В нашей громкой тишине

Ночью Аарон не мог уснуть. Мысли никак не покидали его голову, словно назойливая муха, которую хотелось отогнать, но все попытки оставались тщетными. Это состояние не было для него чем-то новым. Полгода бесконечных заседаний, нервного ожидания вердиктов и холодных взглядов присяжных не могли пройти бесследно. Казалось, что он едва успевал приходить в себя после одного слушания, как уже приходилось готовиться к следующему. И вот, стоило ему уже забыть это чувство, как оно возникло в груди снова. Он ненавидел это и привыкать не собирался. Тихий шорох с соседней кровати заставил Аарона оторвать взгляд от стены и повернуться на другой бок. Кевин лежал, уложив руку под щеку, и смотрел на Миньярда так пристально, будто пытался прочитать его мысли. — Не спишь? — шёпотом спросил Дэй, хотя ответ был очевиден. — Нет, — также тихо произнёс Аарон. Кевин чуть приподнялся на локте и на мгновение задумался, словно что-то взвешивая. Его глаза блеснули в тусклом свете ночника, а губы дрогнули в едва заметной улыбке. — Пойдём со мной, — предложил он. — Что? Куда? — не понял Аарон. Через пару секунд кровать Аарона скрипнула от того, что Кевин сел рядом и с нескрываемым энтузиазмом произнёс: — Гулять. — Кев, на часах двенадцать ночи, — нахмурился Аарон. — Прекрасное время, чтобы не попасться на глаза твоему брату, — усмехнулся Кевин и наклонился чуть ближе. — Ты же не собираешься провести всю ночь, считая трещины на потолке? Мозг Аарона отчаянно искал повод для отказа, но умоляющий, почти щенячий взгляд Кевина лишал его решимости. Он тихо выдохнул и откинул одеяло в сторону. — Только недолго, — пробурчал он, стараясь скрыть заинтересованность. Улыбка, мелькнувшая на лице Кевина, была слишком довольной, чтобы остаться незамеченной. Когда они вышли из общежития, прохладный воздух ударил в лицо. Аарон вдохнул полной грудью, словно только сейчас ему удалось вырваться из удушающего плена собственных мыслей, а затем перевёл взгляд на Кевина. — Ладно, может мне и правда нужно пройтись, — тихо сказал он. — Хочешь куда-нибудь конкретно? — спросил Кевин, чуть склонив голову набок. Аарон пожал плечами, взгляд его скользнул в сторону, будто он боялся встретиться с глазами собеседника. — Хочу туда, где тихо и спокойно. Кевин задумчиво отвёл взгляд, на пару секунд замолчал, словно что-то прикидывал, а потом неожиданно коснулся его ладони. Холодная кожа соприкоснулась с кожей Аарона, и тот едва заметно вздрогнул. — Идём, — просто сказал Кевин. Их пальцы переплелись сами собой, естественно, будто так и должно было быть всегда. Кевин уверенно повёл его вперёд, в неизвестность, а Аарон, к собственному удивлению, не стал задавать вопросов. Он шёл рядом, ощущая тепло чужой руки и странное спокойствие, которое постепенно вытесняло привычное напряжение. С каждым шагом шум мыслей в голове стихал, растворяясь в ночной тишине. Фонари светили редкими пятнами, ветер колыхал ветви деревьев, и всё это казалось почти нереальным.

