джеймс молчал, дожидаясь, пока Питер придёт в себя. Кажется, он начал понимать, что с ним происходит.              Голос Питера дрожал, словно осенний лист на ветру, в нём слышалась такая глубокая, надрывная мольба, что сердце сжималось от боли. Он говорил сквозь душившие его слёзы, каждое слово вырывалось с трудом:              — Прости меня… пожалуйста, прости. Джеймс… Ты из-за меня… в такой страшной опасности… Прости…              — Пит, — мягко произнёс он, тон товарища успокаивал и придавал силы. — Я справлюсь, ты же знаешь. Я всегда выбираюсь из любой передряги. Это было моим решением, ты ни в чём не виноват. Тем более…              — Нет! — голос Петтигрю стал на тон выше. Он внезапно замолчал, восстанавливая своё дыхание. Питер не был неблагодарным человеком, он искренне беспокоился за того, кто давал ему больше, чем он мог себе позволить. Джеймс Поттер был его единственным лучшим другом, которого Петтигрю подверг смертельной опасности. — Просто… мне приснился кошмар. Я не хотел, чтобы тебя завербовали на целый год. Послушай, Джеймс, это так… несправедливо.              Тишина на том конце провода давила на Питера с удушающей силой. Неведение терзало его: что творилось в мыслях у друга, какое выражение застыло на его лице? Эта непроглядная завеса неизвестности лишь усугубляла его муки.              Спустя время Джеймс честно признался:              — По правде говоря, это и для меня было неожиданностью. Эван показался мне неплохим парнем, ему я доверяю.              — Никому нельзя доверять, — промычал Питер, надрывно всхлипнув. — Будь осторожен с Мальсибером, он опасный человек.              — Ага, я заметил, — усмехнулся Поттер. — С ним я буду осторожным, спасибо за беспокойство! Пит, правда, всё хорошо. Тебе не стоит за меня волноваться.              Питер не знал, что сказать. Как бы Джеймс не уверял его в том, что всё будет хорошо, он знал, что ничего хорошего ожидать нельзя. Связавшись с такими людьми однажды, тяжело становится всю жизнь.       

      ***

             Джеймс только завершил звонок, тёмными глазами уставившись на экран телефона. Сириус уже давно спал, да и мама — тоже. Отец до сих пор не вернулся с работы из-за срочной операции. Кажется, ждать его придется только рано утром.              Перевернувшись на другой бок, парень потёр свои напряжённые глаза. В комнате внезапно стало очень душно, хотя Джеймс понимал, что это ему всего лишь казалось. Он открыл рот, чтобы набрать в лёгкие больше воздуха, вдохнул и выдохнул.              Экран телефона все еще был перед глазами. Джеймс листал новостную ленту, которая предупреждала об опасностях в районах Лондона. Пролистав ещё немного, он наткнулся на автопортрет Регулуса Блэка. Это был его детский автопортрет, рядом с которым была его взрослая копия, которую составили специалисты, чтобы понять, как юноша мог бы выглядеть на данный момент. Также было указано, что расследование возобновилось, а это значит, автопортрет младшего Блэка будет появляться в новостях всё чаще и чаще.              Если Регулус был жив, то эта новость до него обязательно дойдёт, и ему придётся среагировать. Он скрывался от полиции и Сириуса столько лет, что Поттер невольно задумался: «Почему?»              Он отрицал то, что этот мальчик был где-то заключён в плену, ведь если Реддл приютил у себя ребенка, то, должно быть, он растил его для своих грязных целей в мафии.              Джеймс не знал…              Он совсем ничего не знал про это, но умудрился вобрать в себя столько знаний и информации связанных с мафиозной деятельностью, что позабыл об одном — о безопасности.              Ему казалось, что он сходил с ума. Адреналин порой бешено разносился по его венам, заставляя совершать безрассудные поступки. Он чувствовал, что ему было тяжело контролировать свои мысли и эмоции, выходящие за грань разумного, но он старался. Ему нельзя было подводить своих родителей и близких друзей, поэтому Джеймс очень старался.              Глаза болели от мерцания экрана. Джеймс свернул ленту и заблокировал телефон, укладываясь на спину. Темнота слишком давила, словно свинцовый камень, уснуть никак не получалось, а мысли крутились вокруг Регулуса.              