Непутёвый

Очередной день омеги Ли Минхо проходит как обычно: снова драка, вызов к директору, крики куратора группы. Всё как обычно, и Минхо не собирается ничего менять. Ему нравится драться, ругаться с учителями и плохо учиться, и плевать, что он на грани отчисления, разве что… Разве что его парень и по совместительству преподаватель философии снова высосет из него все соки своими нотациями. Джисон церемониться не станет, сразу начнёт жёстко и строго отчитывать, разве что рук распускать конечно же не станет, может быть, показательно шлёпнет своего непутевого мальчика по заднице или бедру, но не более. Ли Минхо маленький секрет Хан Джисона, – лучшего преподавателя в университете, которого любят все и вся, особенно омеги, которые хвостами вертят перед ним, хоть альфа уже не раз говорил, что он занят. Впрочем, это неважно, потому что сейчас Джисон снова недоволен поведением младшего. Минхо совсем бесстрашный или что? — Избалованный и не воспитанный! — ругается женщина, куратор группы Минхо, у которой тот снова сорвал урок. Снова подрался, снова перевернул несколько парт и стульев, снова расцарапал лицо своему одногруппнику, который получил это совершенно заслуженно. Меньше руки надо распускать. Какого чёрта вообще альф в период или до гона пускают в университет? Плевать, если они на таблетках! Инстинкты ничем не заглушить. А потом какого-нибудь омегу найдут оттраханным в кабинке туалета, если не прямо в коридоре. Хорошо, что Минхо не типичный омега и не стелится перед альфами, даже когда они душат его своими ароматами. Разве что перед Джисоном. — Совершенно невозможно работать! — Минхо показушно закатывает глаза, хмыкнув в ответ на слова преподавателя, и щёлкает пузыриком жвачки, продолжая бессовестно жевать её и нагло смотреть на женщину. Он закидывает ногу на ногу и хмыкает, когда женщина продолжает свои нотации о том, какой он непутёвый, плохой и вообще его действительно пора отчислить, но прерывается, когда слышит хлопок двери. Минхо хорошо знает эту поступь шагов, этот аромат, в котором витают нотки недовольства и разочарования, и этот взгляд Джисона, направленный на него. Хан зол, разочарован и явно обижен, хоть это ему не свойственно. Какого чёрта Минхо опять творит? Ему мало было вчерашних синяков и ссадин, а ещё крови из носа, который ему здорово разбили? Джисон с ума с ним сойдёт… — Госпожа Чхве, покиньте кабинет, пожалуйста, я поговорю с ним, — просит вежливо Джисон, хотя хочет силком выставить женщину из кабинета. Он сверлит Минхо взглядом, когда женщина высказывает Джисону всё, что думает об этом непутёвом омеге, и шумно вздыхает, когда она хлопает дверью. Наконец-то ушла… Слушать её визги невыносимо. Впрочем, у Джисона сейчас другая проблема. Минхо, который выглядит слишком довольным всем, что он учудил. Действительно непутёвый. Джисон, качая головой, вздыхает, отходит к двери и щёлкает замком, чтобы их никто не смог прервать, благо в данном кабинете урока не намечается, ведь преподаватель экономики решил сегодня провести лекцию в другом кабинете, где есть проектор, но это сейчас неважно. Важнее Минхо, который расслабленно болтает ножками, удобно расположившись на парте, всё так же надувает из жвачки пузырики и с громким хлопком лопает их. Надо признать, Джисона это очень раздражает в данный момент, а недовольство закипает где-то внутри, готовое вырваться наружу. — Ли Минхо, — строго окликает младшего Хан, вперив в него недовольный взгляд, и хмыкает тихо, когда Ли с тихим «ой» вздрагивает и смотрит на него щенячьим взглядом, чуть надув губки и хлопая ресничками, мол, он ничего не делал. Джисон знает этот взгляд, но никогда не ведётся, ведь спускать Минхо с рук его проделки слишком рискованно. Мало ли, что ещё он учудит. — Что ты опять творишь? Почему на каждом углу опять обсуждают твои выходки, непутёвый омега? — Джисон голоса не повышает, но говорит достаточно строго для того, чтобы заставить Минхо «сдуться». Не сказать, что омега прям готов сдаться в своём противостоянии против несправедливости по отношению к омегам, которым приходится терпеть альф, и к себе со стороны преподавателей, но всё равно пытается хоть как-то угомониться. А по-другому никак, потому что Джисон сейчас захватывает его в плен своим ароматом и аурой, но не пытается подчинить или задушить, лишь успокоить, хотя сам совсем не спокоен. — Меня достали эти придурки, хён, — Минхо укладывает ладошки на мускулистую грудь преподавателя, поглаживает и вздыхает, уводя взгляд и хмурясь. Он