***

— Стадион? Серьёзно? — Аарон усмехнулся, разглядывая закрытую железным забором территорию. — Ты, вроде, хотел в спокойное место, — протянул Кевин, косо посмотрев на блондина. — Да, но… У нас нет ключей. Кевин ухмыльнулся и, нарочито медленно сунув руку в карман, вытащил связку ключей. В тусклом свете фонаря металл блеснул, будто специально для эффектности. Аарон приподнял бровь и нахмурился. — Откуда? — Когда-то я часто приходил сюда тренироваться. Настолько часто, что охрана решила: «Пусть уж лучше ходит с ключом, чем лазает через забор», — он пожал плечами, словно это было чем-то обыденным. — Не думаю, что они отдали тебе ключи с мыслью, что ты приведёшь сюда кого-то посреди ночи, — заметил Аарон. Щёлк. Замок поддался, и тяжёлые ворота с протяжным скрипом распахнулись. За ними открылся тёмный овал поля, пустой и тихий, окружённый рядами мёртвых на вид сидений. — Тут так… тихо, — выдохнул Аарон, делая шаг вперёд. Ему было непривычно видеть стадион в таком состоянии — без прожекторов, без криков болельщиков, без резкого голоса тренера. Лишь ветер шуршал где-то на верхних рядах, перекатывая обрывки старых афиш. Кевин встал рядом, сунув руки в карманы. — Вот поэтому я и привёл тебя сюда. Аарон невольно улыбнулся. В тишине стадион казался огромным, будто дышащим. — Честно говоря, — начал он, — у меня чувство, будто мы нарушаем правила. — Может, так и есть, — хмыкнул Кевин. — Но иногда стоит переступить через правила. Аарон резко повернулся и взглянул на друга с вопросом. — Кто ты такой и куда дел Кевина Дэя? Кевин улыбнулся уголком губ, будто вспомнил что-то, о чём не собирался говорить вслух. Затем без спешки закрыл за ними ворота, звук железа эхом разнёсся по пустому стадиону. Он уверенно зашагал к центру поля. — Так и будешь там стоять или станешь моим соучастником? — обернулся он через плечо. — Думаешь, в моей жизни недостаточно криминала? — с иронией спросил Миньярд, но всё же двинулся следом. — Думаю, побыть немного на поле, которое даже не охраняется, — не слишком сильное преступление, — бросил Кевин, замедлив шаг. Он остановился ближе к центру, поднял голову вверх. Небо, открытое и огромное, было усыпано звёздами. Без прожекторов и толпы стадион выглядел как чужая планета — заброшенная, но живая. Кевин присел на прохладную траву, а затем лег на спину, раскинув руки, будто позволял полю забрать его себе. В дыхании его чувствовалась редкая лёгкость. Аарон догнал его и остановился рядом, глядя сверху вниз на довольное, почти умиротворённое лицо, которое смотрело на него в ответ. — Ты выглядишь так, будто наконец-то нашёл смысл жизни, — заметил он, скрестив руки на груди. — Может, так и есть, — тихо ответил Кевин. В его взгляде было что-то необъяснимое: слишком прямое, слишком откровенное, как будто он видел не Аарона, а кого-то большего — что-то священное, недосягаемое. От этого щёки Миньярда непроизвольно заалели, и он резко отвёл глаза. — Я всё ещё жду момента, когда ты сорвёшься и признаешься, что это очередная тренировка, — буркнул он, пытаясь вернуть разговор в более привычное русло. — Нет, сегодня есть идея получше. Его взгляд вспыхнул чем-то странным, и прежде чем Аарон успел сообразить, его схватили за руку и резко потянули вниз. — Эй! — возмутился он, но сопротивление оказалось бессмысленным. Холод земли пробился сквозь ткань, заставив его вздрогнуть. Он сел рядом и вопросительно уставился на Кевина. Тот лишь улыбнулся — спокойно, почти загадочно — и кивнул вверх. — Посмотри. Аарон поднял голову. И замер. Небо было похоже на бездонное море, усыпанное мириадами искрящихся огней. Казалось, что звёзды мерцают в такт их дыханию, будто над ними раскинулось нечто бесконечно большее, чем сама жизнь. В груди у него что-то неприятно дрогнуло — слишком сильное чувство для того, чтобы назвать его простым восхищением. — Ты специально устроил этот спектакль? — хрипло спросил он, не сводя взгляда с неба. Кевин усмехнулся, сложив руки под голову. — Нет. Я