Кровь с молоком

Данте очарован дьяволицей. Позволяет ей делать всё, что никогда бы не позволил другой женщине — доминировать над ним, превращая в свою маленькую послушную сучку. Он жалобно скулит, когда Астарта едва касается его возбуждённой плоти. Бедра напряжены, а мышцы пресса безумно болят от действий этой проклятой девки. Откидывает голову назад, ударяясь затылком о спинку кровати. Будучи настолько возбуждённым, он не почувствовал боли. — Астарта, — прорычал, наблюдая за тем, как она дразнит языком чувствительную головку, которая истекает предэякулятом, — блять… Ненавижу эту прелюдию, когда так хочется войти внутрь, — чуть ли не хнычет. Он перехватывает инициативу в свои руки, и рывком притягивает Асту к себе, впиваясь в губы. Мужчина запускает руку в её волосы, сжимая их у корней, и не даёт демонице даже вздохнуть. — М-м-м, — стонет в предвкушении. Нравится. Одной рукой путается в её чёрных, как тьма, локонах, удерживая на затылке, а другой рукой скользит по груди, играясь с затвердевшими сосками. Но долго она не позволяет управлять собой. Влепив звонкую пощёчину, её язык с жаром обводит сухие губы, скользит в рот, играя с языком. В этом диком поцелуе хотелось задохнуться. — Расслабься, — проводит большим пальцем по нижней губе, — Данте, я всё сделаю сама. — Как скажешь, — прикрыл глаза, — пользуйся. — А у тебя когда-нибудь был секс с демоном? — Нет. Я привык их убивать, а не трахать, — хохочет, — ты у меня первая. — Как приятно слышать, — стягивает с себя остатки одежды, и завязывает волосы. Руки зачесались от дичайшего желания сжать её узкую талию и усадить на каменный член, который так просит женского внимания. Аж судорога схватила ногу от напряжения. Его совсем не волнует собственный вид, как у мальчишки, нуждающегося в похвале и одобрении любимой госпожи, самое главное — ощутить её. Оцарапав рельефный пресс, Аста приподняла бедра, и помогла себе рукой направить его член в разгорячённое лоно. — Блять, — застонала от удовольствия, хватаясь за спинку кровати, — чёрт, как же ты хорош, — сжимает грудь. У охотника дыхание перехватывает от этой женщины. Данте понял, что такое секс с демоном. Это как лавина, которая накрывает тебя с головой, как тайфун, сносящий всё на своем пути, как шторм, не дающий тебе вдохнуть. Танец экстаза, раскрывающий суть существования. Её влажные стенки приятно сжимают Данте, заставляя дрожать под Астартой. Девичьи толчки размеренные. Нужно привыкнуть к ощущениям. Гибрид тычется в её грудь лбом, пытаясь себя держать в руках, чтобы слишком быстро не кончить. Он бесстыдно играется с пышными упругими формами, лаская соски, и облизывает, прикусывает кожу. Астарта подобрала для них двоих идеальный темп, заставляя охотника громко стонать с ней в унисон. Она с удовольствием наблюдает за его реакцией: от блаженства закатываются изумрудные глаза, взгляд затуманен, расправляются мелкие морщинки при выдохе, напрягаются бедра и пресс. — Еле держишься, антихрист? — дразнит, кусая за мочку уха. — Я… Я не… Не антихрист, — простонал, — сучка. — Сучка? — её это взбудоражило, — ты обещал быть хорошим и послушным мальчиком! — Ой… Бывает, — хохочет. Аста видит, как глаза Данте искрятся в полумраке комнаты, наполненные той же тьмой, что и у неё. Связь с демоном что-то пробудила? Постепенно в его теле зарождается дрожь, тянутся струны, и Данте вот-вот на очередном движении женских бёдер обильно кончит, толкая своё семя как можно глубже в неё. Одна мысль об этом вызывала мурашки по коже. Момент ожидания разрядки становится невыносимо болезненным. Никому из них не удается молчать: оба стонут, заглушая стоны поцелуями, кричат имена друг друга, отдаваясь волнам тягучего наслаждения. В помещении безумно жарко, капли пота стекают по коже, впитываясь в постельное бельё, губы