Снег в июле

Солнце, пробивающееся сквозь заляпанные грязью окна школьных коридоров, казалось, намеренно высвечивало все недостатки и изъяны и без того унылого места. Но для Артёма этот свет был не просто раздражающим – он был почти невыносимым. Каждый луч, казалось, высвечивал его собственную неуверенность, его смятение и страх, делая его уязвимым для чужих взглядов. После бессонной ночи, полной метаний и противоречивых мыслей, Артём чувствовал себя выжатым как лимон. Он механически переступал с ноги на ногу, пытаясь слиться с толпой учеников, скрыть своё волнение за маской безразличия. Но каждый проходящий мимо казался ему потенциальным разоблачителем, знающим о его секрете, о его “неправильности”. В голове эхом отдавались слова, сказанные вчера Димой, и его поцелуй. Артём невольно касался губ, словно пытаясь убедиться, что это не было сном. Реальность происшедшего обжигала его, заставляя одновременно трепетать от восторга и содрогаться от страха. – Тём? – окликнул Антон, хлопнув Артёма по плечу и вырывая его из тягостных мыслей. – Да? – рассеянно ответил Артём, моргая и пытаясь сфокусировать взгляд на друге. – Прости, я немного задумался… Что ты говорил? – Где будем отмечать день рождения Димы? – повторил Антон. – Есть какие-нибудь идеи? – М… я не знаю, что он любит, – пробормотал Артём. Невозможно было сосредоточиться даже на таком простом и безобидном разговоре, когда в голове, словно заезженная пластинка, крутилась одна и та же картина: Дима, его глаза, его губы, их поцелуй… Он снова и снова переживал вчерашний вечер, пытаясь понять, что он чувствует, что он должен чувствовать и как ему теперь себя вести. Любые другие мысли казались незначительными и бессмысленными по сравнению с этим событием. – А может, тебе и узнать? – предложил Антон. – Типа… ну, мне немного стыдно признаваться, но я тоже толком не знаю, что Дима любит. А вы вроде как подружились. – Я? – переспросил Артём, невольно вскинув брови. Подружились? Да они… целовались! – Но тебе же, наверное, легче будет с ним об этом поговорить… – Ну, пожа-алуйста! – взмолился Антон, делая жалобное лицо. – Я сейчас так занят с этим проектом по физике, вообще голова не варит. Ну, будь другом, а? – Ладно… – пробормотал Артём, отвернувшись. – Спасибо! – радостно улыбнулся Антон, хлопнув Артёма по плечу. – Ты по-настоящему лучший друг! Я на тебя всегда могу положиться! Ну, я побежал, а ты как узнаешь, сразу мне скажи, ладно? И Антон, довольный тем, что свалил на Артёма свою задачу, побежал по коридору, оставив его одного наедине со своими мыслями и заданием узнать у Димы, что тот любит. Артём вздохнул. Лучший друг… Как же сложно быть лучшим другом, когда в голове творится такой хаос. Артём решил отложить разговор с Димой на потом, на неопределённое “потом”, когда он сможет хоть немного разобраться в своих чувствах и эмоциях. С глубоким вздохом он направился к кабинету, где должен был пройти первый урок. Как же хорошо, что хоть в школе они с Димой не часто пересекаются. Это давало ему хоть какое-то пространство, хоть немного времени, чтобы подготовиться к неизбежной встрече. И, конечно, чтобы придумать, как вообще себя вести, глядя Диме в глаза. Прозвенел звонок с урока, и, собрав книги, Артём попытался настроиться на хоть какой-то лад. Антон, как обычно, уже ждал его возле дверей кабинета, энергично махая рукой. – Пошли в столовую, умираю с голоду, – сказал он, увлекая Артёма за собой. И тут Артёма накрыло волной паники. Обедали они обычно втроём, поэтому избежать встречи с Димой сегодня уже точно не получится. Придётся ему столкнуться с реальностью, лицом к лицу, и как-то пережить этот обед, не выдав своих чувств. В столовой было шумно и людно, как