просто подумал, что тебе стоит иногда смотреть выше уровня собственной стены. — Возможно, ты прав. Я… никогда не видел столько звёзд. — Потому что свет города притупляет этот вид, — тихо сказал Кевин. Аарон слегка улыбнулся, не отрывая взгляда от неба. Его лицо, обычно жёсткое и закрытое, вдруг стало почти лёгким, свободным. Кевин же замер, наблюдая за ним. В этом профиле не было ни холодной отстранённости, ни привычной злости — только редкая, почти детская искренность. — Безумно красиво, да? — спросил Аарон, и в его голосе прозвучало неподдельное восхищение. — Да, — выдохнул Кевин, даже не взглянув на небо. — Безумно. Тишина потянулась между ними, наполненная далёким шумом ночного ветра. Аарон заметил этот взгляд, медленно повернул голову и встретился глазами с Кевином. На мгновение ему показалось, что звёзды исчезли — остался только этот странный, слишком прямой свет в чужих глазах. — Перестань так пялиться, — пробормотал он, отводя взгляд, но в голосе не было резкости. Кевин едва заметно усмехнулся. — А если не перестану? Аарон фыркнул, пытаясь спрятать смущение. — Тогда, боюсь, придётся тебя ударить. — Стоит ли рисковать ради такого вида? — тихо бросил Кевин. — Ты же в курсе, что рискуешь даже просто находясь сейчас рядом со мной? — заметил Аарон. — Если Эндрю узнает… — То смотреть мне больше будет нечем, — выдохнул Кевин. — Знаю. — Тогда зачем? — спросил Аарон почти шёпотом. Кевин, встретив его взгляд, медленно улыбнулся. Не дерзко, не самодовольно — тепло, с какой-то обезоруживающей мягкостью. — Потому что оно того стоит. Аарон хотел что-то возразить, но слова застряли в горле. Звёзды над ними расплылись, потому что он слишком долго не отводил взгляда. На мгновение ему показалось, что холодная земля перестала быть холодной, и всё вокруг сузилось до этого короткого расстояния между ними. — Ударишь? — спросил Дэй вполголоса. Аарон внезапно приблизился, из-за чего Кевин даже прикрыл глаза, действительно готовый к удару. Но вдруг тёплые губы коснулись его собственных, вытесняя из лёгких кислород и заставляя сердце биться чаще. Он отстранился так же быстро, как приблизился, отчего губы мгновенно остыли. — Считай это за удар, — шёпотом произнёс Аарон, глядя в зелёные, удивлённые глаза, которые моргали слишком часто, будто не веря произошедшему. — Это… Если это удар, то я готов злить тебя вечно. Аарон улыбнулся, но едва успел насладиться мгновением, как ощутил сильные руки на своей талии. Не успел он моргнуть, как Кевин ловко поменял их местами, уложив Аарона спиной на землю и нависнув над ним. — Я хочу, чтобы ты меня избил, — тихо произнёс Кевин, медленно проводя пальцами вдоль позвоночника. — Интересная просьба, — усмехнулся Аарон, чувствуя, как от прикосновений по телу пробегают мурашки. Губы Кевина коснулись Аарона более уверенно, жадно и страстно. Могло показаться, что этот поцелуй — стакан воды в пустыне для Дэя. Аарон ответил, цепляясь руками за чужую футболку, как за спасательный круг, чтобы не утонуть в море ощущений. Губы Кевина были теплее, чем Аарон ожидал: сначала мягкие, изучающие, затем всё более настойчивые, словно хотели сказать словами, которые было страшно — да и не нужно — произносить вслух. Аарон отвечал тем же: сначала осторожно, едва касаясь, затем глубже, впуская чужой ритм в свой собственный. Язык Кевина коснулся нижней губы Миньярда как тихая проверка границы, и Аарон пропустил его дальше, чувствуя, как тёплые руки ложатся на его бока, осторожно сжимая. Сколько продлился этот поцелуй, они не знали. Но когда они, наконец, оторвались друг от друга, их дыхание сбилось в одном такте, и на губах обоих осталась улыбка. Кевин с нескрываемым восторгом наблюдал за этой эмоцией Аарона, словно не верил, что причиной стал он. — Нам пора возвращаться, — шепнул Аарон. — Пока никто не заметил наше отсутствие. Хоть Аарон и говорил это, сам вставать не торопился. Он продолжал сжимать чужую футболку и смотреть то в глаза, то на губы напротив.

