Кровь с молоком

Несколькими часами ранее

Данте поймал одного из низших демонов, но не по заказу, а для получения информации. Первое время демонюга храбрился, отказывался что-либо говорить и даже оскорблял охотника, но увидев в руках Данте клинок из освещённого сплава, сдался. — Только не пытай. — А я для чего тут тогда нахожусь? — закатил глаза, — ну чуть-чуть можно? — Я всё расскажу… Спрашивай. — Как убить демона высшего порядка? — Знаменитый охотник не знает? — хохочет. — У нас тут не юмористическое шоу. У каждого высшего демона свой криптонит, и свой способ убийства. Мне нужно знать, как убить вашу княжну. — Её Высочество? Астарту? — Да. — Не знаю, но, — переживает, — говорят, нужно убить её шесть раз. — Шесть раз пырнуть в сердце? Или нанести смертельное ранение? — Не знаю! Это лишь слухи… Охотник, пойми, мы из разных команд. — Ясно. Лёгким движением Данте убил демона, а после как ни в чём не бывало вытер оружие, и скрылся. Нужной информации он не получил, а свидетелей оставлять нельзя. — И как мне чувствовать себя с ней в безопасности, если не знаю как её обезвредить или убить? — нахмурился, — говорили же, Данте, нельзя с демонами трахаться… Хоть какие-то слабости есть?

Сейчас

В Аду время течет эфемерно. Один день на земле приравнивается примерно к ста двадцати дням в Макае. И те шестьдесят человеческих лет, что Астарта провела вне дома — настоящая вечность. Данте оглядывался по сторонам, ожидая демоницу. — Я опоздала? — На сорок минут, — мягко улыбнулся, — и успела ещё переодеться. Симпатичное платьишко… — Извини, пожалуйста. Задержалась. — Была дома? — Как понял? — Запах серы и сырости бьёт в нос. — Это плохо, — достала из рюкзака мини-версию своего любимого аромата, — вот сейчас будет куда лучше. — Идём? — Да. Увидев огромное количество игровых автоматов в закусочной «Фредди Даймер», Аста поняла, почему Данте так нравится это место. Типичная американская кафешка в стиле ретро. — Джули, — подмигнул ей, — две клубничные бомбы с вафлями. — Ты сегодня поздно. — Извини, — пожимает плечами, — дела. Решили занять место у окошечка. — А она симпатичная, — стрельнула глазками в сторону официантки. — Соглашусь, — провоцирует на ревность. — Как прошла встреча с Лин-Лин? — не реагирует. — Узнал много нового. И да, мы с ней обо всем договорились. — И как тебе? — Буду переваривать, — вздохнул, — мой шок в шоке. А ты как погостила? — Не спрашивай… Ощутив приближающуюся опасность, Данте молниеносно подхватил Асту на руки, пряча её за барной стойкой. За несколько секунд до столкновения здания с бензовозом он укрыл Джули и мужчину. Астарта раскрыла свои крылья, накрывая людей своеобразным куполом от взрывной волны. Осколки и жар опалили кожу. Огонь окутал помещение, а из-за разбитых окон разгорался всё больше и больше. — Идите, — Данте посмотрел на демона, — помоги им. Астарта вывела пострадавших на улицу через склад, и попросила их вызвать скорую с полицией, а сама вернулась обратно. «Почему Данте среагировал раньше меня? Неужели, в его компании я настолько чувствую себя в безопасности, в комфорте, что инстинкты засыпают? Ничего нормального в этом нет…» — начала переживать. Увидев Вергилия во плоти, княжна спряталась за стеной, желая подслушать их разговор. Что-то не так. «У Вергилия на шее вторая часть амулета, но оборотень не может сам создавать образ, он берёт кровь того, кого копирует. Вергил просто так своими жидкостями не разбрасывается… Получается, Вергилий связан с Кроликом?» — задумалась. — Здравствуй, дорогой брат. Ты уже уходишь? Нам бы поговорить… — Нет… Быть того не может, — Данте оторопел, — ты же… Ты же умер! — Живее всех живых, Данте. Астарта вышла из своего