поджимает губы, дует их тут же и хмыкает тихо так, будто это он жертва, а не учинитель конфликта. Нет, он просто невозможен! Непутёвый омега. У Джисона скоро глаз дёргаться начнёт. И ведь до омеги никакими образами не достучаться. Его максимум: это словесная перепалка, которая всё равно в итоге выливается в драку. У Минхо явно проблемы с агрессией, либо его действительно достала эта учёба, преподаватели и грёбанные студенты (альфы в особенности). Но в любом случае это не повод ввязываться в драки. — Боже, Минхо… Почему ты решил, что драки это хорошее решение? — Джисон хмыкает, качая головой, руками чуть сжимает запястья омеги, останавливая его действия, и вздыхает. Он не должен повестись на эти щенячьи глазки и в целом на поведение Минхо, который очень хорошо в такие моменты играет на эмоциях и на струнах души альфы тем более. — Да потому что они по другому не понимают! — возмущается омега, исподлобья глядя на альфу и сильнее дуя губки. Он, вырвав руки из захвата Джисона, складывает рукиих на груди и фыркает, отвернувшись от Джисона, который тяжело вздыхает и тихо устало стонет, потерев руками лицо. Вот, о чём он говорил. До Минхо невозможно достучаться. Словами тем более! Он сам себе на уме. Если бы все люди в свои восемнадцать были такими, как Минхо… Это был бы кошмар, несомненно. — Ты же не ребёнок, детка. Драки это не решение проблем, пойми же, — Джисон подходит к Минхо ближе, кладёт руки рядом с его бёдрами по бокам и недовольно смотрит на него, заглядывая в серые глаза напротив своими почти чёрными. Омега наверняка его не слышит и не желает слушать, упрямый мальчишка. Но Джисон всё же старается хоть как-то его вразумить и поглаживает его талию пальцами, подтягивая его ближе к себе. Он вздыхает, видя в глазах Минхо намёк на понимание и раскаяние, но это лишь намёк, ведь в них горит страсть и огонь, который раздувается сильнее, когда омега пытается отстоять себя и свою честь, и не потухает, кажется, не на секунду. — Я просил тебя быть немного сдержаннее и не устраивать конфликтов. Ладно, я молчу про сегодняшнюю ситуацию, но остальные моменты, Хо, — Джисон ласково запрявляет прядь волосы Минхо за ушко, поглаживает его по щеке, пытаясь успокоить его, но, похоже это не помогает, ведь Минхо снова закипает, его кислый аромат словно пытается оттолкнуть Джисона, но тот не двигается вообще, одной рукой сжимая руки Минхо, чтобы не отталкивал, а другой продолжает успокаивающе гладить его. — Ну уж прости, что я не умею держать себя в руках! — Минхо всё же взрывается, пытается отпихнуть Джисона от себя и капризно мычит, когда у него не выходит. Ему сейчас же нужно выйти из аудитории на улицу, достать пачку сигарет и выкурить минимум две, иначе начнётся третья мировая. — Пусти! — омега дёргается всем телом вперёд, спрыгивая с парты и заставляя Джисона отступить, но не отпустить его рук, фыркает недовольно и губы поджимает, оглядывая альфу снизу-вверх. Почему-то всегда, когда Джисон зол или недоволен, он кажется таким большим и грозным, буквально нависая над Минхо своим мускулистым и крепким телом, и омегу это немного заземляет и даже немного пугает. Совсем немного, ведь он знает, что Джисон, несмотря на всё то недовольство и даже злость, которые бушуют в его душе, не сделает ему больно. — Ты мог бы хоть немного попытаться… Чёрт, ты вообще кого-то слышишь, кроме себя? — Джисон всё же отпускает Минхо, отходит от него и складывает руки на груди, качая головой. Минхо не отвечает, поджав губы и опустив голову. Неужели у него что-то щёлкает в мозге наконец-то? Да ну, нет, это невозможно. Этого парня ничто не изменит. Он как был непутёвым, таким и останется. Но в любом случае, Джисон продолжает его любить всё так же сильно, просто у него сердце болит и кровью обливается, когда он видит побои на теле омеги. Минхо хоть и ходит на бокс, но достаётся ему знатно, хотя бы потому что альфы сильнее и могут спокойно прижать его куда угодно. Вздохнув тяжело, Минхо забирает свою сумку с тетрадями с парты и спешит сбежать, оставляя Джисона одного в тишине. Прекрасный день! Лучше некуда просто! Джисон фыркает, сплюнув: — Дерьмо! — и направляется на выход следом за Минхо. Нет, он не собирается его догонять, ведь им обоим нужно срочно остыть, иначе Джисон разгорится и устроит скандал, а Минхо станет маслом, который этот скандал только распалит. Они оба бешеные и с характером, так что такие перепалки нужно переживать в одиночестве до того момента, пока оба не успокоются и не смогут поговорить спокойно.