***

Было около четырёх утра, когда Кайл возвращался после смены в клубе. Ночь стояла тихая, сонная, будто сама улица дремала. Он неспешно шёл в сторону общежития, думая о том, какой будет его следующий шаг в сторону Аарона. Каждая мысль крутилась вокруг него, словно назойливая песня, которую постоянно хочется напевать. Ким его совершенно не поддерживал, продолжая твердить, что всё должно идти своим чередом. — Если это судьба, то она сама всё сделает за вас, — сказал он с тем привычным спокойствием, которое раздражало сильнее любых упрёков. Кайл лишь криво усмехнулся: — Судьба сделала достаточно, когда закинула нас в детстве в параллельные классы. Ким посмотрел на него долгим, равнодушным взглядом, будто устал повторять очевидное: — Это не судьба. Это наше проклятие. Но Кайл не мог так просто смириться. Мысль о том, что он потеряет Аарона окончательно, сжимала грудь ледяными тисками. Когда он уже подходил к знакомому корпусу, сердце неприятно ёкнуло. В свете редких фонарей он заметил две знакомые фигуры. Кевин и Аарон шли рядом, слишком близко, слишком доверительно. Дэй что-то рассказывал с широкой улыбкой, вызывая у Миньярда неподдельный смех. Кайл замер, когда даже с достаточно далёкого расстояния заметил: от взгляда Аарона могли расплавиться ледники. Именно столько в нём было тепла, которое дополняла мягкая улыбка. Внутри всё закипело — злость, ревность, ощущение предательства. Словно кто-то вырвал почву из-под ног. Его пальцы сами сжались в кулаки. Он хотел броситься к ним, сорваться, что-то крикнуть. Но ноги не двигались. «Чёрт…» — прошипел он сквозь зубы, осознавая, что не имеет на это права. Он сделал шаг назад, прячась в тени деревьев, и, затаив дыхание, следил за ними. Кевин легко касался плеча Аарона, словно это было самым естественным в мире. Миньярд не отстранялся. Наоборот — позволял. Кайл сжал кулаки до хруста. В голове гулом звучал голос Кима: «Отпусти. Не дави. Дай времени». Но время уже вытекало сквозь пальцы. Когда дверь корпуса закрылась за их спинами, Кайл остался один посреди ночи, словно выброшенный из собственной жизни. Он почувствовал, как в нём зарождается решение. Тёмное, упрямое.

***

— И что дальше? — А дальше он так их выматерил, что у меня уши завернулись. Они толпой рванули за ним, а он побежал от них через всё поле. Аарон прыснул со смеху и закрыл губы ладонью, чтобы не смеяться слишком громко. Кевин смотрел на него и невольно хихикал. Они сидели на кухонных стульях, дожидаясь, когда закипит чайник. — Теперь-то понятно, почему после матча с ними Сэт вышел едва живой, — произнёс Аарон. — Играл он, конечно, как калека, но бегал, сука, быстро. Так что догнать его смогли только на поле, — Кевин снова рассмешил Аарона, поднялся и налил кипяток в кружки, бросив в каждую по чайному пакетику. — Мне… — Знаю, две ложки. Он засыпал в кружку Аарона две ложки сахара и протянул ему. Аарон обхватил её ладонями, согреваясь. — Спасибо. Кевин кивнул, взял свою чашку и сел рядом. — Аарон, ты точно уверен, что хочешь идти на суд? — спросил он, внимательно следя за его реакцией. Тот лишь сделал глоток чая и пожал плечами. — А есть выбор? Не появлюсь — загремлю за решётку. Кевин поморщился. — Не говори так. Аарон горько усмехнулся. — Забавно. Раньше я осуждал Эндрю за убийство, а в итоге сам сделал то же. — Он сделал это ради тебя. Как и ты — ради него. Кевин улыбнулся, но ответа не последовало. Аарон застыл, глядя в кружку так, будто видел в ней не чай, а что-то гораздо страшнее. — Аарон? — позвал Дэй, вырывая его из мыслей. Тот бросил на него короткий взгляд, поднялся, забрав кружку с собой. — Пойдём спать. Через четыре часа вставать. Кевин хотел что-то сказать, но промолчал и просто последовал за ним по коридору. Свет в кухне остался гореть — никто не вспомнил его выключить.