укрытия, и взмахом руки развеяла облик Вергилия, показывая охотнику истинное лицо демона-оборотня. — Что? — потрясен. — Уходи, — скомандовала, — и не попадайся мне на глаза. — К-княжна? — Чего ты стоишь?! Убей его! — Своих обижать нельзя, Данте, своих не наказывают, — бросила злобный взгляд на демона, — ты всё еще здесь? Дьявольское отродье тотчас исчезло, оставляя после себя разруху и пожар. Полукровка вспылил: — Ты почему у него ничего не спросила?! Вдруг, он… — А что я должна спросить? Работает он на Кролика, пришёл за твоим амулетом. Как только он вновь появится в этом мире, то я почувствую и выслежу. В таком деле лучше не торопиться, — услышала сирену, — а нам уже пора. — Как ты это сделала? Всё поняла без лишних слов. — Ма-агия. Идём. В апартаменты Данте они возвращались достаточно шумно. Уже на лестнице охотник стягивал с демоницы джинсовую курточку, опаляя бархатную кожу своими горячими губами, запуская руки под одежду и наглея с каждым движением всё больше и больше. Астарта лишь задорно смеялась, умоляя Данте постыдиться и подумать о соседях: — Соседи, Данте, — с трудом сдерживает стон, — соседи… — Пусть завидуют, — открывает дверь, — заходи. Не имея никаких ограничений, мужчина набрасывается на княжну, обрушая на неё всё своё желание. Аста даже продохнуть не успевает от такого напора, и ей остаётся лишь поддаться ему, успевая хвататься за Данте, как за спасательный круг. Уложив девушку на бильярдном столе, навис сверху так, чтобы та не посмела вырваться или перехватить инициативу. «Сегодня измываться буду уже я» — улыбнулся. Крепкая мужская ладонь поползла вверх по бедру, останавливаясь в районе нижнего белья. Холод колец вызвал мурашки. Острые зубы охотника сомкнулись на коже до боли. Оттянув её, Данте сжал челюсть сильнее, кусая демоницу до крови. Сумасшествие. — Ай, — закинула голову назад. Он слизал проступившие капли крови с шеи, и оставил поцелуй, поднимаясь выше. Вкус её крови, что пропитана грехом, безумно понравился полукровке. — Хочу изучить всё твое тело, — прикусил мочку уха, — чтобы не осталось места, с которым я не был бы лично знаком. — Ты можешь быть грубее. Я хочу почувствовать твою злость и силу, — прошептала в поцелуе. Развернув Астарту к себе спиной, Данте поднял подол платья, оголяя ягодицы, на которых остались следы его ласк. Охотник запустил руку в чёрные, как сама тьма, волосы и задрал голову, проходясь языком по вздутым венам на шее. Как же она злилась от того, что мужчина медлит, изнуряет её, дразнит. Привыкла получать желаемое сразу, и не зависеть от чьих-то действий. — Бесишься? — прикоснулся к краю нижнего белья. — Безумно, — прорычала. — Приподними ножку, красноглазая моя, — ласково прошептал, сковывая пальцами шею, — и давай-ка чуть-чуть поближе ко мне. Хочу чувствовать каждую твою мышцу. Сознание плавилось, заполняясь похотью. Асте хотелось что-то сказать, но мысли не вязались, путались, и всё из-за предвкушения. Пряжка брякнула, джинсы спали вниз, а горячее дыхание вновь опалило кожу. — Данте, — не в силах сдержать стон. Ощутив твёрдую плоть между бёдер, княжна закатила глаза, не в силах устоять на ногах. Слишком роскошно... — Тише. Сосредоточенно наблюдая за её реакцией, Данте медленно вошёл внутрь, ловя каждый вздох и эмоцию. Сначала он сдерживал себя, наслаждаясь тем, какие сладострастные и тягучие ощущения сейчас испытывает демоница. Стонет, прикусывает губу и извивается, подобно мартовской кошечке. Рука уверенно скользнула вниз, под трусы, лаская пульсирующий клитор, а другая рука по-прежнему оставалась на шее. Сдавленно вздохнув, с новым толчком, более грубым и резким, мужчина оказался в ней полностью. Наращивал темп