обычно. Антон, не теряя ни секунды, проскользнул между столами и направился к их обычному месту, где уже сидел Дима, занятый своей едой. Артём остановился возле стола, словно прирос к земле, держа в руках поднос с едой и не решаясь сесть. Его сердце бешено колотилось, а ладони вспотели. – Ты чего застыл? – спросил Антон, поднимая голову на Артёма и недоуменно глядя на него. – Садись, а то остынет всё. Дима поднял голову от тарелки и посмотрел на Артёма. В его взгляде не было ни удивления, ни осуждения, только привычное дружелюбие. – Ага, – сказал он, слегка двигаясь на скамейке, освобождая место. – Садись. Артём почувствовал, как щёки мгновенно вспыхнули, словно их коснулся раскалённый уголь. Всего лишь один взгляд, и его выдало с головой! Он одёрнул себя, когда понял, что непроизвольно смотрел на губы Димы, вспоминая их нежное, обжигающее прикосновение. Не в силах справиться с охватившим его смущением, Артём, вопреки всем своим желаниям, не сел рядом с Димой. Он выбрал место рядом с Антоном, на другой стороне стола, подальше от обжигающего взгляда и воспоминаний. Уткнувшись в свою тарелку, он начал ковыряться вилкой в еде, совершенно не чувствуя вкуса. Дима нахмурился, заметив, как Артём избегает его взгляда и старается держаться на расстоянии. Внутри закипало раздражение, смешанное с непониманием. “Ты, конечно, милаш, – подумал Дима, не отрывая взгляда от Артёма, – но так меня бесишь…” Обед проходил в напряженной тишине. Ладно, не в тишине – Антон рассказывал о своих планах на вечер и жаловался на предстоящую контрольную по химии. Дима лишь иногда вставлял короткие фразы, будто не особо слушая. Артём же просто ковырялся в тарелке, изо всех сил стараясь не смотреть на Диму. И чем больше он его избегал, тем сильнее Дима злился, хотя и пытался это скрыть. Атмосфера становилась все более неуютной. И тут оглушительно заорала пожарная сигнализация. В столовой началась паника: все повскакивали со своих мест и побежали к выходу. Артём почувствовал, как немного отпускает то жуткое напряжение, которое давило на него весь обед. В этой суматохе никто не смотрел на него, никто не видел, как он краснеет. Вдруг чья-то рука крепко схватила его ладонь. Артём вздрогнул и обернулся. Это был Дима. Он просто молча сжал крепче его руку и потянул за собой, сквозь толпу бегущих людей. Сердце Артёма бешено стучало, а в голове словно всё перепуталось. Он просто шел за Димой, крепко держась за его руку, не в силах что-либо сказать или сделать. А Антон, немного растерянный и явно не понимающий, что происходит, как третий лишний поплёлся за ними хвостиком, бормоча что-то про идиотские учебные тревоги. Выбравшись на улицу, они присоединились к толпе, стоявшей перед школой. Кто-то смеялся, кто-то ругался, кто-то просто молча ждал, когда всё закончится. Выбравшись на улицу и оказавшись в относительной безопасности, Артём резко вырвал свою руку из хватки Димы, что тому явно не понравилось. Он быстро отошёл подальше от толпы, пытаясь отдышаться и унять бешено колотящееся сердце. Чуть позже к нему присоединился Антон, всё ещё взволнованный ситуацией. – Сказали, что в кабинете химии что-то загорелось, – сказал Антон, присаживаясь на ступеньку рядом с Артёмом. – Вот тебе и контрольная сорвалась. – Да нахимичил кто-то, – вяло ответил Артём, стараясь не смотреть на Диму, который стоял чуть поодаль и буравил его взглядом. Антон выдохнул и, недолго думая, положил голову на плечо Артёма. – Как же я устал… – пробормотал он. – Кхм… – нарочито громко покашлял Дима, прожигая Антона взглядом. Тот, почувствовав на себе этот испепеляющий взгляд, тут же вздрогнул и отодвинулся от Артёма подальше. Внезапно тишину нарушил голос учителя, усиленный громкоговорителем: “Внимание! В связи с пожаром в кабинете химии, последние уроки отменяются. Всем ученикам разрешено покинуть территорию школы. Повторяю, последние уроки отменяются…” По толпе пробежал радостный гул. Ученики начали расходиться, радостно обсуждая неожиданный выходной. Когда Артём встал, собираясь уйти, сзади к нему подошёл Максим и по-дружески закинул руку ему на плечи. От него, как обычно, пахло сигаретами, словно он уже насквозь ими пропитался. – Ну что, Тём, – сказал Максим, слегка склоняя голову к плечу Артёма, – планы на выходные ещё в силе? – Планы? – резко прервал его Дима, словно выплюнул это слово. – Какие планы? Я с вами. – Ну, нет, Димочка, – сладко протянул Максим, одаривая Диму натянутой улыбкой. – Мы с Артёмом кое о чём договаривались, это наше личное дело. Максим прекрасно видел, как глаза Димы наливаются яростью, как он словно пожирает его взглядом. Он чувствовал себя как на мушке у снайпера. Мысленно Дима уже казнил его самым изощрённым и мучительным способом. – Да нет там никакого личного дела… – пробормотал Артём, чувствуя себя неловко и пытаясь сгладить ситуацию. Он убрал с себя руку Максима, словно та обжигала. – Просто… он расстроился, что я его игнорировал, и попросил погулять со мной в качестве извинения. – Расстроился? – усмехнулся Дима, в его голосе звучала неприкрытая язвительность. – Он-то? Он такого слова даже не знает. – Тц-тц… – притворно огорчился Максим, покачав головой и, неожиданно для всех, обнимая Артёма за талию. – Ты такой злой, Димочка. Вот сейчас я правда расстроился. И, знаешь, утешение я буду искать не у тебя. – И чё он к тебе прилип как банный лист?! – возмутился Дима, уже не выдерживая этого спектакля. – Да тебе-то что? – вздохнув, устало спросил Артём, чувствуя, как ситуация выходит из-под контроля. – Мне сказать это прямо здесь, чтобы все слышали? – заявил Дима, скрещивая руки на груди и приближаясь к Артёму. – Хорошо. Я те… Не успел он договорить, как Артём, покраснев от стыда и паники, вырвался из объятий Максима и двумя руками закрыл Диме рот. – Ни слова больше! – прошипел он, глядя Диме прямо в глаза. – Хорошо, я не пойду с ним никуда, только замолчи! – шептал он, отчаянно надеясь, что никто не услышит их разговор. Руками Артём почувствовал, что Дима улыбнулся под его ладонями, и с облегчением отпустил руки. Дима, освободившись, посмотрел на Максима. Тот, до этого наблюдавший за происходящим с усмешкой, теперь явно нервничал. Он понял, что ситуация обернулась против него, и слова Артёма, не предназначенные для чужих ушей, значительно изменили расстановку сил. Рядом стоящий Антон огляделся по сторонам, почесал затылок и, нервно сглотнув, пробормотал: – Пойду-ка я лучше… У меня там дела… Он почувствовал, как сгущается атмосфера, и решил благоразумно ретироваться. “Ну его нахер…” – подумал он, быстро удаляясь в сторону ворот школы. – Тём, ну ты не можешь так со мной поступить, – жалобно протянул Максим, в его голосе звучало показное разочарование. – Ты же обещал мне… Я снова обижусь. – Ну… я… – мямлил Артём, чувствуя себя ужасно. Он не знал, как разорваться между обоими парнями. Не хотелось обидеть Диму, который заявлял ему о своих чувствах, но и расстраивать Максима, который, как ему казалось, действительно на него рассчитывал, тоже не хотелось. – Нет, Артём, ты сказал, что не пойдёшь с ним, – твёрдо перебил Дима, не сводя с Артёма взгляда. На Артёма давили с двух сторон, голова гудела от повторяющихся слов и уговоров. Он чувствовал себя как мячик, который перебрасывают друг другу два игрока. – Мы идём втроём! – неожиданно для себя самого выкрикнул Артём, обрывая спор обоих парней. Он чувствовал, что ещё немного, и он просто взорвётся. Даже некоторые ученики, проходящие