Он ничего не сказал Сириусу и попросил Питера молчать. Пит не дурак, он будет держать язык за зубами, но как долго Джеймс сможет это скрывать? За этот год (если раньше всё не закончится) рано или поздно кто-нибудь обо всём узнает.              В эту ночь Поттер так и не сомкнул глаза.              Два дня тянулись мучительно медленно. Джеймс почти не выходил из комнаты, лишь поесть спускался, когда звала мама. Этим летом он хотел устроиться на работу, и на днях, когда Поттер спустился вниз, Эффи спросила своего сына:              — Джеймс, ты же хотел найти работу? Может, пойдешь к отцу?              Джеймс замер у лестницы. Взгляды матери и отца были устремлены к нему.              — О, я как раз нашел подходящую, — сообщил им парень. — Разнорабочий, ничего серьёзного, но зато будут деньги. А еще… возможен заработок вдали от города. Это уже как повезёт.              Флимонт нахмурился, когда услышал сына.              — Вдали от города? Это чем тебя заставят заниматься?              — Ну, знаешь, физическая сила нужна везде. Я говорил с одним парнем, что работает там, он рассказал мне, как его отправили в Брайтон на помощь институту, — он непринужденно пожал плечами, направляясь в кухню. — Поездку ему, кстати, оплатили. С этим проблем не будет.              Родители переглянулись, когда сын скрылся из гостиной.              На самом деле, Джеймс перестраховался заранее, чтобы не возникало вопросов по поводу его отсутствий. Этим летом он, наверняка, будет пропадать на несколько дней, и не хотел, чтобы родители переживали.              Когда завершился второй день, рано утром третьего дня Джеймса разбудил телефонный звонок.              — Алло? — сонно пробормотал парень, спуская ноги с кровати и ища тапочки.              — Это Джеймс? — отозвались на той стороне.              Поттер выпрямился; сон как рукой сняло. Прочистив горло и надев очки, Джеймс встал с кровати, отодвигая шторы в комнате, чтобы посмотреть на двор. Он опасался, что люди Реддла могут окружить его дом.              — Да, это я.              — Хорошо. Меня послал к тебе Эван. Я буду у твоего дома через десять минут.              Услышав знакомое имя, Джеймс судорожно втянул носом воздух.              — Я понял, — чуть ли не прохрипел он. — Как мне тебя звать?              — Меня зовут Вильгельм.              Когда разговор завершился, Джеймс отправился собираться. Если вспомнить, то сегодня его отведут к Эвану и Мальсиберу с остальными. Покажут, где находится их милое гнездышко…              Но отчего-то он совсем не чувствовал страха. У него было время отогнать страх от сердца, оставив лишь любопытство и желание дотянуться до самого скрытного человека, о котором он слышал долгое годы. До Регулуса Блэка.              Джеймс не понимал, что двигало им. Он не знал брата Сириуса, но Регулус был тайной, которую кто-то должен был разгадать. И если он убедится в том, что среди Пожирателей не было такого человека, он будет действовать по-другому. Ему придётся сообщить Сириусу и матери. Ему придётся пойти в полицию или связаться со следователем Люпином, чтобы попросить обезопасить себя и родных. Джеймс будет готов сотрудничать, если это поможет делу.              Звонок в дверь заставил парня выйти из кухни, в которой сидела мама. Открыв дверь, Джеймс увидел перед собой светловолосого молодого человека. Он улыбался достаточно дружелюбно для того, кто являлся человеком из мафии.              — Джеймс?              — Вильгельм? — в том ему поинтересовался Поттер.              Вильгельм согласно кивнул. На нём была белая футболка под стильным пиджаком. Штаны подчеркивали образ, который не был настолько официальным, да и выходным тоже не казался. Джеймс же был лишь в футболке и штанах, но в отличие от Вильгельма, Поттер выглядел как полный идиот.              — Вильгельм Уилкис, — полностью представился парень, протянув Джеймсу ладонь для рукопожатия.              Джеймс пожал ладонь, немного колеблясь. Насколько безопасно впускать этого человека в свой дом? Однако с другой стороны, закрытая дверь не гарантирует безопасность ни ему, ни семье.              — Проходи, — все же решился Поттер в тот момент, когда из кухни вышла мама.              — Милый? Кто твой друг? — женщина мягко улыбнулась, подходя к сыну и незнакомому юноше.              — Меня зовут Вильгельм Уилкис, миссис Поттер, — добродушно представился парень.              