так, как нужно ему, превращая Астарту в свою личную проститутку, готовую абсолютно на всё, о чем только пожелает её хозяин. От его быстрых, остервенелых и размеренных движений Астарта оставила несколько царапин на столе, не жалея покрытие. Некуда деть руки. Стремительно вбиваясь внутрь, Данте старался запомнить каждую деталь происходящего: её румяные щеки и помутневший взгляд, намокшие у лба волосы, капелька пота, стекающая по шее вниз, сладость стона, крышесносный аромат туберозы и апельсина, который на разогретой коже раскрывался по-новому. Тот факт, что на улице всё прекрасно видно, чем они занимаются, и жители дома напротив могут понаблюдать, будоражил фантазию и придавал особую пикантность моменту. Девушка впилась ногтями в его руки, что так жадно ласкали тело, желая полностью раствориться в моменте. — Сильнее, — дыхание сбито. — Я сейчас рухну, — обернулась, чтобы посмотреть на мужчину, — ноги трясутся. Ватные… — Я могу… — Не спрашивай разрешения, — перебила, — хочу, чтобы ты брал и делал без вопросов. Резко вышел, и закинул Астарту на плечо, попутно целуя её бедра. — Куда? — В душ. Совместим приятное с полезным. Аккуратно опустив княжну на кафель, скинул с себя лишнюю одежду и обувь, а после включил воду в кабинке. — Руки подними. — Оно не снимается через голову, — повернулась к нему спиной. — Ненавижу молнии. Ткань под гнётом полукровки затрещала, вырывая молнию из ткани и освобождая тело Астарты. — Вообще-то, — снимает туфли. — Потом договоришь, — разорвал нижнюю часть белья. Данте подхватил её, удерживая за бедра, и вновь впиваясь губами, направился под теплые струи воды. Холод кафеля приятно ласкал разгорячённое тело. — Смотри на меня. Отвернёшься — перестану. Толчки были грубыми и рваными, хлёсткими, такими, от который из уст демона вылетали стоны, наполненные наслаждением. Полукровка вычислил её слабость. — Нравится, когда тобой обладают? — Только ты. С каждым разом удары бёдер становились всё громче и чётче. Охотник решил вытрахать из Асты всю дурь, и сделать своей послушной девочкой, ускорившись до возможного предела. Нет времени на болтовню. Воздуха не хватало, но каждый из них ловил странное, и одновременно желаемое наслаждение от процесса. Невозможно оттянуть разрядку. Вцепившись в его спину, ощущая каждое движение мышц, Астарта протяжно простонала, и сжалась внутри от накатывающей волны неги. — Умница, — смазано поцеловал в губы. То, как она сжимается от оргазма, не прекращая смотреть ему в глаза, едва ли не лишило Данте остатков рассудка. Надолго его не хватило. Сдавленно выдохнув, вышел, развернул еле стоящую на ногах девушку к стене. Астарта ощутила на пояснице тёплую жидкость. — Дьявол, — ноги ватные. Смыв следы своего удовольствия, Данте выключил воду, накинул на Асту мягкий махровый халат и взял на руки, уводя в спальню. У неё не было сил даже глаза открыть. Речи про какие-то шевеления и быть не может. Он лёг рядом, укладывая её к себе на грудь, и укрывая простыней оголившиеся бёдра. — Данте? — промурчала. — М-м-м? — восстанавливает дыхание. — Почему мы раньше не познакомились? Столько времени потрачено впустую. — Ну, — расхохотался, — тогда я был ребёнком, а сейчас взрослый мужчина, — целует в макушку, — мужчина, у которого дух перехватывает от момента, когда участок твоей кожи, скрытый под одеждой случайно оголяется. Или не случайно… — Ненароком перехвалишь, начну баловаться, — закинула на него ногу. — Как же хорошо, что я знаю, — усмехнулся, — чем тебя исцелить, красноглазая. А можно ли демона превратить в человека с помощью людской крови? — Можно… Необходимо запереть демона на освящённой местности, и в течение восьми часов каждый час вводить