пересохли, дыхание сбито, и дико хочется пить. Данте больше не смог терпеть. Схватив её за горло, начинает неистово вбиваться в Асту так, что та вся сжимается от величины удовольствия. — Данте, — облизнулась, — Данте… Затем замирает, прижимая к себе так сильно, что невозможно дышать, и судорожно изливается внутрь, финишируя вместе с девушкой. — Данте! — крикнула в судороге. Асту всю затрясло, и она до крови кусает охотника за плечо, показывая, насколько ей снесло крышу от удовольствия. — Блять… Прости, — целует в губы, — не успел… Бедра сводит, но она все ещё не встаёт, действительно допуская мысль, что родить от Данте было бы не так уж и плохо. Он сын Спарды, достаточно силён, обаятелен, красив. У него хорошие гены, и плевать, что он полукровка. Потомство будет здоровым, сильным. — Всё нормально. Дьяволица осела, подобно кукле, и аккуратно, на полусогнутых ногах, слезла с мужчины, падая прямиком в его объятия. Спрятав лицо в её волосах, Данте оставляет поцелуй на макушке и облегчённо выдыхает, чувствуя, как тугой узел внизу живота начинает развязываться. — Ты как? — подняла на него глаза. Аста почувствовала, как в процессе в охотнике пробудилось что-то демоническое, сокрытое. Стало жутко интересно. — Замечательно, — прошептал. — А почему в твоём доме нет дверей? — убрала с его лба прилипшие пряди волос. — Зачем? Я же один живу, — улыбнулся, — однажды сломал их, снял с петель, а новые так и не поставил. — Ты зарабатываешь достаточно для того, чтобы жить в шикарных условиях, но живёшь в помойке. — Прибираться не люблю, да и дома бываю редко, — проводит по влажной спине, — я же наёмник. — Ну понятно. Она поднялась, и собрала с пола все разбросанные вещи. — Уже уходишь? — приподнялся на локтях, — могу вызвать такси. — Не нужно, я за рулем, — подмигнула, — и не надейся, что так легко отделаешься от меня. Я просто собираюсь в душ, — открыла шкаф, — возьму полотенце? — Конечно. — Присоединишься? — Попозже. Как только Аста скрылась за шторкой, Данте раскинул руки и выдохнул. Ночь только началась. Было принято решение подкрепиться и выпить. Астарта стояла в одном полотенце, которое намотала на голову, и в нижней части белья. Она что-то напевала себе под нос, делая салат из того, что заказала в службе доставки продуктов. — Салат? А пицца для кого? — вытирает мокрые волосы. Девушке хватило одного взгляда на обнажённое мужское тело, по которому стекали капли воды, чтобы вновь возбудиться. Нужно дать ему отдохнуть. Данте выносливый, да, но он полукровка, а Аста архидемон. — Нельзя питаться одной пиццей. В твоём питании сплошные углеводы, а нужны ещё белки и жиры. Питание должно быть сбалансированным, Данте. — Я люблю пиццу и клубничное мороженое, — ворчит, плюхаясь на диван. Она подошла к нему и удобно уселась на коленки, протягивая ложку салата с ананасом. — Ну нет! — сопротивляется. — Просто попробуй, — мурчит, — это вкусно. Не вкуснее пиццы, но всё же. Нехотя охотник пробует салат, и первые несколько секунд морщится, но потом расслабляется. Ему понравилось это блюдо. — Ну вот, — улыбается, — я же говорила. — А награда за пробу нового будет? — Обязательно. Но после того, как мы подкрепимся, — поднимается. — Может, тебе футболку дать? — смотрит исключительно в глаза, стараясь не пожирать взглядом её идеальное тело и бархатную кожу. — Мне и так хорошо. А где у тебя выпивка? — Сейчас достану. Астарта заканчивала приготовление перекуса, нарезая ветчину на горячие круассаны, а Данте наслаждался любимым виски, успевая подливать себе и собеседнице. — Ты возвращаешься домой? В мир демонов, — прислонился к столешнице. — Редко. Мир людей мне нравится куда больше, чем родной дом, — мурашки пошли по коже, — Макай даже для нас настоящий Ад, но скоро всё изменится, я уверена. — Расскажешь? — Нет, — поджала