***
Воспользовавшись тем, что следующим уроком должна быть физкультура, я улизнула в мужскую душевую прямо после звонка. Пока идут занятия, тут никого нет, а напор воды сильно больше. Так я хотя бы смогу спокойно вымыть остатки овощей и водорослей из волос, а также избавиться от кислого запаха под горячей водой. Быстро раздевшись, я захватила полотенце и весело поскакала в кабинку. Включила напор на максимум и принялась мягкими движениями массировать скальп. Я никуда не торопилась, ведь прогул по физре я уже заработала в любом случае. Вода приятно струилась по моему телу, смешиваясь с шампунем. Я тщательно промыла волосы и перешла к телу. Растирая кожу, я внезапно снова вспомнила Юнги и злобно ухмыльнулась. Вспомнила его разозленные глаза, как он весь горел, готовый разорвать меня на кусочки. Я прикрыла глаза и подставила грудь под воду. Руки плавно скользили по коже, чертя круги медленными движениями. Все мое тело мгновенно стало таким чувствительным, что я, казалось, ощущала каждую каплю воды. Я закусила губу. Черт, что бы я только ни отдала, чтобы сейчас увидеть его рассерженное лицо, его мстительный взгляд… Стоп! Сейчас? Я резко распахнула глаза и оторвала руки от тела. Нет, это не то! Конечно, я не хотела, чтобы он увидел меня сейчас. Я выключила воду и встряхнула головой. Промокнув волосы полотенцем, я замоталась в него сама и вышла из кабинки. Прохлада приятно холодила кожу после горячего душа. Я потянулась за вещами, но вместо этого обнаружила только пустое место. Вздрогнув, я еще раз проверила скамейку, где точно оставляла грязную одежду и чистую спортивную форму, чтобы переодеться. Ни того, ни другого на скамейке сейчас не было. Присмотревшись, я увидела записку, которая валялась на полу рядом. «Так и быть, я постираю за тебя твои вещи», — говорилось в ней. Я скомкала бумажку в кулаке. — Мин Юнги, — прошипела я. К сожалению, ни моего телефона, ни какого-либо другого способа связи с внешним миром у меня не было. Если я не хотела опозориться перед всеми, стоило воспользоваться временем до конца урока, чтобы добраться до женской душевой. Слава богу, бежать было только до конца коридора, поэтому шансы, что моя операция пройдет незамеченной, были велики. Я выглянула за дверь через маленькую щелку, убеждаясь, что в округе никого нет. Выскочила наружу и пулей бросилась налево, к спасительной двери. Но, приблизившись, я заметила у поворота тень, которая в мгновение перегородила мне дорогу в душевую. Я остановилась, одной рукой придерживая непослушное полотенце. Передо мной, нагло ухмыляясь, стоял Мин Юнги. — Какой у тебя прекрасный видок, — приторно проворковал он. Я почувствовала, как его взгляд скользнул по моему телу, а улыбка подстерлась с лица. Моя грудь все еще вздымалась от бега, кожа покрылась мурашками от холодных капель воды. Полотенце немного съехало, и если бы не моя рука, крепко державшая его наверху, оно бы, наверное, слетело к ногам. Его взгляд словно был осязаем. Мое тело покрылось жаром, когда его глаза опустились на мою шею, ключицы, немного согнутые плечи, дрожащую грудь. Он остановился, словно дочерчивая картину в своей голове, а я резко покрылась румянцем. Я почувствовала, как что-то теплое разлилось внизу живота, подначивая меня отпустить полотенце. Вопреки здравому смыслу, мне не хотелось закрыться, мне хотелось, чтобы он увидел всю меня. Мне хотелось победить. Он опустил взгляд ниже, к моим бедрам, где заканчивалось предательски короткое полотенце. Сквозь биение сердца, которое бешено стучало у меня в ушах, я отчетливо услышала, как он сглотнул. Во мне смешались стыд и предвкушение чего-то, что я сама не совсем еще понимала. Я знала, что если подойду к нему сейчас, между нами что-то изменится, поменяется навсегда. Я уже была готова сделать этот шаг, но в последний момент нас окликнул чей-то голос. — Кан Чжоан! Мин Юнги! Что вы там делаете? — громкий гневно-шокированный голос нашей классной заставил нас резко обернуться. Она стояла посреди коридора, уставившись на практически раздетую меня. — Марш к директору! — Можно я хотя бы сначала оденусь? — растерянно промямлила я.***