демону очищенную кровь. Для очищения крови донору необходимо исповедаться непосредственно перед обрядом. Но попробуй найти человека, который согласен на такое, и демона, который не перегрызет тебе глотку. — А ты бы далась? — Нет. Во мне слишком мало людского, — проводит коготком по его груди, оставляя после себя красные полосы, — только тёмное, похотливое и манящее. — Тебе так нравится меня царапать, дьяволица? — Очень. Скажи мне, антихрист, я в чём домой поеду? — А кто сказал, — лукаво улыбнулся, — что ты домой поедешь? У меня останешься. Даже не надейся, что сбежишь… — Там Энцо. Господин Ферино постучал в дверь ровно через две секунды после сказанного княжной. — Даже не буду спрашивать, как ты это сделала, — поднимается, — а где мои штаны? — В ванной комнате, — разминает шею. Данте снова встретил Энцо с обнаженным торсом. Кажется, это становится традицией. — Привет, дорогой! Ты снова с барышней? — Ага, — застёгивает ремень, — что-то ты зачастил. — Бизнес. Зайду? — Конечно. Охотник заметил то, насколько Энцо напряжён. Его выдал потный лоб и шея, трясущиеся руки и беглый взгляд. — Ты мешаешь моему счастью. — Как раз передохнешь. Как твои дела? — Отлично, — подошёл к барной стойке. Охотник достал пистолет и перезарядив его, направил на мужчину. — А твои? — Если уберешь свою пушку, — нервно поправил ворот рубашки, — дела станут куда лучше… — Давай расскажу просто чумовую историю. Ты оценишь, — улыбается, — помнишь, как работёнку мне подкинул? Оказывается, демон-ребенок подкараулил меня, взорвал мое любимое кафе, и обернулся моим братом, пытаясь стащить мамин амулет! Обалдеть, да? — Ничего бредовее в жизни не слышал! Не вини меня, Данте. Бедняга Энсо не виноват… — Милый? — вытирает мокрые волосы. Астарта выглянула из-за угла, невинно хлопая глазками и улыбаясь, как ангел. Она надела на себя лосины и рубашку, которые по счастливой случайности оказались в рюкзаке. Перестраховалась на всякий случай. — Пять минут, — подмигнул. — Что за красавица? Сеньорита, вы очаровательны, — Энцо заулыбался. Демон подошла к мужчине и взяла в руки кейс, который Энцо так крепко прижимал к себе. Продемонстрировав Данте прослушивающее устройство, прикреплённое к кейсу, уселась на бильярдный стол. — Я же только посредник, мелкая сошка! Это всё тот огромный белый кролик! Он дал мне заказ для тебя! — И почему ты согласился? Прекрасно же понимал, что Данте подставят, — прищурилась. — Деньги, ягодка! Ты бы видела, сколько он предложил! — Он тебя припугнул, — догадался, — ну разумеется. — Ты когда-нибудь таких кроликов видел?! Конечно я обосрался! Нихуя себе! Двухметровый разговаривающий кролик с мечом в руках! — С мечом Спарды?! — хором. — Ага! Ты пойми меня, Данте, дело серьёзное! Ему пиздец как нужен твой амулет, а ещё, он нужен федералам! Пятьсот лохматых за побрякушку. Отдам тебе семьдесят процентов. — Даже не мечтай. — Не обижайся, дружище. Пойми меня… Я бы не подставил тебя просто так, — подбирает слова, — за бесценок, но тут федералы, понимаешь? Ты же мне как сыночек родной! Я бы за тебя под пули… Нет… Ну… Маленький бы клинок принял. Мне тоже нужно на что-то жить! Не обижайся. — А сегодня, получается, подставил меня за полмульта? — Ты бы сам поступил точно так же! — Ладно, — пожал плечами, — я понял. — А наёмники в двух кварталах от нас, — Астарта, — Данте вместе с тобой подставляют? — Федералы… Тем более, я принёс утешительный приз для Данте, — указал на кейс, — чистая американская зелень. После замеса можешь съездить с красавицей на море, позагорать. Я пойду, да? Дам вам время подготовиться к переполоху и все такое… — А кто тебе сказал, — Данте игриво улыбнулся, — что я не обижаюсь, а?