Кажется, женщине понравился этот молодой человек, а потому поспешила оставить их наедине, после знакомства.              Джеймс обулся в сапоги, взял ключи с телефоном и направился к выходу вместе с Уилкисом.              Между ними не было напряжения, пока оба двигались по улице. Наоборот, Джеймсу понравилась эта ненавязчивая атмосфера. Он даже смог расслабиться, пока Вильгельм не спросил:              — Ты друг Питера?              Джеймс встретил его взгляд.              — Да, его друг.              — Что ж, это… смело, — протянул Уилкис, в его голосе послышались нотки змеиного восхищения. — Добровольно влезть в петлю на целый год! И все ради такого… кхм… замечательного человека, как Питер, — уголки его губ дернулись в подобии улыбки, больше похожей на оскал.              Джеймс нахмурился. Воздух вокруг них вдруг сгустился, словно перед грозой. Кажется, он зря расслабился, приняв эту лицемерную любезность за чистую монету.              — Знаешь, ради кого-то всегда стоит рискнуть, — отрезал Поттер, стараясь казаться невозмутимым. — Питер для меня не просто имя в списке.              — О, да брось! — Уилкис картинно вскинул руки. — Прости, дружище, просто я не привык к таким… героям, как ты.              — К каким "таким"? — Джеймс удивлённо вскинул бровь.              — К тем, кто вечно кидается грудью на амбразуру ради своих драгоценных дружбанов, — пояснил собеседник, сворачивая за угол. Джеймс последовал за ним, словно привязанный. Уилкис продолжал, его голос стал ровным и холодным, как лёд: — С этого дня твоя жизнь превратится в один сплошной кошмар. Если тебе не скомандуют убивать (хотя, кто знает, может, тебе даже понравится?), то будешь смотреть, как убивают других. Любое слово против нас — предательство. Любой намёк на неповиновение — карается. Ты же не идиот, Поттер, и прекрасно понимаешь, что жизнь твоего дружка Питера теперь висит на волоске, и этот волосок — ты. Мальсибер, между прочим, уже давно точит зубы на этого вашего Питера. А вот насчёт тебя у нас тут недавно жаркие дебаты были, но Эван взял за тебя ответственность. Странно, правда? Для него-то.              — Мой отец когда-то спас ему жизнь, — выпалил Поттер, хотя сам до конца не верил, что причина в этом. — Как я и сказал, я дал слово на год. И я его сдержу.              — Да, я очень на это надеюсь, — прошипел Уилкис, и в его глазах мелькнуло что-то зловещее.              Джеймс немного помолчал, обдумывая слова Уилкиса. Он не удивился тому, что кто-то из этой шайки был против того, чтобы он вступал в их команду. Напротив, Джеймс с самого начала предположил, что с этим будут проблемы.              Он мыслями вернулся к Мальсиберу. Этот человек был известен в криминальном мире; также он был опасен и явно острый на язык. О его происхождении ничего неизвестно, потому полиция и не могла выйти на его след. У Пожирателей смерти, определенно, есть связи в правоохранительных органах.              — Правда, что Мальсибер убил целую семью? — задал вопрос Джеймс, привлекая внимание сопровождающего, но спрашивая не так громко, чтобы его не услышали посторонние. — Про это писали в новостях.              — Брюс очень сложный человек. Не буду скрывать, что на его руках крови больше, чем на руках нашего босса, но его судьба сложилась не самым лучшим образом, — Вильгельм пожал плечами. В его голосе скрылось сочувствие, что не ускользнуло от Поттера.              — Что ты имеешь в виду?              Когда они оказались на пустой улице, Уилкис остановился у дороги. Он вгляделся вдаль, словно кого-то высматривая.              — Ходят слухи, что отец убил мать Брюса на его глазах. Ему было то ли семь лет, то ли восемь. Когда его отец скрылся, босс взял ребенка под свою опеку. Та семья, которую Брюс убил, вероятно, была новой семьей его отца. Но это только слухи, мы не вдаёмся в подробности своих товарищей.              В их сторону двигалась черная тонированная машина. Когда она остановилась рядом с двумя юношами, окно опустилось, и из него на Джеймса посмотрел Эван, с любопытством оглядев новоприбывшего рекрута.              — Рад видеть тебя, Джеймс, — ухмыльнулся Розье, жестом руки подзывая обоих сесть в машину.              — Да, привет, — коротко кивнул он, занимая место на заднем сидении. Уилкис сел спереди.              