мимо, обернулись на них, удивлённые его внезапным криком. – Мы пойдём гулять втроём… перестаньте уже… – Я, да с ним? – возмутился Дима, показывая пальцем на Максима, но тут же встретился с уставшим и умоляющим взглядом Артёма. Он увидел в этих глазах столько смятения и отчаяния, что не смог устоять. – Ладно… – только и смог выдавить из себя Дима, скрепя сердце соглашаясь на компромисс. Максим, оценив ситуацию, лишь пожал плечами с деланным безразличием и отвернулся, скрывая разочарование за маской равнодушия. Он понимал, что сейчас проиграл, но был уверен, что это лишь временное поражение. “Ничего, – подумал он, – у меня ещё будет шанс”. Так, скрипя сердце, на следующий день они и пошли втроём: Артём, Дима и Максим. Артём до этого пролежал часа два на кровати, ворочаясь с боку на бок и отчаянно пытаясь придумать способ избежать этого кошмара. Он прекрасно понимал, на какой ужас он подписался, когда, не подумав, предложил этот компромисс. Надо было просто послать всех куда подальше и сидеть дома, спокойно попивая чай и смотря сериалы. Но теперь было поздно думать. Сейчас Артём чувствовал себя невероятно некомфортно. Он шёл между Максимом и Димой, которые всё ещё не успокоились. Оба смотрели друг на друга с такой ненавистью, словно вот-вот готовы были перегрызть друг другу глотки. Артём же смотрел на землю, надеясь, что весь этот кошмар поскорее закончится. – Я… эм… немного есть хочу, – тихо сказал Артём, отчаянно пытаясь хоть как-то разрядить обстановку. – Я куплю, – одновременно и с одинаковым напором сказали Максим и Дима. – Да не надо ничего, я сам куплю! – воскликнул Артём, испугавшись, что сейчас из-за этого пустяка начнётся очередная ссора. – Просто пойдёмте в магазин… Они даже у входа в магазин умудрились поругаться… Стояли и пихали друг друга плечами, споря, кто войдёт первым. Артём, вздохнув, просто взял Диму за рукав и потащил за собой, надеясь, что это хоть как-то решит этот дурацкий конфликт. Дима, обернувшись, подмигнул Максиму, словно одержал какую-то важную победу. Артём пошёл вдоль прилавков, таща за собой Диму, а Максим остался стоять у входа в магазин, скрестив руки на груди и недовольно наблюдая за ними. – Тём, тебе это точно всё надо? – тихо спросил Дима, наклонившись к уху Артёма. – Что? – не понял Артём, разглядывая печенье. – Ну, вот эта вся… “прогулка”. – А что поделать, если мы уже здесь? – вздохнул Артём, остановившись у прилавка со сладостями. – Ты же не любишь сладкое, – заметил Дима, нахмурившись. – Кто сказал, что это мне? – А кому? Этому что ли? – с ещё большей неприязнью пробурчал Дима, кивнув головой в сторону выхода, где стоял Максим. – Тебе, идиот. Бери что-нибудь, – вздохнул Артём, ткнув Диму локтем в бок. – Может, хоть немного подобреешь. – Ты что, и правда купишь мне печеньки? – спросил Дима, и на его лице появилась улыбка. – Ещё одно слово – и ничего не куплю, – пригрозил Артём, стараясь скрыть смущение за шуткой. – Да мы прямо как молодожёны, выбираем продукты в супермаркете, – мечтательно протянул Дима, нежно обнимая Артёма за руку. – Рот закрой и выбирай, что тебе надо… – пробурчал Артём, чувствуя, как краснеют щеки. – Хорошо, дорогой~ – промурлыкал Дима, взяв первые попавшиеся печенья. Они пошли к следующим прилавкам, и Дима всё ещё висел на руке Артёма, не отпуская его ни на секунду. Хотя тот, если честно, и не особо сопротивлялся. Против этого был только Максим, который сверлил их взглядом, но кто его вообще слушает? Артём, набрав всего необходимого, направился к кассе, надеясь поскорее закончить с этим походом в магазин. – Мы бы и вдвоём хорошо погуляли… – тихонько пробубнил Дима, словно испытывая терпение Артёма. – Сейчас ты уйдёшь отсюда, если продолжишь