***

Спустя несколько дней наконец-то стала известна дата суда, который должен состояться уже через неделю. Аарон снова встретился с адвокатом, чтобы в сотый раз пройтись по плану защиты, хотя уже знал каждую бумажку наизусть. Он мог бы сам вести дело, если бы закон это позволял. Эндрю в последнее время был будто не здесь. Держался отрешённо, часто не следил за диалогами, забывался на тренировках. Никто не делал вид, что не замечает — просто не знали, как к нему подступиться. Даже Нил. Аарон понимал, что происходит. Эндрю годами хоронил своё прошлое, прятал, не произносил вслух. Он не боялся суда — он боялся того, что люди в очередной раз увидят настоящего его. Не того, кем он стал, а того, кем был. И от этого Аарону становилось только тяжелее. Кевин предлагал поговорить с ним, но Аарон сразу отказывался от этой идеи, заранее зная, что Эндрю поддерживать диалог на эту тему не станет. Впрочем, как и на любую другую тему.

***

После тренировки, когда Аарон уже вышел из душа, телефон завибрировал. Он машинально посмотрел на экран — и застыл. Отправителем был Кайл. Он бросил быстрый взгляд на Кевина, который о чём-то говорил с Нилом и даже не смотрел в его сторону, а затем открыл сообщение. «Сможешь выйти к парку через полчаса? Нужно поговорить». Он нахмурился. Кайл никогда просто так ничего не писал. Да и говорить с ним — ещё более странно. Тревога поднялась где-то под рёбрами, но он все равно на автомате набрал: «Хорошо». Дождавшись, пока Кевин отправится в душ, Аарон оделся, забросил вещи в сумку и как можно более спокойным шагом вышел из раздевалки, хотя внутри всё сжималось. Несмотря на тёплый вечер, парк был почти безлюден — редкие прохожие спешили мимо, не задерживаясь. Аарон, едва свернув с аллеи, сразу заметил одинокую фигуру у скамейки. Кайл стоял, опустив голову, руки глубоко утоплены в карманах. Завидев Аарона, он выпрямился и кивнул: — Привет. — Привет. Что-то случилось? — спросил Аарон, насторожившись. Он не привык к таким внезапным приглашениям. — Нет, я просто… — Кайл слегка замялся, словно не знал, с чего начать. — Давай присядем? Аарон нехотя кивнул и сел на холодную деревянную скамейку, чувствуя, как напряжение от незнания только растёт, и повернулся к Кайлу. Тот, будто боясь встретиться взглядом, присел рядом. — Я слышал, что у тебя суд на следующей неделе, — наконец произнёс Кайл. У Аарона дёрнулось в груди, словно кто-то сжал сердце. Он нахмурился. — Откуда? — Слухи быстро расходятся. В клубе говорили. Аарон молчал. Он не знал, верит ли. Да, когда всё случилось, о них действительно писали — новости, газеты, ток-шоу. Но прошло время. Он думал, что люди забыли. Что всё утонуло под новым информационным шумом. Оказалось — нет. — Да, есть одно дело, — тихо сказал он. — Ты ради этого меня позвал? — Нет. Я хотел узнать, как ты. Аарон