губы, — прости. Я слишком суеверная, и боюсь сглазить. — Серьёзно? — хохочет. — Вполне. — А ты точно уверена, что я сын Спарды? — Уверена, но перепроверю себя. В Макае есть книга, своеобразная родословная демонов, и в ней можно узнать, есть ли у кого-то из нас дети. — Она не врет? — Кровь не обмануть, Данте. — А у тебя дети есть? — оглядел девушку. — Нет. Мне всего две тысячи сто двенадцать лет, так что, успею родить. — Точно, — обомлел, — совсем ребёнок ещё. А сейчас ты не забеременеешь? — Не знаю. Рожу — скажу. — У тебя моего номера нет. — Не напрягайся ты так, Данте. Демоны иначе относятся к детям. Всё нормально, — успокаивает, — не трясись. Еда готова, — выкладывает на тарелку, — приятного аппетита! — А может, пойдём в спальню или в ванную комнату, — шлепнул её по попке, — инициативу возьму в свои руки я, — прильнул к ней сзади, — буду вылизывать тебя, пока ты ёрзаешь на моем лице и умоляешь дать тебе кончить. Трахать языком намного дольше, чем ты способна вытерпеть, — оставил поцелуй на плече, — и наплевать на твои просьбы, — потерся носом. Она развернулась к нему лицом, и скинула со своих волос полотенце, вновь забираясь на излюбленную столешницу. — Соседи могут увидеть, — облизнул нижнюю губу. — А ты стесняешься? — поманила к себе. — Ни капли. — Тогда, — прошептала в самые губы, — приступай, мой милый Данте. Тебе есть чем заняться. Охотник даже не успел трусы с неё стянуть, как в дверь кто-то настойчиво постучал. — Я сделаю вид, что меня нет дома. — К тебе пришли с предложением, — подняла полотенце, — не отказывайся. — Ну-у-у, — застонал. — Мы с тобой продолжим чуть позже, — поцеловала в шею, — буду ждать в спальне. Он проводил красотку взглядом, и мысленно отматерив незваного гостя пошёл открывать дверь. — О-оу, — Энцо удивился, увидев Данте в одном полотенце на бедрах, — привет. Энцо — информационный брокер, работающий с многочисленными наемниками и охотниками на демонов. Достаточно невысокий, полный мужчина с крашеными светлыми волосами, тонкими усами и бородкой. Подлый и довольно эгоистичный человек, всегда ищущий способы извлечь выгоду из любой ситуации. — Ты время видел, старичок? — Видел, и прости, что так поздно, но время — деньги. — Заходи. Господин Ферино сразу же заметил два готовых блюда, два стакана под открытую бутылочку виски, и отметины на теле Данте. — Ты тут с барышней? Красивая? — Настоящая чертовка. — Это её духами пахнет? — принюхался, — дорогой аромат. — Говори, для чего пришёл. — Есть работёнка. Надо выследить и убить демона возле японского рынка на юге. — И во сколько ты оценишь мою помощь? — Не обижу, Данте. — Ты же помнишь, от какой суммы должно начинаться твое «не обижу»? — Разумеется, дорогой, разумеется. Все данные отправлю утром. Выдвигайся вечером. — Без проблем, — задумался, — а ты чего лично пришёл? Телефонную связь никто не отменял. — Ты бы этой телефонной связью пользовался ещё. Я тебе все трубки оборвал вообще-то. Начал же переживать, то и приехал. Данте подошёл к телефону и убедился в правдивости слов Энцо. — Извини. — Да ладно, — усмехнулся, — развлекайся, но помни про вечер. — Помню-помню. — А фотка девчонки у тебя есть? Покажешь? — Нет, — открыл дверь, — доброй ночи. — Жадина! — Пока. Выпроводив Энцо, смочил горло вискариком, несколько раз отжался, чтобы мышцы заиграли, и приготовился к реваншу. — Данте-е-е! — промурчала Аста из спальни, — я уже заскучала! — Ненасытная женщина, — прошептал себе под нос. Охотник проснулся уже ближе к обеду. Надоедливое солнце не переставало светить прямо в глаза, пробиваясь сквозь жалюзи. — Аста, — поворачивается. Её здесь нет. — Сбежала, — потягивается, — ясненько. Даже телефончик у неё не взял. Эх, — перевернулся на живот, — жаль… На кухонной тумбочке лежала записка, оставленная демоницей до побега.