***

Минхо бездумно лежит на кровати в их с Джисоном спальне, тычется лицом в подушку и фыркает. Всё ещё злится. На весь мир буквально. Пока он шёл домой, нерадивый водитель откатил его водой из лужи, которая образовалась по причине того, что два дня подряд шёл дождь. По приходе домой ему буквально перебежал дорогу кот, из-за которого он споткнулся и упал, чуть ли лицом не впечатавшись в линолеум. Он возненавидел даже этого пушистика, которого любит больше, чем кого-либо. Сегодня явно не его не день. Ли переворачивается на спину, закрыв лицо руками, вздыхает нервно и мычит, поднимаясь. Надо умыться, иначе в его ранки попадёт грязь. Нет, поругаться с Джисоном из-за этой ерунды уже привычное дело, но всё равно сердце в испуге бьётся в груди, а множественные мысли крутятся в голове. А вдруг Джисон захочет расстаться и выставит Минхо из квартиры?.. По сути это Минхо переехал к альфе и проживает здесь уже почти месяц. До этого он жил в другом районе, из которого добираться до университета дольше, но Джисон настоял на том, чтобы омега жил с ним, впрочем, Минхо и не был против, просто немного ломался, хотя встречаются они уже больше, чем полгода. И как ещё не разбежались, интересно?.. Минхо заходит в ванную комнату, включает воду, встав около раковины, и начинает умываться. Синяки это ладно, ничего страшного, но вот царапины, которые оставил ему тот придурошный альфа, когда прижал к стене, заломив руки, обязательно нужно обработать. Чёртовы самцы… Минхо всё ещё недоволен тем, что таких озабоченных пускают в учебные заведения. Впрочем, дело даже не в этом. Он в принципе злится на всех и вся и на себя тоже соответственно. Учудил он, конечно… Ну, а что ещё ему оставалось сделать?! — Ненавижу… — шипит омега, не аккуратно наклеивая милый пластырь на самое болючее место на лице, и фыркает, так же не аккуратно запихивая содержимое аптечки обратно и убирая её в полку. Вздохнув, он упирается руками на раковину и хмыкает, разглядывая своё лицо в отражении зеркала. Ужасный вид… Хлопок из двери и шум из коридора возвращают омегу в реальность и заставляют оторваться от разглядывания своего отражения. Минхо дует губки, нахмурившись слегка, и вздыхает, качая головой, когда не слышит привычного «я дома, детка» из коридора. Джисон всё ещё злится скорее всего. Выдохнув шумно, Минхо выходит из ванной комнаты и проскальзывает в спальню, забыв даже выключить свет и закрыть за собой дверь. Он укладывается на кровать, свернувшись клубочком, и залипает в телефон, взволнованно поджимая губы и вздыхая. Если Джисон решит наказать его игнором, это будет просто катастрофа! Один раз уже такое было, и альфа поплатился за это, ведь Минхо не пальцем деланный. Минхо вздыхает, слыша как открывается дверь спальни и звук шагов Джисона. Он не поворачивается к нему, не прекращает сидеть в телефоне и просто делает вид, будто его тут нет. Джисону же эта игра совсем не нравится, ведь он уже успокоился и готов спокойно, а может быть и не совсем, поговорить с Минхо и всё прояснить в который раз. Сколько бы Минхо не дрался, Джисон всё равно его любит и не выносит его злости, обиды и остального. Впрочем, он не понимает, поведения Минхо после того, что он сам учудил. Почему он теперь дуется, как будто это была не его инициатива подраться с тем отпрыском? К тому же, он знает отношение Джисона к этому и знает, что тот его отчитает. Специально что ли делает это? — Почему ты дуешься, если ты сам это всё учудил, детка? — озвучивает Джисон свои мысли и присаживается на кровать рядышком с Минхо, кладёт руку на его спину и гладит ласково, улыбаясь тому, что тот не сопротивляется этому и даже поворачивается к нему лицом. — Не дуюсь, — коротко отвечает Минхо и поджимает губы, переводя ладонь Джисона на свой живот и вздохнув. Он потирает глаза и слегка прикусывает губу, чуть хмурится и вздыхает тяжело, садясь на кровати. С чего бы ему дуться? Он понимает, – наконец-то! – что сам виноват во всём, и нет смысла обижаться на кого-то, кроме себя, а на Джисона так тем более. — Нет, ну а какого чёрта тот еблан лезет? Ему дома не сидится со своим гоном или что? И вообще… — Поменьше выражайся, детка, это во-первых, — перебивает омегу и устало вздыхает Джисон, потирая лицо, и сгребает его в свои большие и тёплые объятия, целует его в макушку и прижимает к себе. — А во-вторых, ты, конечно, прав, но не стоило драться. К тому же, альфа был почти или уже в гоне, а ты на него полез, — качает он головой и подтягивает омегу ещё ближе к себе, сажает его на свои колени лицом к себе и осторожно поглаживает ссадины и царапины пальцами, после целует, наплевав на горькую мазь на его милом лице. — Сильно болит? — спрашивает нежно, заправив пряжку волос омеге за ушко, и взыджает, снова целуя его лицо. — Вообще не болит, хён. Если бы можно было, то я б ещё этому еблану прописал по лицу! — Минхо выбрасывает праву руку резко вперёд, имитируя удар, и фыркает, когда получает тихий хмык со стороны Джисона. Нет, ну а как ещё он должен назвать того альфу? Другого слова не подобрать! — И вообще, почему ты всегда отчитываешь меня? — обиженно хмыкает омега и складывает руки на груди, отвернувшись от Джисона. А вот действительно… Почему Джисон всегда отчитывает Минхо? Ему самому это не