удивлённо посмотрел на него. Просто как он? — Нормально, — буркнул он, почти автоматически. — Врёшь. Аарон замер. Хотел возразить, но не смог. В воздухе повисла тишина — не неловкая, а тяжёлая, давящая. Кайл снова заговорил: — Слушай… Я знаю, что тебе сейчас тяжело. И я… Я просто хотел, чтобы ты знал — если вдруг станет совсем паршиво, ты можешь написать мне. Или позвонить. Хоть ночью. — Кайл, мы едва знакомы, — резко ответил Аарон. Голос подвёл его, прозвучав слегка растерянно. — Это неважно. Иногда незнакомцу легче сказать, чем тем, кто рядом. Аарон хотел усмехнуться, но усмешка не вышла. Вместо этого он отвёл взгляд, уставившись на тропинку перед собой. — Я подумаю, — наконец сказал он. Кайл кивнул, будто понимая, что это сейчас максимум, на который можно рассчитывать. — У тебя есть план, что будешь делать, если… всё пойдёт не так? Аарон медленно повернулся к нему. Вопрос, от которого он бегал даже мысленно, лежал теперь между ними. И впервые ему стало по-настоящему страшно — не от суда, а от того, что ответить было нечего. Кайл будто уловил это. — Знаешь, — тихо произнёс он, не отводя взгляда, — такие дела редко заканчиваются легко. Даже если ты был прав… суду на это плевать. Они любят формальности. Аарон сжал зубы. — Я знаю. — И прокуроры будут давить. Они покажут тебя монстром. Даже если ты защитил брата — они лепят из людей того, кто нужен им для победы. — Хватит, — глухо сказал Аарон. Но Кайл покачал головой: — Я просто хочу, чтобы ты был готов. Тебе придётся всё это снова переживать. И тебя будут слушать, но не слышать. Аарон внезапно резко вскочил со скамейки, провёл рукой по лицу, будто пытаясь стереть всё, о чём только что услышал. В груди стучало, дыхание стало тяжёлым. — Чёрт… — выдохнул он. — Зачем ты вообще это сказал? Кайл встал следом, не приближаясь слишком близко — но и не отступая. — Потому что ты всё равно об этом думаешь. Я просто… озвучил то, что и так в тебе сидит. Аарон провёл пальцами по волосам, пытаясь успокоиться, но ощущение, будто земля начала уходить из-под ног, только усиливалось. Он ненавидел это — когда внутри всё дрожит, и даже воздух кажется слишком густым. Кайл беспрерывно следил за ним взглядом, полным сочувствия и понимания. — Слушай, — мягко сказал он. — Пойдём ко мне. У меня есть выпивка. Немного расслабишься. Иногда это нужно. Аарон хотел сказать «нет». Хотел уйти. Но слова застряли. Перед глазами всплыло: холодный зал суда, чужие взгляды, камеры, вопросы. Его сердце снова забилось быстрее. И Кайл тихо добавил: — Я обещаю, не буду тебе лезть в душу. Просто посидим. Поговорим о чём-нибудь другом. Или вообще помолчим. Тишина повисла между ними. Аарон сглотнул. — Ладно, — сказал он, едва слышно. — Только ненадолго. На лице Кайла мелькнула тень улыбки — слишком быстрая, чтобы её можно было разобрать.