«Данте, доброе утро. Надеюсь, ты чувствуешь себя нормально после ночных приключений. Лично я полна сил и настроена на продолжение.

Завтрак в холодильнике. Приятного аппетита!

И да, не забудь проверить свой телефон.

Астарта.»

Она отправила ему до мурашек горячую фотографию. Надела его же плащ на голое тело, не закрывая тканью все прелести фигуры. — Вашу мать, — облокотился, — это же джекпот! — рад сам за себя. Астарта в это время торопилась на встречу. Верный поданный уже ждал её в их любимом ресторане в Нью-Йорке, из окон которого открывался завораживающий вид на город. — Я рад нашей встрече, — просиял, — как обстановка? — Привет, дорогой друг, — снимает пиджак, — может, сначала закажем, а уже потом всё обсудим? — С минуты на минуту принесут твой тунец. — Ох, Вергилий. Внешне Вергилий является идентичным близнецом своего брата Данте, за исключением того, что его волосы не торчат и зачесаны назад, а глаза синие, не изумрудные. Вергилий носит синее длинное пальто с тремя фалдами, и в целом предпочитает более уточнённый и лаконичный стиль в одежде. Предполагалось, что он погиб в той же атаке, которая убила Еву, но позже выяснилось, что он жив. В какой-то момент Мундус освободил его из плена, заставив Вергилия служить ему. На данный момент Вергил верен Астарте и её замыслу по спасению сородичей, и захвату власти. Он пересмотрел свои взгляды на Мундуса и мир демонов, осознав всю плачевность ситуации. — Ты видела Данте? — Разумеется, — кивнула, — он даже не знал о том, что является гибридом, а значит, вторую ипостась ещё не открыл. Внешне вы как две капли воды, но характеры разные, даже разговариваете по-разному. — А что, удалось пообщаться? — разозлился, — видимо, общение выдалось тесным, раз ты сделала такой вывод. — Заканчивай, — блеснула красными глазами, — мы это обсуждали тысячу раз. Я не сплю с подчинёнными, соратниками, полукровками и людьми. Ты попадаешь под три критерия из четырёх. «Но на Данте это не распространяется» — вспоминает его губы и прикосновения. — А мой брат к этим категориям относится? — Относится, Вергилий. Тем более, он охотник, — врёт на уверенном, — а я ещё в своём уме, хоть вы и считаете меня старой. — Прости, Астарта. Я на эмоциях чуть не обидел тебя. Когда дело касается брата, то кровь закипает. — Вам бы поговорить. Он уверен в том, что ты мёртв и скучает, — вспоминает их общую фотографию из детства, которая, весит у Данте дома, — это сугубо твоё личное дело. Я не лезу. — Мы выбрали разные стороны, понимаешь? Я охочусь на людей, а он на демонов. — Как хочешь, — выбирает напиток, — как дела дома? Телефон Асты завибрировал. Данте отправил ей ответную фотографию, выбрав крайне удачный ракурс, показывая все свои достоинства, и то, как девушка отблагодарила его за проведённое время вместе. Не удалось скрыть искру в глазах и глупую улыбку, больше похожую на хищный оскал. Проголодалась. — С кем общаешься? — Да так, — прикусила губу, — местная демоница. Ничего серьёзного, лишь девичьи сплетни и истории про бывших. — А чего вся поплыла? — Она скинула интересные фотки, и попросила помочь с выбором. — Нижнего белья? — Парня, — вспомнила обнажённого Данте в полумраке, — вот такие дела. Извини, что сошла с темы. Как обстановка? — Кажется, на острове Маллет планируется переворот, — потупил взгляд, — демоны планируют открыть портал между нашим миром и этим. Они устали ждать. — Это может всё испортить, — задумалась, — Марбас никак не успокоится? Я же ему объяснила, что не стоит лезть туда, куда не просят. — Марбас как раз и занимается переворотом, но мне кажется, — улыбнулся, — Абаддон ему не позволит. Верный друг и помощник твоего отца, готовый на всё, лишь бы Мундус его по головке погладил. — Это меня и