надоело? Ну, дерется омега, и что? Пар выпускает, что тут такого? — А по-другому с тобой никак. Как ещё тебе объяснить, что драться не нужно? Ты ведь иногда даже затеваешь драку из-за ничего, детка, тебе буквально некуда деть энергию или что? — вздыхает устало Джисон и качает головой, поглаживая бёдра Минхо и прижимая его ближе к себе, кладёт подбородок на его плечо и прижимается губами к его шее, оставляя поцелуй. — Непутёвый омега, — добавляет Джисон чуть тише, атакуя шею Минхо короткими поцелуями и обдавая кожу горячим дыханием, улыбается. Минхо обычно бесится, когда альфа его так называет, но всегда соглашается с этим после драк и перепалок с учителями. На правду, между прочим, не обижаются. — Непутёвый, — подтверждает омега и вздыхает, качнув головой, прижимается к Джисону ближе и прячет лицо между своей рукой и его шеей, урча удовлетворённо и напитываясь его ароматом. — но любимый… — с лёгким сомнением в голосе добавляет он и вздыхает тяжело, когда альфа обнимает его крепче, сжимая тонкую талию руками и прижимая хрупкое тело ближе к сильному. — Любимый, — уверенно заявляет Джисон, падает назад, утягивая Минхо за собой, и целует его в губы глубоко и настойчиво. Омега незамедлительно отвечает на поцелуй, прикрыв глаза и вздохнув удовлетворённо. Несмотря на перепалку, он всё равно любит Джисона, хотя и не думает прекращать с ним цапаться из-за своего поведения. — Не сомневайся в том, что я тебя люблю, детка. Я люблю тебя, даже несмотря на твои проделки, — шепчет Джисон, коротко целуя Минхо в губы чуть ли не после каждого слова, и прижимает его ближе к себе, улыбаясь нежно. Хоть омега и непутёвый, но зато самый любимый. Минхо утыкается лицом в шею альфы, вздыхает шумно и сглатывает, прикрыв глаза. Несколько секунд висит тишина, которая прерывается тихим всхлипом, от которого Джисон чуть ли не подскакивает, поднимая Минхо и заглядывая в его влажные от слез глаза, кладёт руку на мягкую щёку и поглаживает, спрашивая его о том, что же случилось и почему он вдруг расплакался, но омега лишь говорит, что всё нормально и снова обнимает его, уложившись сверху поудобнее. Всё в порядке, просто его растрогали слова Джисона о любви… Вообще-то Хан каждый день говорит об этом Ли, и ещё несколько раз на дню, – так же много, как и называет его непутёвым омегой, – но, наверное, у Минхо просто немного шалят нервы. Интересно даже альфе стало, что успел напридумывать себе его омега, что сейчас заливается горючими слезами. — Минхо-я, — ласково зовёт Хан, когда Минхо снова прячет лицо на его плече, поглаживает его по спинке и целует в макушку, вздохнув. — Хо-я, детка, прекрати плакать, ну. Чего ты? — он целует Ли во влажную щёчку, собирая капли слёз, осторожно отстраняет его лицо от своего плеча и целует пухлые губки мягко, пытаясь успокоить. — Дыши глубже, Хо-я, вот так. Спокойствие, — Джисон показывает как нужно делать и улыбается нежно, когда Минхо повторяет за ним и даже немного успокаивается. Омега жмётся к нему близко-близко, словно котёнок, и что-то мычит совсем тихо, вздыхая. Сегодня что-то всё немножко хуже, чем обычно, и Джисона это напрягает. Обычно Минхо быстро успокаивается и даже умудряется прикалываться, но сегодня он слишком хандрит из-за, казалось бы, обычной ситуации. — Всё хорошо, Минхо, всё в порядке. Успокойся, — Джисон подтягивается в центр кровати, откидывается на подушку и утягивает Минхо на себя снова, поглаживает его по спине и плечам, тихо успокаивающе мыча. Вообще-то, Минхо, несмотря на всю его колкость и даже закрытость, очень даже чувствительный и эмоциональный, просто особенно сильно это выражается в предтечный период, когда ему особенно сильно нужен Джисон, его аромат, присутствие и ласки. — Слушай, тебе надо отвлечься. Давай посмотрим что-нибудь? — предлагает Хан, укладывая Ли на кровать, нависает над ним и целует нежно в губы, улыбнувшись. — Не хочу. Лучше домашку сделаю, а то математичка меня сожрёт, — хмыкает Минхо, целуя Джисона в щёку, и выбирается из под его тела, встаёт с кровати. Он всё ещё выглядит подавленным и расстроенным, но Хан знает, что это ненадолго, и скоро омега отойдёт. — Если что, то я в порядке, можешь не переживать, — добавляет он, хватая свой рюкзак, и достаёт из него нужную тетрадь и ручку, чтобы написать небольшое задание по математике и статистике. Он садится за стол, открывает тетрадь, но не спешит ничего писать, утыкается лбом в руки и вздыхает, прикрыв глаза. Джисон поджимает губы, наблюдая за ним, вздыхает тихо и подходит к парню, кладёт руки на его плечи, разминает их и поглаживает, успокаивая. — Да я уж вижу. Ты даже за уроки схватился, как никогда, детка. Оставь эту ерунду, и пойдём выпьем чаю, посидим вдвоём на балконе, поговорим или помолчим, — альфа целует омегу в макушку, не переставая гладить его, обнимает его крепко и, перехватив пальцами за подбородок, разворачивает лицо к себе и целует напористо в губы, заставляя Минхо замычать. Омега отвечает на поцелуй лениво, урчит тихо и хмурится, вскоре отстраняясь, качает головой и вздыхает, потирая глаза. Напор Джисона ему не совсем нравится, отчего он хмурится и поджимает губы, не позволяя себя поднять со стула, и снова хватает ручку, продолжает писать. — А матешу ты за меня сделаешь? — фырчит он