Впервые в жизни меня вызвали к директору, и все из-за этого козла. Я вышла из кабинета после получаса речей о том, как мужчина нами разочарован, и еще полчаса лекций о контрацепции. Я сверкнула злобным взглядом в сторону Юнги. Он сделал вид, что не заметил. В моей груди снова заворочалась ярость, такая обжигающе горячая, что, казалось, если я открою рот, то задышу пламенем. Конечно, ему же не впервой попадать к директору. Ему-то, наверное, вообще насрать на свои оценки и репутацию. Я сжала кулаки. В голове постепенно рождался новый план мести. Я подсторожила его после занятий, прекрасно зная, куда он пойдет. Только покинув школу, он всегда заворачивал в один и тот же вечно пустой переулок, чтобы выкурить сигарету. Аккуратно прокравшись за ним, я чуть-чуть высунулась из-за угла, навела камеру телефона и сделала фото. Увеличив, я победно ухмыльнулась. — Что ты делаешь? — забыв о бдительности, я немного выступила из-за угла, и Юнги, отвлекшись от сигареты, заметил меня. Он быстро потушил ее об стену, и не успела я сделать и шага, как он схватил меня за руку. Вывернувшись, я проскользнула мимо него в переулок и сделала несколько шагов назад. Вскинула руку с телефоном вверх и, уже не скрываясь, улыбнулась. — Теперь тебе точно прилетит от директора, — дразняще протянула я. В груди что-то екнуло, а я почувствовала знакомое предвкушение. Он точно разозлится. — Я сфоткала, как ты куришь. Он тут же оказался рядом со мной и потянулся к моей задранной вверх руке. Я отклонилась назад, не давая ему достать до телефона, и отступила, но споткнулась обо что-то и поняла, что падаю. В отчаянной попытке сохранить равновесие я схватилась за его рубашку, и секундой позже мы оба свалились вниз. Я почувствовала, как его тяжелое тело прижало меня к асфальту. Его лицо было в паре сантиметров от моего, я чувствовала на коже его частое дыхание. У меня самой дыхание сбилось, я опять слышала только бешеное биение своего собственного сердца. Моя рука все еще была вытянута вверх, а его рука держала меня за запястье. Его другая ладонь была прямо рядом с моей щекой, он опирался на нее, чтобы не упасть на меня окончательно. Я была словно в клетке, но мне не хотелось выбираться. Его нога прижимала мое бедро к поверхности, и я, чуть шевельнув тазом, почувствовала, как уперлась во что-то твердое. Мы смотрели прямо друг другу в глаза, и я видела в его только затуманенное грязное желание. Я сглотнула. Мне так нравилось смотреть, как он теряет контроль. Не до конца отдавая себе отчет в собственных действиях, я немного прогнулась вверх и закинула ногу ему на поясницу. Моя юбка задралась, а он оказался вжат прямо в меня, и я почувствовала через трусы его член. Я сходила с ума, глядя в его глаза, глядя на приоткрытые губы, жадно хватавшие воздух. Я немного потерлась об него и ощутила, как вся намокаю. Он схватил меня за голое бедро лежащей ноги и сильно сжал, словно мстя. Из моего рта вырвался стон, который он поймал победным взглядом. Это была наша игра. Он провел пальцами выше, коснувшись моей пульсирующей промежности через ткань трусов. Он дразнил меня легкими движениями, пока я изгибалась под ним, запрещая себе просить большего. Когда я закусила губу, он воспринял это как знак, отодвинул ткань трусов и проник пальцами дальше. Я сдавленно простонала, а он тут же поцеловал меня, глотая этот звук. Его губы и пальцы двигались в одном ритме, заставляя меня тянуться к нему ближе и часто дышать. Кислорода страшно не хватало, и я время от времени отлипала от его губ, чтобы вдохнуть, а потом впивалась еще сильнее. Его пальцы нащупали чувствительную точку и я дернулась. Он почувствовал это и надавил еще раз, и еще раз, пока я не вытянулась от удовольствия. Мое тело обмякло, а он оторвался от меня, только чтобы посмотреть мне в глаза. — Ты проиграла, Кан Чжоан, — произнес он с победным блеском в глазах.