удивляет. Они с Арлоттом были друг другу братьями, но Абаддон по-прежнему верен отцу. — Как дела с поиском меча? Астарта достаточно давно подозревала Вергилия в игре за обе команды. Доказательств у неё не было, но нутро вопило о том, что что-то не так. Особо с Вергилием она не откровенничала, была осторожной, так как не знает, что у него на уме. Гибрид до ужаса хочет власти и силы, его жажда способна убить. — Пока никак. Ищу, — пожимает плечами, — деактивированный меч Спарды тяжело найти, учитывая то, что он скрыт от демонов и людей. От гибридов тоже, — отвечает на немой вопрос, — Марбас всё ещё в замке? — Охраняет владения твоего отца. — Надо с ним поговорить. — Поговорю. — Тебя он не воспринимает, — усмехнулась, — слишком молод для того, чтобы Марбас обратил свой взор на твою персону. Я поговорю с ним сама. — Будь осторожна. Макай начинает раскачиваться в разные стороны из-за обстановки. Вот-вот рванёт. — Я понимаю… Я всё понимаю, Вергилий. «Данте необходимо уже сейчас постараться пробудить вторую ипостась, и научить обращаться с демонической формой. Если Вергилий действительно шпион, то война обрушится на мир людей, и Данте ничего не успеет сделать. Не сможет… Сперва необходимо огородить своих от беды. Пострадают всё, и в первую очередь простые демоны, ибо люди способны дать отпор, обрушив свой гнев на гражданских. Задача истинного правителя — уберечь свой народ. Вергил практически в совершенстве владеет демоническим ремеслом, и способен блокировать свои мысли, по желанию принимать дьявольский облик, а Данте нет. Впереди много работы…» — размышляет. — Не переживай, Астарта. Всё пройдёт в лучшем виде. — Макай отравлен и токсичен для нас, но почему-то некоторые не хотят покидать измерение. — Пока Мундус жив, то демоны не шелохнуться. Его боятся, и ты это знаешь. — Знаю, — кивает, — но сперва надо найти меч, и ещё побороться за него. — Нужна помощь? — Нет. Возвращайся домой. Я нашла того, кто будет мне помогать. — Данте? Удивлю, но энергия полукровок тоже ощущается. — Только тех, у кого открыта вторая ипостась, — вскинула бровь, — а Данте уходит в отрицание, что замедляет процесс. Он отличный наёмник, и сделает всё как надо. — О тебе знает? — Не думаю, — врёт, — за столько лет научилась дурить даже опытных охотников. — У вас ничего не было? — Тебе повторить критерии? — оскалилась, — Вергилий, я понимаю, что ты благодарен нашей семье за спасение, но твои чувства мне не нужны. Я слишком стара и опытна для подобных игрищ. — Предпочитаешь одиночество? — его задела такая прямолинейность. — Да. Я пять раз была замужем за своё бессмертие, и все пять раз мне не понравилось. Не понравилось хоронить и искать нового, — отпивает коктейль, — так что, больше пробовать не хочу. Мне титул не позволит мешать кровь. — Ты всегда отвергаешь мои чувства, — закатил глаза, — и делаешь это крайне хлёстко. Словно, они ничего не стоят. — Они бесценны, но для меня нет, — пожимает плечами, — давай закончим этот разговор? Я не хочу рвать твоё сердце продолжением данной темы. — Как благородно. — Не огрызайся. Данте вернулся домой уже ближе к полночи. Весь в крови демона и в какой-то вонючей слизи, плюс ко всему порвал плащ. Первое, что ему бросилось в глаза — идеальная чистота. Ощущение, словно это не его квартира вовсе. Она слишком хорошо и уютно выглядит. Чистые окна, полы, везде порядок и красота какая-то, еще и пахнет достаточно приятно. — Бергамот и смолы? — принюхивается, — так приятненько здесь. В шкафах аккуратно разложены чистые утюженные вещи, постель заправлена, даже полудохлые цветы оживились. Но самое интересное совсем другое. — Двери! — Данте обалдел, — нихуя себе! Настоящие, — трогает поверхность. — У тебя еще и стены покрашены, — Астарта сложила