недовольно и хмыкает, подперев голову рукой и вздохнув. Так, надо успокоиться… — Прости, хён, — бормочет омега, подперев голову рукой, и вздыхает, прикрыв глаза и уткнувшись лбом на свою руку, качает головой. — Я допишу, и пойдём пить чай… — Джисон понимающе кивает в ответ, целует Минхо в макушку и больше не напирает. Он укладывается на кровать, вперивает взгляд в омегу и лишь тихо вздыхает, разглядывая его. Красивый, милый, немного обиженный и недовольный, но всё равно милый и самый любимый. Джисон прыскает со смеху, когда слышит бубнёж Минхо на тему того, зачем ему в университете вообще домашние задания задают, и качает головой, прикрыв рот рукой. Ах, Минхо-Минхо… — Не смейся, — бурчит Минхо, кинув взгляд на Джисона, и хмыкает, продолжая упорно и старательно выводить цифры на бумаге. — Ты просто милый, когда злишься. Кстати, математика важна, — усмехается Джисон, качнув головой, и растягивается на кровати, не сводя взгляда с Минхо, улыбается мягко. Омега, не собираясь спорить, лишь кивает и продолжает писать, включив себе калькулятор в телефоне, чтобы быстрее было. Джисону же долго не лежится на кровати и он снова подходит к Минхо и обнимает его, прижавшись губами к щеке долгим поцелуем. — Какие планы на вечер, детка? — вдруг спрашивает Джисон, развернув голову к окну и смерив погоду за ним пристальным взглядом. — Не знаю. Но принятие душа точно входит в эти планы, — Минхо усмехается, почесав щёчку, на которую пришелся поцелуй Джисона, и захлопывает тетрадь, после чего разворачивается к альфе и крепко обнимает его, уткнувшись лицом в его грудь, мычит. — Но сначала хочу перекусить, — Минхо поднимается из-за стола, вздыхает и тянет Джисона за собой, усмехается. — А потом… Мм… — он направляет взгляд в потолок, думая, и пожимает плечами, усмехнувшись. Ещё не придумал, что он хочет после перекуса и мытья, но обязательно придумает. Желательно что-то, что поможет ему окончательно расслабиться. — Тогда идём. Я что-нибудь приготовлю, — Джисон хвостиком бежит за Минхо, в коридоре схватывает его и крепко обнимает за талию, и вовремя: омега снова споткнулся о кота. Ну, сегодня точно не его день. Или кошки просто издеваются. Омега выдыхает резко и нервно, когда чувствует на своей талии руки Джисона, медленно прикрывает глаза, тихо вздыхая, и улыбается уголками губ. — Под ноги смотри, — усмехается весело альфа, отодвигая кота чуть в сторону, на что тот даже не двигается, продолжая спать. Всем бы такой пофигизм. Минхо вздыхает, качнув головой, фыркает в сторону животного и складывает руки на груди, выпрямляясь в объятиях Джисона. Он качает головой, прикрыв глаза, и кладёт руки поверх рук альфы, поглаживает их большими пальцами и откидывает голову на его плечо, утыкается носом в щёку. — Спасибо, что спас от падения, хён, — говорит Минхо и, тихо усмехнувшись, выбирается из объятий Джисона, тянет его на кухню за собой. Хан улыбается в ответ на его слова, качает головой и ускоряет шаг, входя в кухню. — Всегда пожалуйста, детка. Не падай больше и не дерись, а то мне больно смотреть на синяки на твоём теле, — альфа улыбается мягко, потрепав парня по волосам, и проходит к плите, чтобы приготовить что-нибудь сытное и лёгкое, пока Минхо занимает его разговорами и хихикает тихо, рассказывая о своих планах на выходные.

***

В последнее время Минхо очень старается не драться и держать себя в руках, что особо не получается, ведь он взрывная штучка, но всё же чаще он лишь в словесные перепалки вступает, покрывая своих обидчиков – ебланов, как он их всех называет, – трёхэтажным матом. Джисон даже выдыхает спокойно каждый раз, когда видит, как его мальчик сдерживает порывы врезать кому-нибудь в лицо, и очень сильно ругается, когда тот всё же это делает. Сейчас заканчивается препоследняя пара, на которой Минхо сладко выспался: он всё ещё ненавидит математику и всё, что с ней связано. Потирая заспанные глаза, он потягивается, зевает тихо и скидывает все учебные принадлежности в рюкзак, закидывает его на плечо и выходит из аудитории, направляясь в физкультурный зал. В коридоре шумно, как всегда, компании подростков веселятся, обсуждают что-то и громко смеются. Минхо зевает, потягиваясь, и с интересом смотрит на компанию парней, что столпились около чего-то интересного. В этой толпе Минхо замечает своего старшенького приятеля Бан Чана, который радостно ему улыбается и хлопает по плечам, обняв, после чего обращает внимание на двух парней, которые сверлят друг друга свирепыми взглядами, словно убить хотят. В бок Минхо пихает какой-то парень, вероятно, одногрупник Чана, и громко говорит о скором забиве, на который приглашает пойти. Омега в ответ лишь криво ухмыляется и ограничивается коротким «у меня дела», хотя на самом деле хочет пойти, просто Джисон будет против, как всегда. Ругаться не хочется. — Предпочитаешь лобзаться со своим ненаглядным вместо того, чтобы посмотреть на то, как парни кулаками махать будут? — вдруг с усмешкой в голосе на ухо омеге бормочет Чан и качает головой: он удивлён. Джисон, видимо, слишком хорошо промыл омеге мозги, раз уж тот отказывается даже просто посмотреть. И, да, Чан знает об отношениях омеги с преподавателем и относится к этому совершенно спокойно. У любви нет преград, тем более что у