***

Они шли молча. Парк остался позади, уступив место сонным улицам. Фонари едва освещали тротуар, вытягивая тени до неестественной длины. Аарон шёл чуть позади, будто всё ещё размышлял, не развернуться ли и не уйти. Каждый шаг давался с усилием. Кайл оборачивался время от времени, словно проверяя, не исчез ли спутник, и каждый раз чуть улыбался — успокаивающе, почти по-дружески. Общежитие выглядело уставшим: облупленные стены, тусклый свет в подъезде, запах сырости. Внутри было тихо. Они поднялись по лестнице на третий этаж, и каждый шаг глухо отдавался эхом. Аарон чувствовал, как напряжение снова накатывает — не столько из-за места, сколько из-за ощущения, что он всё глубже заходит туда, куда не планировал. Кайл открыл дверь своей комнаты и жестом пригласил войти. Внутри было аккуратно: небольшая комната, стол у окна, две кровати, шкаф. Ничего лишнего. — А где Ким? — спросил Аарон, обратив внимание на идеально заправленную постель одного из братьев. — В ночной смене сегодня, — отозвался Кайл, наклоняясь к холодильнику. — Садись. Чего налить — послабее или сразу в лоб? — Пофиг, — устало ответил Аарон, опускаясь на стул. Кайл налил по стаканам виски. Они выпили залпом. Глоток обжёг горло, и на мгновение стало легче — будто мысли размылись, потеряли резкость. — Ещё? — спросил Кайл. — Давай. Они выпили второй. Потом третий. Разговоры постепенно стали смазанными — не о суде, не о прошлом. О чём-то нейтральном. О музыке. О том, как достала жара. Всё, лишь бы не думать. Спустя какое-то время Кайл откинулся на спинку стула и внимательно посмотрел на Аарона. — А каким ты был в школе? Аарон задумался. Алкоголь перемешивал воспоминания, словно тасовал колоду. — Обычным, — выдал он. — Самым средним из всех. — Ага, конечно. Средние не заканчивают школу с отличием. Аарон нахмурился, достаточно долго думая, что в этой фразе его смутило. Молчал несколько секунд, прежде чем среагировал: — Погоди. Откуда ты знаешь, как я учился? Кайл замер буквально на мгновение — но достаточно, чтобы это заметить — и тут же спокойно бросил: — Ну ты же в мед поступил. Не тупым же тебя туда взяли. — Ну, может, у меня родители миллионеры и купили место? — криво усмехнулся Аарон. Кайл посмотрел на него внимательно, как будто оценивая, врёт ли. — Ага. Родители — миллионеры, а вы с братом в общаге живёте и в клубе ночами работали? — медленно произнёс он. — Очень правдоподобно. Аарон грустно усмехнулся, снова погружаясь в мысли. Кайл заметил это и медленно придвинул свой стул ближе, опуская руку на чужое плечо. Аарон поднял на него пьяный взгляд. — Ты снова думаешь… о плохом, — произнёс Кайл. — О том, как всё может пойти. На суде. Дальше. Что будет с братом. С тобой. Аарон молчал. — Ты хочешь остановить это хоть на минуту? Тишина растянулась, как струна. Аарон сжал кулаки. — Я не лезу туда, куда ты не позволяешь, — продолжил Кайл тихим, почти шёпотом. — Но ты и сам не справляешься. Он медленно потянулся к столу и достал из ящика небольшой свёрток. Положил рядом. Аарон замер. И резко отвернулся. — Нет. — Даже не смотришь. — Не хочу смотреть. — Почему? — Потому что знаю, что там. Кайл наклонил голову. — Знаешь — значит, уже был там. — Я не хочу возвращаться, — резко оборвал Аарон. Кайл не обиделся. Не взорвался. Он просто чуть выдохнул — и сказал предельно спокойно: — Я и не собираюсь возвращать тебя туда. Я предлагаю остановить этот чёртов шум у тебя в голове хоть на вечер. Аарон нахмурился. — Я… Я сползу обратно. Ты не понимаешь. — Понимаю. Всё зависит не от вещества. А от того, кто рядом, когда оно действует. Он придвинулся ближе и тихо добавил: — Я буду рядом. Не дам тебе сорваться. Аарон сидел, сжав руки на коленях, и ощущал, как внутри всё скручивается узлом. Его тело будто знало, что делает ошибку, и одновременно ум молил остановиться. В голове бушевали противоречия: память о прошлой зависимости — горькая и болезненная — сталкивалась с отчаянным желанием просто выключить тревогу, хоть на мгновение. — Один раз, — выдохнул он. — Один, — кивнул Кайл.