руки на груди. — Тебе совсем заняться нечем? — Заскучала, — пожимает плечами, — но твоя халупа превратилась в симпатичный лофт. — За что я тебе благодарен, — просиял, — спасибо, Астарта. Перед ним она предстала в черном кружевном комплекте нижнего белья с подтяжками, и прогнувшись в спине, подобно грациозной кошечке, уселась на любимую столешницу. — Ужин в духовке, иди в душ, — оглядела его с ног до головы, — я накрою на стол. — Ты даже скатерть купила. — Мне нравится проводить с тобой время, но не нравится место встречи. — Сколько я тебе должен за двери и прочее? — Свою душу, — блеснула красными глазами, — и тело, — облизнулась, опуская взгляд на брюки охотника, — полностью. — Хорошо, — расхохотался, — пойду в душ. — Иди-иди. Не успел охотник выйти из спальни, как демоница накинулась на него с горящими глазами. Обвила ногами бёдра парня, запуская руки во влажные серебристые волосы, рывком притягивая его к себе. Данте подхватил её, усаживая на столешницу, и принялся осыпать поцелуями грудь и шею, попутно расстёгивая на спине бюстгальтер. — Ты так вкусно пахнешь! — прикусила нижнюю губу. Астарта прикоснулась к его щетинистой щеке, и шепотом перед ним извинилась. Энергия скопилась на кончиках пальцев, выпуская в виски гибрида импульс силы. — Чт… Что? Астарта? — схватился за голову, ощущая то, как накатывает боль. — Так надо, Данте. Я хочу лишь помочь. Острая боль пронзила голову от позвонков до кончиков пальцев, вызывая у охотника невыносимые страдания и душераздирающий крик. — Потерпи. Она поделилась с Данте своими воспоминаниями про Спарду, в надежде, что нутро отзовётся на это. Перед глазами пронеслось огромное количество событий: бесконечная война, кровопролитие, сражения, служба князю тьмы, подвиг во имя людей, отречение от демонов, заточение Мундуса, и встреча с Евой. Данте со стороны наблюдал за тем, как его мать сидела у камина и читала книгу с детскими именами. Она выглядела очень уставшей и ослабленной, словно, что-то из неё вытягивает силы. Или кто-то… Бледная, худая, и вид болезненный. — Спарда, как считаешь, — кое-как поднялась с кресла, отправляясь на кухню, — кто будет? — Ева, ты куда несёшься? Врач же сказал, что нужен покой, — вытирает руки, — ты можешь родить раньше времени. — Я уже устала с этим пузом, — выдохнула, — вот бы уже родить и отдохнуть. Хотя, — поникла, — боюсь не увидеть своих малышей. — Всё будет хорошо. Прошу, не беспокойся. Я буду рядом. Когда земная женщина носит под сердцем ребенка от демона, то плод в трёхкратном объёме питается её энергией и силой. Большинство матерей умирают во время родов или сразу же после, но редко кому удалось выжить и воспитать своё чадо. — Ты выбрала имена? — решил отвлечь её. — Только для мальчиков, — улыбнулась, — Вергилий и Данте. Как тебе? — Очень, — удивился, — нестандартно. А если будут две девочки или мальчик с девочкой? — Я уверена, что там живут парнишки, — погладила себя по животу, — чувствую, будут теми еще хулиганами. Надеюсь, они похожи на тебя. — Или на тебя, — поцеловал её в макушку, — главное, чтобы с вами всё было хорошо. Я приложу все усилия. Воспоминание меняется. Спарда любовался своими новорождёнными сыновьями, забываясь в их красоте и умиротворении. Они спокойные, пахнут чем-то очень вкусным и сладким. — Я должен уйти, Ева, — голос демона задрожал, — вам грозит опасность, пока я рядом. — Не говори так, — приобняла его, — ты нужен мне и мальчикам. — Ты же знаешь, что так нужно, — поцеловал в висок, — я люблю тебя, — закрыл глаза, — и парней тоже. Тёмный рыцарь внушил женщине то, что отец её детей был воином, который спас мир и погиб в бою, незадолго до дня рождения близнецов. Ева оставалась верна ему и рассказывала сыновьям о нем только хорошее.