парней не особо большая разница в возрасте. — Мы тебя теряем, забивака? — хихикает старший, пихнув Минхо в плечо слегка, и ерошит его волосы на затылке. Это всего лишь шутка, конечно. Чану, наверное, так же как и Джисону, не нравятся драки, которые чуть ли не каждый день учиняет Минхо, но не лезет в это: знает, что тоже может схлопотать по лицу, если полезет на взбешенного Минхо. — Может быть, хён. Ладно, мне пора. Надо ещё на физру переодеться, — Минхо по-дружески шлёпает Чана по плечу, прощается с остальными парнями и идёт в сторону раздевалки. Краем глаза он замечает Джисона, который скрылся в кабинете философии, и спешит туда: физкультура подождёт, не такой уж важный предмет, а, как сказал Чан, полобзаться со своим ненаглядным важно. Открыв дверь, Минхо влетает в кабинет, захлопывает её и закрывает на ключ, мало ли кто захочет войти. Он замечает немного недовольный взгляд Джисона на себе, который сканирует и прожигает, заставляя мурашек бежать по коже. И почему Хан недоволен? — Надеюсь, ты не собираешься на забив? Даже в качестве наблюдателя, Хо, — Ах да, конечно же Джисон услышал громкую речь того парня. Минхо усмехается в ответ на его скептический взгляд и качает головой, подходя к нему ближе, кладёт руки на широкие плечи мужчины и поглаживает, улыбнувшись. — Не собираюсь. Ты мне нравишься куда больше, — Минхо улыбается игриво, прижимается к губам Джисона своими в коротком поцелуе и отстраняется, убрав руки с его плеч. — Хотя, знаешь, предложение очень заманчивое и… — И почему я не удивлён, что оно оказалось заманчивым? — Джисон хмыкает, закатив глаза, и подтягивает Минхо к себе поближе, обвивает руками его талию и сажает его на свой стол, немного отодвинув принадлежности на нём. — Тебе там явно делать нечего, — альфа ведёт рукой по груди омеги, еле касаясь одежды кончиками пальцев, и поднимает взгляд на его лицо, улыбается игриво уголком губ. — а вот подо мной на нашей кровати или даже на этом столе тебе самое место, — Минхо шумно выдыхает в ответ на данное заявление, но не смущается, как это бывает часто, а наоборот ухмыляется и подхватывает игру Джисона. — Это тебе подо мной самое место, пока я буду объезжать твои бёдра, — ухмыляется игриво и чмокает Джисона в губы, после смотрит на время. — Продолжим этот разговор дома на горизонтальной поверхности, хён. У меня физкультура, — снов коротко целует альфу в губы и ёрзает на столе, чтобы слезть с него и убежать в раздевалку, но Джисон не пускает, руки кладёт на пышные бёдра и прижимается к Минхо ближе, размещаясь между его ногами, усмехается. — Узнаю, что ты подрался из-за того, что тебе случайно заехали мячом по лицу, отшлёпаю, — альфа шлёпает омегу по бёдрам, показывая, что не шутит, но всё же усмехается и качает головой, когда ловит его лукавый взгляд и улыбку, мол, и чем ты меня испугал, блять? — Это не шутка, — добавляет строго и хмыкает, позволяя Минхо спуститься со стола, но рук с бёдер не убирает, кладёт их на его талию и коротко целует в щёку, вздохнув. — Понял-принял, хён. Обязательно подерусь, — хихикает Минхо и, поцеловав его в щёку в ответ, выбирается из объятий, убегает из кабинета и уже не слышит весёлое «паршивец» вслед. Несносный омега…

***

Минхо возмущенно и воодушевленно рассказывает о том, как его группа продула ребятам из группы с первого курса экономики в волейбол. Он возмущается сильно, потому что проиграл, но воодушевлен тем, как младшие прекрасно играли. Конечно же он не утаивает информацию про то, что почти учинил драку снова: благо, младшенькие оказались очень даже умными и увели перепалку старших в другое русло, грубо говоря, выдернули Минхо из того пекла, которое он почти учинил. И чего ему спокойно не живётся? Постоянно приключения на задницу ищет. Для приличия мог бы промолчать сейчас, но он так воодушевлен младшими, что совсем уж разговорился и выдал всё под чистую. — Вот, а ещё я снова встретился с Чан-хёном, и он пообещал прописать мне подзатыльник, если я снова буду ввязываться в драки, — хихикает Минхо и качает головой, закатив глаза и надув губы. Что ж, на самом деле, это справедливо. — И ты, конечно, прям послушал его и решил больше не драться, — хмыкает весело Джисон, расслабленно держа в руках руль машины, и сворачивает в нужную сторону, чуть прибавляя газу. Конечно же он не верит, что Минхо прям послушал своего друга. Чтобы это случилось, должно произойти что-то, что выбьет всю дурь из головы омеги, ну а пока Джисону и Чану лишь остаётся отчитывать его словесно, что не особо помогает. — Да ты что? Глупости какие-то ты говоришь, хён, — машет рукой Минхо и усмехается, закатив глаза. Он тогда перестанет собой быть, если прекратит драться. Джисон и не сомневался. — Это никогда не изменится. Только в старости, когда я уже не смогу поднять свою ногу достаточно высоко, чтобы раскрасить кому-нибудь лицо, — продолжает омега и вздыхает, прижимаясь головой к плечу альфы и прикрывая глаза. Джисон в ответ усмехается и откровенно забавляется с такого заявления, чувствуя тепло в груди и трепет сердца: он всё равно до одури любит Минхо. Далее они едут в относительной тишине, лишь шум города и мотора машины разбавляет её, но всё равно умиротворение находит своё место здесь и приходится по вкусу обоим парням.