Когда машина тронулась, Эван посмотрел на Джеймса через переднее стекло.              — Уилкис тебе рассказал про твоё первое дело?              Заметив, что на него смотрели, Джеймс выдержал взгляд Эвана. На самом деле, Вильгельм ничего не упомянул насчёт его “первого дела”, поэтому он отрицательно покачал головой.              Эван одарил своего товарища пронзительным взглядом, на что Уилкис закатил глаза:              — Запамятовал, извини.              Он ничего не ответил, лишь выдержал паузу для интриги. Вероятно, чтобы привлечь Джеймса к этой теме.              Это будет его первое дело, от которого Поттер не вправе отказаться. Что это будет? Передача товара или кража ценного имущества? Сможет ли он нарушить закон, не задумываясь о последствиях? Вся эта история казалась нереалистичной, плодом своего воображения, ведь он никогда бы не смог пойти на такой шаг в здравом уме.              Всё верно. Джеймс был не в своём уме, соглашаясь на целый год. Им двигали желание спасти и предвкушение чего-то опасного.              — Это будет приём у одних богачей, — внезапно высказал Розье, привлекая внимание Джеймса.              — Приём? — переспросил Поттер, отвлекаясь от своих мыслей. Очевидно, что не на такой ответ он надеялся.              — Да. Ничего сложного в этом деле нет, тебе предстоит проложить путь для основного дела.              — А поконкретнее?              — Мы планируем вернуть важные документы, которые принадлежат нашему боссу, — пояснил Эван, вновь взглянув на Джеймса через зеркало. В его глазах полыхнул огонёк азарта. — У нас есть приглашение, ты должен будешь отправиться в поместье Малфоев с моей сестрой, Пандорой, и впустить внутрь нашего человека, чтобы он завершил дело, — и всё. Я бы сам пошёл, но меня Малфои знают в лицо. А вот ты — прекрасный кандидат на эту роль. Мы тебя подготовим и всё объясним. Если будешь следовать нашим указаниям, всё пройдет без последствий.              Джеймс слышал о семье Малфоев множество разных вещей. Они были одними из немногих горделивых аристократов. Он слышал, что сын Абраксаса, Люциус, является завидным холостяком, но предпочитал мужчин. В их время гомосексуализм не являлся чем-то запретным, потому общество поделилось на две группы: осуждающие такое поведение и принимающие выбор человека.              Множество журналов и газет пестрили разнообразными заголовками о семье Малфоев. Фотографии Абраксаса и Люциуса занимали видные места в прессе, потому Джеймс знал, как выглядел Малфой младший. Вот только он его совершенно не знал, они жили в разных мирах. Находиться среди аристократов Поттеру не приходилось.              Впрочем, на словах дело казалось и вправду не таким уж сложным, однако обо всех нюансах Джеймсу предстоит узнать потом.              Машина Эвана припарковалась у дома на окраине города. Джеймс вышел из машины, обведя взглядом двухэтажный, обширный дом.              — Вот это роскошь, — присвистнул Джеймс. — Вы награбили себе на целый особняк?              — Это дом семьи Эвана, — сказал Уилкис, расслабленно двигаясь к входным дверям.              — Он зарегистрирован на имя моей семьи, — Эван открыл багажник и вытащил оттуда сумку с вещами, которую передал в руки Джеймса. — Это твои вещи. Приведём тебя в порядок.              Взвесив сумку в руках, Джеймс открыл её. Там и вправду были сложенные вещи. Костюм, понял Поттер, нервно усмехнувшись. Костюмы в последний раз он носил… Да даже вспомнить он не мог, когда такое было.              — Уилкис сказал, что ты взял за меня ответственность, — произнёс парень, поднимая глаза на Эвана. Его взгляд казался серьёзным.              — Да, что-то такое было, — Розье лениво пожал плечами, подпирая поясницей капот машины. Сложив руки на груди, парень смерил Джеймса взглядом. — А что?              — Для Питера ты бы сделал то же самое?              — Я его совсем не знаю.              — Меня ты тоже не знаешь, — на губах Джеймса появилась насмешливая ухмылка. Он положил сумку с вещами на капот, запуская руки в карманы штанов. — Дело ведь не только в том, что мой отец когда-то тебе жизнь спас, верно? Ты не думал, что я могу пойти в полицию с такими сведениями о вас?              На лице Эвана появилось нездоровое любопытство. Кажется, Джеймс попал в яблочко.              — Вот, что я тебе скажу: ты знаешь меньше, чем полиция, Джеймс Поттер, — вытянув из кармана пачку сигарет, Розье обхватил фильтр губами. На этот раз он закурил, сжимая пачку сигарет в ладони. — Когда ты согласился с моим условием, я не оставил тебя и твой дом без присмотра. За тобой наблюдал наш человек. Профи, между прочим, — он усмехнулся. — Но если у тебя есть вопросы, ты можешь задать их мне. Я тебе не солгу, ведь от тебя мне тоже будет выгода.              Слежку за своим домом Джеймс не заметил, но если это был профи, как говорил Эван, то он бы никогда об этом не узнал, если бы ему не сказали. И раз за ним следили, то Эван был в курсе о том, кто именно жил в его доме. А вот это было уже волнительно.              — Хорошо. Ты знаешь, что моя семья взяла опеку над Сириусом Блэком? — прямо спросил он, не упуская момента уловить тень удивления на лице Эвана.              — Ты про брата Регулуса? — беззаботно бросил Розье, стряхивая пепел на землю. — Да, я в курсе об этом, точно так же, как и в курсе о том, что ты копал под нас из-за него. О, не удивляйся так, — Эван издал смешок, когда лицо Джеймса вытянулось от удивления. — Думаешь, я идиот последний? Я знаю, что ты пришёл к нам по личным причинам. Полиция ищет Регулуса, но, вот незадача, он не в восторге от всего, что связано с его поисками. Это моя головная боль…              — Что ты имеешь в виду? — снова удивился Поттер, совершенно не понимая, к чему идёт этот разговор.              — То, что Регулус давно должен был уйти из мафии, но не смог. Он не тот ангелочек, которого привезли из приюта. Он убивал и грабил, но это не главная причина, почему он остался. Есть человек, с которым он поддерживает тесную дружбу. Он не может его оставить здесь, поэтому остаётся подле Тома Реддла. Регулус не состоит с нами в тесных отношениях, но наша команда является командой «поддержки» для основного отдела, который и занимается всей грязью и важными решениями. Твоя фамилия всплывала в нашем деле давно, поэтому, когда я её услышал, то решил, что ты мне поможешь. Я хочу, чтобы ты мне помог вытащить из мафии двух людей: Регулуса Блэка и Барти Крауча. Они вдвоём — доверенные лица босса мафии, Тома Реддла. Мне нужен здесь союзник, поэтому я дал тебе шанс стать им. Регулусу нужна помощь, Джеймс…              «Регулусу нужна помощь».              Это крутилось в мыслях столько раз, что Джеймс готов был сойти с ума. Кому-то нужна была помощь Джеймса, и он мог дать её. Но ради этой помощи сам он собирался упасть во тьму; позволить неизвестности поглотить его, чтобы сорвать оковы, наложенные на Джеймса им самим.              Из мыслей не уходил этот разговор. Джеймс согласился помочь Эвану, если это вернёт Сириусу брата, но теперь Поттеру придётся держать себя в руках, чтобы избежать последствий.              Если цепи спадут, последствия обрушатся градом.       

      ***

             Дом внутри оказался просторным. Слышались спокойные голоса из кухни, в которую вошли Эван и Джеймс с сумкой в руках.              К ним подошла девушка с такими же светлыми волосами, как и у Эвана. Сестра, понял Джеймс по тому, как она по-семейному обняла брата и улыбнулась ему.              — Пандора, это Джеймс, — представил он Поттера своей сестре. — Сегодня на приём он пойдёт как твой кавалер, — Розье взглянул на Джеймса и улыбнулся. — Это моя сестра, Пандора. Не смей её обидеть.              Послышалась усмешка Брюса, сидевшего за столом рядом с бледнолицым парнем. Последний шустро печатал на ноутбуке, совершенно не обращая внимания на вошедших.              — Твоя сестра сама кого хочешь обидит, — прокомментировал Мальсибер, отрывая взгляд от экрана ноутбука, чтобы посмотреть на Поттера.              Джеймс стушевался под взглядом пронзительных карих глаз.              — Я бы не посмел, — выпалил он и мягко улыбнулся Пандоре. — Рад познакомиться. А ты давно, ну… в такой организации?              — О, я не состою в этой организации, как мой глупый брат, — безмятежно ответила девушка. — Эван ушёл из дома очень давно, и ему повезло, что я не рассказала о его образе жизни нашему семейству.              — Сумасшедшему семейству, — поправил её Эван, отмахнувшись рукой. Он двинулся к столу, чтобы взглянуть в экран ноутбука. — Я отцовские правила терпеть не мог, а мать дрова в огонь только и могла подбрасывать. Пан, можешь не жужжать над ухом об этом. Я сказал, что не вернусь, да и ты не обязана мне помогать в моих делах.              — Если я не помогу, то кто тебе поможет? Феликс до сих пор не простил тебе бегство, — в голосе девушки слышались язвительные нотки. Когда Эван проигнорировал её, Пандора обратила всё своё внимание на Джеймса, словно забыла о существовании своего брата. — Я тобой займусь. Сначала сострижём твои лохматые волосы, подберём линзы и переоденем в стильный костюм, — девушка отошла, чтобы взять со стола приглашение и протянула его Поттеру. — Вот приглашение, приём начинается в шесть часов вечера.              Приняв приглашение, Джеймс прочёл его содержимое. Кое-что немного удивило Джеймса, потому он поинтересовался:              — Пандора Лавгуд? У тебя с Эваном разные отцы?              — Нет, — честно призналась девушка. — Я была расписана с молодым человеком, но развелась, когда поняла, что это не мой мужчина. Фамилию я оставила.              Вот оно что. Джеймс кивнул, возвращая приглашение Пандоре.              Следующие два часа Джеймса вводили в курс дела. Он познакомился с Северусом (этот бледнолицый, как говорил Джеймс) и с Эйвери, который в прошлый раз сидел в машине с Эваном во время встречи с Питером. Уилкис говорил по телефону на втором этаже дома, а Джеймс размышлял, как вести себя среди богачей.              В целом, план не был невыполнимым. Северус, с которым Джеймс не поладил с самого первого приветствия, оказался айтишником, на ком и будет держаться всё дело. В поместье Малфоев, где будет проводиться приём, стоят видеокамеры. Северус несколько недель пытался обойти защиту этого дома, чтобы подключиться к камерам видеонаблюдения. Теперь большая часть поместья, которая была просматриваемая охраной Малфоев, находилась под контролем Снейпа.              В назначенное время, а то есть, в 18:43, камеры, следящие за коридором, что вёл к заднему выходу, перестанут передавать трансляцию в реальном времени. Картинка будет заморожена до 18:48. И здесь начинается самое сложное: Джеймсу надо будет успеть впустить их человека в поместье за пять минут и вернуться в общий зал, в котором камеры видеонаблюдения имеют свойство двигаться. Снейпу пришлось вычислять алгоритм их движений, чтобы понять, что место, из которого должны будут выйти Джеймс и ещё один член команды, будет слепой точкой для камер лишь с 18:48 до 18:49. У них будет ровно минута, чтобы слиться с толпой приглашённых гостей. Этот план был рассчитан с учётом того, что у Поттера не возникнет проблем, но в случае препятствий Джеймса будут курировать Снейп и Мальсибер по маленькому голосовому передатчику, который будет закреплён в ухе юноши.              После завершения своей части Джеймс и Пандора могут уйти; фургон будет ждать ребят на соседней улице.              Примерно в два часа дня Джеймсу позвонила мама, поинтересовавшись, когда он вернётся домой. Поттер попросил не волноваться, но ужин ему придётся пропустить. Ссылаясь на работу, которой он занялся, Джеймс заверил женщину, что всё в полном порядке.              Джеймс сидел в парикмахерском кресле, разглядывая своё отражение в огромном зеркале. Пряди волос, скользнув под ножницы, стали заметно короче, но не настолько, чтобы вызвать протест. На голове теперь красовалась стильная укладка, на создание которой Поттер в обычной жизни никогда бы не решился. Привычные очки уступили место линзам, отчего взгляд стал острее и выразительнее. Зрение не было катастрофически плохим, но за стёклами очков Джеймс чувствовал себя увереннее. Впрочем, и здесь он не стал спорить.              Когда Пандора, ожидающая его в комнате для посетителей с кружкой чая, посмотрела на Поттера, её губы растянулись в яркой улыбке. Она отложила чашу и поднялась с мягкого диванчика, лёгкой походкой приближаясь к своему партнёру.              — Тебе так идёт!              — Чувствую себя незащищённым, — Джеймс вздохнул, но ответил благодарной улыбкой. — Остался костюм, да?              — Да, пора возвращаться, — девушка подхватила юношу за локоть, и они вышли из парикмахерской, направляясь домой.              В этот вечер Джеймс запер свои страхи на замок, низвергнув их в темную бездну тайного ящика. Он примерит личину, сыграет свою роль с таким неистовым правдоподобием, что даже собственная душа обманется, поверив в эту иллюзию.