жаловаться, – огрызнулся Артём, расплачиваясь за покупки на кассе. – Ладно-ладно, не злись… – примирительно сказал Дима. – Кстати… – начал Артём, выходя из магазина. – Что ты вообще любишь? – Тебя, – не задумываясь, выпалил Дима, и Артём почувствовал, как его щёки заливаются краской. – Да я не об этом! – отмахнулся Артём, отводя взгляд. – Ну, ты сам спросил… – пожал плечами Дима, глядя на покрасневшего Артёма. – Кроме меня… – буркнул Артём себе под нос. – Хоккей, – ответил Дима после небольшой паузы. – И всё? – удивился Артём. – Ну… а что тебе нужно? – непонимающе посмотрел на него Дима. – Может, ты любишь что-то делать или есть? Как ты обычно время проводишь? – Дома сижу… – пожал плечами Дима. – Да с тобой вообще бесполезно разговаривать… – вздохнул Артём, понимая, что этот разговор ни к чему не приведёт. – Нет уж, не говори так, зачем тогда спросил? – обиженно надул губы Дима. – Надо же что-то на твой день рождения придумать, – ответил Артём, открывая себе пачку чипсов. – Ох, дорогой, я так тронут, что ты думаешь обо мне~ – сладко протянул Дима, ещё сильнее прижимаясь к руке Артёма. – Отвянь… – пробормотал Артём, чувствуя, как его щеки снова начинают гореть. Максим шёл сзади и злился всё больше. Ему не нравилось, как Дима и Артём общаются, как будто его вообще нет рядом. Он чувствовал себя третьим лишним. “Кажется, если я уйду, они даже не заметят, - думал Максим. - Голубки, блять. Сейчас глаза себе вырву от такой картины”. Ему хотелось всё испортить, но он не знал как. Не выдержав больше этой сладкой парочки, Максим резко вклинился между ними, разрывая их тесный контакт. Он оттолкнул Диму плечом, заставив того оторваться от Артёма, и встал между ними, словно стена. Теперь он шёл рядом с Артёмом, не давая Диме приблизиться. Артём лишь устало вздохнул, уже привыкший к подобным выходкам. Он знал, что спокойной прогулки сегодня точно не будет. А вот Дима явно разозлился. Не успел Артём и глазом моргнуть, как Дима и Максим, словно два барана, начали толкаться плечами, пытаясь оттеснить друг друга от Артёма. Каждый из них хотел идти рядом с ним, а уступать никто не собирался. Дело явно шло к драке. Артём в отчаянии закрыл глаза, предчувствуя неминуемый скандал. – Да хватит уже! – не выдержав, воскликнул Артём, чувствуя, как терпение его лопается. – Надоели вы мне, я пошёл отсюда. Не успел никто опомниться, как Артём, буркнув что-то себе под нос, сунул руки в карманы и быстрым шагом направился прочь. Артём шёл по парку, засунув руки в карманы куртки, и хмурился. Он явно был недоволен сложившейся ситуацией. “Ну вот, до чего дошло”, - словно эхом отдавалось в его голове. Хотел как лучше, чтобы все были довольны, а получилось как всегда – а может, даже и хуже. Теперь он один, а эти двое скорее всего уже выясняли отношения в самой неприглядной форме. Зачем он только ввязался в это? Надо было с самого начала отказаться от этой затеи и не надеяться на чудо. Ведь было очевидно, что Дима и Максим не способны вести себя адекватно в присутствии друг друга. В их поведении сквозила детская непосредственность, переходящая в откровенную глупость. Вечные споры, толкания, попытки привлечь его внимание – всё это казалось ему сейчас невыносимым. Он устал быть между двух огней, устал быть призом в их нелепом соревновании. Что ж, они сделали свой выбор. Артём больше не намерен тратить свои нервы на их примитивные игры. В следующий раз он просто уйдёт, не вступая в споры и не пытаясь никого помирить. Пускай делают, что хотят. Артём ускорил шаг, стремясь как можно быстрее покинуть этот парк, ставший сегодня эпицентром раздражения и разочарования. Домой идти совершенно не хотелось. Там его ждала тишина, которая в данный момент казалась