***

Минхо лениво приоткрывает один глаз, удобнее располагаясь на кровати, и смотрит на вошедшего в спальню Джисона, волосы которого влажные после душа, а на бёдрах одиноко висит полотенце, которое скоро будет откинуто куда-то далеко и забыто. Омегу такой вид более чем устраивает, в глазах его черти начинают резвиться, а губы растягиваются в хитрой ухмылке. Сейчас его ожидает лучший (очередной) секс с любимым мужчиной. Время уже перевалило за десять вечера, а это значит, пора не много повеселиться, тем более после того разговора перед физкультурой, Минхо довольно-таки сильно завёлся и поймал предвкушение. — Долго ты, — хмыкает омега, словно кот изгибаясь и переворачиваясь, и ползёт к Джисону, распластывается на кровати и игриво смотрит на него, уже мечтая содрать с него это полотенце, хотя сам всё ещё полностью одетый. — Терпение, детка. Мне твоей активности во время течки хватает и не только, — усмехается Джисон, подходя к кровати, и качает головой. Он нависает над Минхо, хватает его за подбородок осторожно и наклоняется, прижимаясь к его губам своими в трепетном поцелуе, который становится всё более страстным, стоит омеге пустить свой язычок в его рот и углубить. Омега сжимает пальцы рук на его крепких плечах, слегка разминая, словно кот, и разрывает поцелуй, откидывает голову назад, подставляясь под нежные поцелуи на своей шее, урчит. — Интересно, как долго ты продержишься без ласк, если я решу тебя наказать их отсутствием за очередную драку? — хмыкает тихо Джисон видя нетерпение Минхо, и усмехается, снова целуя его в щёку, когда в ответ на свой вопрос слышит недовольное мычание. — Это будет очень жестоко с твоей стороны, хён, и меньше драться я не стану. Не придумывай, — закатывает глаза Минхо и шумно вздыхает, ощущая зубы Джисона на своей шее, который прикусывает нежную кожу, оставляя еле заметную метку. — Кстати, энергию можно выпустить через секс, так что… — Я уловил суть твоих мыслей, но я не настолько активный жеребец, чтобы трахать тебя каждый день, детка, — усмехается Джисон, прикусывая тонкую кожицу на ключице Минхо и зализывая это место после. — так что уйми свой характер и прекрати распускать кулаки, — заканчивает на этой ноте разговор альфа и утягивает Минхо в очередной поцелуй, руками ведёт по его телу и сжимает пышные бёдра, притягивая его ближе к себе и к краю кровати. — Ты не активный, хён? — роняет смешок омега и качает головой, припоминая их последний секс, который буквально высосал все его соки, вернее сперму, потому что он кончил, кажется, раза четыре, если не меньше. На минуточку, ни Джисон, ни Минхо в то время не были ни в гоне, ни в течке. Просто им захотелось попробовать что-то более грубое, отчего омега остался в восторге, а альфа не совсем: он очень переволновался о том, что буквально затрахал омегу. Впрочем, всё равно всё прошло хорошо и даже лучше. — Знаешь ли, тебе делать ничего и не придётся, ведь я могу просто оседлать твои бёдра, что и сделаю в ближайшие пару минут, — продолжает насмехаться Минхо и поднимается, рукой танется к паху Джисона и цепляется пальцами за полотенце, желая поскорее его снять, но его настойчиво останавливают. Джисон опрокидывает его обратно на кровать, а сам ретируется к тумбочке за смазкой и презервативами. — Для начала тебя нужно раздеть и растянуть, так что не спеши, наездник, — закрыв ящик, Джисон возвращается к Минхо, усмехается в ответ на его надутые губы и прищуренные глаза. Минхо хочется все и сразу и побыстрее, но так, увы, не получится. — И всё равно, тебе стоит быть сдержаннее в своих желаниях набить кому-нибудь морду, — Джисон вечно повторяет одну и ту же фразу, на которую Минхо кривится и головой качает, не желая слушать. Где-то в глубине мозга он понимает, что Хан прав, но пока что не хочет этого признавать, но обещает себе, что когда ему через несколько месяцев исполнится девятнадцать, то он обязательно позабудет о драка и выдрессирует себе такую выдержку, от которой Джисон в шоке будет. Одежда слетает с тела Минхо, кажется, за секунду, а полотенце с бёдер Джисона и того быстрее. Омега, совершенно не испытывая смущения, переворачивается на живот и прогибается в спине, слегка покачивая бёдрами. Джисон же, не удержавшись от соблазна, с удовольствием шлёпает руками по упругим ягодицам несильно, чем явно лишь сильнее заводит Минхо. Омеге нравится резкость и эксперименты, так что он с удовольствием поддаётся альфе, когда дело доходит до этого. — Давай недолго только пальцами своими там двигай, а то мне уже не терпится, и так долго ждал, — говорит Минхо, когда слышит щелчок открывшейся крышки и вздыхает, подминая под себя одеяло и подушку, чтобы если что можно было потереться о неё. Джисон же на такое заявление лишь тихо прыскает со смеху и, качнув головой, выливает небольшое количество смазки на пальцы, чтобы не устроить тут тотальный пиздец беспорядок. Он касается мокрыми и липкими пальцами ануса Минхо, распределяя смазку, и лишь слегка нажимает кончиками на центр, проверяя почву. Минхо же нетерпеливо сопит, покачивая бёдрами и показывая своё нетерпение, фыркает, когда Джисон, улавливая его настроение, наконец-то толкается пальцами внутрь, растягивая стенки ануса. Когда с растяжкой покончено, Минхо уже весь распластался на кровати: Джисон одними пальцами довёл его до первого оргазма. Одними пальцами. Обычно это происходит крайне