не утешением, а скорее укором. Тишина, полная воспоминаний о проваленной прогулке и собственном бессилии. Поэтому Артём до самого вечера бесцельно бродил по улицам, стараясь заполнить пустоту в душе чем-нибудь хоть немного отвлекающим. Он заходил в магазины, разглядывал витрины, наблюдал за прохожими, но ничто не могло заглушить неприятный осадок, оставшийся после сегодняшнего дня. Лишь когда совсем стемнело и ощутимо похолодало, он неохотно направился к своему подъезду. И тут, словно обухом по голове, — Дима. Он стоял прямо у двери, сгорбившись и кутаясь в свою тонкую куртку, всем своим видом давая понять, что сильно замёрз. Его плечи дрожали, а руки были спрятаны в карманы. Он явно продрог до костей, но продолжал ждать. Этот жалкий вид Димы, его потухший взгляд, вызвали у Артёма неожиданный прилив жалости и смешанное чувство вины. – Что ты здесь делаешь? – удивлённо спросил Артём, подходя к Диме. В голосе сквозило раздражение, но в то же время и какое-то странное беспокойство. – Боже, почему тебя так долго не было? – пробормотал Дима, словно не слыша вопроса. Он тут же крепко обнял Артёма, прижимаясь к нему всем телом. – Я охренеть как замёрз… – Так шёл бы домой… – ответил Артём, стараясь высвободиться из объятий. – Ты же сам сказал, что я могу приходить к тебе, если мне будет одиноко, – пробормотал Дима, уткнувшись лицом в плечо Артёма. – Тебе одиноко? – невольно смягчился Артём. – Очень-очень одиноко, – прошептал Дима. – Обними меня поскорее. Артём вздохнул, но, сдавшись, поднял руки и легонько коснулся спины Димы. – Простынешь, дурак, и я лечить тебя не буду, – пробурчал он, но в голосе не было злости. – Будешь-будешь, куда ты денешься, – промурлыкал Дима, сильнее прижимаясь к Артёму. – Зайдёшь? – спросил Артём, чувствуя, как Дима дрожит всем телом. – Только на пять минут, чтобы погреться, – ответил Дима, не отрываясь от Артёма. С неохотой оторвавшись от Артёма, который служил хоть каким-то источником тепла, Дима посмотрел на него. Артём, вздохнув, достал ключи и открыл дверь подъезда. Они молча поднялись по лестнице. Дима старался не отставать, ёжась от холода и украдкой поглядывая на Артёма. Поднявшись на нужный этаж, Артём достал ключ от своей квартиры и, повернув его в замке, распахнул дверь. Дима, переминаясь с ноги на ногу, нерешительно переступил порог вслед за Артёмом. – Твои родители дома? – шёпотом спросил Дима. – Ещё нет, а чт… – не успел Артём закончить вопрос, как Дима внезапно подхватил его под руки, усадил на небольшую тумбочку в прихожей и, не давая опомниться, набросился с нетерпеливыми, жадными поцелуями. Артём опешил от такой напористости. Губы Димы были холодными, но жаждали тепла, требуя ответа. Поначалу Артём сопротивлялся, не понимая, что происходит, но вскоре сдался, поддавшись напору и забыв обо всём на свете. Поцелуи становились всё более страстными и требовательными. Дима обхватил лицо Артёма руками, углубляя поцелуй и прижимаясь к нему всем телом, словно боясь, что тот снова убежит. Артём ответил на поцелуй, обнимая Диму за шею, чувствуя, как внутри него разгорается пламя, разгоняя остатки злости и раздражения. Холод, одиночество и все проблемы сегодняшнего дня растворились в этом внезапном порыве страсти. Сейчас существовали только они вдвоем, и этот жаркий, порывистый поцелуй. – Тём, это ты приш… – раздался голос в коридоре, и в проходе из ванной, с мокрыми волосами и в одном полотенце, замерла… Таня?! Зубная щётка, которую она держала в руке, с глухим стуком упала на пол. Таня, словно онемевшая, уставилась на Артёма и Диму, сплетённых в жарком поцелуе, а они, в свою очередь, замерли, и уставились на неё. Тишину нарушало лишь частое дыхание парней. Конец семнадцатой главы.