редко, когда омега уже сильно возбуждён, прямо как сейчас, и сегодня, видимо, его возбуждение очень сильное и одним разом утолить его не получится. По крайней мере, так думает Джисон. — Господи, Хан Джисон, твои пальцы это нечто… — бормочет Минхо в одеяло, пока из его задницы капает смазка, а член свисает между ног, немного опустошенный, но это ненадолго. У него всё ещё сильное предвкушение, от которого он сможет избавиться лишь когда получит толстый член своего парня в свою задницу, что и собирается сделать в ближайшую секунду. — А член ещё лучше. Ложись уже, — омега поднимается, переворачивается и садится на кровати, в ожидании уставившись на альфу, который лишь хмыкает и усмехается в ответ на его заявление. Игриво ухмыльнувшись, Джисон по просьбе Минхо укладывается на кровать, но всё же ненадолго садится, чтобы раскатать презерватив по члену. Парни всегда пользуются контрацепцией, дабы избежать сюрпризов в виде беременности или чего-то ещё, хотя они оба здоровы по этой части, как показали результаты анализов. Конечно, во время течки или гона на этом сложно сконцентрироваться, поэтому Минхо предпочитает выпить противозачаточные и трахаться ночами и днями напролёт не думать о том, что может забеременеть. Пока ещё рано. Но если у Джисона или Минхо во время этого совсем мозги не отказали, то они обязательно используют презервативы. Когда Минхо видит, что Джисон наконец-то «защитился», то ухмыляется и с грацией кота подползает к нему, забирается на бёдра и двигается немного выше, чтобы присесть на крупный орган своей прекрасной, по мнению альфы, задницей. Он слегка скребет по голому торсу старшего короткими ногтями, словно кот, от удовольствия, и заводит правую назад, обхватывает его член рукой, подставляет к своему анусу. Выждав немного времени, он удовлетворённо улыбается, когда Джисон кладёт руки на его бёдра, и слегка потирается влажным анусом о латекс и головку члена. Альфа не торопит, давая времени наиграться и подразнить, лишь поглаживает бёдра и талию Минхо, хотя на самом деле уже хочет насадить парня на свой член и почувствовать его приятный жар и небольшую узость. Вскоре Минхо надоедает играться, поэтому он прекращает свои движения, немного вытягивается вперёд, нависая над Джисоном, целует его несколько раз коротко в губы и снова выпрямляется, чтобы спустя несколько секунд с тихим протяжным стоном насадиться на его член, запрокинув голову от удовольствия. Джисон этой картиной восхищается, глаза его заволочены дымкой похоти, светятся любовью и счастьем, которые также переполняют и его сердце, которое в бешенном ритме бьётся о грудную клетку внутри, грозясь выпрыгнуть наружу. Минхо, скачущий на его бёдрах, – слишком завораживающая и возбуждающая картина, от которой Джисон с трудом отвлекается, откинув голову назад и прикусив губу, чтобы заглушить свои стоны. Минхо прогибается в спине, откинув голову назад, и немного меняет угол проникновения, чтобы головка члена внутри терлась о простату и стимулировала её, а руку тянет к своему члену, но Джисон перехватывает её за запястье и тянет к своим губам, нежно целуя пальцы и тыльную сторону ладони. — Кончишь без рук, детка? — Минхо кажется, что это не вопрос, а утверждение, поэтому он слегка кивает и прикрывает глаза, пытаясь немного ускорить свои движения не без помощи Джисона конечно же, который тоже уже подходит к своей кульминации и дёргает бедрами, чуть резко толкаясь внутрь омеги. Минхо высоко стонет, когда член Джисона то и дело касается чувствительной простаты, и сжимается сильно конвульсивно, что говорит о его скорой кульминации, а сам Джисон, чтобы не являться злодеем мира, обхватывает его член рукой и начинает двигать на нём ею практически в такт движениям своих бёдер и бёдер Минхо, отчего тот стонет громче от удовольствия и очень пытается поскорее достичь своей кульминации. Его бёдра напрягаются, а тело вздрагивает от каждого приятного импульса, которые разбегаются по всему телу от паха, стоны становятся ниже, а лицо кривится от удовольствия, когда Джисон уделяет особое внимание головке его члена и тычется ногтем в уретру, что становится спусковым крючком, и омега пачкает каплями спермы его руку, громко простонав и сжавшись вокруг члена. Джисон от давления стонет, но осторожно толкается бёдрами, догоняя свой оргазм, который накрывает его довольно скоро и быстро, а белая жидкость выстреливает в презерватив. Минхо, невзирая на небольшую липкость на своём животе, прижимается к Джисону, укладываясь на него, и губами тычется в шею и урчит удовлетворённо, расслабляясь под его ласковыми поглаживаниями на спине, плечах и затылке. Не сказать, что он прям устал, но второй заход выдержит, если только у Джисона не другие планы. — Доволен, детка? — Джисон осторожно прижимается к голове Минхо подбородком, не прекращая его гладить, и ухмыляется, качнув головой. Конечно, Минхо доволен как же иначе? — Да… И, кстати, я всё ещё считаю, что секс это отличное средство, чтобы выпустить энергию, а ты подумай о том, чтобы помогать мне с этим, когда я снова захочу подраться, — отвечает Минхо и шумно выдыхает, когда Джисон скидывает его со своего тела, укладывая спиной на кровать, и нависает сверху, горящим взглядом окидывая его тело. — Непутёвый омега… — хмыкает шёпотом Хан и «набрасывается» на Минхо с поцелуями, накидывая на их тела одеяло и скрывая от внешнего мира.